Somewhere Close to Reality

— Может быть, ДжиДрагон. — Хен, нет! — Ну и что же? А почему бы и нет? — Это так неуважительно! — Ты трахнул Джин-хена в рот! Как это вдруг неуважительно — ДжиДрагон? — Так оно и есть! — Ладно, ладно. Ладно, тогда я, наверное, выберу Минхо. Чонгук что-то напевал себе под нос, делая очередной глоток содовой. — О, — начал он, но тут же прервал себя отрыжкой, — Прости, — а как же Айю? Тэхен рассмеялся и пнул Чонгука в бок. — Я имею в виду, да, если ты этого хочешь, я не буду тебя осуждать. Чонгук пошевелился и позволил себе откинуться назад, пока его голова не легла на ногу Тэхена, глядя на старшего певца. — Значит, тебе нравятся только парни? Тэ пожал плечами и смахнул с них кучу пустых фантиков от конфет. — Совершенно уверен. Я имею в виду, что ты никогда не знаешь наверняка, к кому тебя потянет, пока это не случится. Тебе нравятся и те и те? Чонгук в ответ тоже пожал плечами. — Я никогда по-настоящему не думал об этом, пока все это не началось. Не то чтобы я никогда раньше о вас не думал. Старший рассмеялся и удивленно поднял брови, глядя на своего друга. — Ах ты маленький извращенец. Мне следовало бы знать, что позволить тебе сделать это было ошибкой. — Да, но я все еще не знаю, как это все работает. — Вероятно, мы никогда этого не узнаем. — По крайней мере, мы можем получить всю еду, которую Джин-хен не позволяет нам есть! — Воскликнул Чонгук, садясь и подбрасывая в воздух нераспечатанные пакеты со сладостями, как листья в осенний день. — Ах да, Тэхен и Чонгук, повелители времени, — Тэхен вскочил на ноги и протянул руку, словно провозглашая некое великое величие. «Раскованная сила для удовлетворения своих потребностей Похоти и Чревоугодия!» — Он подошел к Сокджину и Намджуну, которые сидели за кофейным столиком, застыв посреди игры в карты. — Ничего не подозревающие участники душераздирающей истории о сексе и шоколаде! Чонгук громко смеялся, стараясь не расплескать свой напиток, наблюдая за преувеличенными выходками своего друга. — Мало ли они знают, что повелители времени положили на них глаз! — Тэхен схватил голову Джина и осторожно повернул ее к Чонгуку, прижав его щеки, чтобы раздуть губы. — Ну разве он не прелестен? — спросил он Чонгука, невинно моргая своими большими карими глазами. Чонгук рассмеялся и вздохнул, оглядываясь вокруг. — Ладно, ладно, давай все это уберем. Остальное мы можем спрятать под моей кроватью. Им потребовалось некоторое время, чтобы привести все это в порядок — в основном потому, что они отвлеклись на полпути, пытаясь увидеть, как сильно они могут ударить друг друга громадиной с другого конца комнаты, а затем им нужно было найти все громадины, которые они бросали, — но в конце концов все было довольно чисто. Тэхен был в процессе борьбы с закрывающимся мешком («Закрывающимся, моя задница!») когда он почувствовал, что сзади к нему подошел Чонгук. — Эй, ты можешь… эй, там… — он издал короткий удивленный смешок, когда Чонгук мягко схватил его за бедра и притянул их друг к другу. Чонгук закрыл глаза, потерся носом о шею Тэхена и вдохнул его запах. — Я хочу повеселиться. — промурлыкал он. Дрожь пробежала по телу Тэхена, вызвав у Чонгука огромное чувство удовлетворения. — Лишний сон и употребление нездоровой пищи — это здорово и все такое, — он скользнул рукой вверх по рубашке Тэхена, нежно касаясь ее соска. — Разве ты не хочешь трахаться? Тэхен сглотнул и откинулся на твердое тело Чонгука. — Я пока не позволю тебе этого сделать. — Он отложил конфету в сторону и повернулся к Чонгуку. Глаза их горели страстью. Тэхен схватил Чонгука за воротник рубашки и притянул к себе. — Чонгукки, ты такой извращенный, — пробормотал он, и их губы игриво соприкоснулись. Каждый раз, когда Чонгук наклонялся, пытаясь укусить Тэхена за губу, старший прижимался к нему лбом, чтобы удержать его на расстоянии. Их горячее дыхание смешивалось, открытые рты время от времени соприкасались, но никогда полностью не сливались в поцелуе. Тэхен вздохнул и позволил Чонгуку потереться о него еще немного, прежде чем провести пальцами по груди подростка до ключицы. — Я все равно должен наказать тебя, — сказал он нараспев. — Ммм, накажи меня, папочка. — Чонгук дьявольски ухмыльнулся, когда Тэхен закатил глаза. — Ладно, теперь я действительно должен наказать тебя, — сказал Тэхен, опуская чувственный тон.

***

Джин моргнул, глядя на лежащую перед ним карточку. Он только что бросил ее, протягивая руку Намджуну, та внезапно остановилась в воздухе. — Чувак, — воскликнул он, потрясенно открыв глаза. — Намджун, ты видишь это? — Он поднял глаза, но Намджун все так же сосредоточенно смотрел на карты, которые уже взял в руки. — Джуни? — Джин наклонился вперед и помахал рукой перед лицом своего друга. Никакой реакции. Не хорошо. Старший почесал затылок едоуменно нахмурив брови. — Он обвел взглядом комнату. Чонгук и Тэхен все еще сидели на диване, рассматривая модные журналы, но тоже застыли. …какого черта? Джин медленно поднялся, с подозрением оглядывая остальных обитателей комнаты. Часть его понимала, что это была шутка, но они никак не могли заставить карту остановиться в воздухе. Это и давящая тяжесть молчания заставили его поверить, что каким-то образом все это было реально. Или, может быть, сон. Скорее всего, это был сон. Самым странным в этом сне было то, как легко происходил переход. Когда же он начал видеть сны? Когда же он вообще заснул? Почему этот сон был таким ярким? Почему он был необъяснимо возбужден? У него было так много вопросов. Старший из них бродил по дому, разыскивая каждого из мемберов, чтобы проверить, не застряли ли они все в подвешенном состоянии — а так оно и было. Его разум методично перебирал возможные варианты, пока он шел обратно в гостиную, его глаза остановились на Чонгуке. Сокджин пристально посмотрел на него, прежде чем медленно подойти к нему. Рот подростка был открыт ровно настолько, чтобы Джин мог видеть его маленький розовый язычок. Джин был возбужден — этого нельзя было отрицать. Возможно, это было неправильно — иметь внезапные грязные мысли о подростке, но он не хотел утруждать себя такими вещами, как сомнение в его морали. Он знал, чего хочет. Пресс Чонгука под рубашкой был упругим. Джин прижался к нему, восхищаясь тем, как много сил Чонгук приложил, чтобы поддерживать его. — Так сексуально, Чонгукки, — промурлыкал старший, задирая рубашку, чтобы показать загорелую кожу. Даже когда он не сгибался, мускулы подростка были заметно напряжены. Сокджин покрутил пальцем вокруг пупка Чонгука, прежде чем провести мягкую линию волос вниз к подолу его брюк. Но он не хотел торопить события. Он хотел насладиться этой возможностью быть грязным, предаваться запретным фантазиям. Джин наклонился и провел языком по дорожке, которую его палец только что проделал в противоположном направлении, погрузившись в пупок подростка и двигаясь вверх. Он отодвинул рубашку и стал лизать его между грудин, пока рубашка не стала проходить дальше рук Чонгука. Джину пришлось довольствоваться медленными поцелуями до самой ключицы, пока его рот не впился в шею подростка, оставляя темный засос на его безупречной коже. Тупые пульсации удовольствия резонировали по телу Джина вплоть до паха, когда он досаждал своего донсена. Он устроился на коленях подростка, медленно прижимаясь к нему. Его бедра осторожно двигались, прижимаясь эрекцией к выпуклости на брюках Чонгука. Он ухмыльнулся, глядя на кожу подростка, когда почувствовал, что укоренившееся тело положительно реагирует на его помощь. — О, Чонгуки, — пробормотал он и облизнул губы. Возможно, он вел себя немного непристойно. Но ему было все равно. Именно этого он и добивался. В конце концов, это была его фантазия, и не нужно было стесняться. Сокджин схватил подростка за штаны и боксеры и потянул их вниз достаточно, чтобы освободить эрекцию. Она была темной, раскрасневшейся от возбуждения и еще больше напряглась, когда Джин обхватил ее пальцами. Старший крепко сжал член, поглаживая его крепким захватом, чтобы вытащить несколько капель смазки из кончика. Он наклонился и облизал ее, стараясь не высовывать язык в щель, а затем перевел взгляд на пустое лицо подростка. — Это то, чего ты хочешь, Чонгукки? Ты хочешь трахнуть меня в рот? — Он обхватил губами его головку и опустился вниз, пока она не коснулась задней части его горла. Член Чонгука дернулся под его языком, когда он кивнул головой, просовывая член внутрь и наружу. Он застонал и сжал основание члена, оглядываясь на Чонгука, чтобы убедиться, что подросток хорошо видит его пухлые губы, тянущиеся вдоль всей длины его члена. Сначала его движения были медленными, но он заставил себя двигаться в устойчивом ритме, закрыв глаза, чтобы сосредоточиться на отсасывания члена Чонгука. Чувствуя, как твердый член начинает дергаться в прогностическом ключе, Сокджин отодвинулся назад, позволив слюне слететь между губ на член подростка. — Тебе понравилось, Чонгукки? — Джин самодовольно улыбнулся и встал. Ему нужно было что-то сделать, прежде чем он продолжит, и он точно знал, где это найти. В комнате Чонгука, как всегда, царил беспорядок. Джин вздохнул и пнул ногой дорожку через одежду к своей кровати, чтобы поднять матрас и схватить бутылку смазки. Между деревянными планками каркаса кровати ему попался на глаза ярко раскрашенный пакет, и он остановился. — Что же это такое? — Он отодвинул одну из планок в сторону, открывая огромный тайник с конфетами, спрятанный под кроватью Чонгука. Он рассмеялся, недоверчиво глядя на него. Конечно, Чонгук сделал бы что-то подобное. Покачав головой, Джин вернулся в гостиную и увидел твердый член Чонгука. Он опустился на колени и улыбнулся подростку, прежде чем выжать приличное количество смазки на уже влажную эрекцию. Предвкушение, которое росло в его животе, заставило Джина прикусить губу — он не мог торопиться; он должен был быть нежным, иначе рисковал бы причинить боль. — Чонгукки, ты ведь довольно большой, правда? — Сокджин скользнул рукой по всей длине члена Чонгука. — Я даже не уверен, что смогу довезти тебя до конца! — Он рассмеялся и покачал головой. — Это ложь, я знаю, что выдержу. — Он вытер руку о штаны, прежде чем снять их, и без раздумий отбросил их за спину. Пока он готовился, все, что он мог сделать, это поцеловать Чонгука, прижавшись губами к губам подростка и облизывая его рот. — Ты готов, Чонгукки? Готов трахнуть своего хена? — Джин подвинулся вперед на коленях, так что оказался верхом на животе подростка. Он потянулся назад и схватил влажный член Чонгука. Он облизнул губы, чувствуя, как он подталкивает его к входу. Это всегда было возбуждающее чувство — предвкушение наполнения, растягивания приятной, горячей эрекции. Однако он не шутил, когда говорил, что Чонгук большой, поэтому осторожно опустился на него. Ожога, когда он соскользнул вниз, было достаточно, чтобы Джин вздрогнул. Это не было болезненно — больше похоже на ожог от хорошего горячего душа, чем на что-либо другое. Старший держал ладони ровно на животе Чонгука, держа себя ровно, пока он осматривал каждый дюйм. Он чувствовал, как головка члена Чонгука вдавливается все глубже, задевая его простату. Он застонал и перенес свой вес на колени и пальцы ног, прижав руки к собственному животу. Он дразнил свою чувствительную кожу кончиками пальцев, приподнимая край рубашки на несколько дюймов, чтобы блеснуть своим прессом, прежде чем позволить ему снова упасть. Прежде чем он полностью поглотил влажный член, Джин остановился и сделал несколько глубоких вдохов, наслаждаясь тем, как чертовски фантастично это было — и физически, и морально — иметь член самого младшего внутри себя. Несмотря на то, что он был самым старшим, иногда Джин просто хотел, чтобы о нем заботились, чтобы кто-то другой взял все под свой контроль. То, что самый молодой человек выполнял эту потребность, усиливало его опыт. Не в силах больше ждать, Джин напряг бедра и чуть приподнялся, прежде чем снова позволить себе упасть. Он задохнулся и сжал край своей рубашки в пальцах, когда скользнул вниз немного дальше, чем раньше. Когда он сделал это в третий раз, тело Чонгука остановило его от дальнейшего движения — он наконец полностью сел на подростка. — Черт возьми, Гуки, — проворчал старший, продолжая подпрыгивать на его члене. Он открыл глаза, даже не осознавая, что закрыл их. Чонгук по-прежнему неподвижно лежал под ним, прислонившись плечами к дивану. Засос на его шее потемнел, и Джина захлестнула сильная волна собственничества. Старший не сводил глаз с лица Чонгука, когда тот начал двигаться быстрее, его ноги усердно работали, чтобы оседлать подростка. Член внутри него прошелся по всей длине его стенок. Он медленно поднялся до более быстрого темпа, поднимаясь все выше и позволяя себе упасть еще сильнее. Он наклонился вперед и схватил руки Чонгука, положив их себе на бедра. Он вздохнул и облизал губы, вдавливая большие пальцы в чувствительную щель между внутренней стороной бедра и телом и представляя, что подросток прикасается к нему, хватает его, жестко и быстро трахая. Готовый к большему, Джин переместился и сделал несколько хорошо отработанных движений бедрами, пока головка члена Чонгука не коснулась его простаты, давая ему дразнящее ощущение раскаленного добела удовольствия, которого он отчаянно желал. Он застонал и ухватился за руки Чонгука, чтобы не упасть, продолжая оставаться в том же положении. Это подняло его страсть выше, сжимаясь внутри него с совершенно медленным нарастанием. Еще один сдвиг, и Джин ахнул, его глаза снова закрылись, когда член Чонгука, наконец, ударил его простату мертвой хваткой. Старший из них был не из тех, кто много шумит, но у него никогда не было другого такого опыта — быть трахнутым их макне и способным полностью кончить– и его вздохи переросли в тихие стоны и всхлипы. Снова и снова Чонгук попадал прямо туда, куда ему было нужно. — Чонгукки, черт, — простонал он, прижимая руки подростка к своему животу и груди, наслаждаясь ощущением того, как младший прикасается к нему всем телом. Он скакал на его члене так быстро, как только мог, его собственный просачивался через живот подростка. — Мне так хорошо, так хорошо, детка. А ты кончишь, Чонгукки? — Он сделал несколько тяжелых вдохов и снова застонал, позволив рукам Чонгука упасть обратно на землю и уперся руками в живот Чонгука. Он крепко обнял подростка, надеясь, что тот находится так же близко, как и Джин. — Войди в меня, войди в своего хена, — хныкал Джин; ему было жарко и отчаянно, пот пропитал его кожу. Ему было так хорошо, он был так близко, но он хотел, чтобы Чонгук вошел в него. Он чувствовал, как внутри него дергается член макне. — Черт возьми, да, Чонгукки. Разве это приятно? Заставит тебя захотеть кончить? А потом подросток кончил — Джин почувствовал, как он пульсирует, горячий и глубокий внутри него, наполняя его. — О черт, да, Боже — простонал Джин и с силой прижал член Чонгука к своей простате, чувствуя его жар, усиливая острое наслаждение. Его грудь тяжело вздымалась от слышимого дыхания, а все тело напрягалось, пока он не достиг удовлетворительной точки освобождения и не оказался на животе подростка. Мощная сила оргазма потрясла его до глубины души, и он упал вперед, обхватив себя руками, когда его позвоночник выгнулся дугой, а дыхание стало прерывистым. Он застонал и прикусил губу, зажмурив глаза, его член выплеснул последние остатки своего удовольствия. Когда он почувствовал, что снова может дышать, Джин открыл глаза и оторвался от размягченного члена Чонгука. Макне была покрыт его спермой, которая, к удивлению Джина, добралась даже до груди. Он не мог припомнить ни одного случая, когда бы у него был мощный оргазм, но это было неудивительно, учитывая, что у него никогда не было шанса подчиниться кому — то из мемберов. Джин наклонился вперед и поцеловал младшего в лоб. — Хорошая работа, Чонгукки, ты хорошо и жестко трахнул своего хена. — Он перекинул ногу через подростка и сел рядом с ним на диван. — Черт возьми, — сказал Чонгук, как только смог. Он взглянул на Тэхена, который самодовольно ухмылялся. — Ну, это определенно был поворот, — небрежно прокомментировал старший. — А кто знал, что Джин — подчиненный, а не доминант. Чонгук рассмеялся и снова натянул штаны. — Да, сегодняшнее «наказание» было совершенно плохим — даже ужасным. — Все, что угодно, можно считать наказанием с правильной точки зрения. — Тэ начал вытирать Джина, пока Чонгук вытирался своей сброшенной рубашкой. — В этом нет никакого смысла.» Тэ помолчал, а потом робко рассмеялся. — Ну что ж, я получаю удовольствие. — Он щелкнул Чонгука по лбу. — Нет ничего лучше, чем наблюдать, как хены используют в своих интересах нашего милого, беззащитного макне. Чонгук надул губы и потер то место, куда ударил его Тэ, прежде чем что-то привлекло его внимание. Бутылка смазки, лежащая рядом с ним, показалась ему знакомой — она принадлежала ему! — Какого черта, почему все знают, что у меня есть смазка? — Воскликнул Чонгук, хватая его. — А у кого-нибудь еще есть такие же? Тэхен рассмеялся и покачал головой. — А я и не знаю! — А почему бы и нет? — Чонгуку всегда нравились влажные звуки, которые издавала его смазанная рука, когда она гладила его член, а головка проскальзывала в затянутое отверстие, образованное большим и средним пальцами. Тэ пожал плечами. — Я не знаю, Чонгук! Не задавай странных вопросов. Это просто то, в чем я никогда по-настоящему не думал, что буду нуждаться. — Он помолчал, нахмурив брови и глядя на Чонгука. — Ну и что же? А в чем дело? Тэ наклонился вперед и провел пальцами по шее подростка. — Черт возьми, он действительно сделал здесь номер. Чонгук поморщился — даже легкого давления было достаточно, чтобы синяк, который Джин присосал к его коже, начал жечь. — Черт, а если кто-нибудь увидит? Его мысли проносились через различные сценарии, от смущенного взгляда Намджуна, который мог бы дать ему, пронзительного гнева их менеджера и — что еще хуже-сотен таблоидов и фан-сайтов, которые потратили бы дни, если не месяцы, пытаясь определить источник любовной метки. Старший бросился в ванную и вернулся с косметичкой подростка. Он опустился на колени рядом с Чонгуком и надавил ему на подбородок, чтобы открыть доступ к засосу. — Не то чтобы нам никогда раньше не приходилось покрывать синяки, — пробормотал он, нанося тональный крем и различные порошки, чтобы скрыть их. — Тебе просто нужно будет делать это каждое утро, чтобы никто не видел. Чонгук наблюдал за лицом Тэхена, когда тот помогал подростку выйти. Его нижняя губа была аккуратно зажата между зубами, а глаза сосредоточились на синяке макне. Мягкие прикосновения прекратились, и Тэхен внимательно осмотрел его, убедившись, что он не выглядывает наружу. Его лицо расслабилось, он был доволен своей работой. Прежде чем он успел отстраниться, рука Чонгука обхватила его сзади за шею и притянула к себе в легком поцелуе. Тэ издал тихий возглас удивления, но не отстранился. В отличие от их страстных поцелуев, которые они обычно разделяли до или после их веселья с хенами, это было всего лишь продолжительным поцелуем, прежде чем Чонгук отпустил его. Их глаза открылись, и какое-то мгновение они не двигались, их взгляды встретились. Рука Чонгука скользнула вниз по телу Тэ к задней части его бедра и потянула его, пока он не сел на колени Чонгука. Их губы снова встретились, на этот раз чуть более настойчиво. — Тебе понравилось это шоу, хен? — Прошептал Чонгук прямо в губы Тэ. Он провел ладонями по бедрам Тэ до самого паха. — Ты еще не успел сойти. Тэ вздрогнул и закрыл глаза, свободно обвив руками шею Чонгука. Он позволил подростку притянуть себя ближе, лизнув влажную полоску вдоль горла, прежде чем поцеловать линию подбородка до уха. Руки макне без колебаний расстегнули его шорты и вытащили его член, который возвращался к жизни. — Тебе нравится смотреть, как хены используют меня в своих интересах, — пробормотал Чонгук, медленно поглаживая старшего, только чтобы подразнить его. Тэхен кивнул и облизнул губы. Он подвинул свои бедра вперед, побуждая младшего двигаться быстрее, сжимая его крепче. Чонгук схватил свою смазку и выжал ее ровно настолько, чтобы выровнять движения. Он сжал пальцы и отдернул Тэхена, как будто ему самому это нравилось. — О черт, — выдохнул Тэ, его тело автоматически поднялось в попытке приблизиться к Чонгуку. Он прижался лбом к макушке Чонгука, крепко обхватив руками шею подростка. Пальцы макне издавали влажный сосательный звук каждый раз, когда его пальцы проходили вверх вокруг головки члена, поглощая его в тепле своей руки, прежде чем рывком опустить ее обратно. Толчки, начавшиеся медленно и долго, стали быстрыми и неглубокими, сосредоточившись на чувствительной головке и заставив Тэхена приподнять бедра на несколько дюймов. Старший задыхался и хныкал в волосы Чонгука, пока тот не кончил с тихим стоном, его семя брызнуло на четко очерченные грудные мышцы подростка. Чонгук терпеливо ждал, пока дыхание его друга вернется к нормальному, но тяжелому ритму. Он ухмыльнулся, когда Тэ наконец позволил себе снова опуститься к нему на колени. — Ты такой охуенный… — Тэ замолчал, не в силах подобрать нужное слово, пока его мозг медленно возвращался к полной работоспособности. — Я приму это как комплимент. — Чонгук быстро поцеловал Тэхена в щеку.