«У Лилий»

Моя душа — это корзина цветов, которая наполнена ароматом твоей любви. Фэн Цзицай

***

Смешная ситуация произошла на свадьбе, когда Чонгук хотел представить Тэхена брату. — Кимтэ, верно? Рад видеть тебя! Хосок приобнял и похлопал шатена по спине. — Хос, я должен был представить тебе его… — зачем? Мы ж и так знакомы уже. — нет, бро. Просто. Эм просто представим, что вы не знакомы. — ты меня пугаешь. Ладно. Старший брат отошёл немного назад и сложил руки на груди. — брат, знакомься это — мой парень Ким Тэхен. Немая сцена. (Вышел ревизор) Хосок Чон застыл и около трёх минут стоял с лицом «загрузки». Он не знал, как ему к этому относится. — и как давно? –, спросил красноголовый. — уже два года. –, замялся Гук. — и ты не сказал? Он же только школу закончил, ты в своём уме? — а то есть Юнги можно, а мне нельзя? У нас разница всего три года, Хён. Студент ожидал, что его будут упрекать по поводу того, что он встречается не с девушкой. Брат крайне нелестно отшучивался в разговорах о представителях ЛГБТК, не говоря уже об их родителях. — то есть тебе все равно, что я гей? — да, мне всё равно кто ты, главное что бы не педофил, в чем я уже сомневаюсь. — нет, Хос мы не… ГОСПОДИ ТЫ СЕРЬЕЗНО?! Новоиспечённый жених уже не сдерживал смех и согнулся пополам постукивая по коленям ладонями. — ты серьезно думал, что твой старший брат не поймёт, что ты гей? — ты… — а я всё ждал, когда ж ты мне его покажешь, я сейчас животик надорву… Ким, всё это время стоявший за спиной своего рыцаря тоже начал тихонечко хихикать. — а ты чего смеёшься? — Куки ты такой глупый, ей Богу.

***

На улице сквозь всё поместье царил невероятно сильный сладковатый, но свежий аромат «солнечных» лилий. Гостей становилось всё больше и больше. Кто-то соблюдал дресс-код, кто-то решил выделится. Но родственники и близкие друзья были одеты, как подобает. Красивые девушки в сиреневых платьях, статные и красивые мужчины в костюмах. Не обошлось и без прессы. Но общая атмосфера была уютной и спокойной. Хосок и Юнджи собрали вокруг себя очень разношёрстных личностей. Все, кто был не знаком друг с другом, начали знакомиться и вести диалоги. Основная часть людей была из «высшего света», хоть они и не возвышали себя на фоне других гостей, были приветливы и учтивы, некий «статус» или больше аура выдавала таких людей. Они выделялись. Чимин чувствовал себя неуютно. Парень больше любил тишину и покой. Крайне общительная, амбициозная, вечно молодая и свежая, харизматичная Бабуля Ёрим познакомилась и провела беседу чуть ли не с каждым гостем, обязательно в разговоре упомянув своего внука, а если, не дай бог, кто-то восхититься красотой цветов, лепетала без умолку о том, что именно ее внук составлял цветочный декор. События дня протекали очень медленно. Общение длилось бесконечно. И вот, наконец-то настал самый главный момент свадьбы. Гостей рассадили полукругом перед последней аркой на деревянной площадке на берегу моря. Под энергичную музыку к «алтарю» вышел Хосок и поблагодарил гостей, что они все здесь собрались. Чимину повезло сидеть в третьем ряду с краю. Затем вышли друзья жениха: помимо Юнги было ещё четверо человек, но все они были больше похожи на Чона. Такие же энергичные, забавные, громкие ребята. Друзья начали травить всякие разные нелепые истории, но их быстро остановили. Пришли подружки невесты, а после них и сама Юнджи, перед ней кидали лепесточки белых розочек. Само платье было из тяжелой, гладкой, атласной ткани шампанского цвета. Без особых украшений, однотонное, с открытой спиной, рукавами три четверти и V угольным вырезом. Шлейф на платье был не слишком большим, кружев на нем не было, но оно (платье), несмотря на свою простоту, выглядело настолько шикарно на девушке, что слов просто физически нельзя подобрать. Хосок держался до последнего, но в итоге начал чувственно плакать. Уголки бровей поднялись вверх, а губы расплылись в широкой улыбке. Мужчина протянул руку своей любимой и она взялась за неё. Родители с обоих сторон плакали. Юнги стоявший шафером нервно вытирал проступающие слёзы, смотря на свою сестру. После долгой клятвы, маленький мальчик подошёл к молодоженам с бархатной подушкой. После обмена кольцами Хосок поднял полупрозрачную фату Юнджи. Лица обоих выражали такую трепетную и бесконечную любовь, искреннюю благодарность, нежность и счастье, что воздух вокруг этой пары был пропитан любовью насквозь. Они сияли ярче солнца, наполняя сердце каждого из присутствующих своим теплом. Совершенно красивая и искренняя пара. — можете поцеловать невесту. Юнджи обхватила своего супруга ладонями за лицо и потерлась кончиком носа о его нос. Вроде бы ничего такого в этом нет, но это выглядело так правильно, так интимно, так чувственно. Через несколько мгновений красноголовый немного наклоняет голову и, скрывая их лица фатой, поцеловал свою теперь уже жену. Со всех сторон слышаться хлопки и крики, Чонгук начал свистеть, а Юнги просто отвернулся. Чимин знал почему: старший совсем размяк.

***

После сытного банкета, состоящего из огромного количества невероятно вкусных блюд и напитков, подали торт. Торт был в виде белоснежного замка с колоннами и цветами (съедобными). Чимин попробовал маленький кусочек, запил его чашкой чая и незаметно для всех молча удалился с торжества. Парню нравилась эта атмосфера, действительно нравилась. Любовь царица в воздухе, он пах ею. Но именно это и давило на него. Брюнет просто хотел прижаться к старшему и сказать, что он его любит, что он ему нужен. Простого внимания в его сторону сегодня хватило бы, однако это праздник сестры и лучшего друга, Чимин не мог жаловаться, да и это было бы глупо. Но сердце не заставишь чувствовать. Пак снял туфли и носки, когда вышел к пляжу, и ступил босиком на тёплый вечерний песок. Солнце только собиралось садиться и небо было окрашено в изумительно красивый оранжево-красный цвет. Парень гулял вдоль берега ощущая приятный бриз на своём лице и по щиколотку заходя в воду. Легкий ветерок помогал ему освободить голову и почувствовать внутри покой. Сдерживать чувства становится всё сложнее. О любви важно говорить. И прямо сейчас сосуд его сердца переливается от её избытка и норовит вылиться волной. Чимин пока не может этого допустить.

***

Юнги сидевший за столом сбоку от своей сестры, и в принципе проведший с парой почти весь праздник, искал глазами брюнета, но никак не мог найти. Мин хотел увидеть его. Старший чувствовал всеми фибрами своего тела тёплый взгляд маленьких и любимых карих лисьих глаз, устремлённых на него. Он чувствовал поддержку младшего со стороны и действительно ценил это. Младший был залогом его стабильного состояния, стоило только взглянуть на Чимина, в очередной раз задумавшемуся о чем то, Мин лаского улыбался и приходил в себя. Пак выглядел так отстранённо и загадочно, что взгляды некоторых девушек были устремлены на него, в силу некой его энергии и стеснения тех самых дам, никто так и не подошёл к нему. Это, почему то, тоже успокаивало старшего. После торта, Юнги должен был говорить речь, которую он подготовил для самых важных людей в его жизни. Мужчина взял микрофон и нашёл глазками бабулю Ёрим, а рядом с ней… пустое место. Брюнет ушёл. Волнение внутри старшего возросло, а внутренности сжались. Несмотря на это, Юн включил микрофон и начал говорить. Это было самым длинным монологом в его жизни. Он рассказал сначала, как был недоволен рождением ещё одного ребёнка, а в итоге это единственная женщина в его жизни, которой он позволяет крутить собой как хочет. Рассказал, как много сестра для него сделал и как много она значит. Рассказал как они познакомились со своим лучшим другом и в какие передряги они вместе попадали. Юнги рассказывал так много и так открыто, как никогда. Под конец его речи он начал говорить то, что не планировал изначально. —…пока шла свадьба я начал задумываться о таких вещах, как отношения. Мой лучший друг и моя сестра — безусловно пример идеальных отношений. Чтобы кто не говорил. Я просто хочу чтобы вы всегда были друг друга, когда никого не будет рядом. Чтобы вы чувствовали друг друга, потому что… когда любимый человек просто находится рядом, сердце чувствует себя свободным, оно бьется ровно и в спокойном ритме, стоит только любимому отойти, как ты сразу чувствуешь тревогу. Будьте всегда рядом, говорите друг с другом, пока есть шанс, не упускайте его. Будьте разумны и внимательны друг другу и цените каждую секунду пока вы вместе, ведь нам не известно, когда эта секунда окажется последней. Не держите обиды, злобу в себе. Ведь это всё так не важно. Будьте честными сами с собой и крепко держите своё счастье у себя в руках. Я… Юнджи уже, откровенно говоря, рыдала горькими слезами, держась за руку Хосока, который так же плакал от такого сентиментального и необычного друга. — я кое-что понял сегодня. О любви нужно говорить. Любимый человек должен знать, что он любим. Это важно. Чертовски важно. Знаете ли вы, что вы самые лучшие люди в моей жизни? Я правда люблю вас. Искренне ваш, бариста Мин Юнги. Супружеская пара встала и накинулась на Мина с объятиями и проклятиями. Нельзя вот так вот доводить людей до слез. Кто ему разрешил? После того, как эти двое успокоились, и ещё несколько родственников, в приоритете родители, сказали свои слова, Юнги отпросился уйти. Оценив поступок Мина продержаться так долго в огромном скоплении людей героическим, Хосок и Юна моментально отпустили его. Они догадывались, почему тот хотел уйти.

***

— Ммм госпожа Ёрим… — да, Юнги-щи? — вы случайно не знаете… где Чимин. Я хотел с ним поговорить, а нигде не могу найти. — я более чем уверена, что он пошёл на пляж. Поищи его там. — спасибо вам большое! — и ещё. — м? — мой внук очень ранимый мальчик. Бабушка Пак смотрела прямо в душу мужчины, ее глаза так и говорили: «обидишь, убью.» Мин молча кивнул и откланялся, уходя в сторону моря.

***

Чимин нашёлся через пятнадцать (15) минут. Младший сидел с закрытыми глазами на огромном плоском камне, опустив ноги в воду. Парень снял пиджак, развязал галстук, расстегнул три пуговицы и закатал рукава. Такой Чимин вызывал бабочки эйфории в животе старшего. — Чимин. Парень снова ушёл в астрал и даже не заметил, что Юнги тоже снял кроссовки и носки, поставил их рядом с ботинками брюнета и так же сел рядом на камень, поглядывая на румяное и спокойное лицо Пака. — Чими-и-ин~и –, более игриво повторяет мужчина и младший наконец-то замечает его. Он открывает рот и глубоко вдыхает широко открывая глаза. — Хён? Что ты… как ты? — я устал от толпы, если честно. Отпросился и ушёл. — я тоже уже не могу. –, мягко усмехнулся брюнет. — ты пропустил мою крутую речь. Юнги посмотрел на горизонт, закрывая глаза и ловя последние лучи заходящего солнца. — Боже… Хён, прости меня. — ничего страшного, солнце.–, сказал старший и лёг на спину. — Хён, почему ты называешь меня «солнце»? Наконец-то собрался с силами Чимин и спросил старшего в лоб. — потому что ты яркий, светлый, тёплый, ласковый… и такой же беспощадный. Чимин ещё мог понять первые комплименты, от них у него горели уши. А вот последнего он не понял. — что ты имеешь в виду под «беспощадным»? — это… сложно объяснить. — ахахаха… Хён-и, а ты попробуй. — в своей речи я говорил о любви. Но если честно, я не думаю, что раньше любил кого-то когда-либо. — почему ты так думаешь? — я просто… ничего не испытывал? Совсем ничего, наверное. Возбуждение, сексуальное влечение — да. Что то ментальное, связанное именно с личностью, а не телом — нет. — ты сказал: «...раньше...». Что-то поменялось? — я просто понял, что существует много разных видов любви, и всех мы любим по-разному. Но… а вот, что ты назвал бы любовью? — ну… Чимин замялся и покраснел ушами. Эта тема была самой неловкой и совсем не кстати, для бедного парнишки, а отказать старшему он не мог. — мне кажется, что любовь — это чувство свободы? Не знаю как это объяснить. Рядом с тем, кого любишь легко, приятно. Этот человек занимает все твои мысли. Ты беспокоишься о нём, делаешь всё, что он попросит и не просишь ничего взамен, но молчать об этом просто невыносимо. — для меня любовь: когда человек тебя не раздражает. Когда спокойно. Когда можешь повернуться спиной и знать, что ты в безопасности. Когда без этого человека ноет душа, и тебе хочется ещё, ещё, ещё и ещё. — ещё чего? — видеть его, слушать его смех, тискать щеки, трепать по голове и называть его солнцем. — Хён, ты что такое говоришь? — ты спросил: почему ты беспощадный? — да, но как это всё связано, я не понимаю. — ты беспощадно ворвался в мой кофейный мир со своими цветами и заставил меня трепетать каждый раз, когда произносишь мое имя. Беспощадный, когда так старательно работаешь и заставляешь меня пищать про себя как сильно, я хочу смотреть на тебя не отрываясь и говорить, что ты самый лучший. Беспощадно смотришь в мои глаза, когда я с тобой разговариваю и даришь столько тепла, что я уже готов что угодно для тебя сделать, только скажи: я всё отдам. С каждым новым словом, вылетающим из уст старшего Чимин всё больше хотел расплакаться. Какого черта Мин Юнги?! — я… я просто понял, что даже если ты пошлёшь меня сейчас, я должен это сказать. Пак затаил дыхание. Старший открыл глаза и поднялся, он развернул парня лицом к себе и надеждой и какой-то болью в глазах заявил. — Пак Чимин, а ты знал, что я влюблён в тебя? Парня пробила мелкая дрожь и он правда начал плакать и, подтянув ноги под себя, уткнулся лбом в голени. Юнги не понял, что он сделал не так и ошарашено застыл. — вы сами такой беспощадный, господин Мин. — Чимин… — Вы же знали, что вы мне нравитесь? — я… что? — вы такой глупый, правда. Вроде взрослый, а ничего не поняли. Пак поднял лицо и Юнги заметил искреннюю радостную улыбку, за которую хотелось продать душу. — я вас тоже… — тебя. — а? — мы же договорились на ТЫ. Давай без формальностей. Только не сейчас. — хорошо, ладно –, засмеялся Чимин и протянул старшему руку, которую тот лаского расположил между своих ладоней. — я люблю тебя, Юнги. Старший не мог позволить себе разрыдаться очередной раз за день. Но это чувство было выше и сильнее него. Его словно током сквозь всё тело прошибли. Каждая клеточка тела словно пульсировала и искрилась. Он вскочил, создавая брызги и, потягивая не сопротивляющегося младшего за собой. Желание закричать взяло над ним верх и он громко и радостно вывел в свет свои чувства отдаваясь криком в море. Пока тёплые руки крепко, но нежно держали друг друга медленно переплетая пальцы. Оба смотрели друг другу в глаза, и видели там свои счастливые отражения. Внутри бушевал шторм, разливая физически любовь по венам. Чимин аккуратно убрал прядку волос с лица Юнги, бережно заправив ее за ушко, и, спустившись руками к талии, крепко сцепил их в замок за спиной старшего. — юнги, можно я?.. — ах, да просто поцелуй меня уже.