Зимой греет вовсе не тёплая одежда

      Когда на улице минус 20, идёт снег, и ветер дует так, словно пытается снести всё на своём пути, никому не захочется выходить из квартиры да и вообще вылезать из-под одеяла, не говоря уже о прогулках. Тем не менее молодая пара не спеша вышагивает в неизвестном направлении, тесно прижавшись друг к другу и улыбаясь из-за чего-то, что знают только они. Но даже в такую погоду они на улице не одни — им навстречу движется фигура. Сразу понятно, что человеку крайне неприятно сейчас чувствовать, как острые снежинки бьют в лицо — голова в капюшоне, насколько возможно, вжата в плечи, руки в карманах. Человек стремительно движется в своём направлении, надеясь как можно скорее оказаться в тепле своей квартиры. — Юнги-хён! — восклицает Тэ, когда расстояние между молодыми людьми сокращается до минимума, — Куда это ты в такую погоду бежишь? Парень поднимает ранее смотрящие только под ноги глаза и устремляет их прямо на собеседника. Нежная улыбка невольно появляется на губах, а глаза начинают немного сверкать. — И вам привет, ребятки. Да вот надо было в магазин заскочить, а он закрыт. А вы чего дома не сидите? — старший старается казаться менее счастливым, чем он есть на самом деле. Чонгук и Тэхён — самые любимые донсэны Юнги, всегда готовы помочь своему хёну, с любой проблемой в любое время. Они никогда о нем не забывают, и это иногда бесит, но только посмотрев на их счастливые мордашки, всё раздражение в миг улетучивается. Когда они рассказали, что решили быть вместе, Юнги был действительно рад за них и даже разрешил себе расчувствоваться. Три пары глаз в тот день горели как никогда. Мин их обоих безумно любит, и они любят его в ответ, вот только старшему кажется, что совершенно не такой любовью, и порой это убивает его. Он уже смирился — научился любить тихо и незаметно, но сердце с каждым разом всё более отчаянно просит внимания к своей персоне. — Мы решили прогуляться, потому что дома уже совсем скучно. Вышли утром и до сих пор не возвращались, — наконец подал голос и Чонгук. На его губах была лёгкая улыбка, руки покоились в карманах, но за правую крепко ухватился Тэхён. — Слушай, Хён, не хочешь к нам зайти? По тебе видно, ты замёрз очень, квартира твоя далеко, а наш дом в 5 минутах ходьбы. Что скажешь, Гуки? — Тэ всегда было очень сложно отказать, и не только из-за его щенячьих глазок. Ким всегда подмечал маленькие, но довольно веские детали и использовал их в самый нужный момент. — Я буду только за. — Ладно, детишки, знаете ведь, что вам я «нет» сказать не могу, — на самом деле Юнги неимоверно счастлив, что сможет провести остаток этого не самого лучшего дня в компании своей любимой парочки. — Ну и отличненько, идём! — Тэхён без раздумий и вопросов хватает Мина, заменяя Чонгукову руку его, мимолетно подмигивая своему парню, чтобы тот также взял ледышки хёна и поделился с ним своим теплом. Юнги был немного удивлён такой резкостью, но зная, на что ещё способны эти дуралеи, сразу успокоился и только сильнее прижал их к себе. — Давайте поторопимся, а то у него сейчас совсем руки отвалятся, — Чон улыбается теперь намного ярче, крепко сжимая ладони друга, чем заставляет всех усмехнуться и немного ускорить шаг. Как только они заходят в квартиру, Тэхён быстро снимает свое пальто и ботинки и бежит на кухню ставить чайник, попутно крича что-то вроде «Мин Юнги, живо надел тапки» и «Гук, принеси ему плед, тот что самый тёплый». — Вот ведь раскомандовался, — усмехается самый младший, выходя из коридора и возвращаясь через мгновение с тем 'самым тёплым пледом'.       Мин ненавидит ходить дома в обуви, как и Тэхён на самом деле, но первый настолько замёрз, что согласен все четыре пары, что были так любезно предоставлены хозяевами, на ноги напялить. Выбор пал на чисто чёрные тапочки, что обволакивают всю стопу. Ужасно мягкие и такие тёплые. Одна пара из невыбраных была такой же, только вот противоположного цвета, прямо-таки белоснежная, будто только-только вытащенная из упаковки. Оставшиеся две — простые одинаково-фиолетовые, за исключением инициалов их владельцев, вышитых аккуратным почерком золотой нитью (явно Тэхён постарался). Потому Юнги их и не выбрал. Он заходит в кухню, где Ким уже наливает горячую воду в кружки, вслед за Чонгуком, присаживается на стул возле батареи и берёт свой чай, грея замерзшие руки о горячую посуду. А Тэхён всё суетится, пытаясь отыскать что-нибудь вкусненькое, но находит лишь печенье, которое они с Чоном хранили как раз для Юнги. Оно его любимое — не слишком сладкое, но и не безвкусное, очень простое, из песочного теста без каких-либо добавок, идеальное для того, чтобы макать в чай или молоко. Улыбаясь, он ставит коробку на середину стола, легонько чмокая любимого в макушку. Мин не упускает этого из виду, улыбается мягко, и на душе сразу становится намного теплее. И никакой плед или чай не смогли бы согреть лучше, чем искреннее счастье самых близких людей. — Ну что, хён, согрелся? — спрашивает Тэ, приземляясь на стул между молодыми людьми. — Даа… — протягивают ему в ответ, делая глоток чая с настолько правильным количеством сахара и заварки, что на душе становится ещё теплее — эти дети знают о своём хёне абсолютно всё до мельчайших деталей. Когда горячие напитки выпиты и печенье съедено, тройка перемещается в гостиную и усаживается на диване так, что Юнги остаётся между ребятами. Он соврет, если скажет, что ему неудобно или некомфортно, старший откровенно кайфует от такой близости. — Не хотите кино посмотреть? Мне Югём порекомендовал «Suckerpunch», очень уж он его расхваливал, вот и решил скачать. Что скажите? — предлагает Гук, беря в руки пульт. — Конечно, давайте, ничего против не имею, — проговаривает Мин, после того, как видит сразу же воодушевившегося Тэ. Чонгук радостно включает телевизор, выбирая нужную папку, а затем и фильм. Старшего всегда удивляло, когда они успевают всё, что скачали, посмотреть, ведь у макнэ прямо-таки коллекция всевозможного кинематографа в «просмотренном». Как только фильм начинается, Юнги чувствует, как практически одновременно на его плечи ложатся две головы, и снова ликует. Сегодня точно один из лучших дней его жизни, надо же было ему так повезти и встретить эту парочку на улице. Практически весь фильм они смотрят молча, изредка обмениваясь своим мнением по поводу сюжета и персонажей. Тем временем Тэхён успевает сплести их руки, а Чонгук переместить голову с плеча на колени. Светловолосому никогда так удобно не было — одна ладонь в руках Кима, а второй он перебирает мягкие локоны каштановых волос Чонгука.       Когда фильм заканчивается, часы показывают девять вечера, посему Тэхён предлагает остаться у них на ночь, ссылаясь на то, что не хочет волноваться о том, добрался ли хён домой без происшествий. Конечно же Юнги соглашается, и не только потому что и правда довольно поздно, и на улице темно да холодно, но и потому что глаза уже слипаются. День выдался полным эмоций, вначале плохих, но вскоре сменившихся счастливыми, именно из-за этого он сейчас морально истощен. Хозяева видя, как гость на ходу едва не падает в царство Морфея, достают ему пижаму и сами быстро переодеваются. Мин удивляется, когда вместо того, чтобы постелить на диване, его приглашают в постель, опять же вынуждая лечь между парнями. И конечно же он ничего против снова не имеет, с радостью забираясь под одеяло. — Спокойной ночи, любимые мои, — выговаривает Тэ, а после целует Гука нежно в губы, перегибаясь через Юнги. Но после он так же целует и своего хёна, нежно касаясь его щеки своей ладонью, чем окончательно выбивает того из колеи. Мин шокировано лежит на спине и не моргает, уставившись в одну точку на потолке. Из раздумий его вырывает то, как с другой стороны его снова притягивают для поцелуя. Всё — пропал. — Спокойной, — последнее что сегодня слышит самый старший перед тем, как полностью погрузиться в свои мысли. Засыпает он часа через два, спит плохо, всё никак не может понять, что же всё-таки произошло. Утром светловолосый просыпается всё в тех же объятиях, только вот техёнова нога перекинута через его туловище. Младшие ещё крепко спят, и Юнги может позволить себе рассмотреть их лица вблизи, провести кончиками пальцев по такой сладкой, нежной и желанной коже. И только когда оба просыпаются и одаривают его своими солнечными улыбками и мягкими поцелуями в щеки, Мин понимает — всё же они любят его так же как и он их. И теперь ему всегда будет тепло, несмотря ни на какие метели за окном.