Мне нравятся твои глаза...

– Не Марк? – я была практически ошарашена новостью Фэша, поэтому переспросила еще раз в надежде, что парень ошибся или просто пошутил. Но он, несмотря на мои надежды, с теперь уже совсем серьезным видом покачал головой. Я задумалась, какая же здесь еще может быть зацепка, – а Норт не может соврать? – Может, – вздохнув, ответил мне Драгоций, – но он не соврал. – Почему ты так уверен в этом? – я удивлялась его спокойствию к данной ситуации и пыталась заглянуть голубоглазому в глаза, чтобы наконец увидеть в них то самое настоящее, что скрывается под внешним равнодушием, но тот, словно специально опустил их вниз и будто бы начал разглядывать свои ноги. – Уверен, – подтвердил мои слова темноволосый, так и не ответив на вопрос, – Норт не обманет. – Почему? – Фэш, видимо, что-то скрывал, и это не укрылось от меня. Я пыталась доспросить его, но пока что все попытки были тщетны. – Потому, – коротко и нагло ответил парень, и, чтобы уйти от ответа, быстро поднял глаза, посмотрел на меня, мол: секрет, и скрылся за дверьми ванной. Я тяжело вздохнула и решила перекусить, ведь за день вообще ничего не ела. Трудные решения о Мааре внезапно переключились на воспоминания о Ярисе. Ярис... Кто он такой? Что ему от меня нужно? Неужели он проявил ко мне симпатию? Или же наоборот? А может, он директор какой-то важной компании и представляет в нашей стране сильный и дорогой бизнес? Такие мысли заставили меня заглянуть в Интернет, чтобы наконец узнать, кто же такой Чаклош. Набрав его имя и фамилию, мне сразу выдало несколько миллионов результатов. Да, теперь и день, и ночь сидеть придется, а в конце концов окажется, что мой новый знакомый – самый обычный человек. Скорее всего, так и было бы, но любопытство сделало свое. Я все-таки нажала на самую первую ссылку и... "Россияне обнародовали список из 46 наиболее опасных узников России. Туда входят имена заключенных, которые считаются слишком опасными, чтобы их освободить, однако суд над ними невозможен из-за недостатка доказательств. Среди них встречаются такие имена, как Ярис Чаклош..." А рядом с этой прекрасной новостью висела картинка моего нового знакомого.Точь-в-точь. Не отличить. * * * – Василиса! Василис! – я проснулась от громких криков Драгоция, который в это время сидел на кровати нашей комнаты, держа меня на коленях, отчего я ненароком покраснела,– наконец-то! – он поднял голову лицом к небу и тут же опустил обратно, – что с тобой случилось? – произнес он уже более спокойно. Голубые глаза начали смотреть пристально, не отрываясь. Тем временем я, вся красная, будто бы специально молчала. Молчала не из-за того, что не могу сказать ни слова. Просто я не понимала, о чем он. Правда. – Что ты молчишь? – снова допрашивал меня Фэш, – я, значит, вбегаю в комнату, а тут ты валяешься без сознания! Что ты мне посоветуешь, а? В ответ опять молчание. Только что я была без сознания и голубоглазый пытается узнать, почему я отключилась. Поняла. Только есть проблема. – Я не помню, – тихо выдавливаю из себя я и снова начинаю смотреть на темноволосого, который тем временем совсем впал в недоумение. – Что значит "не помню"? – также тихо задал он мне новый вопрос, – то, что только что было, помнишь? – он провел перед моим лицом своей рукой. Я в страхе помотала головой, – ты потеряла память, – прошептал парень, но его слова влились в мою душу чем-то тяжелым – я снова впала в неизвестность. * * * – Что сейчас было? – я резко поднялась на руках на кровати и оглянулась, задав свой вопрос вникуда, так как рядом ни Фэша, ни кого-либо другого не обнаружилось. "Неужели сон?" – проскочила в моей голове мысль. Я спокойно слезла с кровати и подошла к все еще включенному компьютеру. Память вернулась. Но исчезала ли она? "Сон, точно сон," – успокаивала я себя, поспешно перелистывая информацию о преступнике Ярисе. В комнату через некоторое время вошел... Нет, не вошел, а влетел мой парень. Он посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на механизм, которым я сейчас пользовалась и расширились глаза. – Два раза отключилась, – в шоке произнес он. Я недоуменно посмотрела на голубоглазого, но потом, вникнув в суть дела, опять осела на кровать. – Не сон, – прошептала я себе, наклонив голову вниз. – Как ты себя чувствуешь? – темноволосый неожиданно оказался настолько близко, что я резко повернула голову влево и столкнулась с чрезвычайно спокойными глазами Драгоция. Он хитро улыбнулся, отчего на его щеках, как и всегда, появились ямочки. Парень положил свои руки мне на плечи и аккуратно поцеловал. Я, совершенно ничего еще не успев понять, легко ответила на поцелуй и даже ненадолго продолжила его. Фэш через некоторое время отстранился и, все также улыбаясь, ждал ответа на вопрос. – Теперь нормально, – я тут же вникла в суть дела и улыбнулась. – Как память? – Вернулась, – темноволосый выгнул бровь. – Вернулась? – он коснулся двумя ледяными руками моих щек, – и что ты вспомнила? – затаив дыхание, спросил меня он. – Ярис – преступник, – прошептала я и повернула голову в сторону горящего монитора. Голубоглазый ошарашенно посмотрел на меня, но после все-таки подошел к включенному компьютеру и пролистал страницу вверх. Несколько минут он молча стоял – читал. Затем тихо отошел от компьютера, присел на кровать рядом со мной и уставился в одну точку в полу, – Фэш, – окликнула его я, взяв холодную руку парня. Тот тут же сжал ее и обратил взгляд на меня, – мне страшно, – прошептала я, а по лицу прокатилась одна единственная слеза, будто бы в доказательство только что сказанным словам. – Подожди, нет-нет, Василис, не плачь, – перебирая все успокаивающие слова, пытался поддержать меня голубоглазый. Он начал гладить меня по голове, второй рукой аккуратно приобняв и вытирая слезу. Темноволосый прижал меня к себе и тихо прошептал, – я с тобой, глупая, поняла? Я не ответила, нет. Мне сейчас было сложно произнести хоть одно слово. Мой знакомый – убийца, преступник, вор, извращенец. И как тут быть спокойным?