Всё начиналось с ромашек.

      — Мм? В час ночи? Да ты безумен, папочка!       Энджел тихо рассмеялся, проворачивая на диване чуть ли не акрабатические трюки, одновременно с этим разговаривая по телефону.       — Мне одеть кружевные чулочки? — приторным голосом спросил Энджи, рассматривая кашпо с цветами перед собой. Услышав положительный ответ на том конце провода, Даст широко улыбнулся, чему-то кивнув про себя.       — Не опаздывай, мой ангельский тортик. Ты знаешь, что будет, если разозлить меня.       — Конечно, папочка — Даст тихо рассмеялся, оканчивая звонок.       Трудовые будни будут длится целых четыре дня, затем он получит долгожданный выходной. Хотя, Энджел не может с уверенностью сказать, что долгожданный. Сейчас, ему всё особенно осточертело. Он хочет просто забыться, не чувствовать всего того, что чувствует сейчас. Взять дурь, накидаться в хлам, и лечь спать. Пусть его вновь используют на площадке как дешёвую шлюху, заставят принимать афродизиак. Главное, чтобы на сердце не было странных, смешанных чувств.        Даст отрицал всё что случилось. Тот поцелуй под луной, как бы романтично это не звучало, хотелось выбросить из головы. Аластор просто играется, это же ясно. Так думал Энджел, старательно не замечая демона.        Порно-звезда вёл себя отстранённо, совсем не выходил на контакт с Радио-Демоном. Тот же в свою очередь, напротив, вёл себя слишком активно. Пытался как-то подшутить, подколоть Энджела, предпринимал попытки коснуться паучка. Он не понимал, почему тот старательно его избегал. Даст просто влюбился в этого напыщенного клубничного сутенёра.

***

— Всем чмоки, я побежал. — восклинул Энджел, выбегая прочь из отеля. На улице его уже ждал автомобиль, в салоне которого наверняка находился Валентино.       Аластор заскрипел зубами, безумная улыбка начала подводить, выдавая нервозность и раздражённость демона. Разгневанный Аластор выглядел устрашающе, а причиной этому был никто иной, как Энджел Даст. Радио-демон чувствовал озлобленность, и очень странное, непонятное ему чувство. Оно побуждало к весомым действиям, например, открутить голову Валентино, или, на худой конец, закрыть Даста в своей комнате и никогда не отпускать.        Ал сжал хрустальный бокал с темной жидкостью в руке, ошалело уставившись на поверхность барной стойки. Хаск, который наблюдал за страданиями демона, лишь подлил ему виски, решив выпить за компанию.       — Шлюхи они такие. — с ухмылкой произнёс Хаскер, глуша виски одним заходом.       — Какие? — равнодушно откликнулся Аластор, сделав короткий глоток. Если сейчас кот начнёт читать морали, и приводить пример из своего жизненного опыта, то Ал точно съебётся к чёртовой матери.       — Они... Как наглые коты. Когда получат своё, то уходят нахуй. При чём в прямом смысле. Нет, конечно с котами всё по другому, они ищут еду, и уходят не нахуй, а ... Короче, ты понял мою мысль. Просто не связывайся с ними. — Аластор по достоинству оценил умение Хаска слогать умные мысли, украшая их всевозможными метафорами и сравнениями. Но тем не менее, то что хотел донести этот кот философ, он понял. Но он не считал, что Энджел — просто меркантильная личность. Нет, его чувства точно взаимны, он уверен в этом. Но следующая фраза от пьяного кота заставила задуматься.       — Иначе он бы не свалил к Валентино.       Действительно, отчасти это ведь верно. Зачем ему идти к другому, когда есть он? « Может потому, что это его работа?» отвечал внутренний голос.       — Когда есть первая любовь, то вторую не находят. — этот марафон умных цитаток от кота начинал уже бесить, а тот, видимо, только разошёлся.

***

      Двери отеля тихо скрипнули, впуская внутрь ночного гостя. Энджел старался идти осторожно, чтобы не наделать шума. Тело слегка не слушалось, алкоголя было слишком много. Но кроме алкоголя, в крови были тонны никотина и наркотиков. Хотелось просто утонуть в мягкости кровати, накинуть на себя тёплое одеяло или плед, а во сне обнимать подушку, представляя, что это Аластор. Даст широко улыбнулся при воспоминаниях о Радио-Демоне. Нетрезвый мозг Энджела подкинул ему отличную идейку.

***

      Уставшее тело Аластора покоилось на широкой кровати, но сон так и не шёл. Бессонница просто ужасное явление, особенно в жизни демона. Она приходила неожиданно, но оставалась надолго. Ал терзал себя в попытках уснуть, как длинная тень проскользнула в его комнату, оставляя за собой запах дорогого, сладкого парфюма и нечто терпкого, будто алкоголь. Хотя, почему будто? Аластор точно узнал запах виски и крепкого пива, когда фигура облачённая во что-то облегающее подошла к нему ближе.       — Мм...папочка ждал меня? — прошептал порядком уже нетрезвый Энджел, забираясь прямо на Аластора. Демон шокировано на него посмотрел, осталось лишь перекреститься. Даст промурлыкал что-то, поглаживая Ала везде, куда руки дойдут. А их, было немало.       — Нет, я просто собирался уснуть. Я так понимаю, ты просто накидался? Прости, но моё тело не самое лучшее место для сна. — механическим голосом пояснил Аластор, сбрасывая Энджела на другой конец кровати.       — Сначала целуешь, а потом прогоняешь? Я на такое не подписывался. — возмутился Даст, обиженно складывая руки на груди. Теперь пришла очередь Аластора в негодовании смотреть на паука.       — Скажи мне на милость, ты это серьёзно? То есть, это не ты старательно избегал наших встреч, игнорировал все мои попытки как-то привлечь твоё внимание, и вообще выходить на контакт?       — Дай подумать, дорогуша...— задумчиво протянул Даст, будто здесь было над чем думать. Энджи прижался к боку Аластора, который пытался его отпихнуть. — Ну ты чего, мне же холодно, согрей меня.       — Ты пьян. — коротко ответил олень, отворачиваясь от Энджела, который, буквально лип к тёплому боку. Аластор просто прикрыл глаза, в тщетных попытках наконец заснуть, но настойчивый паук не хотел просто так отпускать его в царство Морфея.       — Понимаешь, мы как...Адам и Ева! Как Сид и Нэнси, золушка и принц, Белла и Эдвард, Барби и Кен. Мы одно целое, сладкий. — прошептал Даст, укладывая верхнюю пару рук на талию Аластора.       — Как жаль, что ты говоришь это лишь под действием алкоголя.