Nameless

Кейд бы не хотел, чтобы ты расстраивалась, милая. Он всегда желал тебе счастья. — Эва Леванте

      Говорят, с началом нового дня рождаются новые надежды. Но сегодняшний длинный день подходит к концу, а значит — многому, чему не суждено было сбыться, пора отправляться за горизонт. Страж сама поселила в душе эту стаю фениксов, и теперь каждый день на закате она гонит их прочь. Она обнажает ладонь, оставляя перчатку на барном столе, и тянется к стакану. Её потертый капюшон с меховой опушкой посыпан пеплом, а в кобуре остывает «Солнечный выстрел». От рассвета не убежишь, а значит, огненные птицы вернутся завтра вновь.       — И кто это у нас решил закутить посреди дня, так еще и в одиночестве?       Этот бодрый голос можно было узнать из тысячи.       — Кейд...       Страж приветственно поднимает стакан.       — Могла бы и меня позвать, — с шутливой укоризной говорит экзо, — ты же знаешь, я – душа компании.       Охотница с грустью поднимает угол губ.       — Компания из двух людей – еще не компания.       Она делает большой глоток и вздыхает.       — Честно говоря, просто не хотела отвлекать тебя.       Мужчина заговорщически склоняется к уху собеседницы.       — Ты же знаешь, как я люблю свою работу.       Легкий смех вырывается из груди девушки. По другую сторону лавки торопливо готовят лапшу и напитки, вечерняя суета создает некий уют, и Страж понемногу расслабляется.       — Раз уж ты пришел, закажу еще лапши, я знаю, ты её любишь.       Кейд довольно потирает руки.       — Нам нужно почаще видеться, точно тебе говорю.       Страж усмехается, и экзо видит в этом некую долю скепсиса.       — Да брось, я оплачу все, — немного разочарованно произносит он.       — На самом деле, это я хотела тебя угостить, но раз ты настаиваешь...       Она хитро улыбается, и Кейд довольно щурит глаза.       — Приятно видеть тебя такой, — говорит он, но потом сконфуженно машет руками, — в смысле, не то, чтобы мне приятно видеть тебя навеселе, или что-то подобное, нет!       Страж отмахивается, сжимая в руке полупустой стакан.       — Я просто хотел сказать, — экзо наконец удается поймать её взгляд, — что уважаю тебя за твой оптимизм. Правда, ты молодец!       Страж по-прежнему старается улыбаться, и Кейд ободряюще поднимает большие пальцы вверх.       — Ну, давай же, не кисни, — он по-дружески толкает её в плечо, — давай вместе выпьем.       Он окликает официанта.       — Двойную, лады?       Охотница иронично дергает бровью.       — А тебе плохо не будет?       Глаза экзо округляются.       — Мне? — его металлические бровные пластины поползли вверх, — Ты глянь на меня.       Он посмотрел на собеседницу, а она на него. Воцарилось минутное молчание.       — Действительно, — наконец произносит Страж, допивая свой напиток и отворачиваясь.       — Не переживай, я позабочусь о себе, у меня это получается лучше всего.       Самоирония Кейда делала ему честь. Он был довольно самокритичен для обычного хвастуна, и Стража это почему-то подкупало. В его внутренних противоречиях было нечто теплое, где-то на бессознательном уровне близкое, что-то очень знакомое.       — Ты когда-нибудь думал о своем прошлом?       На секунду, Стражу показалось, что этот вопрос был лишним, но было поздно что-то предпринимать, и она просто смолкла в ожидании.       — Ты о фактическом прошлом? — как ни в чем ни бывало отвечает Кейд, отвлекаясь на подошедшего официанта, — или о том самом?       Он кидает на неё взгляд, и девушка с запозданием кивает.       — О том самом.       Кейд задерживает свое внимание на ярко-зеленом напитке, кислящемся на дне стакана.       — Совру, если скажу, что не думал, — честно отзывается он, — но и вспоминать мне особо нечего.       Он делает первый глоток. Охотница вторит за ним.       — Я тоже ничего не помню.       — Совсем?       — О, да, — говорит Страж, изогнув губы в ироничной усмешке, — Ни капельки.       Она сдавленно смеется и вновь касается губами края стакана.       — Между нами гораздо больше общего, слушай, — оценочно произносит Кейд.       — Все, кроме того, что ты железный, а я – нет.       Сочувственно смотря в глаза экзо, Страж виновато улыбается ему.       — Извини.       В воздухе виснет тишина. Только глухой стук и цоканье бутылок.       — Кейд…       — А? — отзывается экзо и опрокидывает очередной стакан кислотно-зеленой жидкости себе в горло.       — Послушай. Я знаю, это будет звучать странно…       Замявшись, Страж сдвигает брови.       — Вся эта чушь с воспоминаниями, прошлым…       Голубые неоновые глаза выжидающе смотрят на охотницу.       — Будь у меня возможность, я обязательно поменялась бы с тобой местами.       С уст Кейда срывается добродушная усмешка.       — Знаешь, из нас двоих я один, кто хоть что-то все же помнит, — его оранжевые диодные пластины шутливо помигивают, — и я предпочитаю оставаться мужчиной.       Страж старается не воспринимать сказанное в упрек, хоть это плохо получается. Непонятная горечь оседает в горле, но она решает не останавливаться.       — Это вовсе не то, что я имела в виду.       Экзо внезапно чувствует, как чужая теплая ладонь накрывает и сжимает его собственную – и это сбивает с толку. Он удивленно смотрит на свою собеседницу.       — Если бы был какой-то способ вернуть твое сознание в человеческое тело…       Она судорожно сглатывает, её лицо полно напряжения.       — Я бы отдала все свое, чтобы помочь тебе.       Воздух в груди предательски густеет, и на мгновение Кейду кажется, что глаза его спутницы изменились. Единственное, пожалуй, что было схоже у пробудившихся и экзо, помимо человеческих параметров, это светящиеся глаза. Да, здесь люди могли позавидовать им, хотя бы здесь, но… Сейчас глаза охотницы уже не горели так же ярко.       — Какие страшные вещи ты говоришь, — Кейд перехватывает её ладонь, и его лицо принимает прежнее выражение, — Может, лучше…       Он мягко тянет её на себя.       — Обнимемся?       Страж удивлена, но все равно поддается его притяжению и нерешительно кладет руки ему на плечи. Постепенно её объятья становятся крепче, и Кейд с облегчением улыбается.       — Спасибо, малышка.       Улыбка сходит с лица Стража, когда краем глаза она замечает двух незнакомых женщин, остановившихся неподалеку от них.       — Здесь так много людей, — раздраженно произносит она.       Мужчина издает тихий смешок, и выпускает девушку из объятий. Он поднимается с места и по-джентльменски раскрывает перед ней ладонь.       — В таком случае, предлагаю продолжить наше свидание в более безлюдном месте, мадам.       Страж не может сдержать улыбки и берет его руку. Несмотря на то, что экзо не были наделены столь мощным мимическим разнообразием, как, например, люди, Кейд явно выбивался из этого числа. Выражение его лица всегда соответствовало его эмоциям, по крайней мере тем, которые он желал продемонстрировать.       — Мне кажется, Деврим оценил бы такой подход к женщине, — отмечает пробудившаяся, поднимаясь с места.       — Возможно…       Игриво вздернув бровь, экзо загадочно посмотрел в глаза охотницы.       — А сама женщина?       Страж лишь посмеивается, кокетливо улыбаясь в ответ.       Кейд расплачивается, и они оба идут в сторону большой арки, соединяющей два крыла Башни. Они минуют холл с лестницей и проходят в длинный коридор, подсвеченный бумажными разноцветными фонариками. Сердце Стража замирает. Ей всегда нравилось это место, и она невольно сбавляет шаг, чтобы изучить свет, падающий на стены. Экзо тоже замедляется, без слов улавливая настроение своей спутницы. Они останавливаются напротив маленького закутка с позолоченными вазами и поворачиваются друг к другу.       — Куда мы идем? — она поднимает глаза на него, — прости, я давно не прогуливалась вот так.       Кейд понимающе кивает.       — Я тоже. Особенно после того, как жизнь свела меня с Авангардом.       Он с любопытством рассматривает стены арки.       — Да и раньше, в общем-то… — задумчиво произносит он, вздыхая.       Экзо щурится и склоняет голову вбок.       — Ты торопишься? — внезапно спрашивает он.       Страж осекается.       — Н-нет, — быстро машет она головой, — а что?       — Хочу взобраться на крышу и посмотреть на Город.       — Пойдем, — подхватывает охотница.       Экзо расплывается в улыбке. Охотник должен был понять охотника, или, как полагал Кейд, в его случае Страж могла ему даже посочувствовать. Почему-то именно она, как ему казалось, должна была ему посочувствовать. Ожидал ли он этого? Нет, он был в этом уверен, но ждать – не ждал. Ему было тягостно представлять то, как они – охотники, обвешиваются соплями, как рассветными гирляндами, пытаясь показать сострадание. В их случае, это называлось иначе – проявить солидарность. И Кейд был благодарен Стражу за эту солидарность.       С самой высокой точки Последнего Города все выглядит в разы грандиознее. Панорама со Странником непроизвольно приковывает взгляд: от белого здоровяка как всегда веет умиротворением.       — Бывало, — бормочет Кейд, устремив взгляд вдаль, — частенько я приходил сюда.       Страж беззвучно хмыкает. И с ней случалось. У каждого на душе иногда скребутся кошки.       — Один?       Экзо пропускает грустную усмешку и кладет ладонь на кобуру.       — Нет, — с теплотой говорит он, — со мной был Эйс.       Его взгляд переносится к горной цепи, за которую почти спряталось солнце.       — Ты скучаешь по прежней жизни? — спрашивает Страж, украдкой наблюдая за своим собеседником.       В голосе Кейда едва заметно зашипела статика.       — Не только по ней.       Девушка ненадолго умолкает. Честные ответы охотника призывали и её быть честной.       — А знаешь, я завидую тебе.       — Мне? — Кейд тычет пальцем себе в грудь.       Страж кивает.       — У тебя есть имя. Кейд-6.       Мужчина удивленно распахнул глаза.       — И это все, что у меня есть, — разводит руками охотник, — ну, и еще пара вещей, о которых я никому не рассказываю.       Экзо на мгновение замер. Страж искренне пыталась скрыть горечь на своем лице, но это не было упущено.       — У меня нет даже этого, — выдавливает она.       Ей неловко, но почему-то она хочет улыбнуться ему сейчас, и Кейд сочувственно сдвигает брови.       — Эй, только не плачь, ладно?       От этих слов охотница улыбается шире.       — А ты не смейся.       Его оптика принимает приветливый лазурный оттенок, а диодная подсветка «рисует» на лице легкую улыбку. Не отрывая взгляда от её лица, он освобождает руку, чтобы снять перчатку, и заправляет её волосы за ухо. Охотницу кидает в легкую дрожь. Сейчас она совсем далека от образа безжалостной убийцы и несгибаемого воителя.       — Я серьезно, — многозначительно произносит мужчина, склоняясь.       Страж закрывает глаза, когда экзо прижимает её к себе.       — Кейд… — выдыхает она.       В уголках её глаз собираются слезы, но она не позволяет эмоциям выйти наружу, и лишь с силой сжимает пальцами его плащ. Экзо легонько гладит её по волосам, утешительно приговаривая то, что в тяжелые времена говорил сам себе.       «Я так и не угостила его лапшой», — сквозь его шепот думает Страж, устало моргая влажными ресницами.