Тонкая Грань. Часть I.

Привет, друг. — Винный завод? Слушай, ну хотела позвать на свидание — так бы и сказала, я бы хоть подготовился. — Гвил, закрой ото своё рот или я отправлю тебя Эвансу, а себе заберу Люси обратно, — сквозь зубы произношу я, карауля чёрный вход, откуда выходят работники и когда они все уходят достаточно далеко, без единого предупреждения срываюсь с места и успеваю словить дверь за секунду до того, как та должна была закрыться. Почему я так тороплюсь? А потому что дверь открывается исключительно с помощью специальной карточки, а у нас её, естественно, нет. — Хоть бы слово сказала! — ко мне подбегает Ли и я буквально схватив его за воротник куртки, пинаю за эту дверь. Замечаю, что рабочие вышли на перекур, а значит времени не так уж и много. — В отличие от тебя, у меня есть инстинкт самосохранения и я не трындю беспрерывно, привлекая ненужное внимание, — захлопываю за собой дверь, зайдя внутрь, и прохожу мимо напарника, попадая в небольшой коридор. — Что-то твой инстинкт самосохранения не сильно тебе помог 30 лет назад, — фыркает Гвилим, а я резко останавливаюсь и разворачиваюсь к нему лицом. — Давай так, ты не вспоминаешь о моём прошлом, а я, взамен, не ломаю тебе рёбра? — совершенно серьёзно говорю я.  — Кто? ТЫ? — ухмыляется он. — Ли, я перелезла 4-х метровый забор, с которого у меня были все шансы свалиться и переломать себе всё, что только можно; вошла в горящий дом, нашла там человека, который запросто мог сгореть с её никому ненужными мерами безопасности, и в конце концов, спасла этого человека, рискуя собственной жизнью. Дорогой, ты действительно сомневаешься в моих способностях? — парень застыл в ступоре, не зная, что сказать. — Можно один последний раз вспомню? Просто ты так удачно только что сказала…- опасливо поглядывая на меня, спросил Гвилим. — Что? — спрашиваю я, собираясь идти дальше. — Как я могу не проводить эти парралели между тобой сейчас и тем человеком, которым ты была, если у тебя те же словарный запас и манера разговаривать, что и 30 лет назад? — я задумалась, но ничего не ответила и ушла вглубь помещения. Это был склад с тысячами картонных коробок с вином. — Что мы ищем, если не секрет? — догадался спросить у меня напарник. — Наркотики, — показываю на все эти коробки с бутылками, — Мы ищем контрабанду. Гринн сказал, что о нашем визите сюда Джонсон знать не желательно, поэтому всё делаем осторожно. Гвил кивает и я начинаю просматривать каждую коробку. Да, вот так вот, без всякого специального оборудования, потому что я кто? Правильно, существо нечеловеческое. — О, а вот и оно! — весело говорю я, подойдя к одному из стеллажей, — Гвил, мне наконец-то нужна твоя помощь, я не достану. — Что, коротковата? — смеётся он. Я молчу и смотрю, как он достает одну из коробок с самой верхней полки стеллажа. Достаю из кармана куртки складной нож и аккуратно вскрываю коробку. Прямо сверху на бутылках лежат пакеты с синим порошком. Нет, что бы спрятать куда-то под бутылки, нет, надо так, что бы всё очень легко находилось. Ну, это уже их личные проблемы. — Контрабас, — довольная находкой, говорю я, беря один из фасованных пакетов, и понимаю, что как-то уж слишком много он весит, — Прикольно…— хмурясь, произношу я, взяв кинжал и делая надрез на пакете. — Что? — напрягся напарник. Окунаю руку в порошок и натыкаюсь на что-то, очень напоминающее какую-то прямоугольную коробочку. Аккуратно вынимаю её из пакета, из которого на пол сыпится синий наркотик, и вижу взрывчатку с таймером на 45 секунд, который запускается в эту же секунду. Символично, могу сказать. А теперь давай думать, пока время истории остановилось ради моих раздумий. Нормальный человек в этот момент сделал бы что? Да, мыслишь верно, адекватные люди либо сразу пытаются выйти за радиус предположительного взрыва как можно скорее, либо, если это сапёры или полиция, они пытаются обезвредить бомбу или убрать её как можно дальше от населенного пункта. Мы же с Гвилом — два идиота, которые прямо сейчас сидят на корточках у коробки с, наверняка, идентичным сюрпризом внутри остальных пакетов, и тупо пялимся то друг на друга, то на взрывчатку в моей руке. Слышу писк открывающейся двери и понимаю, что рабочие уже перекурили. — Уводи их немедленно! — быстро говорю я Гвилу и он, не задавая лишних вопросов, убегает. 30 секунд. Я судорожно соображаю, что делать. У меня было восемь попыток и это последняя, я не могу её, извиняюсь, просрать вот так вот, мне необходимо найти Сееру. 24 секунды. Понимаю, что не могу её обезвредить, если её вскрыть — она взорвётся раньше времени, а все провода внутри и больше никаких вариантов на этот счёт нет. 17 секунд. Бросаю бомбу в коробку, мгновенно просматривая здание на наличие людей внутри. Никого. Но тут дверь чёрного входа с другой стороны открывается и заходит женщина, лет 35-ти на вид с папкой документов. Вот ты вовремя, дорогуша. 10 секунд и меня оповещает предупреждающий писк взрывчатки. Женщина застыла в шоке и крайнем недоумении, глядя на меня. 8 секунд. Она замечает бомбу и её глаза округляются. Я, больше не желая тратить время, подбегаю к ней, выхватывая карту доступа и, открывая ею дверь, хватаю её за предплечье и мы обе выбегаем из здания. Вокруг завода, такое ощущение, будто полегон, нет ни одной другой постройки в радиусе 300 метров и в сложившейся ситуации — это просто чудо. Предположительно 3 секунды. Вижу Гвилима у своей машины впереди, вместе с обеспокоенными рабочими, куда мы с этой (на тот момент) ещё неизвестной мне особой и рванули. Остаётся около 20 метров до BMW и меня оглушает взрыв. И я, и она, и все, кто впереди, падаем на землю от взрывной волны. Браво, Тейлор! Так держать, Джонсон никогда в жизни не узнает о взрыве крупного завода недалеко от Лондона, она же новости не смотрит, верно? Звон в ушах и флэшбеки из прошлого столетия. Нет, не те, которые связаны с 70-ми, 80-ми и т.д. Другие. Учитывая мой реальный возраст, всё «веселье» во времена Второй Мировой я чисто физически не могла пропустить. Встаю с земли, отряхивая всю пыль с одежды. И кто меня просил белые джинсы одевать? А вот и наша новая знакомая очнулась. — О, живая, — наигранно удивилась я, наблюдая за тем, как она поднимается с земли. — Вы кто вообще такая? Что Вы натворили?! — в ярости кричит брюнетка, а я слышу ну просто жутчайший русский акцент. Мельком взглянув на документы, которые выпали из папки, понимаю, что это наш «клиент». Она владелец этого завода. — Детектив из Скотланд-Ярда — это рас, — отвечаю я, а Гвил вовремя кинул мне наручники, — И спасла Вам жизнь — это два, — она ещё не успела опомниться, а я уже защёлкнула наручники на её запястьях, — Гвил, вызови сюда наших, пусть заберут этих товарищей, они в очереди на допрос, а эта особа едет со мной. Прошу прощение, как Вас…? —Вы не имеете права меня арестовывать! Без своего адвоката я ничего Вам не скажу! — пыталась вырваться женщина. — Если Вы продолжите вырываться, то я сочту это за сопротивление при задержании, а это Вам, дорогуша, сейчас вообще не на руку. Да что ж меня сегодня так плющит, а? С каких пор я пытаюсь вернуть себе прошлый, да ещё и вообще незапланированный образ?

***

— Я ничего Вам не скажу. Прошло 2 часа. Гвил и Эванс допрашивают рабочих, которые стали свидетелями взрыва, а я за это время ещё ни слова не вытащила из самой главной подозреваемой. — Имя Вы мне своё скажете хотя бы? А то на «Эй, ты!» Вы не откликаетесь, как я успела заметить, — в конце концов она меня добила и я, до этого расхаживающая по комнате туда-сюда, приземлилась на стул за столом, оказываясь напротив этой женщины. — Евгения Середа, — наконец-то сказала она. — Неужели, — произношу я, узнав хоть что-то, — Старший инспектор Тейлор, рада наконец-то узнать Ваше имя. — Тейлор? — усмехнулась Евгения. Я причину поняла, но меня это мало интересовало. — Вы же не хотели со мной говорить, — всего лишь напомнила я, беря лист бумаги и ручку. — То, что я назвала Вашу фамилию — ещё ничего не значит, — ответила Середа, специально стуча наручниками по столешнице. — Я их не сниму, — осведомляю её я, пытаясь не обращать на женщину никакого внимания. — Я Вас и не прошу. — НУ ТАК ПЕРЕСТАНЬ ИСПЫТЫВАТЬ МОИ НЕРВЫ НА ПРОЧНОСТЬ! — неожиданно даже для самой себя рявкнула я. Но зато эта особа прекратила шуметь. — Что Вы делали на складе? — спустя несколько минут спросила Евгения. — Я не поняла, это я тебя допрашиваю или ты меня? — съязвила я, бросив ручку на стол. — Я просто интересуюсь, — произнесла Середа, — Должна же я знать, что вы забыли на складе. — Я думаю, что Вам это известно ещё лучше, чем мне. — О взрывчатке я узнала в тот же момент, что и Вы, я здесь ни при чём, — я резко посмотрела на неё, отсунув в сторону лист со своими пометками. — А кто сказал, что речь о взрывчатке? Меня изначально больше интересует наличие наркотических веществ в коробках с вином, — прищурилась я. — А вот я — наоборот, больше заинтересовалась наличием взрывчатки, — нет, она меня таки доведёт. Благо, в этот момент в комнату для допросов заходит Гринн и просит меня выйти поговорить. — Что? — спрашиваю я, захлопнув дверь за собой. — Послание от наших, — говорит он, — Иди проверь почту, я допрошу её… — Ну-ну, — перебиваю его я, насмехаясь и ухожу.

***

— О, а вот и подрыватель! — весело встречает меня судмедэксперт, сидящая за моим столом. — Джонсон уже донесли?— поинтерисовалась я, согнав её с моего кресла и включив компьютер. — Не думаю, но она скоро и сама всё узнает, туда сбежались все журналисты, — ответила Бейл, держа в руках какую-то довольно старую и увесистую книгу, — Слушай, я тут пыль вытирала на полках и нашла вот эту необычную книжку. Хотела спросить, могу ли я взять её почитать? Я зашла в электронную почту и мимолётно глянула, что это за книга. Узнав её, я задумалась стоит ли разрешать кому-нибудь её у меня забирать. — На кой тебе «Древняя мифология…»? — уточнила я, не цитируя полное название и открывая то самое письмо от ЦРУ, начав его читать. С первых же строк я поняла, что что-то здесь не вяжется. Что-то явно не так, но понять что конкретно — я не могу. — Просто интересно, — ответила девушка, — Только, её бы подклеить, а-то скоро совсем развалится. — Бери, если хочешь, но верни мне её завтра, она мне нужна. — Хорошо, спасибо, — улыбнулась Кэт и открыла дверь, собираясь уйти. — И, Кэтрин! Убедительная просьба, не потерять записки внутри книги, — предупредила я напоследок. Она кивнула и ушла. Я дочитала письмо, скривив губы в непонимании и в кабинет зашёл Гринн. И вид у него был, как на измене. — Я не собираюсь говорить на публику. Тем более это, — чётко и ясно говорю я Шону, прочитав письмо от ЦРУ, с просьбой «помочь жителям Британии осознать, что они обязаны докладывать MI6 и ЦРУ обо всех, даже мелких, заговорах в их стране». — Ты была назначена, это не подвергается твоему обсуждению, — холодно отвечает мужчина, кинув мне на стол блокнот со словами нашей молчаливой подозреваемой. Я быстро пробежалась по ним глазами. Евгения, кстати, много не сказала, но та информация, которую из неё вытащил Гринн мне ещё пригодится. — Но это же бред! — подорвалась с кресла я, окончательно добитая этим идиотизмом, вспомнив о письме. — Это приказ, Тейлор! Будешь выёживаться — я лично тебя отстраню от всех дел ЦРУ! — рявкнул Гринн в ответ, а я буквально отпрыгнула назад. Что происходит? — Может, вы мне хоть набросок речи дадите?— сделала я вид, что сдалась. Здесь что-то не так и я это знаю. Злость на его лице сменила озадаченность. — Будет тебе набросок, — озадаченность сменила привычная холодная, стальная маска. Он вышел из моего кабинета, хлопнув дверью так, что с потолка начала отваливаться краска. Я, кажется, уже упоминал, что здесь что-то не так. Так, а вот это не смешно, у меня уже шизофрения появилась? Чё за приколы…? Слышь, приколистка высшей категории, по-моему, с нас уже достаточно приключений. Ты бы перестраховалась на всякий случай, что-то мне подсказывает, что всё может закончиться фатально. Я сидела в своём кресле поворачивая голову со стороны в сторону, выглядело это, наверняка, стрёмно. В кабинет зашёл Гвил и я резко перестала слышать чей-то голос у себя в голове. Я готова была поклясться, что где-то уже его слышала, только вспомнить, где именно — я не могла. — Гвен? Всё хорошо? — он заметил, что я веду себя не как обычно. — Всё не просто хорошо, Гвилим, всё просто «замечательно»…Меня хотят втянуть в какую-то авантюру без моего ведома и я начинаю слышать голоса в своей голове…- пробормотала я, сложив руки на груди. Я о чём-то не знаю? Ты слышишь только меня и я лично говорю тебе — пора начинать что-то придумывать, ты ещё своих демонов не нашла, а у тебя уже есть возможность попрощаться с последней жизнью! — И что же ты предлагаешь, позволь спросить? — фыркнула я в ответ на пречитания кого-то в моей голове. Погоди, я сейчас сама с собой говорю? Я заметила, что Гвил очень странно на меня покосился. — Ты мне это сказала? — решил спросить он. — Тебе показалось, — коротко ответила я. Нет, ты меня уже бесишь, Гвен… У меня к тебе просьба. Видишь вон то зеркало на стене? Подойди к нему. Я не знаю, почему, но я действительно встала с кресла и подошла к зеркалу. И что? Ну допустим, я всё ещё вижу всю пыль и грязь на белых джинсах, это единственное, что во мне изменилось за весь день. — Насмотрелась?— услышала я собственный голос, но в совершенно другой манере, — Теперь слушай. Есть ощущение, что твоя Сеера где-то здесь и она просекла, что ты — это Роксена. Я не знаю, как ты так вообще смогла, но впервые за всё время ты упустила слишком много деталей,— я в немом шоке уставилась на собственное отражение, которое со мной говорило. Оно замолчало. — «Оно» замолчало, потому что ты меня не слышишь. Я чё здесь распинаюсь, просто так? Так я перестану тебе помогать и будешь сама с ней общаться,— сказала я, которая в зеркале. — С кем конкретно? — наконец-то сказала я хоть что-то. — О-о-о, уже осмысленые реплики пошли, чудесно!— улыбнулось моё отражение. Гвилим наблюдал за мной, думая, что я этого не вижу. — Что ты такое? — прищурилась я, рассматривая человека по ту сторону зазеркалья. Я пыталась найти хоть какие-нибудь отличия между собой и отражением, но заметить их оказалось сложнее, чем я ожидала. И только теперь я увидела единственную черту, которая отличала нас — глаза. Они утратили привычный яркий янтарный оттенок, что свидетельствовал о моей нечеловеческой сущности. Теперь они были просто карие. — Ты явно меня не слышишь, Гвен,— моё отражение напомнило мне о своем отдельном от меня существовании. — Я слышала, — опомнилась я. — Да что ты? И о чём я говорил…а? Да, в моём теперешнем обличии «говорила» будет уместнее,— ответило оно. Я задумалась, чем дала понять, что действительно не слышала, — Так вот, послушай наконец, что я сказала. Помнишь, ты скрыла от Верхних, что моё сознание тебе не подчинялось?— я кивнула, осознав, к чему оно клонит, — Тогда, я тебя поздравляю! Моё сознание перекочевало в новое тело вместе с твоим. Поначалу, я думала над тем, как бы тебе отомстить за твои внезапные выпады, которые ни к чему хорошему нас не привели, но потом я поняла, что жизнь и без меня неплохо тебя «имеет». А несколько лет назад я и вовсе прониклась к тебе эмпатией, поэтому ты, собственно говоря, до сих пор не лишилась рассудка… Ли стоял у меня за спиной, а я даже не заметила. И судя по его лицу, он видел совсем не то, что вижу я. — Гвен, тебе бы к Кэтрин заглянуть, тест на вменяемость пройти, — опасливо произнёс он, смотря на меня. — Обязательно, Гвил, обязательно, — отрешённо сказала я, отмахнувшись. — Хотя, знаешь, я её сюда, наверное, позову. Смотри в зеркало, разговаривай с отражением, никуда не уходи, — протараторил напарник и вылетел из кабинета. Моё отражение сначала удивилось, а потом начало смеяться. — На чём я остановилась?— спросило оно, но моего ответа не потребовалось, — А, точно! Я… — Фредди? — выдала я гениальную мысль. — Как-то ты слишком «быстро» это поняла,— хмыкнуло моё отражение, — Ладно, поняла и Слава Богу, а теперь к изначальной теме этого разговора. Сеера где-то здесь, в участке. — Это я уже поняла. Как мне теперь понять, кто именно? С недавних пор список кандидатов на эту роль увеличился раз в 5, — я заметно оживилась, придя в себя от увиденного. — Присмотрись к тем, кто руководит всеми, только я тебя прошу, давай не так, как в прошлый раз, — на меня многозначительно взглянули. — Ой, можно подумать, — закатила я глаза. — Действительно, у тебя же наверняка ещё пару жизней в запасе, почему бы не повторить прошлую смерть. Нет, может, конечно, в этот раз всё сработает лучше, но я для справки напомню, что за последние 40 лет медицина научилась лечить всё, что угодно, только не наш случай,— съязвило моё отражение, а я вернулась за рабочий стол, начиная обдумывать свои дальнейшие действия.