Наказание

***

      Парни стоят на сцене. Овации и вспышки камер. Поклонницы восторге, ведь их парни выиграли премию «Артист Года». Арми, как истинные поклонницы таланта этих парней, прослезились и поют «Born Singer». Еще чуть-чуть, и парни сами будут плакать. Но среди всей этой суматохи стоит один недовольный Чон Чонгук. Он смотрит, точнее сканирует эту долбанную руку, на почти что попе Тэхёна. Он беситься, потому что Тэ беззаботно улыбается его няшной квадратной улыбкой. Ох, как же он зол. В голове не одной нормальной мысли. И плевать, что он на сцене. От этих мыслей в штанах уже тесно. Плевать ему на всех. Он идет прямо на него.Взяв за локоть он волочит за кулисы Тэхёна. Тот пытается остановить Гука, но тщетно.       —Гукки? - невинно хлопая своими длинными ресницами, спрашивает Тэхён, - Ой, ты чего? Гук? Чон, мать твою, Чонгук, отпусти. Что ты творишь? Там ведь камеры, фа… - его резко впечатывают в стену, от чего он ударяется головой и стонет от боли. Чонгук немедленно пользуется и врывается в ротик Кима. Он не целует, а нагло кусает, сосёт его язык, показывая, кому этот котёнок принадлежит. А Тэхёна ведет и накрывает волной удовольствия от этого доминирования. Все так, как он любит: нагло и грубо, жадно и мокро, страстно и, главное, с любовью.       — Плохой котёнок. Ты посмел ослушаться папочку? - шепчет Гук, введя по шее Кима носом и вдыхая в лёгкие его такой нежный аромат, - Я же говорил, не подходить к Седжуну и ,тем более, позволять трогать себя,- сжимая бока Тэ, хрипит Гук. А Ким с мольбой смотрит в глаза Гука. Но второй очень зол. Ну, что же, играть могут двое.       —Да? И с чего я не должен быть рядом со своими хёнами? - нахально смотря в глаза Гуку, выдаёт Тэ. Он видит, как загнанно дышит тот. О, как же котёнок любит дразнить своего папочку. Это его личный фетиш, ведь это риск, адреналин в крови и осознание того, что будет потом. А потом - наказание. Жесткое… Очень Жесткое. А котёнок кайфует, дотронувшись до паха папочки. Ведь папочкин дружок (ну, ладно, монстр) уже стоит. На лице у Тэ ухмылка. Знает, сука, что это он так действует. Гук ведёт бровью и прислоняется к уху Тэ, кусая мочку.       —Котёнок, ты МОЙ. Лишь Я могу трогать эту попку - сильно, до синяков сжимая задницу Тэ, шепчет Гук. — Понятно?- уже более жестким тоном спрашивает он. А у Тэ в штанах уже невыносимо тесно. Он дрожит. Секунду назад он владел ситуацией, а сейчас течет, как девственница, из-за первого поцелуя.       —Гук, - еле слышно стонет Тэ, а Чон теряет контроль.       — Вишенка моя, что ты делаешь со мной? Знаешь, что я сделаю с тобой?       — Ах, а кто тебя, ах… останавливает?       Все тормоза Чонгук летят к черту. Он сажает Тэ на стол, грубо разводит худые коленки и встаёт между ног. Снова целует, жадно, до крови. Потом сам слизывает эту кровь, слыша стоны Тэхена, и кусает длинную и изящную шею, руками сжимая бока. Оба на грани.       —Гук, прошу, я больше не могу, ах.       — Что ты хочешь, котёнок? - хитро лыбится Гук.       — Тебя, Гук. Давай уже, - хнычет Тэ.       — Где ты меня хочешь, котёнок?- явно дразнится Гук. Нужно же наказать плохого котёнка.       —В себе глубоко, папочка, - протяжно стонет Тэ, зная, какая у Гука на это реакция. И ведь работает. Гук тут же хватает Тэ и переворачивает на живот, открывая себе вид на округлую попку Тэ. Он облизывается и ведёт рукой по правой ягодице. Слышится удар. Потом еще и еще. На глазах у Тэ слёзы, но он держится.       —Будет ли котёнок снова злить папочку?- снова последовал удар.       —Н-ет.       —Я не слышу тебя, котёнок.       —Нет. Я больше так не буду, - шмыгает носиком Тэ, на что Гук целует затылок своего малыша и рукой ведет вдоль сфинктера, получай стон. Раз…два...три. В Тэ уже свободно двигаются три пальца. Он уже сам насаживается на пальцы, показывая, что готов, что хочет что-то теплое, огромное и ,желательно, глубже.       —Какая же ты прелесть, котёнок, - говорит Гук, освобождая свой давно уже ноющий член. Но не спешит войти. Снова играется.       —Папочка, умоляю.       А Гуку дважды повторять не надо. Он входит. Сразу, срываясь на бешеный темп. В комнате слышен запах секса и хлопки двух тел.       —Папочка, я, ах, скоро, ах.       —Знаю, котёнок, я тоже. Кончи для меня, малыш.       И Тэ кончает. Спустя пару толчков кончает и Гук. Он выходит и смотрит как из дырочки стекает его же сперма. Это его фетиш. Такой грязный и опороченный Тэ - его собственная религия. Он обнимает поперек талии Тэхёна приближает к своей груди и вздыхает его запах.       —Прости, Гук, -стараясь не пустит слезу, говорит Тэ.       —Тэ? Ты чего малыш? - он смотрит в лицо Тэ, а тот, не выдержав, начинает плакать.       —Я....я… не хотел, прости. Я больше не буду, - плачет Тэ.       А сердце Гуку сжимается. Видеть своего малыша таким он ненавидит. Он обнимает его, успокаивающе ведёт по спине, и шепчет ему слова любви.       —Я…не…хочу, чтобы ты меня разлюбил, поэтому и сделал это. Ты последнее время всегда с Чимином, - стыдясь своих слов, отводит глаза Тэ. А Гуку смешно. Его малыш такой глупенький.       —Котёнок, посмотри на меня.       —Нет.       —Ну, малыш. Ладно. Я тебя люблю. Любил с первого дня, как увидел. Я полюбил эту родинку, эту улыбку и это сердце. Я, ведь, обожаю, когда ты рассказываешь, как ты видишь этот мир. Ты такой особенный. Красивый, добрый, милый, сексуальный. Да ты просто мечта. Я не могу поверить, что ты достался мне. Глупенький, ты- мой дом.       —Пр…правда?       — Конечно, котёнок.       — Я тоже тебя люблю, Гукки.       —Мой котёнок.       —Твой.       И оба засыпают со счастливыми улыбками.

***