Уже не дети

Маленькая статуэтка Ледибаг, точная копия героини Парижа, уже который час мазолит мне глаза, напоминая о прошлом. Я не могу оторвать взгляд от стройной фигуры в красном костюме, а в голове продолжают мелькать кадры наших сражений. Было время, когда мы патрулировали улицы города, сражались против Бражника, сидели на крыше какого-нибудь здания и смотрели на звезды, даже не представляя, что однажды это все закончится. - К черту, - бормочу я, отводя взгляд от девушки в маске. На часах двенадцать утра. Мысль о предстоящем собрании директоров убивает последнее желание что-либо делать. Да, быть владельцем такой большой компании в 23 года – это не то, о чем я мечтал, учась в старшей школе. Смерть отца заставила меня повзрослеть. - Черный или серый? – Спрашиваю я по привычке, но так и не получаю ответ. Плагг давно не выходит на связь, несмотря на то, что кольцо я так и не снимал. – Черный, так черный. Костюм сшит специально для меня, модельеры, которые теперь работают на мою компанию, постарались на славу. Последний штрих – маленькая божья коровка, которая вот уже который год является неотъемлемой частью образа и, вдобавок, является символом удачи. - Мсье Агрест, - стук в дверь выводит из размышлений, - встреча через несколько минут в переговорной. - Я помню, Натали. Убедись, что все подготовлено. Могу поклясться, что сейчас (уже) моя помощница кивнула своим мыслям, сжимая папку с документами. Она тяжело пережила смерть моего отца, но так и не смогла оставить дом, за что я был очень признателен. Тогда, если бы не эта женщина и мои друзья, мне пришлось бы в разы труднее. Мысль о друзьях заставила сердце сжаться. Я слишком давно их не видел. Только Хлоя иногда мелькала на экранах телевизоров, или забегала в гости, чтобы рассказать об очередной поездке заграницу. Ее карьера успешна, как и сама девушка. Она так же несколько раз заказывала одежду моей фирмы. Да, я не был таким талантливым как мой отец, но и не бросил его дело, даже смог его улучшить. Теперь многие талантливые дизайнеры могли реализовать свои проекты с помощью того, чем я занимаюсь. Сначала меня не хотели признавать всерьез, смеясь над тем, что обычное лицо с обложки просто не может стать дизайнером, теперь же, эти люди отдают мне деньги, как владельцу самых раскрученных в Париже брендов. А «лицо с обложки» настолько востребовано, что график расписан на несколько месяцев вперед. Поправив галстук, еще раз проверяю время и, выдохнув, выхожу из своего кабинета. Переговорная представляет собой достаточно просторную комнату с большим стеклянным столов в центре. Выполненная в серых тонах, она всегда нагоняла на меня тоску. Единственная радость – это удобное кресло, которое, кстати, здесь было в единственном экземпляре. Несколько мужчин встали, приветствуя. - Добрый день, - киваю я, - надеюсь, у вас приятные новости. - Как всегда, мсье. Переговоры с главным каналом прошли успешно. Показ, который будет через две недели, покажут в прямом эфире. - Наши акции выросли на 16 процентов с прошлого месяца. Клиентов все больше. - Поставка ткани из Индии, с которой были проблемы, вновь возобновилась. Правда вторая сторона требует увеличить оплату. - Делайте так, как они просят,- отвечаю я, прикидывая примерный бюджет, выделенный на эту сделку, - Натали, свяжись с нашими представителями в Индии, кажется, мы давно не были у них в гостях. - Вы хотите устроить там показ? – Один из директоров удивленно поднял брови. - Прекрасная возможность показать, что мы уважаем их труд, не так ли? – Улыбаюсь я. – Разве они сами нас не звали? - Верно, - отвечает Натали, что-то набирая на своем планшете, - один из наших брендов приглашен на их ежегодную неделю моды. - В таком случае, я не вижу препятствий. Несколько человек кивают. Спустя еще полчаса переговоров, мне начинает надоедать. Галстук сдавливает шею, голоса коллег превращаются в шум, в стрелка на часах раздражает своим медленным темпом. Взгляд сам опускается к черному кольцу. Да, я бы с удовольствием прогулялся бы по крышам в костюме кота Нуара. - Как вы на это смотрите? – Произносит мужчина в сером костюме, и только тогда я замечаю устремленные на меня взгляды. - Простите? - О сотрудничестве с Парижским университетом. Их выпускники считаются лучшими. Есть вероятность найти талантливых молодых дизайнеров. Кажется, один из их студентов успел себя зарекомендовать. Маринетт Дюпен-Чен, если мне не изменяет память, - мужчина хмурит брови, в то время как я пытаюсь вспомнить как дышать. - Дюпен-Чен? – Хриплым голосом переспрашиваю я, получая в ответ обеспокоенные взгляды. - Да. Девушка является победителем нескольких крупных конкурсов. Но сейчас не об этом. Университет ищет спонсоров, я считаю это хорошей возможностью. Молчание затягивается, но выдавить из себя даже несколько слов, просто нет сил. В голове сам собой возник образ хрупкой девочки с двумя хвостиками, которая смущалась каждый раз, когда я оказывался поблизости. Браслет, подаренный ею, сейчас лежит в моей комнате рядом со статуэткой Ледибаг. Как напоминание о том, что я потерял. - Мсье Агрест подумает об этом, когда появится время,- спасает меня Натали, - решение будет оглашено позже. На этом, я предлагаю закончить. - Натали, останься, - говорю я, после того, как остальные уходят. - Слушаю. - Тебе что-нибудь известно о Маринетт? - Боюсь, что нет. Хотите, чтобы я узнала что-то конкретное? - Нет, не нужно. Я сам. Натали кивает и выходит, оставляя меня наедине с мыслями. Как так получилось, что мы перестали общаться? Сильно ли она изменилась? Наверняка она все та же маленькая девочка с прекрасными васильковыми глазами. От этих мыслей я улыбаюсь, сам не замечая того, как рука тянется к броши в виде божьей коровки. Прошло много времени, захочет ли она меня видеть и будет ли все как раньше? Черт. Но ведь пока не проверишь – не узнаешь, так? - Натали, - зову своего главного секретаря я, выходя из кабинета, - вызови машину, мне нужно в Парижский университет.