Громкий мьюзикл

Джисон всё же довёл новых знакомых до актового зала, к которому им и было нужно. Правда вот по пути он не поднимал красного от стыда лица: "надо ж было так опозориться". Мало того, что его сущность омеги оказалась раскрыта, дак ещё и выглядел он так-... Жалко?.. Да, безусловно, это было страшно: два сильных альфы, смотрят сверху, а весь свет будто тускнеет на их фоне. Ферамоны, выделившиеся в этот момент из Джисона, были очень сильными. Он почему-то резко почувствовал себя мышкой в мышеловке, а Минхо и Хёнджин показались ему хищными котами, у которых в глазах разгорелся огонь от одного беззащитного вида Хана. Альфы - звери. Им лишь бы поиметь бедных омег, а после бросить после первой же ночи. Но вместе с тем, они - сильный пол. Они - те, кто подчиняет и указывает, в отличии от слабых омежек, удостоенных только стонать и повиноваться. Джисон и ненавидел себя за это. Почему? Он же такой сильный, дак что же помешало ему стать альфой? Что?     - Джисон, - зовёт тихий бас Феликса, а после Хан смотрит на рыженького парня с коробками, который шёл рядышком. - Будь аккуратнее-...     - Ой, а вот мы и пришли! - громко отмечает Джи, ведь меньше всего сейчас хотел говорить о том, какой он слабый и невинный. И вправду: вот он, актовый зал. Дверь ничем не отличалась от других, только вот в яркой табличке было красиво начерчено название кабинета. Хан открывает дверь и, пройдя внутрь, придерживает её для "грузчиков", которые поспешно заходят и по-середине бросают тяжёлые коробки, сразу же потирая затёкшие запястья.      - Агх, - крихтит Хёнджин, разминая спину наклонами в стороны. - Мы ж им не рабы, Господи... Конечно не рабы... Рабы - омеги, а вы тираны, заставляющие бедняг страдать под собой...      - Джисон, чего нахмурился? - Хван замечает злость в глазах Хана, когда тот так пристально смотрит прямо на него.      - А, нет! - отмахивается Сон, неловко улыбаясь. - Просто вспомнил, что у нас сегодня пробник.      - Пробник? - голос Минхо приятно щекотит уши, а после Джи смотрит на говорящего, пока тот оттряхивает испачканную коробками кофту от грязи.       - Да, - кивает Хан, а после садится на стул у двери, сложив локти на коленки, так чтобы ладонями подпирать лицо и смотреть на новых знакомых. - Сольфеджио-, - парень закатывает глаза. - Зачем мне это-...       - Что такое сольфеджио? - поднимает бровки Феликс.       - Нотная грамота, - кивает пару раз Джисон и, надуясь, смотрит в пол. - Как диктанты, только вместо слов мы должны писать, какие ноты там сыграют и всё такое-...       - Звучит муторно. - Улыбается Хван, а сам присаживается рядом с коробкой, проверяя, не помялась ли она.       - Не то слово, - вздыхает Хан. - Кстати, - резко выпрямляется он, открыв глазки широко-широко. - А вы то как тут оказались? Парни переглядываются и понимают, что им следует рассказать музыканту, ведь он фактически помог незнакомцам.       - Мы из актёрского, - поясняет Минхо, а сам садится на одну из коробок, смотря в зеркало, что находилось на противоположной стороне. - Университет имени Мин Хари. - из Джисона доносится тихий "ва-а-ау", на что Ли улыбается и переводит взгляд на музыканта. - У нас там ремонт, поэтому нам велели заниматься здесь, пока работники не закончат. Хан пару секунд вникает в содержание, а после кивает, показывая, что понял:       - значит, - тихо начинает он. - Зал будет занят несколько недель?       - И не только зал, - вздыхает Хван. - Наверняка и другие кабинеты.       - Вас много?       - Тридцать человек. - Хван смеётся с ошарашенного лица Джисона. - не волнуйся, половина считает честью прогуливать все уроки и приходить только на сдачу. Всё уясняется, поэтому Джисон выпрямляется на стуле и хлопает по собственным коленкам, наверно размышляя, что бы ещё спросить, пока есть время. А ребята из актёрского тем временем начали что-то обсуждать между собой, во что Хан не особо вникал, ибо не интересно. Наверняка там про какие-нибудь спектакли или прочее-прочее-... И тут в зал открывается со скрипом дверь, заставляя гостей замолчать, а Хана соскочить и посмотреть в дверной проём, где тут же оказались два парня.       - Джис? - хмурится один из них, который был высокий и очень крепкий по телосложению. - Мы услышали голоса, вот и зашли. А ты то тут каким? Это Кристофер. Австралиец, приехавший в 14 лет сюда в Корею, дабы быть продюсером. Сейчас он известный звукорежиссёр CB97, который подрабатывает в консерватории, но не из-за денег, а просто "мне нравится учить других тому, что я сам познал непосильным трудом". Бан - любимый учитель Джисона, ведь наш музыкант хочет стать именно продюсером. Он хочет равняться на Кристофера.      - Крис-хённим, я, - мнётся Хан, не сразу понимая, что ему нужно сказать. - Эти парни, - указывает Бельчонок на гостей, одним шагом назад открывая учителю обзор на "пейзаж" за собой. - Они-...      - Ой, это вы! - Кристофер и без слов понимает, кто это к ним наведался, поэтому улыбается широко, а после делает шаги к гостям, игнорируя Хана, который в это время провожает старшего взглядом, пока его не окликает новый голос:      - Привет, Джис. - кладёт руку на плечо другу какой-то паренёк, заставляя Хана испуганно развернуться на имя, даже подпрыгнув.      - Боже, - часто дышит Хан и показушно хватается за сердце, жалобно сводя брови. - Напугал, Бин-а! Со Чанбин или "лучший друг тарпеды Хан Джисона" был на вид мрачным и с виду таким "bad-боем", но Сон уверяет, что стоит с ним познакомиться поближе, как этот хмурый образ спадёт. По словам друзей Со, он очень добрый и отзывчивый, просто живёт по девизу "с первой встречи покажи, что ты здесь главный", поэтому чаще всего те, кто только познакомился с ним, пугаются и остерегаться его. Зато Джисон был первооткрывателем: он подружился с Чанбином, несмотря на страх, потому что желание быть в одной команде с этим великим дарк-рэппером пересилило все другие чувства.      - Хён сказал, что к нам сегодня придут парни из актёрского училища, - поджимает губы Бин, а после кидает взгляд на трёх гостей, которые сейчас бурно что-то обсуждают к Кристофером. - Это они?      - Ага, - кивает Хан, за компанию переводя взгляд на актёров. - Теперь мы не сможем тут тусоваться...      - Ну вообще, - Улыбается Со. - Мы и не должны, потому что это против правил школы. Просто Крис-хён очень добрый.      - Крис-хён очень классный! - поправляет друга Джисон, а первый и не спорит. - Кто из учителей ещё будет устраивать в тайне от директриссы вечеринки, а потом бегать по корпусу, играя в "охотников за приведениями"? Да, Крис-хён безусловно самый классный преподаватель университета. Он сильный, независимый и весёлый.

В принципе, как и все музыканты.

***

     - Минхо, хватит расслабляться, - крихтит Хван поднимая из коробки огромную колонку. - Помог бы-! А Ли уже полчаса танцует перед зарекалом, потому что "здесь оно такое большое". Музыканты уже давно ушли, оставив гостей разбираться со всем самим. А актёры в свою очередь пожелали бедным студентам удачи на пробнике по сольфеджио, которое по словам полное-исчадие-ада.      - Давай помогу, - отзывает Феликс, помогая своему хёну с грузом, но правда его сил недостаточно. Вернее, даже слишком мало. Бедный омега напрягся, да так, что даже покраснел, а толку с этого мало, поэтому Хёнджин быстро спохватился, остановив младшего:      - Ликс, не нужно. - Хёнджин наконец достаёт аппарат и убирает на пол в сторону, заставляя рыжика отпустить. - Тебе же тяжело-.      - Но я хочу помочь... - бубнит Ли, потирая напрягшиеся кисти рук.      - Омегам грузы носить опасно, - доносится наконец от Минхо, которого только этот поступок Феликса заставил отойти от зеркала. - Ты же знаешь. - И Ли старший присаживается у колонки, дабы поднять её, а после уносит вместе с Хваном аппарат в угол зала.      - Знаю, - обиженно отвечает Ли. - Но мы же тоже иногда хотим побыть сильными и независимыми...

Да, Феликс... Как же Джисон тебя понимает...

     - Ваша задача, - кивает Хёнджин, поставив колонку на нужное место, а после разворачивается к окну, смотря на проезжающие рядом машины. - быть нашими спутниками, хранителями очага и-...         

И игрушками, да, альфа?

      - И любимыми. Феликс вздыхает. Хёнджин абсолютно прав и с этим не поспоришь.       - Кстати, - Минхо тепло улыбается, а сам, проверив аппаратуру, садится сверху на колонку и, побалтывая ногами, смотрит на омегу. - Ты уже нашёл своего альфу? А Феликс вздрагивает, резко опускает голову, сжимает кулачки и молчит. Как ножом по сердцу... Почему? Ликс ни разу не влюблялся по-настоящему. Безусловно у него были "отношения" в которых он искрине любил, а его лишь бросали, после того, как бедняжка отталкивал похотливого альфу, который в первый же день знакомства пытался затащить в постель. Феликс - мечтатель. Он из тех, кто хочет держаться за руки, целоваться под звёздами и обниматься во сне. Из тех, кому отношения нужны для того, чтобы чувствовать себя любимым, а не просто для любовных прихотей под одеялом (и не только). Но только вот где его принц?       - Ой, - Минхо понимает, что задел не лучшую тему, поэтому сразу же даёт себе подзатыльник, подбегая к поникшему рыжику. - Прости, я-...       - Да! - сквозь слёзы кричит Феликс, подняв красное лицо на хёна. А Хо и не увидел, что младший так незаметно, но сильно плакал. - Да, я один! И ч-что!? - ему явно больно думать о любви. - Я всегда был один, значит и сейчас всё-! А Минхо не позволяет ему продолжить, крепко обняв, потому что истерики Феликса никогда ни к чему хорошему не приводили. Ли прижимает к себе хрупкое тело и гладит волосы где-то на затылке, из-за чего Ли быстро успокаивается, вовсе не сопротивляясь.       - Скоро ты найдёшь свою любовь, - мягко шепчет Хо. - Всему своё время... А Хёнджин вздыхает, грустно смотря на обнимающихся друзей. Ведь ни у кого из них не было хотя бы притендента на роль любимого человека.

Пока что не было...