Скелеты в шкафу

Позднее утро в Бамбуковой Хижине началось с того, что Ло Бинхэ – после того, как прибрался и приготовил завтрак – лёг на кровати, пристально глядя на Шэнь Цинцю. Одежду он распахнул – так чтобы грудь была хорошо видна учителю. Взгляд Шэнь Цинцю – с виду прежний, спокойный и бесстрастный – но в глубине зелёных колдовских глаз… паника? - Этот учитель внезапно вспомнил о том, что у него много дел, - нехотя отвёл взгляд горный лорд Шэнь. - Разве учителю не хочется обнять этого ученика? – приподнялся Бинхэ. - Дела ведь могут немного подождать... а кровать удобная, ещё не расшатанная, - он улыбнулся своей незамысловатой шутке. - Сначала нормально оденься, - потребовал Шэнь Цинцю, по-прежнему глядя куда-то в сторону. Ло Бинхэ с неохотой запахнул на груди ханьфу. - Так лучше, учитель? – невинно поинтересовался он. Горный лорд ничего не ответил. - И снова учитель отказывается от объятий этого ученика! – с упрёком воскликнул его подопечный. Шэнь Цинцю сел на край кровати, захлопнув веер и отведя им черный локон, что спадал Бинхэ на лицо, частично закрывая обзор. Ло Бинхэ приподнялся и сел в кровати. Протянул руки, осторожно обхватывая учителя - и притянул его к себе. Выражение лица стало счастливым - и одновременно пугающим. Но учитель сидел спиной - и не мог сейчас видеть это лицо. Шэнь Цинцю, повесив веер на запястье, положил ладонь на руку своего беспокойного ученика. Ло Бинхэ осторожно втащил учителя на кровать, положил его и лёг рядом, внимательно вглядываясь в это лицо, знакомое и столь желанное. Одна рука его обняла Цинцю, другая скользнула под одежды. На лице заиграла лукавая улыбка. Если уж в кровать согласился лечь, то вот по руке дать веером не забыл, пронеслось в голове заклинателя. - Руки. Бинхэ! – он легонько стукнул веером по руке расшалившегося полудемона. - Да, учитель, этого ученика зовут Бинхэ, и это действительно его руки, - мягко, но настойчиво Ло Бинхэ отобрал у учителя веер, положив его рядом с кроватью. Приподнялся и сел на ошарашенного учителя, обхватив его талию своими коленями. Руки, что потянулись к нему в попытке оттолкнуть, были отведены назад и прижаты к изголовью. - Учитель сердится на этого ученика? - с улыбкой. Жар тут же прилил к щекам, а глаза заметались в панике. Первая попытка остановить супруга с крахом провалилась. Ну как этот ребенок умудряется ответить так, что и не знаешь что сказать в ответ?.. - Э.... этот учитель совсем не настроен на это сейчас! - Ничего страшного, учитель, - продолжая улыбаться, Бинхэ наклоняется - так, что его лицо почти касается лица Цинцю. - Учитель никогда не настроен на это - ученик привык. Просто расслабьтесь - этот ученик всё сделает сам! Сказав это, Бинхэ начал покрывать лицо Цинцю поцелуями. Одна рука его продолжала удерживать руки учителя, другая скользнула за ворот, распахивая одеяния на нём. - Нет-Нет! Сегодня я совсем не расположен к этому! - заявил Цинцю, внутренне крича о помощи и прося небожителей о помиловании. Каждый поцелуй заставлял на пару мгновений закрывать глаза. А рука непроизвольно дернулась от напряжения, стремясь вырваться из хватки. - Учитель, ночью вы говорили почти то же самое! - с упрёком в голосе посетовал ученик. Продолжая удерживать руки Цинцю одной рукой, другой рукой Бинхэ размотал ленту, вплетённую в свои волосы, и обмотал ей запястья учителя, связывая их. Другой конец ленты он привязал к изголовью кровати. - Не надо противиться, учитель! Этот ученик очень сильно любит вас!.. Осторожно потянув вниз полураспахнутое ханьфу Цинцю, Бинхэ ослабил пояс и распахнул одежды учителя полностью. Прильнул щекой к его обнажённой груди, довольно и счастливо улыбаясь. Руки Бинхэ заскользили по телу горного лорда Шэня, разминая его, нажимая на чувствительные точки. - Мой учитель... только мой!.. - Этот супруг никогда не сомневался в твоей любви.- Слыша в чужом голосе упрек, произнес эти слова несколько тише, чем хотелось бы. Вышло как-то неуверенно. Он проследил за действиями ученика с молчаливой паникой в глазах. Неужели отговорки его столь однообразны, что ученик перестал им придавать значения? Хотя... Когда он вообще прислушивался? По коже прошлась волна мурашек, когда его покинули одежды. Сам того не контролируя, заклинатель ощутимо вздрогнул. - Бинхэ. - Цинцю!.. - вздох, полный сдерживаемой страсти. Прильнув к груди учителя, Бинхэ осторожно покусывал его соски, а руки полудемона тем временем разминали нижнюю часть тела Цинцю. Очередь дошла и до корня, и судорожные вздохи и стоны стали чуть громче. Раз за разом горный лорд Шэнь изливался, раз за разом натягивал алую ленту, что держала его руки. А Бинхэ продолжал разминать трепещущее в его руках тело - и выражение лица его было отчасти хищным, отчасти виноватым. Губы сжались, будто бы в тонкую нить, и Шэнь Цинцю приоткрыл рот, тихо ахнув от первых невесомых и нежных прикосновений к столь личной и недосягаемой зоне. Находясь столь близко, полудемон мог услышать, как стремительно учащается сердцебиение человека, который раз за разом то доходил до неизбежной точки, то возбуждался вновь, судорожно дрожа и уже смотря на супруга неясным, затуманенным взором. Лента натягивалась, но не рвалась, все еще сдерживая руки. От переизбытка эмоций уже выступили слезы на глазах, и слабо закружилась голова. - Цинцю!.. - улыбка. - Учителю приятно то, что делает с ним этот ученик? - не дождавшись ответа, да и не ожидая его, Бинхэ выдохнул. - Очень хорошо... Руки его скользнули вниз, приподнимая бедра учителя. Палец, уже смазанный каким-то веществом, аккуратно вошёл внутрь, подготавливая отверстие для соития. - Пусть учитель не удивляется, если ощущения его будут отличаться от прежних, - ласково. - Это вещество обладает возбуждающим эффектом. Учителю будет легче принять меня... - Н.... не.... называй меня... учителем во время этого… - На выдохе произнес горный лорд, уже совсем не сопротивляясь, но содрогаясь от произнесенных учеником слов. Вопросов в голове вертелось уйма - где он это берет, кто ему продает и когда уже над ним прекратят проводить такие эксперименты? Сначала тот чай, теперь это… Странные ощущения захлестнули его в этот момент, отразившись на лице ярким румянцем и остановившись внутри, свернувшись где-то внизу живота. Сорвав негромкий, но отчего-то столь жалобный и нетерпеливый стон. - Простите, Цинцю, - покаянно склонил голову Бинхэ, не прекращая своих действий. - Этот супруг не станет называть вас иначе, как по имени... Он долго и осторожно разминал и массировал всю нижнюю часть тела горного лорда Шэня, и в особенности - его отверстие. Наконец, решив что подготовка завершена, раскрасневшийся и возбуждённый Бинхэ, в полураспахнутом ханьфу и с волосами, рассыпавшимися по плечам, прижался к учителю и осторожно вошёл в него. - Прошу... быстрее... - Простонал жалобно Цинцю, сам подаваясь навстречу. Но его остановила все та же злосчастная лента. Оставалось лишь поскулить про себя, зажмурив глаза, на ресницах которых дрожали слезы. - Пожалуйста... пожалуйста. Прошу. Пожалуйста, - Сам не ведая, где берутся силы на слова, он повторял снова и снова просьбу. Здравые мысли уже давно покинули голову, сменившись лишь единым желанием. - Я не могу. Не могу больше терпеть!- Сорвалось с его губ даже несколько капризное предложение, будто какой-то укор. Словно лишившись своего домика мысли, теперь лезли наружу. - Цинцю!.. - не прекращая возвратно-поступательных движений, Бинхэ наклонился, целуя учителя по очереди в оба глаза, тем самым осушая влагу в них. Взгляд полудемона упал на руки, натянувшие до предела ленту. Резким движением Бинхэ оборвал тот конец ленты, что был привязан к изголовью кровати, и закинул связанные запястья Цинцю себе на шею - так, чтоб учитель смог обнять его... Отчаянные мольбы тоже не остались без внимания - Бинхэ всё больше ускорялся, засаживая свой столп в тело Цинцю на всю его немалую длину. - Я не могу больше терпеть! - долетело до распалившегося демона. - Я... тоже! - хрипло выдохнул он, изливаясь внутрь. В голове мелькнуло - в прошлый раз учитель просил так больше не делать... Бинхэ уже излился внутрь, но чувство, охватившее и сковавшее тело горного лорда, требовало продолжения. Совсем уже не помня себя, Цинцю сжал чужие плечи, осев заново на столп, когда Бинхэ, казалось, уже хотел выйти. Сказать, что Бинхэ не растерялся, означало не сказать ничего. Как так? Полудемон привык, что учителя нужно долго уговаривать, чуть ли не принуждать на совместную близость. Он так же привык к тому, что после первого и единственного проникновения с излиянием учитель останавливает его, говоря, что устал, что больше не выдержит... как так?!.. Однако смятенные мысли Бинхэ вовсе не повлияли на его реакцию. Подхватив Цинцю за талию, Бинхэ начал снова вбиваться в него. На лице полудемона расцвела довольная улыбка. Шишу Му не подвёл и с чаем, и в этот раз. Хороший человек этот лекарь... понимающий!.. Следующие мысли его благополучно улетучились из головы. Не существовало сейчас никакого Бинхэ, как и никакого Цинцю - они сплелись воедино, словно срослись, объединённые страстью. И не было во всех трёх мирах силы, способной их разделить! Время вокруг словно потеряло всякий счет и значение. Хотелось еще, еще и еще. Движимый чем-то столь ярким и неугасающим, Шэнь Цинцю обвил руками шею своего подопечного, выпрашивая поцелуи, отчаянно соединяя губы воедино, совсем позабыв как правильно нужно дышать. Лишь на секунду он замер, опустив взгляд вниз – когда ученик вновь вошел в него до конца с каким-то неприличным хлюпаньем. Белая жидкость стекала по бедрам, отчего-то лишь сильнее возбуждая разгоряченное тело. Стенки внутри плотно охватили чужое достоинство, то сокращаясь, то расслабляясь вновь. Прижавшись к груди ученика, заклинатель смог изогнуть спину, чтоб в него вошли несколько под другим углом. Бинхэ был счастлив. Счастливее его сейчас было трудно найти кого-либо ещё во всех трёх мирах. Происходящее напоминало один из его снов - но сном не было! Он охотно и с радостью отвечал на поцелуи Цинцю, раз за разом брал его. Дыхание Бинхэ участилось, сердце колотилось, как бешеное. - Цинцю!.. - выдохнул он, кончив в учителя в очередной раз. - Быть может, ты хочешь... сам меня взять?.. Несколько расфокусированный взгляд горного лорда поднялся к лицу ученика не сразу. Понял ли Шэнь сейчас своего подопечного или нет - тот еще вопрос, но то, что с ним творилось, выходило, кажется, за все обыденные рамки. Не столь сильно толкнув Бинхэ, чтоб поменяться с ним местами, Цинцю пальцами зарылся в черные кудри, совсем не ощутив, как в процессе данного безобразия упала на пол его коронка. На лице Бинхэ мелькнуло ошеломление, когда Цинцю толкнул его, меняясь с учеником местами. Кажется, полудемон вовсе не ожидал того, что учитель и в самом деле захочет воспользоваться его предложением. Однако замешательство на лице Бинхэ быстро сменилось широкой улыбкой. Он вытянул вверх руки, обнимая учителя. - Сегодня воистину - знаменательный день, - выдохнул он. - Этот супруг... радуется так, как никогда в жизни не радовался!.. Схватив Цинцю за запястье правой руки, Бинхэ завел её себе за спину. Положил так, чтобы тонкие пальцы учителя смогли нащупать его отверстие. Взгляд его ясных глаз встретился с чуть расфокусированным взглядом учителя. - Цинцю! - позвал Бинхэ. - Цинцю!.. Однако до разума сейчас было так трудно достучаться. Лишь рука слегка дрогнула, когда ему помогли нащупать отверстие, в которое кончик пальца протиснулся с трудом, учитывая, что сил у горного лорда было сейчас не так много. Приходилось все делать как-то вслепую, пока он касался мягкими губами левой щеки, шеи ученика. Тело предательски дрожало, требуя все чего-то. Но чего? Один палец тем временем погрузился внутрь. Странное чувство посетило его. Чувство, которому он так и не дал название. Одновременно какой-то интерес и тревога. Дрожащий палец вышел наполовину и вошел вновь. Бинхэ позволил себе чуть-чуть расслабиться, впуская внутрь палец учителя. Но дрожь, охватившая все тело горного лорда Шэня, беспокоила его ученика. - Цинцю! - он приподнялся, обхватывая руками учителя. Пытаясь своими духовными силами унять его дрожь. - Твой супруг тревожится за твоё состояние. Если ты неважно себя чувствуешь... мы можем отдохнуть!.. Внутрь скользнул еще один палец, медленно проходя по гладким стенкам. Будто целью совсем не было растянуть, а приласкать. По крайней мере, эти движения внутри были похожи именно на это, как подушечки пальцев плавно скользили по чувствительной поверхности. Вливаемая в организм духовная энергия лишь преподнесла какой-то неясности в ситуацию, вновь начавшееся головокружение, отчего в глазах задвоилось, и голова мягко упала на чужое плечо. Правда, тут же его коснулись губы. Будто бы духовная энергия и то вещество были совершенно разного состава, равного по силе и решившего сойтись в организме в поединке. Внутрь скользнул третий палец, и все вошли до упора. Бинхэ лежал, откинувшись на спину, и руки его осторожно поглаживали спину и бедра Цинцю. На лице полудемона смешались изумление, даже паника - и блаженство. Полуприкрыв глаза, Бинхэ испустил тихий стон, когда внутрь его скользнул второй палец. Ощущения были необычными, но не сказать, чтобы болезненными. Когда голова учителя упала на его плечо, полудемон было вскинулся - но, получив поцелуй, успокоился, вновь расслабляясь. Третий палец, вошедший внутрь, сорвал с его губ ещё один тихий стон удовлетворения. Пальцы крепче сжались на бёдрах Цинцю, впечатываясь в них. Еще один поцелуй, еще, еще. Будто небольшая дорожка в никуда, которой заклинатель одарил своего подопечного. Дальнейшее движение шло немного легче. Он касался мягких стенок, но пальцы снова в неуверенности задрожали, слегка расходясь в стороны и сразу же собираясь в исходное положение. Цинцю лишь ухватился за край чужого одеяния, тяжело выдыхая. Повторяя все те же незамысловатые манипуляции, пока не извлек пальцы наружу, на пару мгновений зависнув, копошась в пустой голове, думая, что делать дальше. Все же ранее с ним такого не случалось. Когда чужие пальцы покинули его, Бинхэ глубоко вздохнул, ожидая проникновения внутрь иного вторженца. Но ничего не происходило. Приоткрыв глаза, Бинхэ увидел сидящего в прострации учителя - и скорее почувствовал, чем понял его замешательство. - Цинцю! - окликнул он супруга. Тот не отозвался. Вздохнув, Бинхэ потянулся рукой к его корню, обхватил его пальцами, чуть поглаживая - и тот вновь воспрянул и налился силой - пусть и не так быстро, как немногим ранее... Приставив этот корень к своему отверстию, Бинхэ прикрыл глаза, насаживаясь на него. С губ его помимо воли сорвался стон. Тяжело сглотнув слюну, Цинцю еле удержался от падения и схватился за чужие плечи, совсем слабо сжимая их и двигаясь теперь в заданном направлении. Когда стенки плотно обхватили его возбужденный орган, на пару секунд показалось, что он готов свалиться в обморок. Но ничего такого не произошло, как и толики здравого сознания не проскользнуло в глазах. Заклинатель начал мало-мальское движение. Как теоретически понимал, так и делал, изредка ощутимо вздрагивая и утыкаясь носом в чужую грудь. Немного другое чувство, но не менее приятное стало в какой-то мере утолять эту рвущуюся изнутри его естества жажду. Бинхэ крепко обнял и прижал к себе учителя, ощущая его внутри себя, подаваясь назад и вперёд вместе с этими толчками. Он был демоном, а орган учителя был на порядок меньше его собственного, поэтому, несмотря на то, что проникновение происходило впервые, боли как таковой особо не было. Разве что странное щекочущее чувство появлялось, когда Цинцю входил в него целиком. Всё происходящее было непривычно, но в чем-то приятно. Постанывая от этого болезненного наслаждения, Бинхэ обнимал учителя, иногда приникая к его губам. Неспешно. Это было неспешно. Сил на большее у Цинцю не было. Роняя негромкие стоны наслаждения, он то практически выходил, то проникал вновь. Снова и снова. Все это уже казалось каким-то сном, и изображение перед глазами поплыло: лишившись чувств, он упал на грудь ученика, так и не успев даже покинуть его тела. Это было медленно - раза в три, если не в четыре медленнее того ритма, до которого обычно разгонялся сам Бинхэ. Но это было нежно и чувственно... Стоны учителя сливались с его собственными, пустота внутри чередовалась с заполненностью - снова и снова... Бинхэ млел, поддерживая учителя в своих руках. Если это был сон, то пусть он подольше не кончается - вот что раз за разом мелькало в его голове. Когда Цинцю упал на его грудь, Бинхэ встревожился. На него словно бы ушат ледяной воды вылили. - Цинцю! - он осторожно взял голову учителя в свои ладони. Приподнял её, вглядываясь в лицо. - Учитель... в порядке ли вы?.. Не дождавшись ответа, полудемон очень осторожно помог органу учителя покинуть свое тело, и уложил Цинцю поудобнее на вконец измятую кровать. Встревоженно вгляделся в его лицо. - Учитель... этот ученик снова безбожно утомил вас! Нет ему прощения!.. Быстро дойдя до пристройки и обратно - идти он мог, только нижняя часть тела отзывалась странными ощущениями при каждом шаге - Бинхэ вернулся с ведром чистой, тёплой воды и двумя губками. Также он принес заживляющую мазь. Приподняв тело учителя, Бинхэ обтер его от посторонних жидкостей, перестелил постель и осторожно положил Цинцю на чистые покрывала. После ученик обтерся сам. Накинув на себя ханьфу нараспашку, Бинхэ склонился над бесчувственным учителем. Обморок? Сон? - Простите, учитель, - тихо проговорил Бинхэ, смазывая его тело заживляющей мазью. На глаза его помимо воли навернулись слёзы. - Все время забываю о том, что вы такой хрупкий... Вопреки всему пришел в себя Шэнь Цинцю не сразу, но и не на следующее утро, ощущая остатки скачков Ци и их последствия. Все тело было в расслабленном состоянии и совсем не желало слушаться. Перевернувшись на живот, заклинатель, было, хотел приподняться, но все тело задрожало, и он снова упал на мягкие подушки, будто на мягкую вату. Оставалось лишь натянуть одеяло, чтоб скрыть обнаженные плечи. - Учитель? - тут же послышалось совсем рядом. Знакомые руки обхватили Цинцю сзади, и ученик прижался к нему, утыкаясь головой в плечо. - Как мой учитель чувствует себя? Хочет ли он поесть или выпить чаю?.. - Всего. - Цинцю дернулся от столь неожиданных объятий, но ответ вылетел как-то сам собой. Он хочет и есть и пить. Очень много пить. А еще больше вот так валяться, прижимаясь к мягкой подушке. - ...Не знаю... какая-то сильная... усталость? Не спрашивай… Немного не понимаю и сам. - Уже несу, учитель! - легко спрыгнув с кровати, Бинхэ унесся в пристройку, на кухню - и очень скоро вернулся оттуда с подносом, на котором были обеденные кушанья и кувшин с освежающим питьем. Осторожно пристроив поднос на коленях у приподнявшегося Цинцю, Бинхэ присел рядом с кроватью, с улыбкой разглядывая учителя. - Вы и в самом деле сильно вымотались! Учитель показывал этому ученику новые методы обмена энергиями, потом мы совершенствовались вместе, чтобы этот ученик всё усвоил... неудивительно, что учитель так устал! - в голосе Бинхэ звучало неподдельное беспокойство, и лишь на самом дне глаз лукаво посверкивала хитринка. - Ешьте, учитель, приходите в себя!.. - Новые методы... обмена энергии? Какие? - Горный лорд свел брови на переносице. Но сейчас решил особо не углубляться в объяснения ученика, а взял в руки принесенную еду и тут же принялся ужинать. Кажется, аппетит разгулялся не на шутку у бедного заклинателя. Но он выглядел теперь счастливым. - Как всегда бесподобно. Надеюсь, этот ученик не против, если учитель немного вздремнет еще после ужина? - Ах, об этих методах можно поговорить и в другой раз! - отмахнулся Бинхэ. - Главное то, что ваш ученик в мере своих скромных возможностей освоил и сумел применить эти методы... и учитель был доволен успехами этого ученика! - с ноткой хвастовства в голосе. - Кушайте, шицзунь, кушайте! И конечно отдыхайте, сколько вам вздумается! Этот ученик будет неподалёку и явится по первому же вашему зову! Цинцю лишь мягко улыбнулся, слушая и внимая тому, что Бинхэ про них выдумал. Он съел практически все на этот раз и выглядел действительно удовлетворенным, хоть теперь еще больше клонило ко сну. Он натянул на себя получше ханьфу, сжав его в области груди и снова лег на подушки, закрывая глаза. - Отдыхайте, учитель! - Бинхэ постоял немного рядом, держа пустой поднос в руках. Он с нежностью вглядывался в спокойное и умиротворённое лицо горного лорда Шэня, и улыбка ученика становилась помимо его воли всё шире. Бинхэ провёл рукой по лицу Цинцю, отодвигая прядь волос. И, наконец, вышел из комнаты. *** С каждой минутой Шэнь Цинцю поглощало престранное, из ниоткуда взявшееся сновидение. Юноша – точь-в-точь похожий на Ло Бинхэ – решительно направлялся к заклинателю, сжимая в руках Синь Мо. Черные кудри спадали ниже плеч, частично закрывая лицо. Но вот он тряхнул волосами, отбрасывая их назад - и многообещающие огоньки мелькнули в тёмных глазах. И лишь на мгновение это прекрасное лицо исказилось недоброй улыбкой, заставив заклинателя попятиться. В следующий миг улыбка мнимого Бинхэ вновь была ласковой... Бин-гэ! Осознав это окончательно, Шэнь Цинцю развернулся, пускаясь наутёк. - Учитель. Учитель, куда же вы? Это же я... - Нет, пожалуйста... пожалуйста, нет! - Учитель. Почему вы убегаете? - Его схватили за тонкое запястье и дернули в сторону. Почувствовалась необычайная легкость с левой стороны, а после из горла заклинателя вырвался душераздирающий крик. На белый пол закапала кровь... Нет, не закапала. Полилась. Его рука упала рядом. Набравшись сил, Шэнь Цинцю рванулся наугад в белое бесконечное пространство. - Учитель... Рванулся, боясь оглянуться. Лишь алая кровь падала на гладкую поверхность. И сердце упало в пятки, когда его схватили за одеяния и повалили на пол, готовясь оторвать и ногу. Шэнь Юань лишь зажмурил глаза, почувствовав лишь холодок, что прошелся по коже, а после легкое касание веера к подбородку. Он ошарашенно приоткрыл глаза, не ожидая увидеть перед собой родную любимую хижину. И... Сяо Цзю, что наконец-то выпрямился и прошелся вдоль по комнатке, остановившись у зеркала. В котором Сяо Цзю не отражался… Но отражался Шэнь Юань. И отражение в зеркале было его обликом из родного мира. - Ты правда думаешь, что он придет? – Надменно вопросил мелодичный голос. Почему-то Юань сразу понял, что изначальный Шэнь Цинцю говорит о Ло Бинхэ. Его ученике. - Конечно... – выдохнул попаданец. - Хмф... - Оригинал лишь закатил глаза, подходя ближе, но будто бы брезгуя и оставаясь одновременно в стороне. - Шэнь Юань. А ты никогда не задумывался... что, быть может, он любит совсем не тебя? - Веер снова коснулся подбородка. Но Юань не смел поднять глаз на своего мучителя, вместо этого прикипев взглядом к собственному отражению в зеркале. Сяо Цзю слегка наклонился, прошептав. - Не тебя, а эту внешность, Шэнь Юань! Лукавая и жестокая улыбка озарила его лицо в тот момент, когда в глазах Юаня показался ужас. - Ты думаешь, что знаешь обо мне все. Это не так. Я знаю о тебе всё - ты же не ведаешь обо мне ничего. И кому ты на самом деле был и будешь нужен - если вообще будешь... Отражение постепенно менялось на уже привычные черты Сяо Цзю, пока он сам стремительно исчезал, будто бы растворяясь в воздухе. Из глаз Юаня на пол закапали слезы... ...И сон резко прервался. Казалось, будто бы Шэнь Цинцю упал на пол своей хижины, и там всё это время бредил, бормоча что-то, разговаривая с ожившими кошмарами своих снов. Но слова Сяо Цзю из сна никак не шли из головы. Шэнь Юань был один в этом мире. Попади он сюда в своём прежнем обличье, с прежними способностями, не имея ничего – никто бы на него не посмотрел, никто бы не выбрал. Чужой. Пришлый. Никому не нужный и совершенно иной… *** - Я хочу спросить у тебя совета! - требовательно произнёс Ло Бинхэ. Выйдя из хижины, он нашёл укромное место в некотором отдалении - и там погрузил себя в сон. Сейчас дух полудемона находился в пространстве своего сна - и искал встречи с неким другим духом. - Хммм... И снова бесцеремонный юнец тревожит покой этого старика, - неприветливо послышалось откуда-то со стороны. Чёрное облако покружилось вокруг неподвижно стоящего Бинхэ - и опустилось наземь, обратившись стариком, чьё лицо напоминало лицо хищной птицы. - Ты превзошёл меня в умениях, непочтительный ученик. Освоил все мои знания - что ещё тебе надо от этого старика?... - Мне не хватает опыта, старейшина, - покачал головой Ло Бинхэ. - Вы всегда тепло относились ко мне - и не стали вредить учителю, когда я почти погиб в Священном Мавзолее. Простите этого юнца за то, что он не давал вам ученических клятв - в душе я всегда относился к вам, как к старшему родичу, деду... - Хватит лести, - провёл рукой Мэнмо, обрывая эту речь. - Что за беда, с которой ты не можешь справиться сам - и потому пришёл ко мне? - Учитель... - Что на этот раз с ним? - лёгкий интерес в голосе. - Во что ещё вляпался бессмертный мастер Шэнь? - С учителем всё в порядке, этот ученик заботится о нём. Вот только иногда... когда учитель думает, что никто его не видит... Взгляд его становится другим. Он смотрит на мир вокруг себя как... на сцену! Да, будто бы мастер Шэнь - некий актёр, что играет эту роль. Играет, потому что его вынудили, не предложив ничего другого... или потому что отказ стоит слишком дорого!.. - в голосе юного демона звенит беспокойство. - Может быть, конечно, я всё это выдумал... игры помрачённого разума, который я когда-то так охотно разрушал! Но что если мой возлюбленный учитель... считает, что он во всём мире одинок, и что даже я - ДАЖЕ Я - не пойму его и не приму какие-то его потаённые стороны... - Бинхэ опустил голову. - Эк тебя проняло, малец! - укоризненно покачал головой старый владыка снов. - Негоже было демону отдавать своё сердце (сердце! у демона! нонсенс! во что вырождается наш род!) человеку - да ещё и такому сомнительному, как этот Шэнь Цинцю... - Лучше учителя людей во всех трёх мирах я не встречал!.. - моментально выпалил Ло Бинхэ. - Ему и пой дифирамбы, а мне - дай договорить... Так вот, Бинхэ. Когда ты приходил в себя в Священном мавзолее, я попробовал вернуть Цинцю его воспоминания детства. Стариковское любопытство - я заглянул по этим воспоминаниям немного дальше. И знаешь что, юноша? Жизнь твоего наставника, будто мечом, разрублена на две части. То, что было с ним до болезни - и после. - Болезнь?.. - На тот момент ты уже учился у этого человека, малец. Припомни, не случилось ли такого, чтобы твой учитель внезапно стал относиться к тебе так... - Будто учителя заменил другой человек?.. - подытожил Ло Бинхэ. Лицо его помрачнело. - Кажется, я кое-что начинаю понимать... - Твой Шэнь сейчас спит и видит сон, - усмехнулся в бороду Мэнмо. - Прислушайся. - Ему снится... ему снова снится другой я. И... другой учитель?.. - на лице Ло Бинхэ возникло изумление. - Выходит... не только у меня есть злой двойник! Ничего, я с ним ещё встречусь... - он в бессильной ярости сжал кулаки, чувствуя, что не успеет ворваться в уже заканчивающийся сон. - Просыпайся и иди к нему, - посоветовал Мэнмо. - Не дави на этого человека - но постарайся разговорить. Для его же блага. - Я так и поступлю, старейшина, - прижав руку к сердцу, Ло Бинхэ низко поклонился довольному таким обращением старому демону. - Ваш собеседник от всей души благодарит вас!.. Проснувшись под кустом на склоне, Ло Бинхэ опрометью кинулся обратно в Бамбуковую хижину, кляня себя за то, что отошёл так далеко. *** Все та же хижина. Все та же комната. И в зеркале. Том самом зеркале он… разве так и есть?.. Ноги не слушаются, будто ватные. Но Шэнь Юань хватает нож и падает снова на пол, на колени перед своим отражением, вглядываясь в эти утонченные, прекрасные черты. Столь красивую фигуру, глаза, тонкие губы, шелковистые длинные волосы. По которым он и проводит рукой, сжимая в кулаке и приставляя к ним нож. " ...и кому ты на самом деле был и будешь нужен" - звучат отголоски все того же голоса главного злодея в голове бедного попаданца. Все верно. В своём родном мире Шэнь Юань прожил много лет. Но у него не было девушки, не было семьи. Он всегда возвращался в пустую квартиру, и если в молодости это было не так заметно, то чем ближе было к сорока, тем тяжелее становилось на сердце. - Зачем ты перенесла меня сюда? Зачем вселила в это тело?.. - Прошептал он тихо системе. Но ответа так и не получил. - УЧИТЕЛЬ!.. - дверь оказалась вынесена мощью ввалившегося в хижину Бинхэ. Лицо его исказилось, увидев Цинцю на коленях перед зеркалом и с ножом в руке, который горный лорд Шэнь уже приставил к своим волосам. Демон нахмурился, и в тот же миг нож из руки учителя оказался вышиблен какой-то невидимой силой. В следующий миг Бинхэ оказался рядом. Подхватив Цинцю с пола на руки, ученик легонько похлопал его по щекам. - Учитель! Что на вас нашло? - грозно и вместе с тем обеспокоенно. - Вы хотели изуродовать себя - или даже убить?.. Вы понимаете, что в первом случае этот ученик до конца своих дней будет заботиться о вас, а во втором - покончит с собой? - он внимательно разглядывал это знакомое с малых лет, такое родное лицо, зелёные таинственные глаза мастера Шэня... их затравленный, потерянный взгляд, так не похожий на обычное невозмутимое спокойствие лорда пика Цинцзин. - Учитель! Цинцю! Если что-то гложет ваше сердце - позвольте этому ученику разделить ваш груз! Или вы считаете, что этот ученик глуп, и ничего не поймёт? - вздох. - Учитель... кто вы?.. Шэнь Юань ошарашенно глянул на ученика, а после на собственные руки, в которых только недавно был крепко зажат нож. И последний брошенный вопрос заставляет покрыться холодным потом. Ему не послышалось? Его разоблачили? Нет. Глупости. Система бы такого не допустила. Он закрывает глаза, возвращая себе привычную полюбившуюся маску горного лорда. И снова поднимает взгляд на Бинхэ, качая головой. - С этим учителем все в порядке. Видимо, чуть было не произошло искажение Ци - но теперь этого не стоит опасаться. - Кто вы, учитель? - настаивал Бинхэ, не разжимая объятий. Сев на кровать, он посадил Цинцю к себе на колени. - Что за камень на сердце вы носите? Почему не хотите довериться мне? - вопросы звучали тихо и грустно, падая каплями дождя в полутёмной комнате. - Почему вы считаете, что я не могу понять вас? Кто вы, учитель? Откуда вы? Шэнь Юань уткнулся взглядом в пол и долго туда смотрел, храня молчание. Он не знал что сказать. Тяжелый ком застрял в горле. Он осторожно сполз на ноги, но далеко уйти не смог, влекомый обратно руками ученика. Со вздохом опёрся на подставленное плечо. - Этот супруг думает, что я от него что-то скрываю... - Этот супруг не посмел бы так настойчиво выпытывать тайну учителя - если бы эта тайна не сжигала вам сердце! - с горечью в голосе. Чёрные глаза внимательно смотрят в зелёные. Заглядывают в душу. - Учителю пришлось... стать учителем? Учителю это не по нраву?.. Отчего-то Шэнь Цинцю слышит в своей голове отголоски чужой усмешки. Ноги снова подводят, и он опускается на колени, хватаясь за волосы. Game Over? Или окончательный The End? - ..Убей... Просто уже убей. Я устал бояться... Ло Бинхэ нахмурился, услышав последнюю фразу. И резко толкнул учителя - так, что тот начал падать спиной вперёд. Но приземлился он вовсе не на пол Бамбуковой Хижины. Нет, Цинцю плавно приземлился в какое-то серое облако. Вернее, приземлился не горный лорд Шэнь, а некий человек неброской внешности, в странной одежде, со встрёпанными короткими волосами и очками в толстой оправе на глазах. Внимательно его разглядев, Бинхэ усмехнулся - и подал человеку руку, помогая подняться. - Мы в Мире Сновидений, - пояснил демон. - Прости, учитель, что я без спроса погрузил тебя туда, тем самым сорвав твою маску... Ты боялся, что я люблю тебя только за красивое лицо и тело? Глупости какие! - Бинхэ сжал своего собеседника в объятьях. Затем отстранился, с ласковым упрёком глядя на него. - Цинцю, ты заменил того, кто никогда бы мне учителем не стал - и был рядом все эти годы! Без тебя я бы не вырос таким! Были, конечно, перегибы... как со стороны учителя, так и со стороны этого ученика - но мы все несовершенны, а лишь совершенствуемся! - Давай-давай, ври ему дальше! - ехидно послышалось со стороны. И в поле зрения показался тот, кто выглядел в точности, как Шэнь Цинцю. Вот только выражение лица у него было надменное и злое. Он неспешно обмахивался веером с таким лицом, будто ненавидит и этот веер - и этот мир. Человек в очках дёрнулся. На лице его нарисовался панический ужас. Ноги его подкосились - но Бинхэ поймал своего учителя. Спокойно и холодно посмотрел на подошедшего. - У меня есть злой двойник, я бился с ним, - произнёс демон. - Выходит, злой двойник есть и у учителя - и тот все эти годы жил с ним в голове?! - Я не двойник, ублюдок, - процедил Сяо Цзю. - Я - настоящий горный лорд Шэнь. А он - лишь вор, занявший чужое тело! Вор и лжец! Очки чуть не упали с носа. Теперь поправлять их вновь так непривычно. Но дело было даже не в этом. А в словах, которые сказал Бинхэ. Только в этих словах!.. Шэнь Юань трогает руками свои щеки, будто не веря в происходящее. И он было хотел что-то сказать – но шарахнулся в сторону, услышав посторонний голос. Но не столь и позабытый. Та часть сна была уж чересчур еще ярка. Ноги попаданца и вправду подкосились, но он взял себя в руки, прогоняя слабость. И закрыл собой Бинхэ в то же мгновение. - Уходи, Сяо Цзю, - решительно проговорил Шэнь Юань, в очередной раз поправляя очки. Голос попаданца немного дрогнул. - Уходи, Сяо Цзю, - холодно повторил вслед за ним Бинхэ. - Всю жизнь ты пожинал лишь то, что сам посеял - себя за всё и вини. Человек, которого я люблю, - руки ложатся на плечи Юаню. - Человек, заслугами которого я чудовищем окончательно не стал - он, а не ты истинный лорд пика Цинцзин. Ты этого места недостоин - как и жизни в этом теле! - Не тебе решать, кто чего достоин, а кто нет, мелкий выродок! - Сяо Цзю мелко трясло от ярости. Кажется, он не мог смириться с тем, что его бывший ученик сумел поладить с этим нескладным человечком, вместо того, чтобы убить его на месте, как вероятно поступил бы Бин-гэ. - Это - моё место, моё тело и моя жизнь! Это то, чего никто из вас не посмеет у меня отнять!.. - Даже я? - вкрадчиво послышалось из темноты. Тихие шаги - и вот, появляется ещё один персонаж. Статью и лицом он неотличим от Бинхэ, но глаза у него холодные. И на груди, скорее всего никакого шрама нет... - Учитель! Этот ученик наконец-то нашёл вас! - с пугающе ласковыми интонациями заговорил Ло Бин-гэ, шаг за шагом приближаясь к Сяо Цзю. Тот медленно отступал. На лице его читались ненависть, ошеломление - и страх. - Не угодно ли учителю немного замедлить свой шаг - и поговорить с этим учеником? Этому ученику есть, что учителю сказать!.. - на лице Бин-гэ полыхнула нешуточная ненависть. Глаза его зажглись двумя красными огнями. У Шэнь Юаня перехватило дыхание, и сердце пропустило удар. Не имея под рукой верного Сю Я, заклинатель почувствовал себя совершенно беззащитным и отступил назад, созерцая столь ужасную картину. Ему уже приходилось встречаться с Ло Бин-гэ. Ему хватило! Отступив назад, Шэнь Юань наткнулся на Ло Бинхэ - и ученик притянул его к себе, заключая в объятия. Порядком выросший воспитанник заклинателя был тёплым и надёжным. Наталкиваясь на его уверенность в себе и своих силах, страхи просто разлетались на мелкие части. - Призраки прошлого, тени того, чего никогда не случится, - произнёс Бинхэ. - Сейчас они поговорят - и ты будешь свободен, учитель! - Ув-верен?.. - слетело с губ того единственное слово. - Уверен! - кивнул Бинхэ, разворачивая Юаня лицом к себе. - И как бы то ни было, учитель - этот ученик достаточно силён, чтобы защитить нас обоих! Тем временем Ло Бин-гэ продолжал приближаться к Сяо Цзю, а тот продолжал отступать. На лице демона светилась исполненная доброты и участия улыбка, от которой всё равно веяло жутью. Глаза его горели красным, и красным светилась демоническая печать на лбу. Он был великолепен, оригинальный персонаж давно не дописанной книги - но и противник был ему под стать. Не силами, так умением произвести впечатление. - Ну? И что ты собрался мне сказать, ублюдок? - холодно бросил Сяо Цзю, наконец, замерев на месте. Видимо понял, что от Бин-гэ не убежать. Он стоял, гордо вскинув голову - холодный, колкий и недостижимый, будто небожитель - и обмахивался веером. - Учитель, у этого ученика припасено много слов для вас – и не только слов, - загадочная улыбка. Бин-гэ не спеша ходит вокруг Сяо Цзю, постепенно сужая круги. - Говори, что хотел - и убирайся! - выплюнул Сяо Цзю. Возможно, ему было страшно - но он этого не показывал. - Или тебя снова наказать за неподобающее поведение? - Учитель просит у этого ученика лёгкой смерти, - тихий смех. - Не выйдет! Ненависть между нами шире Бездны и глубже пучины морской... и теперь ты - мой, Сяо Цзю!.. Вскинув руку, Бин-гэ послал импульсы демонической энергии в тело своего учителя - и тот страшно закричал, заваливаясь на пол. От него в мгновенье ока отлетели и руки, и ноги. Кровь почему-то не хлынула. - Потому что тогда бы он быстро умер, - с недоброй усмешкой пояснил Бин-гэ, оборачиваясь к Бинхэ в ответ на его мысль. - Но мой ненаглядный учитель столь быстрой и простой смерти не заслуживает! - Кто бы сомневался, - усмехнулся Бинхэ, гладя по голове вжавшегося в него Юаня. - Вы оба - слабаки, - презрительно бросил Бин-гэ, глядя на них обоих. - И ты, моё жалкое подобие, и этот смешной человечек... и как таких земля носит? Усмехнувшись, гордый бессмертный демон собрал руки и ноги. Поднял с земли продолжавшего корчиться Шэня Цзю. Он держался, но стоны продолжали срываться с его стиснутых губ - а глаза смотрели на окружающих с немыслимой злобой, будто пытаясь прожечь их насквозь. - Оставайтесь копошиться в своём неправильном, вывернутом мирке. Меня тошнит от таких, как вы! - он неприязненно ещё раз окинул взглядом Бинхэ и Юаня. - Каков учитель - таков и ученик, ха-ха-ха! - Ты сам это сказал, - глаза Бинхэ сузились. - Убирайся! Бин-гэ достал из складок одежды Синь Мо и полоснул им пространство впереди себя. Раскрылся портал. - Когда-нибудь мы ещё встретимся, неудачник! - бросил он, не оборачиваясь. - И тогда я точно убью тебя! - Нет, я! - не выдержав, Ло Бинхэ шагнул вперёд. Но Шэнь Юань повис у него на рукаве, отчаянно мотая головой - и Бинхэ остановился, ласково поглаживая его по голове. Бин-гэ тоже обернулся. Стоя на пороге портала, он явно прикидывал, чего ему хочется больше - разобраться со своим двойником или поквитаться с учителем. Победила старая ненависть к Сяо Цзю. - Мечтай! - усмехнулся Бин-гэ, уходя в портал окончательно. Тот закрылся. Разжав объятия, Бинхэ немного отодвинул Юаня от себя. Посмотрел на него со спокойной улыбкой. - Учитель. Теперь ты свободен! С этими словами Бинхэ пихнул учителя в грудь - так, что тот начал падать на спину. Кажется, на лице Юаня мелькнул испуг. Но упал он не на пол серого мрачного неоформленного мира сна... ...а на руки Бинхэ, оказавшегося сзади. Оба они снова были в Бамбуковой хижине. Юань всмотрелся в зеркало напротив. Зеркало отражало прежние безупречные черты лица Шэня Цинцю, бессмертного горного лорда. И его ученика, что внимательно смотрел на учителя. Увидев, как тот открыл глаза, ученик широко улыбнулся. - Я так ждал твоего возвращения, учитель! - сердечно воскликнул Бинхэ, вставая сам и помогая Цинцю подняться. Шэнь Юань вжался в грудь Ло Бинхэ, сжимая пальцами черную ткань его ханьфу. Зрачки заклинателя в ужасе сузились, когда он слышал столь жуткие звуки. Падающие на пол конечности. Хотелось кричать, но этот страх свернулся в горле, не позволяя что-то произнести. Он даже не повернулся, чтобы проводить оригиналов взглядом. Только через пару минут заклинатель встретился взглядом с учеником, ощутив это чувство. Чувство падения, наверняка так знакомое Бинхэ. Но в отличие от этого мальчика, его поймали на руки. Или же он не падал?.. Голос ученика приводит его в себя, и горный лорд снова сжимает одной рукой свои верхние одеяния на груди. Сжимает, потому что под ними все еще ничего нет. - Этот учитель... так виноват перед тобой. - Лицо - бледное, как мел. А глаза покрасневшие. И все равно облик горного лорда так прекрасен... неужели, теперь это всё безраздельно принадлежит ему? - Этот супруг был неискренен... Но у него не было выбора, - голова осторожно касается чужого плеча. - Не беспокойтесь, учитель! - улыбнулся Бинхэ, прижимая Цинцю к себе. Видя, что тот боится распахнуть свои одеяния, полудемон на ощупь нашарил пояс рядом с кроватью, и опоясал учителя. - Тот, кого я люблю, позволил разделить мне с ним его тайну... это наполняет сердце моё радостью, помогая ему биться сильнее! Меж нами не должно быть тайн, - рассмеялся Бинхэ, подавая Цинцю чашку с чаем. - Выходит, мой учитель когда-то жил в другом мире? Кем он был в той жизни - учёным, мудрецом, заклинателем? Каким было твоё прежнее имя? - искорки лукавого смеха в глазах. Обхватив пиалу двумя руками, горный лорд прильнул к ней губами, чувствуя распространяющееся внутри тепло. Он так и не решался поднять на супруга взгляд, который был полон какой-то вины. И она не растворилась, несмотря на то, что вопросы вызвали немного неловкую улыбку. - Тебе правда интересно кто этот учитель? - Где-то в груди у него все сжалось. - Моё прежнее имя - Шэнь Юань. - Ло Бинхэ вскинулся, ловя взгляд своего наставника, и тот кивнул. - Да, такое вышло совпадение... В том мире, до самой своей смерти, я был профессиональным литературным критиком. Давал оценки текстам совершенно разных направлений. Но в основном интересовался художественной литературой. Статьи все эти довольно скучные. Их трудно читать. А вот дать оценку молодым людям, что посвятили свое время рассказу, вылили в нем какие-то свои фантазии, это довольно... увлекательно. - Юань... красивое имя, - улыбнулся полудемон. - Но этот ученик привык к имени Цинцю - и хотел бы и впредь звать своего возлюбленного так, - он прикрыл глаза - и вновь распахнул их. - А как на родине учителя обстоят дела с демонами? Заклинатели так же сдерживают их, охраняя мир людей от агрессии чудовищ? - Нет, Бинхэ, в моем мире нет заклинателей, нет и демонов. Но людям нравится размышлять на эти темы. Они слагают год за годом все более чудесные истории. Я любил читать. Наверное, именно это и привело меня сюда... Ло Бинхэ с интересом выслушал эту речь, изобилующую непонятными словами - и, снова наполнив пиалу учителя горячим чаем, начал осторожно задавать уточняющие вопросы. Закончилась вторая пиала чая, закончилась четвертая - а вопросы все не заканчивались. Но картина, предстающая перед внутренним взором демона, становилась всё отчётливее. Итак, его учитель родился и вырос в непонятном мире, где людей больше, чем волос на голове, где магия называется "наукой", а заклинатели и демоны существуют только в людских сказаниях. Нет дыма без огня, проницательно улыбнулся про себя Ло Бинхэ. Не существует мира, в котором не водились бы заклинатели и демоны. Они могли перейти в другую форму, приспособиться к другим условиям, чтобы выжить. Итак, на родине его учителя есть такие виды магии, как "литература" и "кино". Первая магия вызывает у подверженного ей погружение в мир, скрытый в значках бумажных свитков, вторая - движущиеся картинки на больших белых покрывалах, что заставляют смотрящих на них забыть о том, где они находятся и что вокруг происходит... Бинхэ уважительно качнул головой, слушая сбивчивые объяснения Цинцю, которого ученик держал в кольце своих рук, помогая энергии учителя прийти в норму. Да, учителю его родной мир кажется прозаичным, лишенным чудес - но так ли это? Судя по всему, родной мир учителя - место интересное, полное всяких диковин. Дома до неба, самобеглые и самолетающие повозки, чудесная сила "электричество"... Усмехнувшись своим мыслям, Бинхэ подумал, что не прочь был бы взглянуть на этот мир. - Кажется, этот ученик осознал, - кивнул он после очередного ответа Цинцю на свой вопрос. - Учитель был учёным мудрецом у себя на родине. Кем-то, вроде повитухи для свитков чудесных историй, что рождались из-под перьев молодых богов и полубогов... Выходит, став горным лордом здесь, учитель не потерял лицо, занимаясь возвышенными делами! - рассмеявшись, Бинхэ от избытка чувств осторожно прижал Цинцю к себе - благо, чай давно был допит. - Этот ученик правильно понял то, что объяснял ему учитель? - Да, да... - невпопад кивнул заклинатель, захваченный своими мыслями и воспоминаниями. - Это было трудно: освоиться здесь. Работа довольно сильно отличалась. Оценивать и делать совсем разное. Да и... управление духовными силами далось мне далеко не сразу. Первое, что я сделал, осознав себя здесь - заперся в библиотеке, чтоб не ударить в грязь лицом. Ведь мало что я знал тогда обо всех тонкостях. Боялся, что меня разоблачат. - Отложив пиалу под страхом лопнуть аки шарик, Шэнь Цинцю вновь перевел взгляд на зеркало. - Этот учитель всегда хотел поступать, как лучше. Но не всегда получалось… - Этот ученик понимает, - с улыбкой кивнул полудемон. – Понимает и восхищается учителем пуще прежнего! Попасть в незнакомый мир и освоиться в нём, стать истинным горным лордом – на это мало кто способен. Равно как и… потянуться сердцем к демону! - Не вижу перед собой демона, - в свою очередь улыбнулся заклинатель. – Вижу человека достойного: своего воспитанника и… сердечного друга, - смутившись, он опустил голову. - Какие тёплые слова, учитель! – тихо и счастливо рассмеялся Бинхэ. – Других слов было бы сложно подобрать… Дальше они сидели молча.