Sunset of the world: Beginning

      — Мгхм, Д…Дрим!       Позитивный ухмыльнулся и вновь затянул Инка в поцелуй, блуждая руками по ребрам «любовника». Оторвавшись, Дрим начал полизывать и покусывать шею скелета, оставляя на ней отметины. Затем он перешёл на ключицу и плечи. Не остались без внимания и ребра. Поцелуй. Пылкий и страстный. Отдышка.       — Ты всё ещё не хочешь меня? ~ {ду ю вонт ми? Тун Тун Тун Тутутутуц Кхм простите бету чёт конкретно не туда несет}       — Дрим…       — Что такое, Инки?~       — Нас могут услышать…       — Эта отмазка давно уже не действует. Стены не пропускают звук. Давай просто перейду к делу~       Заместитель главы уселся между ног партнёра, а затем резко наклонился, вбирая в рот возбужденную плоть. Чернильный шумно застонал, вцепляясь острыми фалангами пальцев в матрас, оставляя на нём царапины. А позитивный начал активно работать язычком, двигая головой плавно то вверх, то вниз.       — Ммм, Дрим…ми… Ах! Б…Быстрей, чёрт возьми!       Дрим послушно выполнил просьбу, ускоряя темп. Не прошло и нескольки минут, а семя уже залило весь рот желтоглазого.       — Ты был возбужден с самого начала? Что ж, неудивительно. Продолжим? — облизнувшись и сглотнув, спросил Мечтатель, нежно потеревшись рукой о пульсирующий орган художника. Последний коротко кивнул, отдаваясь в руки похоти и разврату. Сон вновь поцеловал скелета, а затем начал насаживаться на его стояк.       — З…Звёзды! Ах! Я уже немного, мгхм, отвык от тебя! Ты, ах, такой большой! — простонав, сказал Дрим, насаживаясь на Инка, который, в свою очередь, пытался восстановить дыхание. В помещении становилось жарче. Усевшись полностью, позитивный отдышался, а затем медленно, постепенно ускоряясь, начал подниматься вверх-вниз, вырывая стоны и из себя, и из чернильного. Скрип кровати. Стон. Стук костей о кости. Шлепки плоти. Снова стон.       — Ах, Дрим, быстрей, мгхм!       — Инки, ах!       Становилось всё жарче и жарче. Оба взмокли. Капельки пота стекали по косточкам Мечтателя. Так хотелось размазать их по возбуженному и находящемуся в экстазе телу.       Художник резко остановил Сна, вставая с кровати и укладывая его на живот, приподнимая при этом бедра.       — Моя очередь, — пропел Инк, резко входя во всю длину в партнёра. Тот вскрикнул, но не от боли, а от удовольствия. Темп вновь начал ускоряться. В один момент чернильный просто потерял ритм и, сломав темп, взял бешенную скорость, почти вдалбивая пассива в кровать.       Стоны срывались на крики, а глаза заволокла пелена страсти, наслажения, похоти и разврата. Кто из них кончил первый — так и не было ясно. Очнулись они оба на кровати, лежа в обнимку.       — Тебе понравилось? — Дрим вдохнул аромат Инка. Кажется, пахло кофе и мятой. Такой приятный и успокаивающий запах.       — Ещё бы. Когда повторим? — Давай на следующей пятнице, хорошо?       — Шесть дней? Что ж, могу и подождать, — ухмыльнулся чернильный, прижимая поближе к себе «любовника».       — Сладких снов, Инки…       — Доброй ночи, Дримми… ***       — Эй, мистеры «мы друзья, но немного ебёмся»! Подъём! В холле уже все вас ждут! У нас сегодня собрание, забыли? БлуБэрри пытался растолкать сладко спящую парочку. Первым глаза открыл Инк.       — Блу? Что такое? Сколько времени?       — Немного, не мало, а одиннадцать утра! Вы когда легли спать вообще?       — Ну… Эм…       — Опять трахались?       — Блу, прекрати произносить это слово вслух!       — Я, что, виноват, по-вашему, что двери нужно закрывать во время вашего «уединения»?       — Это было один раз…       — И в этот один раз я проходил мимо! У вас минута, чтобы одеться и выйти в холл.       Блу захлопнул железную дверь. Да, случай с раскрытием маленького секрета Дрима и Инка Бэрри помнил хорошо. Это было, словно вчера…

Flashback

      — Эй, Инк, как насчёт того, чтобы…       Голубика распахнул незакрытую дверь в комнату командира и застал довольно занятную картину: оголённый Инк, надвисший над ничуть не более одетым Дримом. Тут и понимать ничего не надо.       — Так… — Блу закрыл дверь и сел на стул, стоявший неподалёку. — А теперь поподробней. Как давно вы такое проворачиваете?       Чернильному пришлось посвятить своего первого помощника, коим и являлся Бэрри, в свой с Мечтателем секретик. БлуБэрри, хотел или нет, но пришлось принять это, как данное, и пообещать оставить это в секрете…

End the flashback.

      Голубоглазый вышел в холл.       — Ну, что, эти командиры там скоро или нет? — спросил Фреш, развалившись на одном из кресел.       — Фреш, немедленно слезай с места Дрима. — немного раздражённо сказал Блу. — Скоро, скоро. Погодите ещё минутку.       Все сидевшие в холле разом вздохнули. Их глава так за два года и не научился НЕ опаздывать на собрания. Хотя, все к этому уже и так привыкли.       Наконец появились Инк и Дрим. Чернильный сел на стул посередине, Сон — на кресло справа, а Блу уселся на кресло слева.       — Объявляю общее собрание открытым! Перекличка. — начал художник.       — Дрим?       — Тут.       — Блу?       — Здесь.       — Саенс?       — Агась.       — Фреш?       — Чё как?       — Джи?       — Присутствую.       — Гено?       — Тут.       — Ласт?       — Приветик, дорогуша!       — Эпик?       — Братан!       — Оутер?       — Да.       — Классик?       — Сап.       Убедившись, что все здесь, художник начал отчёт о том, что он вчера видел. Ничего нового. ОБЛАКА, мутанты, зыркающие из-за углов, но не нападающие, выжженная трава, пустынные улицы. Ни единого выжившего. Хоть если бы был шанс найти кого-то, кто всё это время также, как и «Звёздные», выживал в нелёгких условиях!       Услышав об ОБЛАКАХ, Дрим почему-то вдруг вспомнил своего брата и погрузился в воспоминания прошлого. Кажется, на Гено тоже нахлынули призраки минувшего…

***

      Троица скелетов — Гено, Дрим и его брат — Найт, шли по улицам города.       — Я считаю, что это может быть небезопасно… — вслух высказал свои опасения Гено, поправляя капюшон серой толстовки.       — Ой, да ладно, вам, пугливые овечки, до спуска ОБЛАКОВ ещё аж полчаса! Разве не интересно, что скрывается за пределами города? — бросил Найт, уверенно шагая по знакомым улицам. Он уже не раз тут бродил и помнил наизусть, где могут прятаться мутанты, а где — нет.       — Но как мы вернёмся назад, Найти? Этот район мы раньше не иследовали… — испуганно пролепетал Дрим, крепче схватив руку брата. Фиолетовоглазый усмехнулся.       — Значит, мы станем первооткрывателями! Плюс ещё часть территории в нашу карту.       — И всё же, почему мы не взяли ещё одного «Звёздного»? Обычно же ходят по две паре выживших. Это правило, установленное Стре… — начал вновь Гено.       — Я знаю, КЕМ установлено правило. Но… У нас же ОСОБЫЙ случай, верно? Нам не нужны лишние нытики, которые «устали ходить». Поэтому мы просто возьмём и.......       Подул сильный ветер. Троица тут же устремила взгляды наверх. Облака радиации начали свой спуск.       — Но ведь же Саенс сказал, что… — растерянно начал Дрим, но его перебил негативный.       — БЕГИТЕ И КАК МОЖНО СКОРЕЕ! СЕЙЧАС!       Все три скелета со всех ног кинулись к бункеру. Позитивный, не расчитав сил, быстро выдохся.       — Я, уф, больше, уф, не могу! Оставьте меня, уф, здесь! Я лишь замедляю, уф, вас…       — Дрим, это НЕ смешно. — крикнул Найт, подгоняя брата сзади. Но последний и вправду выдохся и остановился.       Недолго думая, негатив просто взял на руки Мечтателя и побежал вслед за Гено, недалеко убежавшим вперёд. ОБЛАКА всё ближе и ближе. До бункера считанные метры. Сон и негативный тут же вбежали внутрь уже закрывавшейся двери. И тут… Гено зацепился ногой за ветку дерева, стоявшего неподалёку от заветной безопасности. Попытался выбраться. Безуспешно. Найт цыкнул и, приказав Дриму стоять на месте, побежал навстречу своей смерти. Общими усилиями ветку удалось отцепить от ноги Гено. Внезапно, скелет вскрикнул от острой боли — радиация попала прямо на правый глаз.       — Я ничего не вижу! Как больно!       Найт со всей силы впихнул кричащего от боли скелета в бункер. Дверь закрылась со скрежетом. Сам негативный не успел. Не успел, спасая друга и брата. Радиация окутала его.       Найт подошёл к прозрачной входной двери и прислонился к ней, взглянув внутрь. По ту сторону стоял Мечтатель, закрыв руками рот и плача. Правда, сам фиолетовоглазый не мог ничего слышать — дверь была заглушена с одной стороны.       — Дрим… — превознемогая боль, обратился негативный к брату. — Прошу… н…не плачь, х…хорош…шо? Б…будь с…силь…ным…и…кхе…позаботься о… всех… Я ве…рю, что ты… п…пережи…вешь этот… кошм…ар…и… мир станет…кхе…более…безо…пасным… Прощ…щай, братец…я…любл…ю…т…тебя…       ОБЛАКА стали гуще, закрывая от посторонних глаз Найта, падающего без сознания на землю…       — Что случилось?       В холл вбежал Инк и застал такую картину — Дрим сидит на коленях и рыдает, а рядом, скорчившись от острой боли и держась за глаз, скулит Гено. Саенс уже пытается поднять его с пола, чтобы отвести к лекарю — Оутеру.       — Саенс? Что произошло?       Учёный, с глазами, полных боли и скорби, взглянул на чернильного, а затем, отрицательно помотав головой, беззвучно заплакал, дав понять, что не в состоянии говорить сейчас. Он просто махнул рукой в сторону двери, уводя Гено в медпункт. Художник подошёл к Дриму.       — Дрим, что произошл…       — Б…братик…       Инк взглянул на дверь. По ту сторону он заметил чьё-то тело. С ужасом узнав в нём Найта, он прикрыл рот, а затем обнял Мечтателя. Тот уткнулся ему в грудь и продолжил реветь. Чернильный погладил по голове Сна, прижимая крепче к себе, пытаясь самому не расплакаться. С глаза покатилась единственная, отливающая немного радугой, слеза…

***

      Закончив свой отчёт, Инк спросил:       — У кого-нибудь есть какие-то ещё новости?       Молчание. Но вдруг поднял руку Классик       — Да. Есть.       — Выкладывай.       — Ну… Недавно я ходил… один… по улицам города. И… Увидел впереди себя какое-то движение. Я решил не ходить туда, ну, мало ли, вдруг там мутанты. Но потом вспомнил, что в этой части города они не ходят. Поэтому решил проверить, кто или что это могло быть. Я увидел немногое, но… Мне кажется, что мы не одни в этом городе… Кроме нас и мутантов тут есть и другие… выжившие…       Чернильный вскочил со стула.       — Что ИМЕННО ты видел?       — Я видел двух скелетов. На вид очень похожи на нас. Один был в черном плаще, и его лицо можно было едва разглядеть, но он держал в руке косу. Создавалось впечатление, будто это какая-то Смерть. А другой был с пробитым черепом. Жуткое зрелище. Вдобавок ко всему, у этого скелета горел лишь один глаз — левый. И то — красным цветом. Он был с топором. Короче говоря… Я нечаянно наступил на сухую ветку. Она предательски хрустнула, но скелеты, вместо того, чтобы убежать, наоборот, обнажили оружие и приготовились к бою. Наверное, они не боятся мутантов. Ну, или они ими и были… Я точно не знаю… И я убежал сам. Мало ли, что у них на уме…       Художник три минуты внимательно оглядывал весь холл.       — Понял. Так. Завтра я и Дрим идём в дальнюю часть города. Нужно выяснить, что это были за скелеты. Заодно и территорию расширим.       Послышались возмущенные возгласы.       — Ты в своём уме, Инк? Ты на кого бункер решил оставить? — встав с кресла, спросил Блу.       — На тебя.       — А ты подумал о том, что в ТОЙ части города может быть небезопасно? Звёзды, да мы ещё НИ РАЗУ не доходили до туда!       — Значит, наступило время перемен. Не кипятись, Блу, всё будет просто зашибенно. Мы справимся. Верно, Дрим?       — Ага. Инк прав. Если мы будем сидеть в бункере, изредка выбираясь на поверхность, то ничего так не добъёмся!       — Сказать, кто ещё так думал, а? Найт. Это он хотел исследовать новые части города. К чему это всё привело, хм? Не напомнишь, Дрим? Ладно, тогда я сам. Гено лишился правого глаза. Найта больше нет. Ты хочешь пойти за своим братом? — спросил Фреш, явно не о том болтая.       Все остальные тут же замолкли. Мечтатель, на удивление, довольно спокойно принял слова скелета, а затем холодно сказал:       — Решения главы и его заместителя НЕ обсуждаются. Завтра я и Инк выдвигаемся рано утром, чтобы успеть к ночи. И, повторяю, это НЕ обсуждается. Собрание окончено.       Сон закончил, а затем вышел из холла, пройдя в свою комнату и хлопнув дверью. Инк кивнул головой всем, и «Звёздные» потихоньку начали расходиться, оставляя чернильного наедине.       — Значит, завтра утром…