День после Рождества

Сириус бежал. Стук ботинок, наверное, разносился по всему Хогвартсу, ведь замок был пуст: все разъехались по домам на рождественские каникулы. Сириус бежал. Они с Джеймсом играли в снежки у озера. Его волосы теперь были мокрыми сосульками, а не шикарными пышными кудрями. Сириус бежал и задыхался. В его руках сидел крохотный лягушонок. В библиотеке сидел его Ремус. Лягушонок должен был быть доставлен Ремусу как можно скорее. Сириус вбежал в библиотеку. Старушки Пинс не было на месте, так что ему за это не влетело. Он обогнул стеллажи и заметил свою цель. Ремус сидел и читал что-то под витражом с драконами. Сириус из последних сил поднажал и в итоге рухнул на стул рядом с Ремусом, обдавая того жемчужной россыпью капель. Юноша нахмурился и сделал вид, что не замечает Сириуса, а Сириус, пытаясь отдышаться, облокотился на плечо Ремуса. — Луни-Лунни-Лунатик-Ремус-Ремми-Рем-Любовь-Моя, я-так-сильно-люблю-тебя-перестань-же-дуться-из-за-шоколада-я-куплю-тебе-тонну-такого-же, — Сириус говорил, все еще задыхаясь. Реакции было ноль. Сириус сверкал своей потрясающестью, но Ремус уже немного научился игнорировать это. Сириус громко вдохнул. — Посмотри же на меня. Посмотри кого я тебе принес-посмотри-же! Ремус медленно закрыл книгу и отложил ее. Он посмотрел. На Сириуса. Губы Ремуса были поджаты, а брови нахмурены. — Мало того, что ты нагло сожрал весь шоколад, который подарила мне Лили на Рождество. Ты также испачкал все мои простыни своими грязными лапами, Бродяга, даже не потрудившись обратиться в человека, как вернулся с улицы. И вот сейчас ты забрызгал мне книгу. Сириус, прижимая к груди маленькое сокровище, помотал головой, обрызгивая Ремуса еще и еще. — Ты невыносим. Я просто ненавижу тебя, Сириус Орион Блэк, понятно? Ремус фыркнул и поднялся, чтобы уйти. Сириус подскочил за ним. — Идиот, да посмотри же ты наконец, — он отдышался и смог нормально произнести это предложение. Ремус хмуро оглянулся и зыркнул в сторону сжатых в ковшик ладоней Сириуса. — Что там у тебя? Сириус подошел поближе и раскрыл ладони, все еще прижимая их к груди. Недовольно одернув свитер, Ремус придвинулся, чтобы рассмотреть, что же ему показывают. Все в нем поменялось, едва он заметил. — Ах. Сириус, какой же он… Маленький, — голос юноши смягчился. — Откуда ты взял его?! Ремус протянул палец, и лягушонок перепрыгнул с рук Сириуса на палец к новому знакомому. — Он сидел в камнях на озере. Не знаю, как он не замерз. Сириус рассмеялся. Он смотрел на умиленное лицо Ремуса, и его разрывало от любви. Они стояли совсем рядом, и ему ничего не стоило привстать на носочки, обхватить лицо Ремуса ладонями и, переводя внимание парня с лягушонка на себя, нежно впиться в его губы. Ремус замычал что-то протестующее, но не смог оттолкнуть Сириуса, боясь навредить лягушонку, все еще сидящему на его руке. Сириус целовал. Целовал. Целовал и задыхался.