Через Северную Атлантику

Ньюту Скамандеру Комната 6 «Дырявый Котёл» Лондон Англия, Великобритания Понедельник, 3 января Ньют, Надеюсь, у тебя год начался лучше, чем у нас. Уверена, ты уже всё слышал, да и совы наши на полдороге встретились… Я в порядке. Мы все в порядке — по большей части. Ты о них никогда не рассказывал. Если честно, когда это всё случилось в первый раз, я подумала о тебе и мне даже показалось, что ты бы точно с ними справился, но скоро стало понятно, что вряд ли. Думаю, даже тебе не удалось бы найти способ одолеть их. Они… Ну, полагаю, ты их видел и всё понимаешь. Можешь хоть что-то посоветовать? Патронус у меня слабый и совсем не эффективный, однако ты исследовал такого рода тварей. Ты должен знать то, чего не знают остальные. Есть у тебя за пазухой фокус, чтобы отпугнуть дементора? Куини за мной присматривает. Не волнуйся. Тина

***

Порпентине Голдштейн 62921 Вест-стрит 26 Нью-Йорк, штат Нью-Йорк Соединённые Штаты Америки 6 января, 1927 года Дорогая моя Тина, Я не могу Я не умею Ты в порядке? Правда в порядке? Я несколько дней отсиживался в комнате, ничего не знал, разве что из твоего письма. Что случилось? Это были одиночки? Дементоры обычно передвигаются стаей, так проще охотиться, однако одиночки слабее. Если не сможешь вызвать Патронуса, боюсь, тебе придётся просить о защите другого аврора. Слава Мерлину. Другой способ дать отпор дементору неизвестен, я ни с одним из них никогда не сталкивался. Как только сможешь, изучи чары Патронуса, нельзя позволить этому повториться, дементоры не проявляют жалости и не знают милосердия, они будут на тебя охотиться. Я прочёл несколько разных версий произошедшего, но судя по всему, кто-то из ваших всё же пропал. Поверить не могу, что вы так легко отделались. И опять же, очень тебя прошу: не дай этому повториться. Обещай, что выучишь чары. Пожалуйста. Твой, Н.С.

***

Ньюту Скамандеру Комната 6 «Дырявый Котёл» Лондон Англия, Великобритания Среда, 12 января Ньют, Если не успокоишься, то сам умрёшь от страха — вот так позорище будет, особенно если вспомнить, что ты их даже не видел. Я же сказала, я в порядке. Уже на следующий день вышла на работу, причин для беспокойства и правда нет. Ни один из них меня и пальцем не тронул, я стояла за спинами целой толпы авроров, а остальные хорошо владели заклинанием Патронуса. Рядом с ними я чувствовала себя бесполезной, но никакой настоящей угрозы не было. Опять же, мы хорошо умеем прикрывать друг другу спину. Нас отправили в Бруклин: там, по сообщениям не-магов, происходило что-то ужасное — и там были они. Их было трое, так что, в соответствии с твоим описанием, их можно считать одиночками. Не могу… трудно было придумать что-то ужаснее той ночи — разве что целую стаю таких тварей. Однако, думаю, ты об этом знаешь немногим больше меня. Я аврор. Кажется, ты забыл, что моя работа в том, чтобы лезть в самое пекло. Я стараюсь изо всех сил, пытаюсь, но не могу добиться ничего более существенного, чем облачка белого дыма. Куини продолжает твердить, что я использую не самое счастливое воспоминание, но мне-то оно кажется вполне счастливым. Оно о том времени, когда мы с сестрой были маленькими, когда были живы родители, шёл снег, кажется — но всё равно меня это греет. Я не помню ничего счастливее. Обещаю, что не сдамся. Люблю, Тина

***

Порпентине Голдштейн 62921 Вест-стрит 26 Нью-Йорк, штат Нью-Йорк Соединённые Штаты Америки 18 января, 1927 года Дорогая Тина, Уж разреши мне поволноваться! Знаю, ты не бежишь от опасности… и тогда, со мной, не побежала… но мы оба знаем, что такое дементоры. Облачка белого дыма свидетельствуют, что ты думаешь в правильном направлении, но твоё счастливое воспоминание слишком туманное и нестойкое. Воспоминание, которое я сам использую для вызова Патронуса, тоже не очень счастливое — скорее, оно приносит мне невероятное облегчение. Полагаю, наиболее сильные из твоих воспоминаний должны быть связаны с трепетом и безудержным весельем. Пожалуйста, дай знать, как у тебя получится. Твой, Н.С.

***

Ньюту Скамандеру Комната 6 «Дырявый Котёл» Лондон Англия, Великобритания Пятница, 21 января Ньют, У меня получилось. Волноваться тебе больше не разрешается. (Ты как-то до обидного метко описал моё лучшее воспоминание.) Как идут дела с книгой? Люблю, Тина.