Глава 3
7 марта 2020 г., 09:29
— Юко, поторопись. Мы отъежаем через пять минут, — донеся до меня голос мамы. Я схватила сумку и выбежала из комнаты.
Я, брат и родители собрались поехать на море. Родители месяц планировали поездку, и вот теперь мы наконец отправились в поездку.
Мы едем уже два часа, я любуюсь видом из окна, младший брат спит. Я отворачиваюсь от него и тут же проваливаюсь во тьму. Слышу вой сирены, голова ужасно болит. Пытаюсь открыть глаза, такое ощущение, что они весят тонну. Наконец у меня это получается, я открываю их и перестаю дышать.
Лобовое стекло разбито, папа опирается головой на руль, его лицо в крови. Немного поворачиваю голову и вужу маму, повисшую на ремнях, из ее груди торчит осколок стекла.
— Нет этого быть не может. Лишь бы с братиком все было в порядке.
Поворачиваю голову к нему. Он лежит без сознания, по его виску стекает струйка крови, но он все еще дышит. Я вижу как поднимается и опускается его грудь. И тут я улавливаю
отрывок фразы: «…на заднем сидении дети, они могут быть живы…», прежде чем опять потерять сознание.
Яркий свет слепит глаза, несмотря на то, что они закрыты. Открываю их и мгновение не вижу ничего кроме света, но глаза привыкают к нему, и я начинаю различать предметы.
— Вы уже проснулись, — сказал кто-то.
— Что произошло? — слова даются тяжело и очень хочется пить.
— Вы попали в автомобильную аварию… — я начинаю вспоминать. Машина, кровь, мама и папа.ТОЧНО!!!
— Что с мамой и папой, а с братиком? — перебила ее.
Она замялась и не хотя начила говорить.
— Понимаете они… их всех.эм… больше нет, — что? Нет этого быть не может, они не могут быть… мертвы. И тут вспоминаю, что брат тогда дышал, значит он жив.
— А как же брат. Он же жив? — срывающимся голосом спросила я.
— Я соболезную вам, но он не пережил операцию… — дальше я уже ничего не слышала. В тот момент что-то оборволось внутри меня. Я не хочу верить, что я осталась одна, что больше не услышу смех своего братика, больше не увижу теплые улыбки родителей. Слезы застилали глаза, начали раздаваться всхлипы. Я не могла остановиться. И вдруг почувствовала как игла входит под кожу и меня окружает тьма.
Я просыпалась несколько раз и сразу же засыпала. Но однажды я проснулась и уже не засыпала. Ко мне тут же подошёл доктор, осмотрел и сказал, что со мной все в порядке, и сегодня меня выпишут. Но я никак не отреагировала, мне было все равно. Все что я ощущала — это боль в сердце.
Следующие четыре часа прошли как в тумане, кажется я поехала домой к маминой подруге. Там меня накормили. Я жевала и не чувствовала вкуса еды. Потом мне показали мою новую комнату и оставили наедине с собой. Я прошла к зеркалу и не узнала себя.
Раньше я видела жизнерадостную девушку, с зелеными глазами, светящимися счастьем, и красивыми черными волосами. Сейчас же на меня смотрела похудевшая девушка с белыми как снег волосами и ее лицо, а если быть точнее правую бровь и щеку, пересекала линия шрама. Как ни странно глаз не был задет. Но кто бы там не был — это была не я.
Насмотревшись в зеркало, я прошла кровати и как только голова коснулась подушки я провалилась в сон. Мне снились счастливые моменты прошлого где моя семья была жива.
Я проснулась из-за своих слез и поняла, что не смогу так жить. И я решилась на этот шаг. Одев черную толстовку я взяла семейную фотографию, сделанную в прошлом месяце, и вышла из комнаты, а затем и из квартиры. Поднявшись на крышу подошла к краю и в последний раз взглянула на фотографию.
— Простите меня, но я не смогу больше жить без вас.
И я сделала шаг. Короткое чувство полета, и в следующее мгновение тело пронзила жгучая боль и в ту же секунду меня поглотила мгла.
