Ребёнок стихий

Рейтинг приёма новеньких на геройский курс составлял меньше 1/300 каждый год. Было и правда удивительно попасть в этот список. Кроме 4 принятых по рекомендациях, 36 были приняты после вступительного экзамена. Этих 36 новичков разделили на 2 группы по 18 человек. На следующее утро началось обучение в академии UA. Это здание казалось намного больше обычных школ, хотя факультетов здесь всего лишь 4. Как сказала Урарака, в вечер после экзамена были объявлены результаты и общий рейтинг каждого, после чего всем выдали ученические карты с характеристикой, фото и классом. Эта же карта была пропуском в академию. Держа в руке поликарбонатную карточку, Харуми слегка улыбалась, задумчиво направляясь к новому классу. Рядом, как всегда, шла Урарака, болтая обо всём, что только существует. Да уж, скучно было бы жить без этой макушки цвета шоколада. От различных мыслей Кими отогнал лёгкий пинок в бедро. Посмотрев в сторону, та столкнулась с обиженным взглядом подруги. — Эй, Хару-тян, ты опять летаешь в облаках и не слушаешь, что я говорю? — Прости. Просто думала, как примерно будет выглядеть наш класс. Всё так по-новому. — девушка не любила резкие перемены в жизни, а вот Очако наоборот. — А ты не гадай, ведь мы уже здесь! — кареглазая указала рукой на кабинет с табличкой «1-А». Харуми была удивлена столь быстрому приходу на место, ведь последнее, что ей помнилось перед глазами, была кровать, в которой так хотелось остаться ещё на пару часиков. Двери в кабинетах оказались такими большими, будто их строил великан из детских сказок. Наверное, здесь и правда всё рассчитано для учеников любых размеров. Рядом с той же дверью был зеленоволосый парниша — герой вчерашнего дня. Мидория стоял, подрагивая от сцены в классе, где два парня ругались. Харуми вспомнила и того и другого. Поставивший на парту ноги — это блондин со взрывной причудой. Сначала Кими подумала, что это только к ней он тогда испытывал отвращение и грубость, но теперь заметно, что это просто его манера общения. " — Ясно, местный плохой парень. Лучше к нему не приближаться." — сделала для себя вывод Харуми. В принципе, она и так особо к людям не приближается, если её не попросят. А тот высокий ученик в очках, вновь делающий замечания, похоже очень вежливый. Видимо, не все здесь грубияны. — О, ты же Мидория! Спасибо, что спас меня! — с восторгом сказала Урарака, протягивая руку для знакомства. — Меня, кстати, Урарака зовут. — мило улыбнулась та. — А это — взгляд пал на стеснительную подругу. — Харуми. Парень пожал руку Очако, явно нервничая. — Приятно познакомиться. — протянул зелёный. На звуки разговора некоторые ученики повернулись, наблюдая за происходящим у дверей. Высокий отошел от блондина, решив познакомиться с новенькими. Как-никак, учиться вместе ещё 3 года. — Здравствуйте. Я Иида Тенья. — как-то слишком официально молвил тот. Посмотрев в сторону Мидории, Иида сказал: — Мне сложно признавать такие вещи, но… я не оценил твои способности ранее. Прошу прощения, ты сильнее меня. — поклонился Тенья. В этот момент нелепо себя почувствовали все. В особенности Мидория, который сразу же хотел остановить парня, но его перебил чей-то голос сзади. — Вы отнимаете время, отведенное для урока. — все четверо повернулись назад, а на полу лежал спальный мешок из которого виднелся строгий взгляд незнакомца. Ученики посчитали это пугающим, а вот Харуми отметила про себя, что это действительно хорошая идея. Можно и поспать на перемене. Ну, на уроках, в принципе тоже. Как оказалось, мужчина этот был классным руководителем 1-А. По началу Кими считала его скорее забавным, чем "ходячим демоном", как думали одноклассники. Но когда Аизава заставил всех переодеться в спортивную форму, назначив начальный тест причуд, хорошее впечатление слегка качнулось. Не зря они его боялись. — Если вы хотите стать героями, то на развлечения времени у вас нет. Академия UA отличается от других своей упорной подготовкой и свободой преподавания, поэтому — мужчина почесал черную щетину рукой. — тот, кто займёт последнее место, будет исключен. Шокированные ученики начали кричать и жаловаться, подняв бунт преподавателю. Плохи дела, ведь никто ещё не знает всех причуд ребят. — Тишина. — злобно кинул Аизава Шота, развернувшись к подросткам. — Бакуго. Ты же лучше всех сдал практический экзамен, верно? — взгляд учащихся направился на блондина. Теперь Харуми запомнила имя этой ходячей бомбы. Не удивительно, что у него хорошие результаты. — Как далеко ты забрасывал мяч в средней школе? — 67 метров. — нахмурив брови, ответил Бакуго. — Тогда попробуй сейчас, но с использованием причуды. Всем было интересно наблюдать за происходящим, ведь парень-бомба мог выдать всё что угодно. Когда мяч с неимоверной силой вылетел в небо, рассекая воздух огненным взрывом, результат на счётчике Шота показал цифру в 705 метров. " — Ого, какая сила." — подумала Харуми. " — Наверное сложно будет перебить такую цифру." Страх за вылет из академии будто парализовывал все конечности, от чего невозможно было двинуться. " — Если здесь такие сильные герои, то наверняка я буду последней." — позабыв о своей причуде воздуха, испугалась русоволосая. Когда в центр круга вышла лучшая подруга, Кими держала кулаки, в надежде, чтобы та смогла справиться с мячом. Никто, кроме Харуми и Мидории здесь не знал, что Очако может отправить в космос любой предмет. Тем более, такой лёгкий. Сосредоточившись на объекте, Урарака прикрыла глаза, взяв мяч в ладонь. Рука поднимается и без особого размаха бросает его вверх. Кто-то сзади уже начал посмеиваться, ожидая её проигрыша, но спустя время мяч так и не вернулся. Харуми улыбнулась, ведь она всё понимала. — Бесконечность?! — прокричали те, что раньше смеялись. Да-да, Урарака справилась лучше всех. Гордость так и грела душу за Очако, но ликование длилось недолго, ведь теперь пришёл черёд Харуми. Она боялась. Страшно боялась, ведь сейчас все взгляды были прикованы к ней. Вот и слабость девушки — внимание. Зеленоглазка посмотрела на грязный мячик в руке. " — Давай, это же твоя стихия." " — Но ты всё равно налажаешь, по другому не можешь.» " — Нет, это твой шанс доказать, чего ты стоишь." Откинув все эти мысли, девушка попыталась очистить разум, делая глубокий вдох воздуха. Существует 5 слоёв атмосферы Земли: тропо-, страто-, мезо-, термо- и экзосферы. Чем дальше каждый слой — тем тяжелее было контролировать воздух в них. Обычно, дальше стратосферы, что являлась вторым слоем по счёту, Харуми не залезала, ведь в других можно попросту умереть. Зажав объект в руке, девушка сконцентрировала всю силу для того, чтобы он долетел максимально высоко. Взмах рукой. Число на счетчике учителя растёт, а мяч и вовсе пропал с поля зрения. Спустя минуту мяч возвращается, ударяясь о траву, а в руке Аизавы застывает кнопка. — 30 километров. — проговаривает тот, от чего Бакуго уже краснеет в ярости, ведь его кидок даже 1 километра не набрал. " — Да, Урарака. Похоже, нажили мы себе тут врага." — промелькнуло в голове Харуми, которая уже представила, какими методами ходячая граната будет мстить за это. В конце дня ученикам выдали результаты практического теста, который заставил всех изрядно попотеть. Никто не хотел быть на последнем месте и вылететь в первый же день. Пробежавшись по листовке глазами и увидев, что она прошла, Харуми облегченно выдохнула, убирая все те нервы, что накопились за день. Только вот рядом кто-то начал кричать и плакать в истерике. Это был тот мальчик с шариками на голове. Не удивительно, что он последний. Никто даже не понял его причуды. — Кстати, — начал учитель, жутко улыбаясь. — я соврал про исключение. Это было уловкой для того, чтобы вы не расслаблялись. " — Жестоко однако. Значит, можно было и не напрягаться? Но с другой стороны, тогда все бы действительно расслабились." — задумалась юная девушка. " — А учитель умён в преподавании." — Завтра не вздумайте опоздать на урок. Начало занятий в 9 часов. Расписание находится сзади ваших карт. — напоследок сказал Шота, отправляясь в неизвестность.

***

Уроки проходили неимоверно скучно, ведь по сути, они ничем не отличались от обычных школьных предметов. Единственным отличием было большое количество геройских уроков, но без базовых никуда не пойдёшь. Это была математика — самый ненавистный предмет Харуми Кими, мозг которой отключался при виде цифр и формул. Что она любила, так это языки и литературу, которых, к сожалению, в тот день не было. Чтобы скоротать время, русоволосая облокотилась рукой о щеку, начав вырисовывать что-то в тетради. Кими давно записала все примеры с доски, поэтому времени порисовать было достаточно. " — Так, что мне изобразить?" — мысленно спросила школьница саму себя. Открыв скетчбук, что лежал рядом на парте, зелёные глаза начали блуждать по классу, в поиске предмета для срисовки. " — Для начала, нарисую само пространство." — грифель карандаша коснулся бумаги, делая линии черчения кабинета. Девушка заметила, что класс оказался очень даже немаленьким, как для 18 человек. Тихо постучав ластиком по парте, Харуми думала бы и дальше, что ещё можно нарисовать, пока Эктоплазм не начал ходить по рядах, проверяя, как ученики записывают материал. Мгновенно накрыв скетчбук тетрадью с формулами, Кими пришлось делать вид «упорной работы», переписывая один и тот же пример. " —Так, учитель не заметил, хорошо." — подумала девушка, пока руки трясло от адреналина. Стройный высокий мужчина с кожей из темной материи сел за своё место, проводя пальцем по списку учеников. " — О нет, только не это." — она поняла, что сейчас произойдет. " — Нужно хоть посмотреть, какую тему мы проходим." — глаза бегали по формулах в конспекте. — Ну, а теперь, пока у нас есть пару минут до конца, — "Нет, нет, нет, нет." — я бы хотел проверить, как вы усвоили материал. " — Нет!" — громко прозвучало в мыслях девушки. " — Мне нужно было быть более внимательной, а не витать опять где-то далеко. Пожалуйста, только не вызывайте меня." — она зажмурила глаза. — Тодороки Шото. Можешь найти решение? — большая половина класса, включая Харуми, с облегчением глянули на одноклассника, что сидел за последней партой. Выглядел он необычайно спокойно и даже уверенно. " — Он сильно отличается внешностью от других." — заметила Кими. Девушка, недолго думая, вновь открыла скетчбук, решив нарисовать именно этого одноклассника. Пока он этого видит, не будет настолько неловко. Мало ли что надумать можно. Разделенные на две части разных цветов волосы, гетерохромия глаз и красное пятно, что было распространено на ¼ лица. Пока ученик решал пример, она пыталась успеть нарисовать каждую деталь до конца урока и была рада, что всё-таки смогла выполнить свою цель. Хлопнув страничками скетчбука, тем самым закрывая его, Харуми закинула все вещи в сумку, быстро выходя из кабинета. Они с Ураракой договорились пойти в столовую, чтобы первыми взять десерт с шоколадной начинкой. Одноклассник с волосами цвета спелого абрикоса и причудой электрического заряда сказал Урараке, что первые 10 человек получают его раз в году. Конечно же, Очако поверила и сказала подруге, что нужно срочно бежать в столовую. Подхватив Харуми под руку, каштановолосая буквально сносила других учащихся с ног, за что Кими попутно извинялась. " — Ох, как стыдно." — Урарака, люди смотрят на нас, как на сумасшедших.— громко говорила коротышка, чтобы подруга её услышала. Но ту, похоже, подобные вещи не беспокоили. Всё-таки, пробежав через "преграды" в виде ступенек и людей, девушки добрались до столовой, направившись теперь к Быстроланчу, что выступал поваром-роботом. — Дайте пожалуйста 2 десерта. — запыхавшись, произнесла Очако, на что получила лишь смех от робота. — Детишки, что это сегодня с вами? Вы не первые, кто сегодня приходит с этой просьбой, но у меня такого нет. — робот показал на столик одноклассниц, что сидели у окна. Одна из них посмотрела в сторону двух растерянных девушек, сказав: — О, и вас Каминари обманул. Садитесь. — переглянувшись, Харуми тихо сказала Очаку, что нельзя доверять всем подряд, ведь люди обманчивы. — Ну как же так? — грустно протянула Урарака, присаживаясь к девочкам из класса. — Я так хотела этот десерт с шоколадом. — Мы все попались, Очаку. — сказала брюнетка с хвостом на голове. — Не волнуйся, он за это ещё получит. Кьёка уже с этим разбирается. " — Интересно, что они задумали?". — подумала Хару-тян. Спустя несколько минут столовая была наполнена учениками разных классов и факультетов и тут зашел он. Все взгляды были направлены на Каминари Денки, который что-то мычал, подходя к столикам, с глупым выражением лица и поднятыми вверх пальцами. Это было действительно смешно, особенно девушкам, что сидели рядом с Кими. Девушка же просто наблюдала и думала, что же с ним произошло. В общем, одноклассники ей попались с чувством юмора, это радовало Харуми.

***

Громкие удары попадали на тренировочную грушу, отпечатываясь вмятинами, что мгновенно пропадали. Красно-белые волосы липли ко лбу от обилия пота, выделяющегося из-за спортивной нагрузки. С каждым попаданием по цели, дыхание резко пропадало и вновь возвращалось. Последний удар был уже ногой, тем самым «добивая» воображаемого противника в виде груши для боя, что висела в комнате Тодороки. Снимая с мокрого и подкаченного тела влажную майку, парень протер тканью лицо, оперевшись о стенку. Руки приятно сжимало от послетренировочной боли, а ноги гудели от пробежки, устроенной час назад. Шото не расслаблялся по вечерам, если не была проделана тренировка. Такой закон организм парня выработал от несладкой жизни с отцом, что стремился натренировать сына до звания Героя Номер Один. В комнате вдруг послышался стук, что принадлежал старшей сестре Тодороки, судя по тени за дверью. Открыв глаза, Шото прошел к двери, открывая её. — Шото. — Фуюми глянула на брата. — Ты весь вечер голодный сидишь. Давай я тебе что-нибудь сварю? Что бы ты хотел? — Тодороки старшую всегда тревожил брат, что мог весь день провести на тренировке, позабыв о всём другом. — Не нужно себя так утруждать Фуюми. Я не голоден, спасибо. — холодно ответил парень, закрыв за собой дверь. — Хорошо. — спустя несколько секунд ответила она в пустоту, уходя в другую комнату. “— Он себя ведёт как Тойя. Только бы братец не повторил его судьбу.” — грустно пронеслось в мыслях Фуюми, которая жалела, что не смогла изменить всё в нужное время. Отец определенно разрушал эту семью из подкорки. Присев на пол, Шото думал, что не раз уже мог обидеть сестру таким поведением, но поделать ничего не смог. В душе и так всё трескало от собственной вины. Он часто думал о том, как его отношение к окружающим выглядит со стороны, от чего не раз хотелось врезать самому себе. Всё-же, поменять свои устоявшиеся моральные принципы слишком тяжело, не так ли?