Что если серый ворон заменит белого?

      Этой ночью мне плохо спалось. Чувствую себя очень вяло, но есть один плюс. Я проснулся из-за этого рано. В 6:32, если быть точным, в то время как занятия начинаются в 9. Куча времени, если подумать.       Торчать в душном помещении не хотелось, поэтому я вышел подышать прохладным воздухом. Выход из общежития находился всего тремя этажами ниже, но воспользовавшись тем, что все ещё или спят, или просто не выходят из комнат, я решил воспользоваться лифтом.       Взяв в круглосуточном кафе на первом этаже стаканчик кофе, я направился к выходу. Глаза слипались: кофе ещё не вдарил в голову, даже мысли-стихи — всё делалось на автомате. Улица же встретила прохладным освежающим воздухом. Вокруг не было ни души. Слабый свет восходящего солнца, зелёный парк и невысокие аккуратные здания создавали уютный пейзаж. И судя по небольшим лужицам, ночью шел дождь. Красота, не то, что мелкие переулки окраин, откуда я приехал!       Благо около общежития была скамейка под кровлей здания, на которую я планировал сейчас присесть. Но там, к моему разочарованию, кто-то был. Остальные были дальше и скорее всего мокрые, а парень не выглядит разговорчивым, поэтому я всё же решил присесть рядом. Вытащив и надев наушники, настроившись просто послушать аудиокнигу, я подошёл к этому строгому на вид парню в очках с прямоугольными оправами и почему-то одетому в школьную форму, сидящему в углу, и занял второй угол. .       Тот не обращал на меня внимание, и продолжал читать книгу, лежащую у него на коленях. Оценив это добрым знаком, я включил подготовленную аудиокнигу, допивая кофе. Диктор обладал приятным чётким голосом. Легкий ветерок обдувал моё ещё не остуженное тело. Покой и благодать. Воистину, доброе утро. — Хмм... Солярис. Отличное произведение повествующее об ограниченности нашего разума, — произнес тот, когда диктор затих, из-за загрузки следующей главы. Я, приостановив аудиокнигу, с удивлением посмотрел на парня, сидящего рядом со мной. Казалось бы, он даже не отвлекся на меня. — Тебе следовало бы сбавить громкость если ты не хотел, чтобы я услышал, что ты там слушаешь. — Привычка, извини если помешал. — Нет, всё в порядке. — Похвально вставать так рано в первый день. — Конечно, — легкой усмешкой сказал я. Присмотревшись, до меня дошло, что это глава студсовета, — Это вы выступали с речью, верно? — Заметил-таки? — посмотрел на меня парень. — Глава студсовета — Хорикита Манабу. — Приятно познакомиться. — попытался приветливо улыбнуться я. Проблемы с администрацией никому не нужны. — Сато Луи — ученик класса первогодка из «D». — D? — резко холодно посмотрел он на меня, — Понятно. Не стоит на такой мусор тратить время, — такого холода и настолько резкой смены отношения ещё не встречал. Да и от одного тона по коже мурашки прошли, хотя себя робким не считал никогда. Манабу удалился к школьному зданию.       Остатки утренней вялости как рукой сняло. Желания оставаться на скамейке не было. Почему он упомянул D и сразу перешёл на грубость? Почему вчера с нашим классом не хотел познакомиться никто из старших классов? Это как-то связано? Ощущение закрытости негласных правил школы с каждым эпизодом всё сильнее. Стоит разобраться. И всю прогулку думал о настоящем устройстве этой школы, листая на своём телефоне документ с уставом, правилами и желаемыми порядками. Главное, что тут всё нужно искать между строк. Никто не ответит тебе просто так. Так ничего и не найдя за третье перечитывание, я устало вздохнул и вернулся в комнату, откуда позже отправился на занятия.       В этот день в школе нам провели вводные уроки с повторением азов. Вроде ничего особенного кроме того, что учителей совершенно не интересовало наша реакция. Ученики могли спокойно спать, играть в телефоне, болтать, и смеяться. Только если кто-то жаловался, то могли сделать замечание, в остальных случаях учителя нас игнорировали.       Такая атмосфера убивает всё желание учиться, слабовольные и социально-активные люди, в таком случае, тоже будут обучаться абы как. Хорошие оценки, которые обязательны, чтобы выпуститься отсюда, при условии абсолютной честности, будут только у редких дарований и очень волевых людей. Остальные будут отчислены. Если это политика школьной администрации, то неудивительно, что их выпускники настолько привилегированны.       Что удивительно, даже успевшего выделиться в не лучшую сторону Судо проигнорировали, когда он спал. Пока я раздумывал, урок закончился и наступило время обеда.       Сформированные ещё вчера группы по интересам уже медленно плелись — кто в столовую, кто в коридор. Некоторые оставались и ели на местах взятую собой еду. Меня, естественно, звать никто не стал. Разве что Хирата взглядом приглашал меня, но, когда его окружили девушки, я жестом отказался. — Мнишь себя гордым одиночкой? — спросил голос с соседней парты. — Скорее просто не люблю шумные компании. Да и ты кем-то занятой не выглядишь. — А что? Мне всего лишь не нужны люди в округе. — Мнишь себя самодовольной одиночкой? Мило, — усмехнулся я, доставая пару булок из портфеля — Скорее просто не люблю душных людей, — сердито ушла в коридор Хорикита.       Это я-то душный?! Хотя… может в чем-то она и права. Некоторое время меня никто не беспокоил, и я наблюдал за остальными классами из окна. Помня реакцию главы студсовета, между нами должна быть принципиальная граница. Эту разницу на перерыве заметить сложно. Да и отличить детский комикс от классической книги на расстоянии не всегда получается. Есть ли критерии помимо успеваемости? Хорикита, например, несмотря на всё, нормально учится, и все равно оказалась тут. Тяжко. — Сато-кун, верно? — отвлекла меня девушка, я кивнул. Я не запомнил её имя. В голове о ней у меня лишь, что она не раздражающая и не сильно выделяющаяся в плане характера.       Прямые каштановые волосы доходили ей до плеч. А в руке она держала кошелек с кучей свисающих брелков. Можно даже сказать, что это кошелек цеплялся за брелки. — Я — Кушида из твоего класса. Помнишь меня? — Прости, запамятовал, — неловко почесал затылок я, — Теперь запомню. От меня что-то нужно? — Вообще… я хотела бы тебя кое о чем попросить. Много времени не займу. Сато-кун, помоги, ты ведь в хороших отношениях с Хорикитой-сан! — Не то чтобы. Мы вчера только познакомились. — Нет-нет! Просто, как я поняла, вы подружились в первый же день? Я спрашивала номера телефонов и почту у всех, но Хорикита отказалась их мне давать.       Девочка интересуется другой девочкой. Угу. Так стоп! Фантазии лучше потом! — А я хочу с ней подружиться! — резко схватила она мою ладонь и приблизилась ко мне. — Да, — честно сказал я и упорно старался сохранить взгляд на лице, а не опустить его. Ей богу неловко, — Но мы просто перекинулись парой фраз. Не более, — присмотревшись и покопав в памяти, я вспомнил, что она хотела со всеми подружиться: — Повторю, что толком её не знаю. — Понятно. Когда мы все представлялись, Хорикита-сан вышла из класса, верно? Было похоже, что она так ни с кем и не разговаривала, потому я беспокоилась. — И ты надеялась на мою помощь, — добавил я, мысленно вздохнув, — Извини, что разочаровываю, но кажется мы немного повздорили. И ничем с ней поэтому помочь не смогу. — Да, нет! Это ты прости, что так резко со своими вопросами. — Не стоит, — поднял ладонь чтобы успокоить. — Тогда будем друзьями! — протянула ко мне руку Кушида в рукопожатия. Я ответил, решив в этот раз благородно не упоминать вслух мои размышления о дружбе.