Мой учитель - Фёдор Достоевский

Карма смотрел на Достоевского и не мог прийти себя от шока. Нет, он не человек. Обычный человек просто не способен на такое. Фёдору даже не понадобилась его способность, чтобы с лёгкостью победить Эйса. Он умён. Он опасен. И сейчас этот Демон смотрел на Карму своими пустыми аметисовыми глазами. От этого взгляда становилось неуютно, холодно и страшно. Что он хочет сделать? Пусть уже убьёт, всё равно история Кармы закончилась. Закончилась, так и не начавшись. Однако Фёдор просто прошёл мимо. Худая фигура постепенно удалялась. Юноша стоял и не понимал, что ему делать. Пойти за ним? Окликнуть? Но зачем! — Фёдор! — вдруг воскликнул Топаз. Вот зачем, зачем он это сделал? Жить надоело, да? Но что ещё оставалось? Достоевский обернулся и посмотрел на Карму. Юноша вновь встретился с этим нечеловеческим взглядом, от которого кровь в жилах стынет. — В-возьми м-меня с собой, — заикаясь, проговорил Топаз. — В-возьми или убей! Мне всё одно! Только не оставляй меня здесь! Чуть приподняв тонкую бровь, Достоевский подошёл к Карме. Парень упал на колени и низко опустил голову. Из глаз потекли ручейки слёз. — Встань, — приказал Достоевский, равнодушно глядя на Карму. Юноша поднялся. Сейчас должна была определиться его участь. Про себя он давно решил, будь что будет! Что ему уже терять? Любое решение Фёдора сейчас удовлетворит его. — У тебя есть способность? — спросил Достоевский. — Д-да. Я могу силой мыслей передвигать небольшие предметы, — сказал Карма, всё так же не поднимая глаз. — Пойдёшь со мной, — сказал Фёдор после нескольких секунд раздумий. — Что? — юноша не поверил своему счастью. Неужели Достоевский… Миловал его? — Ты глухой? Я же сказал, идёшь со мной, — повторил Фёдор. — К-как прикажете, — Карма резко сменил тон на «вы», понимая, что сейчас его судьба зависит целиком и полностью от этого человека с тёмно-фиолетовыми глазами. — И да. Ещё кое-что… Карма похолодел. Что ещё? Что на уме у этого Фёдора? — Для начала избавим тебя от этой штуки, — Достоевский что-то щёлкнул на ошейнике Кармы, и железный браслет со звоном упал на пол. Юноша не верил своим глазам. Неужели… Свобода? Та долгожданная свобода, о которой он так долго мечтал? Нет больше того холодного металла, который всё это время так туго стягивал шею? За это Топаз был готов вновь кинуться в ноги Достоевскому, но на этот раз сдержал свои эмоции. — Эйс так глуп, думая, что его ошейник нельзя снять, — усмехнулся Фёдор и посмотрел на Карму. — Пошли. Юноша послушно последовал за Достоевским. Куда они идут? Топаз этого не знал. Да и неважно куда. Главное, подальше от этого ада под названием «Портовая Мафия».

***

Всю дорогу они шли молча. Карма боялся о чем-либо спрашивать Достоевского, а Фёдору просто-напросто было не до него. В голове крутились разного рода мысли о том, как действовать дальше. А мальчишка… Мальчишка пусть будет. Всё равно в организации Фёдора не так много людей, поэтому лишним Карма точно не будет. Наконец они добрались до нужного здания. Достоевский остановился у железной двери и три раза постучал в неё. Минуты через две раздался чей-то звонкий голос. — Кто там? — Фёдор. Впусти меня. Дверь со скрипом открылась. Стоило лишь Достоевскому перешагнуть порог, как на него набросился парень с длинной светлой косой и в причудливом костюме, чем-то похожим на клоуна. — Дос-кун вернулся! — радостно воскликнул он. — А мы тебя всё ждём, ждём, уж волноваться начали. Как ты? — Всё в порядке. — У тебя царапины на руках! — обеспокоенно сказал клоун, заметив на руках друга порезы от бутылки вина. — Что они с тобой делали?! — Ничего такого. Это пустяки. Успокойся, — невозмутимо ответил Фёдор. Хорошо, что Гоголь не знает, что эта же самая бутылка вина была благополучно разбита об голову Достоевского, иначе всей Портовой Мафии было бы плохо. Очень плохо. — Ладно, пошли на кухню. Там Ваня уже чай приготовил, — затароторил Гоголь и вдруг заметил Топаза, который неловко топтался у двери. — Ой, а кто это? — Карма. Забрал его с коробля. Он может быть нам полезен. — Ты серьёзно?.. — Я похож на человека, который любит шутить? — Лааадно, — смирился Гоголь. Пусть делает, что хочет. В конце концов, он глава «Крыс». Достоевский снял свою верхнюю одежду и повесил на стоящую рядом вешалку. В рубашке он казался ещё более худым, нежели в пальто. Он вообще ест? — Идём, не бойся, — сказал Фёдор, кивнув Карме. Парень неуверенно последовал за эспером. Они вошли в кухню. Она была небольшой. По середине находился стол с несколькими стульями. Около него стоял высокий молодой человек с длинными светлыми волосами и повязкой на голове. Видимо, с ним случилась какая-то неприятность. На тумбочке рядом со столом стояло радио, которое издавало приятные звуки классической музыки. — Хозяин, мы рады вашему возвращению, — сказал светловолосый, наливая в кружку чай. — Я тоже рад тебя видеть, Иван, — хмыкнул Фёдор, усаживаясь за стол и глянув на всё ещё растерянного Карму. — Садись. Юноша послушно сел за стол. — У нас в доме есть, что поесть, кроме чая? — спросил Достоевский. — Было где-то… — задумчиво сказал Гончаров, раскрыв холодильник. — О, я печенье нашёл! — радостно сказал Гоголь, достав из тумбочки ещё никем не начатую пачку овсяного печенья. — О, отлично. Давай сюда, — сказал Фёдор. Клоун поставил печень перед Достоевским. Мужчина раскрыл упаковку, высыпал всё содержимое на тарелку и придвинул её к Карме. — Ешь, — приказал Фёдор. — Спасибо, — тихо ответил юноша, взяв в руки печенье. Сейчас Карма действовал по принципу «дают — бери, бьют — беги». Эти люди явно не желали ему зла. Тем более, парень давно не ел нормальной еды. В Мафии его кормили плохо. Поэтому Топаз с жадностью принялся уплетать приподнесённое ему лакомство. Остальным же членам организации осталось лишь молча облизнуться. — И где ты откопал это дарование? — спросил Гоголь, глядя, как Карма уминает печенье одно за другим. — Где надо, — съязвил Достоевский, допивая свой чай. — Его зовут Карма. Он обладает способностью управлять небольшими предметами с помощью силы мыслей. С этого дня он член нашей организации. — Что?! — спросили обалдевшие от такого заявления Гоголь и Гончаров. — То! Кого-то что-то не устраивает? — нахмурился Фёдор. Иван сник, а вот Николай, напротив, запротестовал: — Да ты посмотри на него! Какая из него крыса?! — Упорная тренировка, и из него выйдет отличный эспер, — стоял на своём Достоевский. — Ага, как же… — Коль, замолкни уже. Говоришь много, — отмахнулся от Гоголя, как от надоедливой мухи, Фёдор. Весь их диалог происходил на русском. Топаз удивлённо смотрел на разговор эсперов и, хоть ни слова не понимал, догадывался, что речь идёт о нём. — Итак, Карма, — заговорил на японском Фёдор, — с этого дня ты член организации «Крысы Мёртвого Дома». Я — твой начальник. Уже завтра ты начнёшь усердно тренироваться, дабы развить свою способность. Учти, жалеть тебя никто не будет. Ты сам выбрал этот путь. Понял? Парень кивнул. — Умница, — улыбнулся Фёдор той самой улыбкой, от которой многим становилось не по себе. — Спать будешь на кухне, ибо другие комнаты заняты. Эх, Топаз готов был спать даже в самом сыром подвале, в самых отвратительных условиях, лишь бы никогда не возвращаться в Портовую Мафию. Достоевский допил свой чай и откланялся. Гончаров принялся мыть посуду. Гоголь, кидая на Карму недоверчивые взгляды, тоже удалился. Завтрашний день обещал быть весёлым.

***

— С добрым утречком!!! — раздался весёлый крик над головой Кармы. Парень с трудом раскрыл сонные глаза и увидел перед собой улыбающегося Гоголя. — Это вы?! — Я! Как спалось? — Нормально, — робко ответил Карма, который уже слегка побаивался этого чудака с косичкой. — Это замечательно! Пошли! Дос-кун уже ждёт нас! — Постойте! — Даааа? — А как Вас зовут? — Меня? Позволь представиться, Николай Васильевич Гоголь. Можно просто Гоголь, — и шёпотом добавил, — для особо близких друзей Коля. Но только для особо близких! — А его как? — Топаз кивнул на Гончарова, который в это время настраивал радиоприёмник. — Иван Гончаров, — ответил Гоголь. — Можно просто — чайный придурок. — Эй! — возмутился Гончаров, отвлекшись от радио. — На себя посмотри, идиот с косой! — Тише, тише. Я пошутил, — сказал Гоголь. — Ну вот и познакомились! А теперь пошли, Дос-кун не терпит опозданий. Гоголь с Кармой пришли на какой-то пустырь, который больше походил на свалку. Везде было навалено много хлама разного рода. В самой середине стоял сам Фёдор Достоевский, нетерпеливо оглядываясь вокруг. — Наконец-то, — сказал Фёдор, увидев эсперов. — Почему вы так долго? — Наша соня заспалась, — проворчал Гоголь, указывая на Карму. — Неправда, — пробормотал юноша, залившись стыдливым румянцем. — Хорошо, проехали, — сказал Достоевский. — Итак, Карма, с этого дня начинаются твои тренировки. Тренироваться будешь здесь. Итак, твоё первое задание, — Фёдор дал клоуну какую-то книгу, — отбери у Гоголя эту вещь. — Просто отобрать? И всё? — удивился Топаз такому лёгкому на первый взгляд заданию. — Просто отобрать, — Фёдор приподнял уголки губ. Этот парень и вправду думает, что отобрать что-то у Гоголя так легко? Ой, наивный, ой, наивный… — Хорошо. В полной готовности Топаз подошёл к Гоголю и хотел забрать книгу, но клоун с помощью своего незаменимого плаща испарился в воздухе и появился уже за спиной Кармы. — Эй, я здесь! — раздался весёлый голос Николая. — Ты меня не видишь? Парень быстро обернулся. Гоголя уже не было. Он находился уже на приличном расстоянии, всё так же держа в руках книгу. Рассерженный Топаз побежал в сторону Николая. Тот и бровью не повёл. Вновь применив способность, клоун исчез, и уже непонятно куда. Его нигде не было видно. — Он слишком быстро передвигается, — сказал уставший Карма. — А ты думаешь, противник ради тебя медлить будет? — спросил появившийся прямо рядом с Топазом Гоголь. — Запомни, Карма, — нравоучительно начал Фёдор, наблюдая за мучениями юноши, — исход битвы не всегда решает способность. Порой она просто бесполезна. Помимо сверхсил тебе нужно иметь ловкость и немного ума. Чтобы хоть чего-то стоить, тебе необходимо иметь эти качества. — Да, Господин, — вздохнул Карма. — Тебе нужно это? — спросил Николай, повертев книгой перед носом Топаз, будто издеваясь над бедным парнем. — Так забери! Гоголь резко спрятал руку под плащ и кивнул наверх. Карма поднял взгляд. Над ним находилась та самая рука, держащая книгу. — Бери! Она прямо перед тобой, — сказал Гоголь. — Ой, вот только не задача… Ты же мелкий. Парень вновь покраснел. Рука клоуна действительно телепортировалась слишком высоко, чтобы до неё добраться. Даже прыжком до книги было не дотянуться. Карма изо всех сил пытался достать злополучную книжонку, но все попытки были тщетны. Гоголь же просто наблюдал за этими несчастными попыткам. — Не сдавайся, Карма. Может, сегодня ты хотя бы чуть-чуть допрыгнешь, — зевнув, сказал Николай Васильевич. — Я в тебя верю! — Правда? — заморгал Топаз. — Конечно же, нет! — усмехнулся клоун, вынув руку из-под плаща. Карма упал. Парень не хотел вставать. Во-первых, просто не было сил на это. Во-вторых, а смысл? Гоголя ему всё равно не одолеть. — Парень, ты живой? — спросил Николай. — Относительно, — пробормотал Карма. Итак, даже за пятьдесят пятую попытку Карме так и не удалось отнять эту несчастную книгу. Силы были слишком неравны. Гоголь — бывалый эспер, а Карма даже способностью-то пользовался один раз в жизни и не дрался никогда. Что больше всего удивляло Карму, так это то, что Гоголь даже не устал! В нём до сих пор кипела энергия. То, что для бедного Топаза казалось изнурительной тренировкой, для клоуна было обычной игрой. Наверное, он бы смог играть в неё вечно, если бы Карма, без сил, не упал на землю. — Слабак, — фыркнул Гоголь, бросив книгу на землю. — Эй, поаккуратнее! — сказал Фёдор, трепетный любитель книг. — Простите, — театрально улыбнулся Гоголь. — Что ж, — Достоевский подошёл к лежащему Карме, — не всё так и плохо. Ты слаб, но не сдаёшься. Это хорошо. Много тренировок — и Гоголь тебе не соперник. — Чего?! — возмутился Коля. — Он?! Мне?! — Коля, не начинай, — отмахнулся Фёдор. — Завтра посмотрим, как ты умеешь пользоваться способностью. Домой Карма шёл на ватных ногах. Он был измученным и ужасно уставшим. Но ничего, сам виноват. Никто не просил его идти вместе с Фёдором. Вот теперь, будь добр, отвечай за свои слова. — Молодец, боец, — усмехнулся Гоголь, похлопав Карму по плечу.

***

На следующий день Карме противостоял Гончаров. Тренировались они в том же месте. И это было ещё хуже, чем с Гоголем. Иван просто закидал несчастного Топаза камнями с помощью своей способности «Обрыв». — Карма, не тупи! — крикнул ему Гоголь. — Ты же можешь управлять небольшими предметами! — Коля, не кричи у меня под ухом! — крикнул на клоуна Фёдор. — Карма, используй свою способность! — Ну, а я о чём? — обиделся Николай. «Точно, — додумался Топаз, — я могу обезвредить некоторые небольшие камни». Рассудив так, Карма применил способность, и камни полетели мимо него. Но ведь у Гончарова есть камни и побольше, которые Карма уже не мог контролировать. Оставалось только уворачиваться. — Молодец! — крикнул Гоголь. — А он быстро учиться. К концу этой тренировки Карму ещё и изувечили. Его лицо всё было в ранах и царапинах, которые пришлось обрабатывать самому Фёдору, ибо остальным он не особо доверял это дело. — Спасибо, — пробормотал Карма, не поднимая взгляда на Достоевского. Он всё ещё боялся этих тёмных аметисовых глаз. — Добро за добро. Когда-то ты высушил мне волосы, теперь я обрабатываю тебе раны, — хмыкнул Фёдор, вытирая кровь со щеки Топаза. — Да, Иван что-то увлёкся сегодня. Парень исподлобья смотрел на Фёдора. Что он за человек? С одной стороны, он хитёр, жесток и коварен. Может уничтожить человека, и даже глазом не моргнуть при этом. А может быть заботливым и очень даже добродушным. Что это? Маска? Раздвоение личности? В любом случае, для Кармы Достоевский остаётся загадкой. А человек ли он вообще?

***

Так и пошли долгие месяцы изнурительных тренировок. Сначала у Кармы ничего не получалось. Гончаров и Гоголь просто игрались с ним, с легкостью побеждая во всех сражениях. Но спустя какое-то время у юного Топаза начало что-то получаться. А день, когда он все-таки отобрал у Гоголя книгу, Карма будет помнить, наверное, всегда. Фёдор радовался успехам своего подопечного, хоть и вида не подавал. Когда у Топаза начали получаться простые вещи, Достоевский увеличивал уровень сложности. И в конце концов, Карма смог противостоять даже каменному гиганту Гончарова, хоть это и заняло порядочное количество времени. А кроме того, Карма смог поближе узнать Достоевского. Например, про себя Топаз отметил, что Фёдор имеет вредную привычку грызть ногти. Также Топаз узнал, что Достоевский любит играть на виолончели и очень даже не дурно это делает. Топаз сумел хорошо познакомиться и с остальными «крысами». Те в скором времени тоже привыкли к нему. Видя, что его ученик уже готов на что-то большее, нежели простые тренировки, Фёдор вызвал его к себе. — Вы звали, Господин? — спросил Топаз, входя в кабинет Достоевского. — Да, садись, — ответил Фёдор, отвлекшись от книги. — Итак, Карма, помнишь, каким я забрал тебя с корабля? — Да, Господин, — кивнул Топаз. — Ты был рабом без прав, теперь ты стал членом одной из сильнейших организаций. Думаю, теперь тебя можно послать на дело. Сердце парня забилось сильнее. Неужели Фёдор хочет послать его на самое настоящее дело? Да он об этом и мечтать боялся. — Твоё первое задание будет в Портовой Мафии… — Что?! Почему там? — Карма вздрогнул. Он не хотел возвращаться в это место, с которым у него связаны не слишком хорошие воспоминания. — Успокойся. Ты теперь не тот парнишка-слуга, коем был при Эйсе. Теперь ты уважающий тебя эспер, который может дать отпор. Ты стал сильнее. Слова Федора немного взбодрили юношу. Действительно, за это долгое время он многому научился, и теперь сможет противостоять некоторым мафиози. Но всё равно какое-то липкое чувство страха не покидало его. — Тем более, ты пойдёшь не один. С тобой пойдёт Гоголь. «Серьёзно? Посылают в такое место, да ещё и с этим клоуном. За что, Фёдор Михайлович?» — подумал про себя Карма, но вслух ответил: — Хорошо, я не подведу Вас. — Иди. И не забывай, кто твой учитель.