Призрачное Небо

***

      Посреди комнаты, погруженной во мрак, стоял юноша. Лунный свет отражался в его печальных глазах. Повсюду валялись фантики, упаковки от чипс, пластиковые бутылки и комки одежды.  — Ни-сан, ну ты… Надо будет поговорить с ним о бардаке в комнате.       Пройдя через горы мусора, он подошёл к столу с компьютером. Открыв его, он стал что-то набирать и искать.  — Как я и думал. Чёрт! Брат, и зачем ты в это вляпался?... — Произнёс парень, с отчаянием схватившись за голову. — А если подкинуть ему чуть больше информации? Тогда, зная ни-сана, могу сказать, что он, скорее всего, испугается и оставит свои игры.       Как же он в тот момент ошибался…

***

      По улице не спеша шли двое юношей и о чем-то мирно разговаривали.  — Сегодня тест по математике. Ты подготовился, ни-сан?  — О, нет! Я совсем о нем забыл!  — Ты как всегда.  — Да знаю я, знаю.  — Пхахахах!  — Ну вот, опять ты за своё. Надоел уже.        После этих слов старший брат ушёл вперёд. — Что?

***

 — Ка-сан, я ушёл! — Уже закрывая дверь, прокричал Шин.       Он шёл в магазин и читал список, который ему дала Нана. Зайдя в магазин, он направился в мясной отдел. Ка-сан нашла новый рецепт и хотела его сегодня попробовать. Уже расплатившись на кассе и выйдя из магазина, он увидел знакомую фигуру.  — Здравствуй, Курокава-сан. Тоже за покупками ходила?  — Что? А, это ты. Тебя, вроде, Савада Шин зовут? Ты — брат Савады Тсунаеши.  — Да. Так все же?  — А? О, точно. Да, я ходила за продуктами. Моя Ка-сан попросила. Ты тоже?  — Моя Ка-сан нашла новый рецепт и попросила, чтобы я купил продукты.  — Необычно. Я, конечно, полагала, что вы разные...  — Вы о чем?  — Обычно в это время я видела в магазине Нану-сан с тяжелыми пакетами. И даже как-то упрекнула твоего брата за это. Но он, чуть ли не рыдая, придумывал отговорки.  — У вас, кстати, тоже тяжелые пакеты. Не против, если помогу?  — Ну, ладно.       Пока они шли, у них развязался диалог. И выяснилось даже то, что Хана играет на барабанах. И да, вам не послышалось. Они стали обращаться друг к другу по именам. Как оказалось, Хана не очень любит японские формальности. А для Шина, прожившего в Италии довольно не малый срок, это стало приятным плюсом в общении с хмурой старостой. И в конце, когда Савада проводил её до дома, они обменялись номерами.

***

So have mercy on him, Lord, Compassionate Lord Jesus.       Допев последние строчки и доиграв мелодию на гитаре, Шин открыл глаза и посмотрел на старика.  — Старик, что думаешь?  — Что? Песня безусловно прекрасна. Я удивлен, что ты смог спеть таким высоким голосом. Но мне интересно.  — А?  — Не акай мне тут! Тебя ведь что-то гложет, не так ли?  — И как ты умудряешься видеть меня насквозь?...  — Ну так что?  — Я чувствую, как что-то давит. И будто что-то не так, или чего-то не хватает. Будто я лишний. Нет, я счастлив, конечно, что я дома и у меня, если можно так сказать, появилась подруга. Но порой становится жутко холодно, и возникает чувство, словно меня отгородили стеной, и я не нужен. Хочется кричать от боли, но я не могу. Голос просто пропадает. И Пламя ведёт себя странно…  — Мда…  — Что?  — Все хуже, чем я думал. Ты знаешь о Три-Ни-Сетте?  — Ну да…  — Тогда поясню тебе. Существует множество параллельных миров и в каждом мире есть люди, которые играют определённую роль перед Три-Ни-Сетте. Если совсем просто, то… Ты через какое-то время умрёшь.  — Что? То есть это моя роль, которую мне дала Три-Ни-Сетте?  — Именно. Но это…  — Ясно.  — Что? Ты не огорчен?  — Нет. Мне, конечно, не по себе от этой мысли. Но ведь так нужно. Я давно задумывался над тем, как хочется уснуть и не проснуться. Видимо, я просто устал… Просто проживу остаток жизни. И всё.  — Мда, ты действительно странный малец, — Произнеся это, Котобуки-сан отвернулся. — Иди уже, смертник.  — Не плачь, старик! Я же не прямо сейчас умру. Судя по ощущениям, у меня чуть больше года. — Сказав это, Шин взял гитару и вышел за дверь.  — И как мне по-твоему не реветь? За это время ты стал мне внуком...

***

 — Я вернулся!  — С возвращением! Шин-кун, тебе Емицу звонил.  — Ясно. Спасибо. Я чуть позже ему перезвоню.  — Ох, уж этот Емицу — Шин-куну он звонит, а Тсу-куну ни подарков, ни писем, ни звонков.  — Я к себе!  — Ой, а ужин?  — Прости, я не голоден.  — Ну, ладно.       Когда Шин закрыл дверь комнаты, он сполз по ней.  — Умру? Да? Я не удивлен, ведь я устал бороться. Нет, глупости! Надо попытаться, Шин. Ты ведь и не из таких ситуаций выползал. Неужели ты поверишь в какую-то судьбу? Сегодня просто был тяжёлый день.