A Careful Kind of Something - альтернативная версия 15ой главы

В десять вечера в Сочельник раздался звук дверного звонка в квартире Сераффов. Эзра крикнул, что он откроет и футболку он натягивал, уже сбегая по лестнице к входной двери. За ней стоял Кроули в скромном темно-синем костюме, причесанными рыжими волосами, сжимая кусок бумаги в бледной руке. - Приветики, - подал голос Кроули. - Счастливого Сочельника. Эзра стоял и минуту простоя пылился, пытаясь осознать, что только что произошло. - Что, во имя небес, ты тут делаешь? - ужасная вещь вдруг пришла ему в голову. - О, нет, ты пьян? Кроули насупился и умудрился выглядеть оскорбленным за темными очками. - Нет. Я принес свой табель и передумал по поводу похода в церковь, но если ты так обо мне думаешь, то я лучше пойду. Он уже отвернулся, но Эзра схватил друга за предплечье. - Прости, я просто… в прошлый раз, когда ты появился тут в десять вечера, ты был накачан алкоголем… вот я и подумал… прости. Заходи, - он вволок Кроули в дверной проем и потащил по лестнице. Миссис Серафф в гостиной завязывала мужу галстук, когда Эзра и Кроули объявились на пороге. - Здравствуй, Энтони! То-то я думала, что слышала твой голос. - Добрый вечер, - вежливо отозвался Кроули, улыбаясь маме Эзры. - Здравствуйте, мистер Серафф. Надеюсь, вы не будете против, если я присоединюсь к вашей семье в церкви сегодня? - В кои-то веки, мистер Кроули, я думаю, что это хорошая идея. И… эм… счастливого Сочельника, - Эзра не был уверен, но ему показалось, что голос отца слегка смягчился. - Мы уходим через несколько минут. - Окей, пойдем, Энтони. Мне нужно одеться, - Эзра помахал Кроули, чтобы тот следовал за ним и двинулся в свою комнату. Как только они оказались в комнате, и Эзра закрыл дверь, он выхватил листок из руки Кроули, прочитал, и кинулся другу на шею с объятиями. - Как мой репетитор, ты уволен, - рассмеялся Кроули, устраивая свой подбородок у Эзры на макушке. - Как жаль, что я ухожу по собственному, - они простояли так еще какое-то время, обнимаясь и смеясь, пока Эзра не отстранился, вспомнив, что должен одеваться для похода в церковь, а не думать о поцелуе с лучшим другом. Кроули устроился на кровати Эзры и смотрел, как тот одевается. Эзра решил надеть костюм с "приключения", а значит, ему снова понадобилась помощь с бабочкой. Как и в прошлый раз, Кроули завязал ему галстук немеющими пальцами, и Эзра улыбнулся ему с благодарностью. - Эй, - позвал Эзра и растрепал волосы, глядя в зеркало. - Поправь волосы. В отражении он мог видеть, как Кроули нахмурился. - Я подумал, так будет… Эзра покачал головой. - Просто поправь. Это выглядит… не знаю, как-то неправильно. Нахмуренность Кроули превратилась в усмешку, и он зарылся длинными пальцами в волосы, зачесывая их назад, пока не они не приняли обычный вид. Эзра краем глаза наблюдал с интересом за этим процессом, делая вид, что подбирает пару носков (и с усилием старался не забыть, как дышать). Закончив, Кроули буркнул нечто, привлекая внимание Эзры, и указал пальцами себе на голову. Эзра не сильно верил в свои способности составлять сейчас слова - просто показал большие пальцы и сел надевать носки и ботинки. Сераффы и Кроули, наконец, вышли из дома, и расселись в машине. Это был старый Форд Англиа, у которого были трещины на бамперах и повсеместно облезала краска, но он был все еще на ходу и мистер Серафф не видел смысла в его замене. Поездка прошла в тишине, но Эзра чувствовал, как нарастает напряжение в теле Кроули, чем ближе они подъезжали к церкви. К тому моменту как они прибыли, руки Кроули были сжаты в кулаки и прижаты вдоль тела, а с лица схлынула вся краска. - Ты в порядке, дорогой? - заботливо спросила миссис Серафф, кладя руку на плечо, когда они присоединились к медленно движущейся очереди к дверям собора. Кроули кивнул, не поворачивая даже головы, и Эзра подумал, что друг вот-вот потеряет сознание. - Мы на секунду, мам, - сказал он, вкладывая как можно более прямой намек во взгляд, схватил Кроули за руку и вытащил их снова на холод. Как только они оказались вне зоны слышимости родителей Эзры, Кроули начал вываливать все, что было на уме: - Я не знаю, смогу ли я. Это здание огромное, я никогда не осознавал… я проезжал мимо раньше, но оно такое массивное, и я в церкви-то раньше никогда не был. Все там только посмотрят на меня, и сразу поймут, что мне здесь не место. Я просто… Я хочу… Я не знаю смогу ли я, ангел. Его рука была ледяной и влажной по сравнению с теплой и сухой рукой Эзры, за которую он держался, но блондину было все равно. Он не отпустил руку, а наоборот - повернул руку и переплел их пальцы, слегка поглаживая кожу между большим и указательным пальцами друга. - Ничего страшного, - успокаивал его Эзра. - Ты можешь поехать домой, если хочешь… - Я хотел быть здесь. Я хотел попробовать. Кроули трясся и сжимал руку Эзры так сильно, что могли бы остаться синяки в форме пальцев. - Я думал, что может… ох, не знаю. Подумал просто, что уже прошло несколько дней каникул, я тебя не видел и… - Кроули запнулся и замолчал, глядя сквозь линзы очков на вход в собор. Эзра протянул свободную руку и спустил очки Кроули ниже ему на переносицу, а потом прикоснулся к скуле, чтобы тот повернул к блондину лицо и они наконец смотрели друг-другу в глаза. - Ты сегодня пришел, потому что скучал по мне?- Кроули скорчил рожу, но не ответил. - Я был бы рад, если бы ты пришел с интересом посмотреть на всю эту религиозную кутерьму, но твоя причина делает меня немного счастливым. - Я не сказал, что скучал по тебе, - протест был, но слабенький. - Не глупи, Энтони. Я тоже по тебе скучал. Очень бледное лицо Кроули начало приобретать оттенки в виде румянца: - Оу… - Ага, оу. Ты мой лучший друг, конечно, я скучал по тебе. Дурень, - Эзра рассмеялся, легко сжимая руку Кроули. По правде говоря, он скучал по Кроули гораздо больше, чем просто по лучшему другу, но признаваться в этом у церкви в Сочельник он не собирался (или, если подумать, вообще никогда не собирался). - Так, мне нужно вернуться, служба вот-вот начнется, а еще семью надо найти. Хочешь, вызову тебе такси? Кроули снова повернул голову и уставился на подсвеченные белые колонны. -Я просто… Мне тут не место. Люди поймут. Внезапное осознание пробило мозг Эзры. Это его Ритц. - Энтони, в первый раз, когда ты привел меня в Ритц, я жутко разнервничался, помнишь? Кроули промычал в ответ, глядя на церковь, будто та сейчас рухнет на них. - Я говорил, что не чувствую, что мне там место. Говорил то же, что и ты сейчас - люди поймут. Там все меня оценивали, и я не выносил этого, и я был напуган от того, что ты так хорошо вписываешься, а я наоборот, - Кроули не отвечал, глядя поверх головы Эзры широкими от испуга желтыми глазами. - И ты задал мне один вопрос. Ты сказал: "Ну и?" И я подумал, что это нелепо, что ты не видишь меня таким, как видят окружающие. - Потому что ты - это ты, ангел, - прозвучало так, будто Кроули не собирался этого говорить и до сих пор не осознавал, что произнес слова вслух. - Ладно, окей. Я не могу ничего тебе говорить, пока не буду уверен, что ты услышишь и поймешь сказанное. Поэтому посмотри на меня, Энтони, - командный тон Эзры выдернул Кроули из панического состояния. - Хорошо. Слушай. Если ты хочешь поехать домой, я понимаю почему. Я ценю, что ты попытался, и мы все равно увидимся завтра утром. Но если ты хочешь остаться, я обещаю, что буду оберегать тебя, кто бы что там не сказал. Хотя они не станут - они тут из-за Рождества и будут слишком заняты, чтобы отвлекаться на кого-то. Я буду с тобой рядом все время. - Я не буду знать, что делать, - взгляд Кроули стал менее загнанным, но он был все еще достаточно напуганным, это волновало Эзру. - Я тебе покажу. - Я не верю в Бога. - Это не страшно. - Это твой мир, ангел, не мой, - это было сказано уже более твердо, более уверенно, Кроули начинал звучать снова как Кроули. - Если это мой мир, то хочешь узнать, как я его вижу? - Кроули кивнул. - Ты видишь костел, как нечто массивное и внушительное. Я вижу в нем красоту, памятник человеческому мастерству и символ Бога, в которого я верю. Я воспринимаю музыку, как нечто сохранившееся с забытых времен, тех самых, когда люди пытались объединиться, а не рассыпаться кто куда. А все те люди там? Они также неидеальны, разбиты и пропащие, как я, ты, или еще кто угодно, и все они разных классов, рас и полов, но они все там, делают что-то вместе. - Там есть люди, как твой отец, которые смотрят на меня и предвещают мне отправку в ад. - Я знаю. И все они, - да, и мой отец тоже, - не понимают одного. Люди, как мы с тобой, точно так же заслуживают любви и так же значимы, как и все. - Люди как мы с тобой? - переспросил слабо Кроули. -Эм… - промычал Эзра, опуская взгляд на их переплетенные руки, набираясь смелости. - Ага. Кому нравятся люди того же пола. Кроули издал странный сдавленный звук. - А, точно, это. Я не знал точно, что ты… не важно. Что ты говорил?) - Эзра и не догадывался, но сердце Кроули совершало радостные кувырки в его груди. - Да. Думаю, то что я хочу донести - моя вера, если правильно применять ее, она про любовь. А если кто-то думает иначе, то… нахер могут идти. Мат из уст Эзры заставил Кроули рассмеяться: - Ага, ну да. Так им и скажешь, ангел. - Пожалуй… подберу другие слова для этого, - Эзра склонил голову, чтобы скрыть порозовевшие щеки. - Но скажу точно. - Идем внутрь, - наконец сказал Кроули. - Ты и так уже начало пропустил. Несмотря на ту речь, которую он двинул, и все свои попытки быть убедительным, Эзра всерьез ожидал, что Кроули уйдет вниз по улице, тормозя такси, а не дернет тяжелую дверь церкви, открывая ее. Поэтому, что уж говорить, Эзра был удивлен. - Ты пойдешь? Кроули пожал плечами, все следы его неуверенности снова были спрятаны под маской безразличия: - Может быть интересно. - Точно, конечно, - сказал Эзра, но все равно улыбнулся. Кроули отпустил его руку, Эзра тут же спрятал ее в карман брюк и зашел в костел, Кроули следовал за ним. Они ненадолго остановились у дальних рядов, всматриваясь в толпу, пока не нашли родителей Эзры (это произошло так быстро, что Эзра заподозрил чудесное вмешательство, учитывая обстоятельства), и быстро заняли места рядом с ними. Эзра буквально погрузился в службу. Он показывал Кроули, когда садиться, вставать и вставать на колени, показывал нужные псалмы в псалтыре. Но преимущественно, он растворялся в любви. Он искренне все это любил - музыку, запахи благовоний, звук произносящихся в унисон молитв, отсветы мягкого пламени свечей на позолоте стен. В списке любимых вещей Эзры это стояло выше самой лучшей библиотеки и чашки чая. Кроули не пел и не особо уделял внимание происходящему у алтаря, но он вынужден был признать внутри, что происходящее - красиво, он наслаждался пением Эзры и улыбался, наблюдая за другом. В один из тихих моментов, он пересекся взглядом с Эзрой (он думал о том, чтобы надеть обратно очки, заходя в церковь, но спохватился, что это будет перебор) и беззвучно, только губами, сказал "Спасибо", что заставило Эзру зардеться и смутиться до того, что тот сбился со слов. По окончанию службы, каждый повернулся к соседу и сказал: "Счастливого рождества". Эзра при этом еще и обнял Кроули, его сердце забилось чаще от запаха благовоний, смешавшегося с одеколоном друга. Покинув церковь и направляясь к машине, миссис Серафф поинтересовалась у Кроули о его впечатлениях, и тот ответил, что вышло лучше, чем он ожидал. По дороге домой, мистер Серафф включил радио, крутили новогодние песни, и все (включая Кроули, пусть он и не был религиозен, но репертуар современных рождественских композиций знал) пели и смеялись всю дорогу до дома. Отец Эзры припарковал машину в аллее возле их дома и вся семья направила к квартире. Кроули наклонился ближе к Эзре, пожелали тихо спокойной ночи и уже развернулся уходить домой, как ему задали вопрос, который заставил его остановиться: - Энтони, не останешься на ночь? - мама Эзры была как обычно нежной и… мамой. - Тебе все равно возвращаться утром, оставайся. Повисла тишина и Эзра испугался, что только что все бесповоротно испортилось. - Я не хочу навязываться, - ответил, наконец, Кроули. - Ты и не будешь, - сказал Эзра. - Обещаю. Невооруженным взглядом было заметно, что Кроули неловко, он нервно крутил в пальцах ключи. - Мне не в чем будет спать. Миссис Серафф засмеялась. - У нас найдется, что тебе одолжить, я уверена. Заходи, дорогой, - она придержала парню дверь. К огромному облегчению Эзры, посомневавшись еще секунду, Кроули зашел в дом. -Спасибо, - подал голос Кроули и вместе со всей семьей отправился спать.