Железное сердце - но добрая душа.

Тело Питера содрогнулось и теперь его окутал красно-белый туман. Показатели снова запиликали и Питер широко раскрыл глаза. Он резко сел в постели и испуганным взглядом проследил сначала за Стрэнджом и Брюсом, а затем на Старка и его лицо вытянулось. В глазах появились слёзы, а губы задрожали. Почему-то, странно, Старк чувствовал себя перед ним виноватым. Мало того, не просто перед кем-то, а перед подростком. Это могла делать только Пеппер и то — не всегда. А этому парню сразу удалось привлечь его внимание и молча указать своими слезами на ошибку. — Питер… Прости, — внезапно и мягко сказал Тони. Питер вздрогнул, как от пощёчины и уставился на наставника немного удивленными глазами. — Почему… Почему вы извиняетесь? Это же я должен извиняться за то, что не сказал вам о ударах тока, — хриплым голосом прошептал он. Тони словно взорвался. ОН собирается извиняться перед НИМ? — Если бы не я, ты бы и не пожаловался бы никогда. Питер, не бери на себя чужую вину, я… не хочу, чтобы ты извинялся за меня. Это неправильно и я… чувствую себя виноватым по отношению к тебе, к молодому парню без комплексов, совершенно очаровательному подростку. Ты мне как сын, Пит. Но сейчас всё будет хорошо. В воздухе повисла звенящая тишина, однако оба смотрели друг на друга и этот миг очень сблизил двух несчастных по родителям мужчин. Да, мужчин. Питер — выросший, молодой мужчина. Ну, в эмоциональном и психологическом смысле точно. Но сейчас не об этом. Как показалось сначала Тони, во взгляде Пита читалось недоверие и усмешка. Но потом, когда Питер прошептал: — Я тоже вас люблю, мистер Старк, вы мне как…отец… — он понял, что он очень сильно ошибался и в его груди разлилось приятное, неземное тепло, захватывающее и очень радостное. Он неожиданно, крепко, радостно обнял парня и почувствовал, как тот расслабляется. Господи, даруй им счастье.