Hard to say

***

— У тебя выпало что-то, - замечает Хосок и взглядом указывает на бумажку, которая секундой ранее аккуратно торчала из шкафчика, а теперь валяется на полу. — Ой, - удивляется Чимин, — Это ещё что такое? - парень наклоняется, цепляя клочок бумаги короткими пальцами, а затем вертит в руках. — Что там? - в любопытстве Чон вытягивает шею, пытаясь разобрать слова, выведенные на бумажке мелким аккуратным почерком чёрными чернилами. Чимин отталкивает его от себя несильно плечом, быстро пробегаясь по не слишком длинной надписи взглядом. — «Ты милый и нравишься мне», - зачитывает вслух Пак, — Вау. — Ого? Написано, от кого? - Чимин отрицательно вертит головой, но затем кое-что подмечает. — Почерк кажется знакомым, - повернув голову к Хосоку, говорит он, — Где-то точно видел, - Чон на секунду напрягается и меняется в лице, но Чимин этого не замечает. — Да мало у кого может быть такой, сам подумай. Парень только вздыхает и качает головой. — Всё равно не вспомню, у кого такой же, - обречённо говорит он, складывая бумажку вдвое и пихая в карман, — О, там хён, - Чимин замечает Юнги в конце коридора, тот всё это время неотрывно наблюдал за ними. Заметив взгляд Чимина, обращённый в его сторону, Юнги отводит глаза. Пак машет ему и оставляет Хосока, кидая тому напоследок пожелание удачного дня, направляясь к Мину. — Доброе утро, хён! - чуть улыбается он, когда подходит ближе, — Что делал на выходных? Юнги нечитаемым взглядом смотрит на Чимина, но затем его лицо смягчается и озаряется ответной улыбкой. — Доброе, Чимин-и. Ничего особенного, как обычно, сидел дома и готовился к тестам, - Мин сцепляет руки в замок и покачивается с носков на пятки. — Когда мы уже пойдем гулять, хё-он? - жалобно тянет Чимин, — Ты очень часто проводишь время с Чонгуком, почему ты забыл обо мне? Юнги посмеивается и треплет друга по голове, создавая из его волос гнездо. — Всё совсем не так, ты же знаешь, - спокойно отвечает старший — Гук-и сам просит меня помочь ему с математикой. А то, что ты с ним не ладишь, уже не моя вина, - этими словами он пытается намекнуть Чимину, что пора бы перестать дуться на Чона за его шутки про рост. — Уф! - наигранно злится Чимин, — Он совсем не уважает старших, и пока он не извинится, я не хочу и слышать о нём! О, кстати, мне записку подбросили, - резко переводит тему Пак, выуживая из кармана мятый листочек, — Ты не знаешь, чей это почерк? Мне показался знакомым. Юнги внимательно осматривает бумажку и в руках вертит даже, затем тянет её обратно и отрицательно качает головой. — Понятия не имею, прости, Чимин-и. Пак на это только вздыхает, затем берёт руку Юнги в свою и несильно сжимает. — Ничего. Я пошёл, хён, скоро звонок. И тебе нужно идти, - Юнги так же сжимает руку в ответ, а во взгляде расцветает нежность, — Встретимся на обеде? — Обязательно, Чимин-и, - оба нехотя расцепляют руки и каждый направляется в свой класс. Чимин думает о Юнги и о том, что тот действительно слишком много времени стал уделять Чонгуку. Конечно, Пак не думал, что старший должен дружить только с ним, но чувство, словно Юнги пытается отстраниться не покидало его уже несколько недель. Он старался не придавать этому значения, но вскоре это стало выглядеть так, словно Мин его избегал. Хотя и бывали моменты, когда они во время перерывов встречались в школе и болтали, как обычно, а иногда приходил Хосок и именно в эти моменты Чимин смеялся особенно сильно. Потом в его класс перевёлся Чонгук. У всех на слуху, он быстро нашёл общий язык и подружился со многими. Возможно, то, что он шутил над Чимином, не несло в себе никакого плохо умысла, но такой подход к нему не сработал, поэтому Пак невзлюбил Чона. Но Юнги, познакомившись с ним через Хосока (который сдружился с этим Чоном вообще непонятно как!), быстро привязался к нему. Чимин даже был рад, ведь его хён не очень общительный, но когда всё переросло в то, что его стали избегать, он занервничал. Было обидно, что годы их дружбы так быстро сошли на нет. Чимин не винил ни Чонгука, ни Юнги, но слишком дорожил их с Мином отношениями, чтобы в итоге не чувствовать горечь из-за этого. Каждый раз, когда Пак хотел поднять эту тему, обсудив проблему непосредственно со старшим, какие-то моменты останавливали его. Когда он видел лицо Юнги, как он улыбался или невзначай касался его рук, казалось, словно проблема надуманная и всё в порядке. Но потом обеденный перерыв заканчивался, или к Юнги приходил Чонгук, ловя молниеносные взгляды Чимина на себе, и ему снова казалось, словно они отдалились. Он не мог пересилить себя и сказать своему хёну о том, что думает, ведь боялся последствий.

***

— О нет! - восклицает Чимин, когда утром, стоя возле шкафчиков как и вчера вместе с Хосоком, снова находит записку, — Это вновь произошло! — Опять подбросили? - как можно менее заинтересованно спрашивает Чон, хотя взгляд в сторону листа в руках друга косит, — Что на этот раз? Чимин замечает, что теперь на месте клочка бумаги в клеточку был альбомный лист, сложенный вдвое. Он аккуратно разворачивает его, и взгляд сразу же цепляется за буквы. Напечатанные. В этот раз буквы была напечатанные, а не написанные от руки. «Это была моя оплошность. Не пытайся узнать, кто я, прошу. Вскоре правда сама тебя найдёт». — Видимо, я слишком громко говорил о том, что почерк знакомый... - Чимин бьется лбом о шкафчик, закидывая бумажку куда-то в его недра, — Слушай, а может ты видел кого-нибудь подозрительного здесь утром? Ты же рано приходишь, - с надеждой в голосе продолжает парень, съеденный любопытством. Всё-таки, это очень интересно, в его жизни ещё никогда не происходило подобных случаев. — Я тут дежурю, по-твоему? Не видел я, - как-то слишком резко и не в своей манере отвечает Чон, хотя Чимин не придаёт этому особого значения. — Ну ладно, - грустно выдыхает Пак, — Видимо придётся набраться терпения. Хосок лишь активно кивает, одновременно с этим похлопывая друга по плечу в знак тихой поддержки. — Ты пойдёшь со мной обедать? - спрашивает Чимин, осознав, что с этими записками и непонятными мыслями почти перестал разговаривать с Хосоком, постоянно витая где-то в прострации. — Ох, извини, сегодня никак, - грустно отвечает он, убрав руку, — Перед обедом мы уезжаем в музей вместе с классом. — О, это здорово, - скрыв лёгкое разочарование, говорит Чимин, — Повеселись там. Хосок давит смешок в ответ, вызывая легкую недоуменную улыбку у друга. — Скажешь тоже, - через смех говорит он, — Повеселиться в музее, - поясняет Чон. Чимин подхватывает и они хохочут вместе. Всё-таки, Хосок замечательный друг. Чуть позже, во время обеда, младший заметил, что Юнги сидит в одиночестве, поэтому незамедлительно подсаживается к нему. Они общаются на отвлечённые темы, и Чимин замечает, что Чонгук не появляется подозрительно долго, поэтому решает поинтересоваться об этом. Юнги отвечает, что он приболел и отпросился с уроков, а потом спрашивает, где Хосок. Чимин рассказывает о какой-то экскурсии, а затем возмущается, что их класс вообще никуда не ездит. Мин лишь понимающе кивает, вслух вспоминая о том, какие нудные были экскурсии у него в прошлом году. Пак осознает, что это хороший момент, чтобы поговорить о том, что его гложет, ведь теперь их точно не прервут, но в последний момент он пугается и начинает говорить о письме, показывая листок с текстом старшему. — Ох, Юни-хён, я правда запутался, - щебечет Чимин, дав ему прочитать письмо, — Что мне делать? Юнги немного медлит, слух цепляется за прозвище, которое Пак дал ему ещё в самом начале их знакомства. Чимин прекрасно знает, что так его называть может только он, и продолжает нахально этим пользоваться. Он отпивает чай из термоса, обдумывая слова, которые вертятся на языке. — Просто не спеши, - говорит Мин, — Этот человек не просто так попросил не искать его, так ведь? Чимин согласно кивает, но всё-таки он не может не быть заинтересованным в личности того, кто подбрасывает записки. — Я просто не понимаю, почему нельзя сказать в лицо? - риторически спрашивает Пак, — Я что, кусаюсь, или как? Юнги лишь прячет улыбку и неслышно вздыхает. — Может, этот человек не готов сказать это так, - проговаривает Мин, — Или он думает, что это ты не готов. Чимин безысходно бьется лбом об стол, прикрывая голову руками. — Ладно, ты прав, - доносится приглушенный голос, — Я подожду. Юнги лишь ободряюще гладит его по голове, и пока тот не видит, нежно улыбается. — Хорошее решение, Чимин-и.

***

— Это... Боже, это мой любимый шоколад, - удивленно выдыхает Чимин, когда находит в шкафу подарок, — Это уже не смешно, как он, блин, открыл шкафчик? Её же не просунешь, - обращается он к Хосоку, который отвлечённо ищет что-то в рюкзаке, не обращая абсолютно никакого внимания на монолог Пака, — Эй, приём! Я тут паникую вообще-то! - обиженно восклицает парень, чтобы хоть как-то привлечь внимание друга. — Чимин, даже я уже понял, что... - Хосок запинается, — Ты наверняка знаком с тем, кто это делает, и знаком достаточно хорошо, - совершенно уверенным тоном заявляет он. — Но ты сам сказал, что почерк ничего не значит, - дуется Пак. — Так и есть, но теперь я не уверен, - Чон наконец-то перестаёт возиться с рюкзаком и переводит взгляд на Чимина, который жаждет пояснений прямо сейчас, — Ну смотри, - начинает он, — Знакомый почерк - раз, - Чон загибает палец, — Очень быстрая реакция на это - два; сладость, которую ты обожаешь - это три. Следовательно и код от шкафчика этот человек знать вполне может. Согласен? А Чимин, услышав слова друга, начинает судорожно думать и анализировать, вот только ничего толкового не выходит. Если на ум и приходят какие-то мысли и выводы, то все они донельзя бредовые, и рассматривать их - только зря тратить время. — Ты что-то знаешь, - говорит Чимин. — Я? - спокойно уточняет в ответ Чон. — Да. Просто скрываешь, - Пак пристально смотрит в глаза другу, ища в них хоть какую-то деталь, маленькую подсказку, но не находит ничего, кроме озорного блеска, который присутствует в глазах Хосока большую часть времени, — Почему? — Не понимаю, о чём ты, - говорит Хосок, переводя взгляд на большие настенные часы над шкафчиками, — Смотри, скоро звонок, мы опоздаем, - торопит он Чимина, подталкивая того в спину, — У тебя какой урок? - Чон мастерски переводит тему так, что Пак этого не замечает, отвлекаясь на вопрос. — Математика... - грустно отвечает парень, всё-таки начиная идти в нужную сторону. — Тогда нам по пути, - замечает Хосок и хватает друга за локоть, провожает до класса и машет, пока уходит в сторону своего. Чимин продолжает махать в ответ, пока Чон не скрывается за поворотом, и заходит в класс вместе со звонком. Он не может спокойно учиться, и все уроки его голова забита не тем. Пак не может сказать, что полностью уверен, но смутные догадки иногда посещают его. Чон ведёт себя странно, и это настораживает. Пак почти на сто процентов уверен, что он что-то скрывает. Возможно, он знает, кто подбрасывает записки, а может он даже замешан во всей этой истории. В любом случае, причастность Хосока это единственное, в чём уверен Чимин. Но как и сказал Юнги, ему стоит просто подождать, поэтому он, следуя этому совету, старается не зацикливать свои мысли на загадочных записках. Каждый день, возвращаясь в школу, он находит новые записки и маленькие подарки в виде вещей, которые он любит. Чимин без опаски съедает шоколад в тот же день, предлагая и Юнги с Хосоком, но они оба почему-то отказываются. Бальзам для губ с фруктовым запахом показался Чимину наиболее милым и полезным подарком, особенно вкупе с запиской, приложенной с ним. «Не забывай увлажнять свои чудесные губы, это тебе поможет». Когда начались выходные, Чимин даже заскучал. Он правда не знал, сколько ещё будет продолжаться эта игра, но ставил на то, что она идёт к логическому завершению. В вечер пятницы он написал Юнги с вопросом, не хочет ли он прогуляться где-нибудь, но он не отвечал до обеда следующего дня, когда Чимин уже был занят. Он извинился и ответил, что сейчас не лучшее время, ведь экзамены не щадят никого, а он, как знает Пак, не самый успевающий ученик. Чимин в ответ лишь отправил грустный смайлик. Наверняка он был с Чонгуком всё это время. Из-за событий, произошедших в школе за прошлую неделю, к концу выходных Чимину даже захотелось снова вернуться туда, чтобы опять находить в собственном шкафчике милые записки и вещицы. Но, к сожалению, когда он открыл его в начале недели, внутри оказалось пусто. Чимин был разочарован, но умело скрыл горечь разочарования, выдохнув Хосоку невнятное «закончилось». Спустя какое-то время, немного поразмыслив над этим, Пак понял, что не думает, что это действительно могло так быстро закончиться. Неясное чувство подсказывало, что должно быть что-то ещё. Будет. Весь день Чимин проходил, как на иголках, сам не до конца понимая причину своего нервного состояния. К концу дня он, без сил, уставший и даже слегка подавленный, открывает шкафчик чтобы забрать нужные книги, и находит лист, прицепленный к обратной стороне дверцы кусочком цветного скотча. Он отрывает его, вчитываясь в текст. «Прости, что так поздно, утром у меня не получилось бы сделать это незаметно. Я надеюсь, ты не сильно расстроился, я ведь знаю тебя. Мне кажется, ты уже почти догадался, кто я, правда? Сначала мне было страшно, но знаешь, теперь уже всё равно. Я даже, наверное, хочу, чтобы ты поскорее узнал. Маленькая предыстория: самая первая записка была подкинута под угрозами убийства. Она была написана в попыхах и без какой-либо цели. Всё остальное уже лично от меня. Кое-кому надоело смотреть, как я мучаюсь, и меня просто заставили это сделать. Если бы не эти люди, сейчас сидеть бы мне спокойно где-нибудь в библиотеке и не возвращаться к мыслям о том, чем же всё закончится (буквально каждую секунду думаю об этом, уже надоело). А пока позволь сказать мне, хотя бы так, насколько ты замечательный и как сильно я тобой дорожу. Ты невероятно талантливый, добрый и отзывчивый. Я знаю это не понаслышке. Ты очень красивый. Я знаю, у тебя бывают дни, когда тебе кажется, что ты выглядишь плохо, но знаешь, для меня ты всегда остаёшься прекрасным. Когда не выспался или забыл расчесаться, ты выглядишь так мило. Не переживай из-за того, что у тебя выскочили прыщики, это нормально, с ними или без ты всё равно остаёшься тем, кто безумно мне нравится. Однажды я скажу тебе это вслух, обещаю, но не сейчас. Я люблю тебя, Чимин-и.» Легкие спирает, сердце делает кульбиты. Это всё так... Чимин злится на Юнги. Но ещё сильнее он злится на себя. Злится, потому что глупый и невнимательный. Потому что тупой придурок, и не замечал, насколько близко находится то, что люди ищут годами. Чимин оборачивается, окидывает слегка паникующим взглядом переполненный учениками коридор. Юнги нигде нет, хотя это более чем логично, ведь этим письмом он выдал себя практически с головой. Глаза ловят знакомую макушку, и Пак несется к Хосоку через толпу учеников, которые спешат поскорее покинуть стены школы. — Где он? - судорожно спрашивает он, — Ты знаешь? Хосок тянет улыбку, радостно кивая. — Ждёт тебя у ворот, - Чимин, услышав то, что хотел, тут же срывается на выход, ловя слова Чона вдогонку — Скажи спасибо Чонгуку, это он всё придумал! Пак обязательно поблагодарит его позже, а пока у него есть одно очень важное и незавершенное дело. Он выбегает из школы и несётся к воротам. Поодаль от ограждения он замечает Юнги, который рассеяно и очень-очень грустно стоял там, наблюдая за детьми, которые уходили из школы. Чимин перестает бежать, переходя на шаг и старается выровнять дыхание. Он спокойно подходит к Юнги, привлекая его внимание, как обычно, глупейшим образом. — Чего грустный такой? - спрашивает он, подходя ближе. — Да просто... Кое-кто нравится, а намёков вообще не понимает, - обреченно выдыхает Юнги, ковыряясь носком обуви в земле. — Да? - улыбается Чимин, — А если я тебя на свидание позову, ты больше грустить не будешь? Юнги поднимает голову, его взгляд наполняется теплотой, а щёки розовеют. — Не буду, правда, - отвечает он, а Чимин тянет его к себе за руку, заключая в тёплые объятия, мысленно обещая всё серьезно обсудить чуть позже.