Ебучие сказки

***

Про Баранкина. Все знают историю про мальчика-бездельника который не хотел учиться. Он не хотел учиться настолько, что прокачал свои магические умения в реальном мире настолько, что мог превращаться во всякую дичь и избегать учёбы (ох, как бы нам всем это в жизни пригодилось бы, во всех этапах жизни: детсад, школа, колледжи и универы, работа... а так превратился в белочку и жри халявные орехи всю жизнь) И вот однажды, когда он уже был в 10 классе, учил конспекты по материалам шизо-учебников, и, внезапно вспомнил про свою тетрадь...

***

Все еще про Баранкина Солнце уже начинало всходить, десятиклассник, смахивая слюну уже начинавшую течь по подбородку, вздохнул, — старые страшные физическо-химические мужики-шизы то и дело придумывали новые шизо-правила и открывали новые шизо-законы. — Благо они ещё не прознали про мою магию, а то бы пришлось кучу шизо-текстов на шушмеринско-хуйхмеринском заучивать..., — Баранкин качал уставшей сонной головой и то и дело поглядывал на свою тетрадь с заклинаниями. — Ну, может...,— а ну да пофиг, подождет эта ваша красная корка и золотая медаль в шоколадной обертке! Тьфу! — Баранкин сплюнул в учебник физики, открыл окно и запулил его на манер летающей тарелки. С улицы раздался крик боли. Баранкин выглянул сквозь шторку, как на беду это был директор школы, да ещё и старший по дому, по-совместительству. Высокий лысый жиртрест, качая складками на шее и щёлкая пальцем уже высчитывал: откуда же, из какой квартиры может вылететь сей странный слюнявый учебник по физике за 10 класс и таааак больно ударить по свежепротертой лысине. Директор уже как видно высчитал местонахождение снайпера, и теперь шёл по дороге, готовя ругательства перед предстоящим визитом. — Любит же власть этот лысый педик... — Баранкину уже было нечего терять, и выдернув тарелку из-под полночно-утреннего домашнего торта из хлеба и колбасы, запульнул ее в окно вслед директору школы: как видно она достигла пункта назначения, судя по разьяренным орам кожаного мешка, она приземлилась прямо между многострадальных шейных складок. И, скатившись по плотной спине, обтянутой строгим серым пиджаком, раскололась на пополам, достигнув тротуарной плитки. Жирдяй ускорил шаг, генерируя всё новые и новые виды ругательств. — Ну, я уже всё решил.., все равно мамка пиздюлей вкатит, если узнает про побитую Лысину. Баранкин быстренько накатал записку: "Мам, пап, придёте с работы — не теряйте, я поехал в деревню к другу порыбачить, буду через пару дней, к началу экзаменов успею вернуться!" Судорожно ища видное место для записки, Баранкин метнулся в коридор и приклепал записку кнопкой на внутреннюю дверь с новой бархатной обивкой. Через первую дверь были слышны тяжелые шаги с далёкого первого этажа. — Вот блин, — подумал Баранкин, — нужно быстрее действовать! Парень, не одевая своих уже снятых клетчатых тапок, помчался в свою комнату со всех ног. Он успел плюхнуться за письменный стол. Судорожно нащупал тетрадь с шаблоном заклятия, которое он придумал еще ребёнком. Отлистал на нужную страницу, и... хорошенечко задумался. Кому из всех сущих тварей сейчас намного лучше чем ему? Не нашедши ответа он метнулся к полке, схватил справочник по биологии и открыл на случайной букве. — Итак, буква ц. Первое слово на данной странице... цыпленок. Дитя курицы и будущий петух. — Баранкин вздохнул, — конечно человеком быть лучше чем цыпленком, но есть одно "НО". Это яростные стуки и злобные длинные звонки в дверь. Это положение делает позицию цыплёнка более выгодной по отношению к гомо-сапиенс-Баранкину, которого жиртрест может задавить количеством складок на шее лишь шагнув с порога и заполнив весь коридор. — Наверное у него еще и диабет, я же сахар терпеть не могу, а сахар в сочетании с директором школы даёт смертельную смесь...фэээ...— Баранкин поморщился, лишь представив себе сцену своего дня рождения, когда в комнату заносят прикрытый торт, открывают крышку, а там... маленький жирный директор, облепленный сахаром... — Ну, ладно... я бы конечно поблевал бы с этого, будь у меня хоть капелька свободного времени, но у меня сейчас на грани военного положения. А может всё же не цыпленок? Может быть... а чёрт с тобой! — думать про нормальных животных мешало яростное биение волн складок о железную наружность двери. Ну, была, не была! —Баранкин уже настроился, сел на табурет и тряхнув вечно потрепанной головой с драненькими рыжими волосами, начал поглаживать тетрадь. — Главное – это вера, без нее точно не сработает. — Баранкин вздохнул, предвкушая событие, и начал шептать заклинание. — Я уверен, без забот петушачий род живет! Вот я! Вот я! Превращаюсь в цыпляка! У Баранкина потемнело в глазах, и когда пространство перед ним прояснилось, он понял, что у него точно получилось. Перед ним гуляли сотни таких же желтых и жирных цыплят. Они жрали, жрали, жрали, жрали, и еще раз жрали. Многие из них казались Баранкину даже внушительнее потного директора школы. — Наташ, нажмите кнопочку пожалуйста, надо побыстрее отправить птиц из 5-го сектора на фарш и 6 отделение на тушки.— раздался хрипловатый голос из динамиков в углу. — Хорошо, Николай Иванович. А удаётся уже похудеть к грядущему пляжному сезону? Говорят будет адская жара и вода в ближних озерах будет как парное молоко! — Уфффф, Наталья Петровна, умоляю, давайте поговорим без динамиков. У меня в кабинете. Не посчитайте меня параноиком, но мне постоянно кажется, что желтые негодяи желают мне зла. Сегодня утром я заварил на работе чай... и он... оказался с мыльным вкусом... а позавчера... я спускался по лестнице... и... подскользнулся на курином желтке... Аааааааааааааааа Наташенька, помогите мне пожалуйста!!! У меня там... пистолет... валяется в углу комнаты... ааааааааааааааааа!!!!! — Николай Иванович, всё! Хватит! Я пошла делать свою работу, а вы позовите на совещание всех остальных. Всё же пляжный корпоратив, это ответственное мероприятие. Вы же начальник, возьмите себя в руки! Насчет новой диеты: подойдите ко мне после совещания, я посоветую одну очень эффективную, от моей подруги. Отключаю динамики. — Наталья зашуршала, видимо, выдёргивала шнур из розетки, лишь бы этот шизик уже не доставал своими бреднями. Баранкин, пока слушал эту скучную воду от сотрудников птицефабрики а-ля Левушка Толстой, размышлял как много страшных штук он хотел бы сделать с этим горе-начальником. Он невольно уже пожалел "желтых негодяев" которые находятся здесь намного дольше чем он, и слушают всякую дичь от жирного параноика. Баранкин вскоре осознал, что катится куда-то вниз. Но сопротивляться было уже поздно. Из-под конвеера вышли идеальные биточки в пенопластовом синем контейнере.

***

— Что??? Говорите, уже месяц дома не появляется??? Уехал со мной в деревню порыбачить??? Аааааааа, ну да, ну да, он со мной, сейчас наживку копает, на поля два дальше отсюда. Талантливый рыбак! Таку-у-ую рыбину поймал.... — Друг Баранкина - Малинин, идя по супермаркету, расположенному в центре города, прикрывал своего безнадежного товарища. Опять этот придурок за старое взялся!— вздохнул Малинин, вспоминая, как вместе с Баранкиным был бабочкой; его аж судорогой передёрнуло, — бр-р-р жуть, крылья конечно, круто, но человеческие руки, все же, круче. — Малинин поглядывал на мамин список продуктов и имеющиеся деньги. —Последний пункт меню выходного дня – это куриные биточки! — Малинин не заметил как произнес это вслух восторженным голосом. Неся полные руки продуктов, парень растолкал неровные строи тележек между рядами и протиснулся к прилавку с мясом птицы и охлаждёнными полуфабрикатами, схватив последний контейнер с биточками, прибежал первым к кассе и оплатил товар. — На улице его разобрал смешок, — хпхаахаха, к экзаменам обещал быть! Он скорее прибудет к голубиной кормёжке в парке. Скорей бы выходные, найду этого придурочного - такое ему устрою! Выходные не заставили себя долго ждать. Малинин радовался, что ему досталась прекрасная семья, одноклассники (ну, все кроме одного) и знакомые. Обычно Малинин всю будничную неделю пытался учиться (читаем: деградировал не по-деццки), в субботу гулял со знакомыми, в воскресенье — праздничная еда за всю трудную неделю и настольные игры. Воскресенье началось, а Малинин валялся в постели в ожидании завтрака. Мама занесла на подносе куриные биточки и стакан чая с лимоном. Малинин поблагодарил, и, голодный после сна, начал быстро жевать куриную котлету. Ай!— Малинин вытащил изо рта заламинированную шпаргалку по литературе. Это была та самая, которую делал Баранкин перед четвертной аттестацией, а после на спор проглотил её в школьном туалете. — Нихуя себе! — до Малинина доперло. – Сынок, ты что-то сказал? — донесся с кухни мамин счастливый голос — Да, ничего... Погода, говорю, солнечная и дождей не предвещается.