Ты моя слабость

      — Мисс Миранда. — Кажется, мужчина терял терпение, когда я словно приросла к месту на дороге.       Я уже стёрла слёзы с лица, но мои свинцовые глаза и красные щёки говорили всё за меня. Тем не менее, какое-то странное ощущение превосходства давало мне силы, чтобы гордо поднять подбородок и стоять на своём. Даже перед мужчиной, в точности выглядящим, как мой дядя-отчим и знающий моё имя.       А ещё у него был смешной акцент, будто его язык считал русские буквы чужими.       — Я человек чести, в отличии от многих, тем более, как вы заметили ранее, ваш дядя Даниэль похож на меня, — он выделил вежливое обращение интонацией, но голоса своего не повышал, хотя его желваки играли на челюсти.       Ни что не указывало на его нервозность, только идеальная холодная маска.       — Почему я должна верить вам? Многие люди не выполняют условий своих слов, тем более ложь — не такой сложный приём. Вы так не считаете? — я подавила азартную улыбку, рискнув взглянуть прямо в глаза незнакомца снова.       — Я могу предоставить вам гарантию, что с нами вы будете в полной безопасности. — Очередь ощущать превосходство теперь настала неизвестного мужчины, когда я нахмурила брови и переспросила:       — «Нами»? — открыто поинтересовалась, так как, полагаю, мужчина пытался вызвать моё любопытство.       — Нами, Камилла, — звук голоса за спиной заставил меня обернуться и накрыть рот рукой.       Что чёрт возьми происходит?       От шока я не могла остановить свои бегающие глаза по второму мужчине с тёмными волосами и в официальном костюме, его волосы были зачёсаны назад, а на острых линиях мощной челюсти проступала щетина.       — Боже, зашиби меня кирпичом, если я сплю, — почти по слогам произношу в онемении, не отрывая ошеломлённых глаз от вполне реального силуэта…моего отца.       Отца чёрт вас дери!       Мне снова захотелось плакать, просто от удивления и гребаной сентиментальности, которая показывала свою чувственную сторону в ненужные моменты.       — ну, зачем кирпичом, полагаю, тебе бы хотелось задать мне много вопросов, дочь. — От последнего слова я, клянусь, встрепенулась всеми внутренними органами.       — Что за усовершенствованная версия моей семьи два-ноль? — но, я не собиралась так быстро падать в чувства и бежать на встречу мужчине, идентичному моему отцу по внешности, даже по голосу, будто я оказалась в какой-то дешёвой мелодраме.       Жизнь учила меня, поэтому мне нужно было сначала узнать всё, а после уже доверять чужим людям свою спину без угрозы получить в неё нож.       Даже если эти люди, вроде, мои родственники.       «Отец» свёл брови на переносице, о явно не ожидал такой реакции.       Я развернулась обратно к мужчине, который назвал себя Кристианом.       — Кто ты такой? — прямо в лоб спросила, переступая с одной ноги на другую, пока не оказалась почти впритык к «дядя Даниэль версия два демо с брутальным шрамом на пол лица».       — Я Кристиан, — равнодушно повторил мужчина, не обращая внимания на мою детскую ярость.       — А у меня два уха и два глаза, — я натянуто улыбнулась и почеркнула, что он сказал истину. — Я так устала от этой неразберихой, и если вы не перестанете морочить мне голову, я вызову полицию. — Мои угрозы не выглядели убедительными, особенно для таких людей, как «мой отец», этот мужчина и остальные мафиози, потому что я уже была в курсе, как делаются дела в таких кругах. По крайней мере, они отстанут от меня и не доставят больше проблем, чем могут со всеми моими родственничками в будущем.       — Камилла, мы же не собираемся здесь стоять? Почему бы нам не сесть в машину и всё обсудить? — сказал «отец» и указал рукой на чёрный автомобиль позади себя с наглухо затонированными стёклами везде.       «Нет, спасибо, я уже один раз села в такую машину, посмотрите, сколько проблем имею на данный момент»       — Как-нибудь в следующий раз, — я попыталась как-то аккуратно уйти от темы и вообще уйти с этого Богом забытого переулка с заброшенными стройками, на которые я забрела.       — Камилла, прошу, ты можешь мне доверять, я ведь твой отец, — мужчина растянул свои губы таким знакомым мне образом, в слабой и намекающей на нежность улыбке.       — Доказательства. Твоих слов мало, мне столько лет лгали, — я тут же отмела второго мужчину, как неинтересного в данный момент и сделала два широких шага, подходя к «отцу».       — Когда тебе было десять, ты обожала рождество и украшала комнату за полтора месяца до праздника. Ты особенно любила фигурку танцующей балерины, у неё были фиолетовые пуанты и блестящая пачка, — спокойно сказал мужчина, пронизывая меня своими ореховыми глазами, будто посылая через взгляд те воспоминания.       Я приоткрыла рот от беззвучного оха, а после дала тёплой улыбке расцвести на губах всего на секунду, позволяя перенестись в прошлое и вспомнить, но мои уголки губ тут же вернулись на исходное положение, а я поджала губы, замахнувшись и подарив отцу пощёчину.       Я не должна была бить своего отца, но сейчас, имела на это полное право.       Где он был всё это время?       Почему вернулся только сейчас?       — Я ждала тебя долгие годы, я думала, что ты трагически погиб! — крикнула я и ударила ладонями ему в грудь, но отец даже не сдвинулся и на сантиметр, только стискивая челюсти. — Где ты был? Где ты всё это время был? Ты хоть знаешь, сколько лет я потеряла? — я не могла остановиться кричать, мне хотелось разорвать своего отца на части, потому что он не мог просто так заявиться ко мне в своём костюме-тройке и с распростёртыми объятиями сказать:       «Я твой отец, прошу любить и жаловать»       Потому что это не так работало, я не дура, чтобы отпустить все вопросы и мотивы. И я надеялась, что он не жал, что я брошусь к нему на шею и буду говорить, как скучала.       Да, несомненно, это было так, но… было ещё много всего, что я хотела сделать и сказать ему.       Например, что я знаю, что он гангстер, что меня из-за него чуть не убили, что он лишил меня детства, что из-за него моему брату пришлось взвалить двух слабых девушек на свои плечи, при чём одной из них была полностью сломанная и разбитая мать.       — Мне уже через месяц будет восемнадцать, а ты заявился именно сейчас, когда я потеряла всё своё детство, — я перестала колотить его грудь и отошла на пару маленьких шагов, чтобы держать между нами дистанцию.       Но в глазах я ощущала неприятное жжение новых слёз. И чтобы сдержать их, мне понадобилось всё моё самообладание.       Я до конца не была уверена в том, что хотела сказать, но это всё равно вырвалось меня изо рта:       — Уходи, я не хочу тебя видеть, сейчас, — мне пришлось выдавить последнее слово с силой, чтобы оставить для нас надежду, возможность на какое-то новое начало, потому что я не могла окончательно потерять отца.       Но я не могла простить его так быстро…

***

      Меня слепило безумно палящее солнце, что освещало и отогревало землю от зимней стужи.       Настроение намного лучше, чем когда-либо за последние пару лет так точно. Сегодня был слишком спокойный и хороший день.       Прошла почти неделя с момента, как я встретила своего биологического отца, являвшегося уже столько лет официально мёртвым, но каким-то чудом остался жив.       Это было так странно, я столько лет мечтала, что смерть моего папы была лишь страшным сном или ложью, но, когда увидела его своими глазами и услышала ушами, так резко и без особых раздумий отмахнулась.       Нет, вы не подумайте, я не жалею о том, что так холодно, почти негативно отреагировала. И уж тем более, я не думала, что из-за моего отказа папа просто уйдёт. если он намеренно встретился со мной, он не стал бы ставить на что-то мелочное. Он ставил на абсолютно всё, что у него раньше было и на всё, что есть у нас.       Мне наоборот кажется, что такой приём он заслуживал больше всего. Тем более с ним был мужчина, безумно похожий на его младшего брата, я могла предположить, что это какая-то неизвестная мне родня или случайное стечение обстоятельств.       Но чаще всего, чтобы мне было проще не держать голову забитой мыслями на тему этой встречи, я просто уверяла себя, будто мне всё приснилось и это было не по-настоящему.       Но сейчас, я всё чаще стала задумываться, что бы было, если отец вернётся?       Мы жили бы, как прежде без разногласий и криков на друг друга?       Кирилл перестанет считать себя безумным папочкой, устанавливая комендантский час и подрубая все мои встречи с друзьями и парнем.       Мама бы вернулась к отцу?       Все эти ответы терзали мой разум и забирали меня из реальности, что я стала такой рассеянной и невнимательной.       Может, стоит дать нашей сломанной семье шанс на исцеление?       Мой домашний арест закончился в тот же день, когда я убежала из дома в последний раз. Можно сказать, что я сама положила ему конец и даже если бы Кири не отменил его, я перестала ему придерживаться. Но, кажется, факт моей свободы даже не обсуждался между нами. Он даже извинился.       Возможно, мать вправила ему мозги или они сами встали на место.       Но, я бы не стала так на это надеяться.       После окончания моего ареста Алина часто стала зависать со мной до вечера, иногда оставаясь на ночевку. Для нас не было проблемой спать в одной кровати.       Порой, я просыпалась от того, что тело подруги переползло на меня и просто стало трудно дышать. Я не знаю почему, но мы не стеснялись друг друга, мы считали себя сёстрами, пока Денис отшучивался про нашу ориентацию.       Конечно, все эти шутки стары, как моя бабуля и были созданы только ради провокаций.       — Миледи. — А вот и она.       Я поворачиваюсь на её голос и улыбаюсь, щурясь сквозь линзы солнцезащитных очков.       — Привет, — скрепляю руки на спине девушки и прижимаюсь подбородком к её плечу, ощущая носом сладкий запах духов «Givanshy».       — Раз ты теперь свободная лань, мы бы могли проветриться сегодня и куда-нибудь сходить? — она азартно выгнула каштановую бровь, отстраняясь от меня, но всё ещё держа руки на предплечьях.       — Мы бы могли взять Дениса и напиться в парке под дубом, — усмехаюсь и вспоминаю слова, сказанные мной в шутку, когда я всё ещё была под арестом, и на вопрос, что ты бы хотела сделать в первую очередь, когда станешь свободной, ответила:       «Напиться в хлам в общественном парке под дубом»       Я была без понятия, почему под дубом и почему в общественном парке, но это показалось смешным не только мне.       — Тогда это просто замечательно, мне нужно позвонить ему и сказать, чтобы он сильно не расслаблял свои булки после перелёта, — девушка тут же достала из сумки смартфон и собралась набрать сообщение своему бойфренду.       — Проклятье, где носить его чёртов телефон, — шипит кареглазая и с психом отключаем мобильник, бросая его обратно в сумку.       — Что-то не так? — я осторожно спросила, коснувшись ладонью её локтя.       — Он не включал свой телефон ещё со вчерашнего утра. Сегодня, в десять у него приземляется самолёт, он должен был мне позвонить перед тем, как сесть в него в Барселоне, — она нервно кусала внутреннюю сторону щёки, вышагивая туда и обратно, нахмурив брови.       — Может, он просто устал, или телефон разрядился, — я пожимаю плечами и беру подругу за руку. — В конце концов, не будь наседкой, Лин, — усмехаюсь и тяну её вперёд, потому что если дать ей повод себя накрутить, мы опоздаем в школу, потому что она поедет в аэропорт и будет обзванивать своего отца и все полицейские корпусы в Барселоне.       — Ты свободна в эти выходные? — решаю сменить тему, чтобы Алина быстрее успокоилась.       — Ну да, вроде, — она прищуривается и медленно отвечает, а после утвердительно кивает, будто вспомнила все свои планы и удостоверилась, что время на меня свободно.       — Тогда мы должны пройтись по магазинам, подруга. Скоро выпускной, а я до сих пор не купила платье. — Это первое, что пришло мне в голову и являлось правдой, на самом деле.       Я была слишком рассеянной.       — Я как раз хотела тебе об этом сказать, кажется, мы думаем на правильные темы вместе, — она ободряюще улыбается и сжимает мою руку, что было хорошим признаком.       Мне удалось её отвлечь.       «Доброе утро. Угадай что — правильно, Кири убрал свой идиотский арест, и я свободна. Мы могли бы встретиться…завтра?»       Я напечатала это сообщение перед тем, как началось первое занятие, чтобы сообщить Глебу, что мы больше не могли встречаться украдкой и тем более мы так и не встретились после того раза, когда он тайком приехал ко мне в двенадцать ночи.

***

      — Ками, посмотри вон туда.       Вдруг посреди урока приближается губами к моему уху и шепчет эти слова, заставляя обратить на нее внимание. Я же внимательно слушала, ладно делала вид, что слушаю и что-то пишу в тетради, вырисовывая разные закорючки.       Все мои мысли по-прежнему были заняты возвращением отца.       — Что? — пододвигаюсь к её губам ближе, пытаясь уловить ее слова вновь, так как слишком сильно была затянута своими раздумьями и предположениям, как пройдет наш вечер и как отреагируют мама с братом.       — Посмотри в правый конец класса, — загадочно улыбается подруга, заставляя меня повернуть голову в том направление.       Мой живот тут же свело от того, что я встретилась с, прожигающим насквозь мой затылок, взглядом.       Давно забытая тревога поселилась в моей голове, когда парень на задних рядах заметил мой любопытный взгляд. Его янтарно-карие глаза буквально вбили меня в панику, и я не понимала, почему это происходит именно сейчас. Даже после того, как я раскрыла его, он не постарался отвести от меня глаз, продолжал пялится, теперь уже точно в глаза. И в секунду на его лице проскользнула улыбка, а меня окликнул учитель, прерывая всё это:       — Миранда, вы что-то интересное помимо моей лекции увидели в конце помещения? — обращается высокая брюнетка со смешным носом и нелепой походкой. Это была наша учительница по истории.       — Нет, Татьяна Игоревна. — мотаю головой и поворачиваюсь к ней лицом, сжимая в руках корпус пластиковой ручки.       — Продолжим. В 1762 году в Петербурге… — снова начинает говорить монотонным и неразборчивым голосом.       А я зажимаю нижнюю губу между зубов и, хмуря брови, пытаюсь понять, что не так с этим парнем с медовыми глазами.