Я чертовски люблю тебя

       — Фрэнк! Фрэнк!       Взволнованный крик раздавался в коридоре. Айеро оторвался от какой-то ненавязчивой беседы с друзьями и обернулся, выискивая глазами в толпе своего любовника. Тот выглядел потрёпано: красные волосы метались на его голове в абсолютном беспорядке. Беспорядочнее обычного, если быть точнее. Френк сначала обрадовался неожиданному появлению Уэя в другом крыле школы, а потом понял, что радоваться нечему. Парень был заплаканным, кажется.        — Фрэнк, чёрт возьми, я везде ищу тебя!       Зазвенел звонок. Айеро посчитал, что алгебра не так важна, как слёзы того, кого он любит, так что, скинув и учебники, и рюкзак на пол, он приготовился обнимать Джерарда, но делать это не понадобилось. Тот грубо схватил Фрэнка за руку и потащил вглубь школы.       Джерард с силой пихнул Френка в подсобку. Айеро молча подчинялся, в шоке заходя внутрь. Глаза Уэя горели таким огнём, как будто он пытался ими сожрать всего Френки разом, как будто он вот сейчас накинется и прокусит сонную артерию. И всё. Или разденет?       Ни один из вариантов парню не нравился. Первые два заканчивались его смертью, последний сексом в подсобке с неизвестными последствиями.       Не успел Френк собрать консилиум учёных для решения вопроса о том, что делать дальше, как Джерард припечатал его к стене, шумно дыша в шею. Дыхание щекотало нежную кожу, возбуждало настолько, что у брюнета заслезились глаза от нетерпения. И, что главное, от Уэя не несло ни перегаром, ни алкоголем. Ничем. Он был движим лишь своими особыми — возможно идиотскими, продиктованными лишь фетишами, — но всё-таки порывами страсти. Парень поддался, тихо простонав в ответ на нежный укус.       Джерард улыбнулся, почти оскалился, немного ослабив галстук Айеро и расстегнув пару пуговиц его белоснежно-белой рубашки. Красноволосый с наслаждением провёл языком по ключице партнёра, одновременно протискивая колено между его ногами, упираясь им в пах. У Френка в штанах становилось уже тесно от такого внезапно возбуждённого Джерарда, который раньше-то и целоваться на публике иногда отказывался. И теперь он стоит прямо перед ним, шумно дышит ему в ключицы и чуть ли не кончает на месте от любого звука Айеро. Такой хороший, приличный мальчик, теперь готов был опуститься на колени (его колени и вправду медленно подгибались) и отсосать.       Пока он этого не сделал, Френк взял инициативу на себя. Притянув Джерарда за волосы, парень с наслаждением поцеловал его, при чём без языка. Для них это было не редкостью. И тут произошло нечто странное — Джерард провёл своим языком по губам Айеро. Естественно, Френк попытался как-то ответить на поцелуй, но из этого получилось что-то смазанное. Парень просто укусил Уэя за губу, попытался эту ранку зализать и потом стукнулся с ним зубами. В итоге Джерард понял, что целоваться с Френком не очень, а вот целоваться с его шеей — самое то.       Всё происходило в какой-то мутной спешке — Джерард пару раз чмокнул парня в шею, одновременно расстёгивая его рубашку, чиркнул языком по груди и тут же рухнул на колени. Так же резко, как он делал это на сцене. Френк был уверен, что не стоило это делать на кафельном полу.       С этой же мыслью в его голове зародилась другая — насколько всё происходящее фальшиво. Руки Джерарда дрожали от нервов, движения были резковатыми и улыбка, что сначала казалась подёрнутой лишь дымкой возбуждения оказалась обманкой. Нервным плаксивым оскалом.        — Джерард, что происходит? — парень поймал руки Уэя, пока тот пытался расстегнуть его ширинку. Воцарилось неловкое молчание, прерываемое лишь шумным дыханием красноволосого. Тот смотрел в растерянности.        — Отсосать тебе хочу, придурок, — опомнившись прошипел Джерард, пытаясь вырваться из захвата. Френк перехватил его покрепче и поднял с колен, тут же прижал к стене так же, как пару минут назад это сделал с ним сам Уэй. — Каких объяснений ты хочешь?        — Какого чёрта ты так яро хочешь мне отсосать? Без всякой херни… ну знаешь… — у Френка кончился словарный запас. — Перед этим. Ты не любишь, когда с тобой жёстко…        — Считай, что резко полюбил! — Джерард попытался оттолкнуть парня, но тот облокотился на него, не пуская.        — Не посчитаю. Если ты сейчас не прекратишь своё бешенство, я уйду отсюда прямо сейчас расстроенный, и мы всё равно вернёмся к этому разговору в следущий раз.       Джерард, чей тон буквально только что был переполнен ненавистью и нетерпением, замолчал. Взгляд забегал по испачканной плитке на соседней стене, пока парень успокаивал дыхание и бешено стучащее сердце. В уголках его глаз начали собираться слёзы. Он искал Френка по всем коридорам, вытянул его из компании друзей, прогулял алгебру, и всё ради чего?        — Можешь спокойно объяснить, что случилось? — тихо, почти шёпотом, переспросил Френк. Тут же погладил Уэя по щеке, выражая поддержку.        — Мне сказали… — Джерард будто засомневался, стоит ли говорить. Парень прикусил губу, и тут же залпом выпалил: — Мне сказали, что ты явно делаешь для меня в постели больше, чем я для тебя. Что я явно не тот, кого ты искал раньше…       Френк закатил глаза, отпуская Уэя. Парень начал застёгивать рубашку и поправлять галстук, нервно расхаживая по маленькой комнате.        — Какая к херам разница? — возмутился шатен. — Какой… Боже, Уэй, какой же ты идиот! Какой смысл в этом дурацком… Господи, полный бред. Кто сказал это тебе?        — Я не хочу говорить, — Джерард выглядел несколько виновато. — Знаешь, давай закончим на этом. Просто скажи, что у нас всё состоялось, окей?        Он только хотел открыть дверь и выйти, сбежать от этого позора, но Фрэнк утянул его назад, в свои объятия. Было видно, что Уэй с удовольствием вырвался бы и ушёл, но Айеро держал крепко.        — Какой же ты дурачок, Джерард… — Френк поцеловал его в щёку. — Даже не так… Какой же феерический ты долбоёб.       Уэй вздрогнул. Френк быстро застегнул молнию на джинсах и вышел из подсобки, бросив на прощание:        — У меня дома в одиннадцать. Не опаздывай.       Звучало совершенно безрадостно.

***

       — И что же ты сделал?       Майки уставился на брата своими любопытными до жопы глазёнками, будто не слушал душераздирающую историю о сложных комплексах брата, а смотрел боевик, который из-за плохого интернета внезапно оборвался.        — Я попытался ему отсосать.       Для их молчания не хватало лишь троеточия. Молчаливого, но явно ощутимого т р о е т о ч и я…        — Ты хоть понимаешь, что натворил?        — Я не имел права…        — Бесчувственным ебланом ты быть не имел права, — Майки отвесил Джерарду, упивающемуся собственной обидой, подзатыльник. Щедрый такой, увесистый. — Если нравится кто, так ухаживай по-нормальному, а не пытайся как последнюю шлюху в подсобке трахнуть! Тем более не по своей инициативе!        — Я не…        — «Не» что? «Не» хотел его трахнуть или «не» трахал его, потому что хотел? В первое я не поверю. Второе отстой. Отвечай, что именно ты «не»!        — Какой смысл? — жалобно ответил Джерард. — Всё равно Френки теперь меня ненавидит… Он наверняка считает, что я расцениваю его, как предмет, который можно показушно трахнуть.        — Чёрт, Уэй мать твою… — Майки проигнорировал тот факт, что мать-то у них одна. — Я тебя на три года младше и на три десятка пунктов АйКью умнее! Френк же не тупой. Даже… Предположим, он не любит тебя. Предположим, он не может избавиться от тебя. Но не слишком ли это не сходится с его поведением?        — Поясни.        — Какой же ты идиот… — Джерард на это лишь вздохнул. — Френк очень чувствителен к тебе. Он следит за тем, сколько ты ешь, он постоянно пытается быть рядом, он слушает твои бредни в три часа ночи о том, как тебе плохо, и он всегда дарит тебе что-нибудь милое после такого. Это не мишура для прикрытия, это забота, Джи. Он прощал тебя тысячи раз, и он это не просто так делал. И, о господи как по-гейски, ты его вдохновляешь. Потому что потом он наверняка приходит домой и не дрочит несколько часов подряд, а пальцы в кровь стирает на гитаре. Это не мелочи.        — Тогда… Почему меня толкают окружающие на то, чтобы что-то для него делать… Почему они говорят, что я делаю недостаточно…        — Потому что ты придурок! Они говорят, а ты их и слушаешь, им это льстит! — воскликнул Майки. — Мой калькулятор более чуткий к окружающему миру, чем ты!       Братья на пару минут замолчали. Свет в актовом зале был приглушён, они сидели на самом краю сцены и смотрели то в пол, то в потолок. И там, и там — темнота.        — Что ты готов сделать для Френки?        — В смысле?        — Блять, в коромысле… Не отсосать там, не тачку ему купить. Ты мог бы его бросить?        Джерард панически замотал головой.        — Мог бы видеть, как его уводит другой парень?        Ответ был чётко отрицательный.        — Вот, замечательно. Остался последний вопрос: ты всегда настолько тупой или только сейчас придуриваешься?       Джерард исступленно моргнул.        — Я имею в виду… Ну, мы как бы все хотим счастья, вся херня. — Майки сделал неопределённый жест рукой. — Счастье в стабильности. А не в том, что ты волнуешься, хотят ли тебя или нет по меркам окружающей действительности. Подумай, чего ты хочешь от Френка и для него.        — Отношений? — Джерарда пробрало на улыбку.        — На одну ночь, на подростковый период, на всю жизнь, чёрт бы тебя побрал, ты ведь строил какие-то планы на будущее с ним, верно?       Уэй виновато потупил взгляд.        — Понятно. Скажи пожалуйста, до того, как вы встретились, когда ты думал о своём партнёре, кого ты представлял?        — Шумного. Чтобы можно было орать, пить, водить на вечеринки. Может какого-нибудь развязного психа.        — Кого ты выбрал в итоге?        Джерард вздохнул, анализируя все черты характера Айеро. На драг-квин тот явно не смахивал.        — Френки.        — А он тебя, такого вот полумёртвого и депрессивного, разваливающегося на части от любого неосторожного слова представлял?        — Он искал компанию для сидения дома, — тепло улыбнулся Джерард.        — А выбрал, чёрт подери, тебя! Иди к нему, извинись, очаруй, идиот ты бессердечный. Я уже опоздал на историю, разбираясь с твоими проблемами! — Майки решительно поднялся и взял рюкзак.        — Каким образом я должен его очаровать… завалить в постель?        — Битой по башке огрей! Весь твой будет!        — Майки!        — Перестань молоть херню, для начала. Ты пытаешься исправиться, я это вижу. Уверен, и Френк тоже видит. Может он и не рехнулся с тобой окончательно, но ей-богу, лучше бы его взгляд остановился на ком-то другом. С тобой дело иметь хуже, чем с бешеной собакой.       Майки уже хотел было открыть дверь, но Джерард его окликнул:        — Как думаешь, он реально… готов терпеть меня настолько долго? Он любит меня?        — Всех желающих полапать его до тебя я видел в кабинете медсестры. Ждали скорой помощи. А ты вроде вполне цел, так что да. Он тебя любит, сосальщик несчастный.        И тут же вылетел за дверь.

***

      Джерард, как стоял на месте, в таком положении будто бы и оказался в комнате Айеро тем же вечером. Растерянный, униженный, заплаканный. Что-то не получалось у него делать всё правильно.       А Фрэнк глубоко вздыхает и сажает его на кровать.        — Смотри. Давай я научу тебя кое-чему.        Свободная рука легла на внутреннюю сторону бедра, поглаживая.        — Первое — не смей обращать внимание на то, что говорят тебе. Как правильно надо делать. Кто ты. Тем более в наших отношениях.       Джерард судорожно закачал головой в знак того, что он слушает.        — Ты запоминаешь? Вот и умничка, — Френк в одно мгновение оседлал его бёдра и поцеловал в губы, причём глубже, чем раньше. Он буквально трахал Джерарда своим языком в рот, улыбаясь в поцелуй. Джерард всхлипнул, впервые такой тон не расслаблял его.       Френк не понял такой реакции, тут же отстраняясь. Он нежно погладил Уэя по голове и плечам.       Тот настраивал себя на то, что всё будет хорошо и он расскажет всё честно, но как только оказался в комнате Френка, всё сразу поплыло. Подводка, например.        — Что такое?        — Ты правда… хочешь меня?        — Конечно, хочу, — Френк поцеловал Джерарда в лоб и прошептал: — Что ещё они успели сказать тебе?        — Многое.        — Ничто из этого не является правдой. Ты же знаешь это?        — В том-то и дело, что я, блять, в этом не уверен! — Уэй сорвался, вскрикивая чуть громче нужного.        — Ч-ш-ш, не кричи, — успокоил его Френк. — Давай разберёмся.       Френк мягко опрокинул Джерарда на кровать, возобновляя поцелуи. Он отдавался максимально, показывал, насколько ждал этого момента и всячески поощрял Уэя: с удовольствием елозил рядом с его членом, лез рукой в его джинсы, постепенно расстёгивая их, и, что самое главное, пытался шептать какой-то бред про любовь. Если девчонкам это нравилось, Джерарду ведь должно было понравиться тоже, не так ли? И Джерарду нравилось.       Он тихо застонал, как только нежные пальцы Френка коснулись головки его члена, уже начавшего истекать смазкой. Айеро обвёл головку одним пальцем, а потом отстранился.        — Сними джинсы.       Сказано было приказным тоном, отказа не предполагалось.       Джи тут же без вопросов сделал то, что просил Френк. Джинсы полетели комком в угол комнаты, прямо на гитару.        — Ты не представляешь, как я хочу тебя… — Айеро в это время пытался снять свои узкие чёрные джинсы, и (что неудивительно, учитывая, насколько узкими они были) терпел крах в этом деле. Джерард несмело придвинулся к нему, утягивая в поцелуй и одновременно помогая расправиться с одеждой.       Оба остались в одних майках и боксерах. Что ж, они к этому и шли.       Естественно, эта стычка была далеко не их первым разом. Они занимались сексом уже около года, и ещё год до этого пытались экспериментировать. И всё равно, всё повторялось из раза в раз, как с самого начала. Джерард не так-то часто был сверху, потому что, как оказалось, в их паре намного лучше эту роль принимал на себя Френк, умевший в любой чёртовой ситуации настолько завести Уэя словесно, что тот не мог отказаться от продолжения на практике. Френк умел быть нежным, и как Джи могло это не нравиться. Айеро мог успокоить, настроить на позитив и после уже отодрать так, что все проблемы забудутся. Джерард был ему по гроб жизни обязан за моменты особого ободрения.        — Ты такой хороший мальчик, — Френк раздвинул его ноги, усаживаясь между ними, успокаивающе поглаживая внутреннюю сторону бедра. — Я так люблю тебя…       Джерард редко отвечал. Иногда из-за смущения, иногда просто хотелось, чтобы эта чёрная швабра не затыкалась и продолжала нести этот свой ванильный бред, чтобы заполнить паузы в диалогах. Но теперь он ответил:        — Я тоже тебя чертовски люблю.       Потому что в тот момент, когда он действительно нуждался, Френк сказал ему всё честно. Точнее, напомнил и подтвердил словами.        Френк задрал майку Джерарда и самозабвенно стал оставлять засосы на его груди. Красные, они наливались кровью за несколько секунд, и они останутся с Уэем на пару дней уж точно. Айеро мастерски доводил партнёра до той точки, на которой ему хотелось поныть.        — Френки-и, — красноволосый инстинктивно приподнял бёдра, потираясь о колено своего любовника стояком. Это вызвало громкий, наполненный желанием стон. — Френки-и, пожалуйста…        — Что? — Айеро отстранился, водя пальцем по мокрым дорожкам, тут же зажимая один из сосков между пальцами.        — Френки-и, давай дальше, я скоро прямо так кончу…        — Не вижу минусов, — усмехнулся Френк, намеренно задевая коленом промежность партнёра. — Но, если тебе так хочется…        Казалось, Айеро вылил половину смазки из тюбика. Приторный запах клубники заполнил комнату в считанные секунды. Парень целовал Джерарда, одновременно его разрабатывая, и это расслабляло обоих.       После трёх пальцев Френк почти сразу же вошёл, при чём без предупреждения. Оба уже сгорали от нетерпения. Уэй ёрзал и извивался так, что Френку пришлось припечатать его руки к матрасу, чтобы иметь возможность нормально его трахнуть.        — Я боялся… — Джерард с громким стоном выгнулся, а потом продолжил сбивчиво говорить. — Я боялся, что ты не любишь меня…        — Чего-о… — сознание Френка работать отказывалось. — Пошёл нахер, Уэй. Ты самый прекрасный мальчик из всех, которые у меня были, ясно? Глупый, да. Но чёрт… Ты всё равно прекрасен, сукин ты сын… Ты прекрасен, и я блять буду тебя трахать до тех пор, пока ты в это не поверишь…        — Уже охотно верю… А-а-ах, — парень резко вздохнул, подставляясь под руки Френка, что так нежно ласкали его тело. — Да, да, здесь… Френки, прошу…        — Как ты прекрасно звучишь… — Айеро повторил толчок, уже чуть сильнее, чуть грубее. Чуть глубже. Реакция была закономерной — Джерард вновь выгнул спину, тихо вскрикивая.        — Френк! — Уэй сжал одеяло, его костяшки побелели.        — Ч-ш-ш-ш, — парень чуть замедлил темп, вызывая недовольный вздох. Брюнет наклонился к партнёру и языком обвёл его губы, потом медленно очертил челюсть и укусил за мочку уха. Толчки пусть и стали медленнее, были грубыми и каждый раз вызывали громкий стон. — Тебе так хорошо…       Джерард расплылся в улыбке, подаваясь вперёд, требуя поцелуя. Френк с удовольствием ответил и тут же положил одну руку на член Уэя. Медленно водя вверх-вниз, Айеро смог вызвать такую бурю эмоций у партнёра, что, казалось, тот был готов прямо сейчас кончить.       Уэй схватил парня за волосы, пытаясь углубить поцелуй ещё сильнее. Он явно не мог контролировать то, что делал, его движения состояли из хаотичных попыток насадиться на член Френка и одновременно удержать его в поцелуе. Но в конце-концов это дало результат — Джерард кончил, стоило Френку наконец вырваться из захвата и в порыве небольшой злости укусить его в шею. Всё, мальчик готов.        — Подожди… Френк, чёрт возьми, выйди из меня! — психанул Уэй, отталкивая от себя Айеро. Тот, ничего не понимая, отстранился, выходя из тела Джерарда. Парень тут же с силой опрокинул его и уселся между его ног. Оба были на грани истерики. — Замечательно…        — Что ты… — Айеро не смог договорить, его слова перешли в высокочастотный крик, когда Джерард резко взял его член в рот наполовину. Горячий язык ласкал головку, и Френк не смог сдержаться. Кончил, сжимая волосы Уэя в кулаке.        — Да… Да… — бормотал Френк. Джерард, абсолютно довольный, придвинулся ближе к его лицу и обнял, перекинув руку поперёк груди. — Какой ты хороший мальчик…        — Я старался… — Уэй, перемазанный в чужом семени, поцеловал партнёра в щёку.        — Тебе не обязательно стараться, чтобы быть идеальным для меня, — вздохнул Айеро. — Ты просто хороший мальчик. Ты просто умница. Я рад, что ты хочешь сделать, как лучше, но пусть это будет тебе в удовольствие.        — Я… делаю достаточно для тебя?        — И даже больше. Ты меня любишь. У любви нет срока годности и цены. У неё нет форм и размеров и…        — Хлеборезку заткни, я и так очень хочу спать. — Вздохнул Уэй. — Я люблю тебя.        — И я тебя очень люблю…