А что если не любовь?

Глава 34

Он смотрел на удаляющуюся фигуру. Слова, которые были произнесены при всех, глубоко ее ранили. Он не знал, что делать. Не может же он просто схватить ее в охапку и убежать далеко-далеко. Хотя… он улыбнулся сам себе. Теперь у него есть план. И Гарри не будет теперь с ней. С такими мыслями он направился за остальными ребятами. Я сидела мрачнее тучи. Уже пол часа я сижу в кабинете директора и слушаю как отец Панси кричит тут. Хотелось кинуть в него статуэтку лошади, которая весит, наверное, не меньше пару килограмм. Дверь открылась, и в кабинет зашел мой отец. Я вообще с ним не разговариваю, так что это будет первый разговор за второй месяц. Отец устроился в кресле, как в собственном кабинете, закинув ногу на ногу. Он смерил их брезгливым взглядом. — В чем проблема? — М-мистер Гринграсс… — начал запинаться он. — Ваша дочь… — Даф, что тут случилось? — перебил, итак заикающегося мужчину, папа. Я посмотрела на потолок. — Ну-у… тебе с самого детства рассказать или с данного момента? — я болтала ногами, сидя на высоком стульчике. Я взглянула на своего родича. Мда, видок у него не очень. Не знаю, может раньше я бы и забоялась, сейчас мне глубоко все равно. Пусть делает, что хочет. — С данного. — Ну… видишь у нее гипс на носу? — отец кивнул. — Она ударилась об мой кулак. А волосы, как воронье гнездо, это то, что они запутались в моих пальцах. В кабинете стояла тишина. — Ты побила Панси? — с недоверием спросила наша директриса. — Ага. И да, совесть не мучает. — Причина! — воскликнул отец Панси. — Па, она назвала маму шлюхой. — я посмотрела на своего отца. Тот помрачнел еще сильней. — А еще сказала, что я умру, как она. Папина голова медленно и угрожающе повернулась к ним. — Ты уво-олен! Отец Панси побледнел, посерел, позеленел. — Нет, пожалуйста, я сделаю, что угодно. Только не увольняйте! — я отвернулась от этого позора, произнесённого мужчиной. — С тобой попозже разберусь. В мой офис. Немедленно! Дочь и отец ретировались. Мы остались. — Есть еще какие-нибудь проблемы? — Нет, — миссис Хейзел смотрела на него враждебно. — Мне нужно поговорить с Дафной. Лич-чно! Отец вышел. — Я не буду тебя наказывать, но это первый и последний раз. Понятно? Я закивала, как китайский болванчик. — А еще… ты будешь старостой! Страх, неприязнь, боль — все это отразилось у меня на лице. — Не бойся. Староста Драко Малфой. Я выдохнула. Что-то в кабинете жарко стало. — Мне можно идти? Она кивнула. На выходе меня словил Гарри. Сердце радостно затрепетало при виде него, а разум… разум убивал его всеми способами. Розы. Ненавижу розы. Особенно красные. Цвет разврата и похоти. — Я хотел поговорить с тобой. — А я нет. — и уходя: — Спасибо за цветы, которые я так ненавижу. Кажется, я начала сходить с ума. Я проснулась в холодном поту: мне снился кошмар. Я не могла пошевелить своим телом, а над кроватью стояла фигура в черной куртке и черные очки. Черт, я уже жалею, что могу видеть сны. Я, на трясущихся ногах, пошла к столику за снотворным. Уже неделю меня преследует этот сон… Но сон — одно дело, другое — когда за тобой охотятся в жизни. Гарри, как хищник, выслеживает меня. Постоянно говорит что-то. При нашей последней встречи я думала, что брошусь к нему на шею и буду так висеть до конца жизни. Что еще хуже… так это ромашки.