Новогодний сборник

Тёплое помещение - семейная спальня, где не хватает главное элемента - Рейха. Союз уже заждался любимого, лёжа на кровати. Он обещал посмотреть с ним фильм за два часа до Нового Года, чтобы поднять праздничное настроение СССРу, но тот бесследно исчез несколько часов назад и до сих пор не появился. Совет переживал за него, ждал с замирание сердца, но дверь так и не открывалась, а тем временем фильм уже начинался. С грустью Русский осознал, что, видимо, будет смотреть его без возлюбленного, а после обязательно устроит взбучку наглецу, пропустившему такую картину, объятия под тёплым пледом и заваренное какао, остывающее сейчас в кружке, из которой клубами выходила горячая дымка. Нацист же сейчас со скоростью света мчался по прилавкам, заглядывая то туда, то сюда, проклиная чёртов праздник. Как так могло получиться, что у него нет подходящего, достойного его солнца подарка? Магазины предлагали пустышки без души, лишь красивые обёртки, не несущие в себе ничего, кроме блестящей упаковки, а он искал совершенно не то, но что можно подарить его Коммунисту? Идей не было совсем, но он знал, к кому может обратиться. Гордому Немцу не хотелось просить помощи, особенно с этим, но выбора не оставалось, ведь не может же он оставить Союза вообще без подарка. Тяжело выдохнув, Германия взял в руки адскую машину, которой с трудом мог пользоваться, потому как в его время телефонов не было, и огромными стараниями вбил туда первый пришедший в голову номер - Северной Кореи. Послышались гудки и раздражённый голос : — Чего звонишь? — И тебе добрый вечер. Переду сразу к делу, я не могу придумать, что такого подарить Советскому Союзу на этот праздник. Думал, ты мне сможешь подсказать. — Лучшим подарком будет то, что ты его бросишь и больше не увидишь, и он вернётся к себе на родину! — Грубо заявил Северный. Многие друзья Союза не одобряли его отношения, но никак повлиять не могли, потому как СССР серьёзный взрослый мужчина. — Знаешь, для меня лучшим подарком была бы твоя смерть, но это точно не понравится моему парню, поэтому я бы хотел услышать более конструктивную информацию. — Приторно сладким и специально наигранным голос ответил раздражённый Рейх. Он знал, что для них больше не представляет угрозы, как, впрочем, и они для него, но почему-то на руку это Нацисту играть не хотело. — Ну тогда я умер и тебе советую. — В трубке послышались протяжные гудки. Тяжело вздохнув, Третий отказался от этой идеи и пошёл дальше, решив попытать удачу в магазине с красивой вывеской и надписью «Ёлочные игрушки». Зайдя внутрь, Немец сразу учуял пряный аромат свеже приготовленных печенек и пряностей. Витрины были забиты яркими шарами. Вот огромный красный шар, блестящий со всех боков, вот тёмно-синий, на котором нарисована маленькая девочка, украшающая ёлку, а вон ярко-оранжевый, где мотив простой - заснеженный дом. «Но это всё не то — Думал про себя Третий Рейх. — У нас уже есть ёлка, так зачем я смотрю украшения! Прекрасная стройная красавица в немецком строгом стиле!». Он уже было хотел уходить, как его взгляд зацепился за простенький неидеальной формы шар, приплюснутый немного как тарелка. Сам он выглядел неровным, будто его делал ребёнок своими руками, в середине, или почти в ней, на неравномерном жёлтом фоне красовалась красная звезда. И больше, кроме полосок, ведущих к ней, на шаре ничего и не было. Это странно, но именно эта несуразная игрушка чем-то зацепила Немца. Осторожно взяв её в руки и поняв, что она стеклянная, Тройка подошёл к продавцу - грузному улыбчивому мастеру, который многие из игрушек делал прямо на месте. — Доброго дня, уважаемый. Я бы хотел узнать, что это за игрушка? — Ох эта... — На Нациста посмотрели пара голубых и чистых глаз, а по акценту, которой он успел расслышать в языке мужчины, он сделал вывод о том, что продавец был славянином. — С этим шариком связана длинная история, берущая свои корни в СССР. Если хотите, могу поведать её. — Да, и в подробностях пожалуйста. — Не пожалел деда Рейх, хотя видел, как тому сложно подбирать немецкие слова. «Значит не ошибся, правильно подумал, что связано это с Союзом». — Эту игрушку мне подарил товарищ Советский Союз! Лично! — Тройка чуть было не поперхнулся воздухом, вот так везение! — Я тогда был мальчиком совсем, семья небогато жила, а мне так хотелось отметить праздник! Я пробрался на ёлку к правителям. Стараясь вести себя тихо и незаметно, я пытался стащить шар на свою маленькую ёлку. Меня тогда и поймал Страна Советов. Думал, мне конец, но он видимо всё понял и подарил мне её вместе с парочкой других. И угостил ещё в придачу. Так я и храню эти игрушки в память о тех событиях. — О... О! — Не знал, как на это реагировать Германия. Нет, такой поступок вполне подходит для его второй половинки, но это всё равно было как-то мило и душевно. — Значит, ты русский... А можно сделать заказ на такие игрушки? Ну, как были в Советские времена? Я заплачу хорошо! — Можно, только праздник через час и сорок пять минут. Не уверен, что успею. Но, у меня есть коробка таких, а остальные пару-тройку ещё на месте могу изготовить. Пятнадцать минут мне на игрушку нужно. Есть какие-либо пожелания? — Нет. Просто сделай максимально похожими на те, что были в старые времена. И делай с любовью, это для самого СССРа. Лично ему в руки отдам эту коробку. Без шуток. — То есть вы знакомы с ним? — Да. Приеду где-то через час или чуть раньше. Шарика три мне сделай, пока я на ёлочном базаре. Кстати, знаешь работающие здесь по близости? И по указанному адресу Рейх поехал на базар. В голове его сложилась наконец картинка того, что они будут делать на праздник. Совет уже долгое время живёт в Германии и наверно тоскует по родине, так почему бы не подарить ему кусочек воспоминаний? Чего-то тёплого, знакомого и родного? За этими мыслями Третий вышел из подхваченной машины, вбегая на небольшой проспект, где прямо под открытым небом располагались ели, пихты и сосны. Их было не так много, потому что осталось меньше двух часов до праздника, но хоть что-то. Быстро подходя к неприятной толстой старухе он сказал : — Так, мне нужно самое красивое дерево, что у вас есть и как можно быстрее! — Ищи сам, если хочешь чего получить. И я принимаю только наличку. В другой бы раз Рейх пришёл в ярость, но сейчас у него не было времени на препирания, поэтому он ястребом кинулся за лучшей елью и через минут пять уже тянул на себе небольшую лиственницу. Она не так сильно сыпалась, как та же сосна, поэтому до сих пор осталась пышной. Бабка уже было начала смеяться над Нацистом, говоря, что такая красавица дорого ему обойдётся, но он даже слушать не стал, в привычной манере своей бросая деньгами в лицо старухи. И плевать он сейчас хотел на её недовольство, нужно было успеть. Идти пришлось медленнее из-за опасности того, что деревце может осыпаться или случайный прохожий сломает ей ветку. Посмотрев на время, Немец понял, что пришёл вовремя, прямо на нужное место. Заказав такси, он ласково сложил лиственницу на заднее сидение, идя за коробкой игрушек. Войдя внутрь, он увидел уже знакомого мастера, дорисовывающего орех, который в лапках держала белочка. Рейх умилился этому, подумав про себя, что у Совета вкус есть. — Готово! Я сложил всё в коробку, эту придётся в руках нести, потому что краска не высохла или подождать. — Ага, спасибо. Сколько с меня? — Да ладно, не нужно. Считайте Новогодним чудом. И давайте отсюда, мне ещё к семье праздновать ехать! Дедушка буквально вытолкнул Тройку из своей лавки, на что тот лишь пожал плечами и поспешил к машине, где его уже дожидался водитель транспортного средства. Ещё через пятнадцать минут хозяин квартиры вернулся домой, закрывая за собой дверь, после того, как поставил дерево с коробкой на пол. Ему на встречу вышел недовольный Союз, приподнимая бровь при взгляде на вошедшего Нациста : — И где мы пропадали, а? Я тебя ждал, чтобы фильм обещанный посмотреть, а ты не пришёл, что мне думать после этого? — Фииииильм.. — Протянул Германия, виновато глядя в пол. С этим подарком он совершенно забыл об обещании, данному буквально на днях. — Слушай, прости пожалуйста, зай, вылетело из головы. Я тебе подарок бегал искал. — Нашёл? — Нашёл! И Нацист под пристальные взгляды второй половинки поставил в купленный по пути горшок пихту рядом со своей высокой елью, на фоне которой она казалась совсем миниатюрной и хрупкой. Дальше, заговорщически подмигивая, Рейх поставил перед СССРом коробку и жестом показал, что её нужно открыть. Была она не лучшего вида, совершенно не напоминающая пышные расписные с ленточками, что насторожило Совета, но он всё же открыл её с некой опаской да так и застыл, пристально смотря на игрушки. Так прошла минута, вторая, тут уже не выдержал Третий, с беспокойством спрашивая : — Что-то не так? Я просто подумал, что ты хотел бы ощутить Новый Год, как когда ты ещё молодой страной был... Мне показалось, что это будет уютно, мы вместе её нарядим, ты покажешь мне как это делаете вы... — Это... Лучший подарок, что я когда-либо получал. С..спасибо. — По щеке Советского даже скатилась одинокая слеза, и он кинулся обнимать Немца. Далее они вместе украшали лиственницу, беспорядочно вешая такие родные Союзу вещи. Некоторые он даже гладил, когда брал в руки, прижимая к сердцу и погружаясь в воспоминания былого. Выглядел он в этот момент просто волшебно, вызывая у Третьего сильное сердцебиение и лёгкую искреннюю улыбку. Когда они дошли до конца коробки, на дне лежал тот самый несуразный шарик со звездой, на который Коммунист смотрел очень долго и вдумчиво, силясь вспомнить, что он должен означать. А на следующее утро владелец лавки, грузный улыбчивый мастер, нашёл под дверью посылку с письмом и деньгами за такую бесценную услугу.