Счастье - это, оказывается, так просто... ( сиквел к Баунти)

Я тебя подожду. Ты только приходи... навсегда...

Раздался звонок домофона. Ник, сидящий за ноутом в своей комнате, подхватился и выбежал в коридор, поднял трубку и нажал на кнопку, не спрашивая. Он знал, кто это, чувствовал. Открыл двери. Лифт со скрежетом приполз на нужный этаж, с шумом остановился, лязгнули раздвигающиеся створки, и на площадку вышел снеговик. Никита засмеялся, искорки счастья плескались в его глазах. Наконец-то! - Деда Мороза заказывали? - улыбнулся снежный человек. - Иди сюда, обниму. - Не, не, не, - отодвигался Ник, махая перед собой руками. - Ты такой классный! А что, снег так валит? - Да, и я без машины - лень было скользить на ней, да и сугробы. Я на метро. - Стас начал отряхиваться на площадке. - Помоги мне, а то наделаю лужи в твоем коридоре. - Наделаешь? Не, не надо, - улыбнулся Ник и, не заподозрив никакой подлянки, подошел к парню, где тут же был пойман в крепкие холодные объятия. - Ааааа! - заорал он на весь подъезд. - Ооойййй! - Никита вздрогнул, когда Стас залез под футболку. Его руки были ледяными, и по коже, распространяя холод по всему телу, врассыпную побежали мурашки. - Чего ты орешь? - засмеялся ему в ухо Стас. - Всех разбудишь. - Холодно, бррррр! - Ник сам уже прижимался к парню. Первое резкое ощущение холода прошло, стало наоборот тепло и уютно в таких родных объятиях. - Я так соскучился. - Стас поцеловал его в губы и отстранился. - Я знал, что в сутках 24 часа, что в одном часе 60 минут, в одной минуте 60 секунд, но то, что в одной секунде... что в одной секунде умещается вечность, когда отсчитываешь время до встречи с тобой, - было для меня страшной неожиданностью. - Для меня эти три дня тоже были вечностью, - засмеялся Никита. - Так что мы за это время оба стали часовщиками и философами. Пойдем, - и он потянул Стаса в квартиру. Было восемь утра, суббота. Стас только два часа назад прилетел с отцом из командировки и, забежав домой только принять душ и переодеться, сразу же поехал сюда. И вот теперь голодный, но счастливый раздевался в прихожей под пристальным взглядом самого любимого существа на свете. - А где наша новоиспеченная парочка? - спросил Стас. Никита просто показал пальцем на дверь гостиной. - Там. А что они там делают!.. - Ник многозначительно закатил глаза. - И давно? - Давно. Третий день. - И не выходят? - опешил Стас. - Почему же? - Ник усмехнулся. - Выходят. В универ ходят, бесятся тут, вчера кухню всю разгромили... - Убрали? - Убрали, - тяжело вздохнул Никита. - Я даже помочь решил, зашел, а они посуду моют, типа... - и он слегка покрылся румянцем, опустив глаза. - Засмущали моего мальчика злобные развратные дяди. - Стас подошел к Нику, взял его за подбородок и посмотрел в глаза. Тот замолчал, разглядывая парня напротив себя и осознавая окончательно, как же сильно он соскучился, как хочется... Никита потянулся, чтобы прикоснуться к таким любимым... - Попался второй раз, - Стас резко подхватил ойкнувшего от неожиданности парня и, закинув себе на плечо, понес в комнату, ласково пошлепывая ладонью по упругой попке, которая оказалась прямо у него под носом. Никита не растерялся, а тут же дал сдачи, двумя руками захлопав Стаса по заднице, ибо нечего людей пугать, да еще и бить по самому сокровенному. Так они добрались до кровати и завалились туда вдвоем. То есть, завалился Стас - Никиту никто и не спрашивал. - Ты такой момент испортил! - надул он губы, дурачась. - Я хотел тебя поцеловать, там, в коридоре. - А теперь не хочешь? - Стас улегся на спину и, затащив на себя Никиту, гладил его по спине, слегка задирая футболку. - Хочу. - И что тебе мешает? Никита не ответил. Он зарылся пальцами рук в темную шевелюру Стаса и, наклонившись, лизнул его верхнюю губу, проводя кончиком языка по ее контуру. Стас улыбнулся и шустро поймал шаловливый язычок, легонько прикусив его зубами. Никита возмущенно округлил глаза, что вызвало смех у захватчика. Ник даже надулся, смешно раздув щеки, и сделал попытку слезть со Стаса, но его не пустили, обняли крепко и, притянув назад, поцеловали нежно, аккуратно сминая губы. Никита для проформы еще пару секунд покапризничал, вяло сопротивляясь, но объятия, запах, нежность любимого сломят любое сопротивление, и он начал отвечать, быстро втягиваясь в такой сладкий и такой долгожданный поцелуй. - Эй, народ! - В дверь постучали. Постучали!!! - Ну, вот, - сказал Ник, нехотя отстраняясь. - Но он постучал!!! - многозначительно сказал Стас. - Это уже прогресс! - Ну и что, что... - А что вы тут делаете? - Дверь приоткрылась, явив им улыбающуюся голову Юры. - Нежничаете, ай-яй! - Он укоризненно закивал головой и засмеялся, прочитав в их взглядах свою близкую смерть. - Пойдемте с нами кофе пить, мы уже все приготовили, - и быстро ретировался, а то, кто их знает. - Мда, прогресс есть, но не полный, - подытожил произошедшее Стас. - И нам с ними жить! - тяжело вздохнул Ник. - Такая уж наша доля - их терпеть, тут ничего не поделаешь. А вот насчет жить - это мы еще посмотрим. *** Ребята сидели на кухне, перед ними стояли кружки с горячим, просто божественно пахнувшим кофе. Посередине стола расположились две большие тарелки с бутербродами, заботливо приготовленными Владом и Юрой. - Вы зачем мне мальчика смущаете, развратники? - спросил Стас, обхватывая двумя руками кружку, ему нравилось греть руки о горячую керамику. - Мы не хотели. - Влад опустил голову, чувствуя себя виноватым. При всей своей наглости, беспардонности и вседозволенности, ему было стыдно перед Никитой, стыдно находиться здесь, спать (ну, точнее - не спать) в соседней комнате. Это напрягало и не давало полностью расслабиться. Влад пытался поговорить с Юрой, но тот ни в какую не хотел перебраться в пустующую теперь квартиру и не понимал, почему должен оставить Никиту одного. Стаса почему-то он до сих пор в расчет не брал. Влад вздохнул, он уже успел размечтаться, как они будут жить вдвоем у него в квартире, где можно делать все, что душе угодно, ни на кого не оглядываясь и не боясь издать лишний звук... Но... но теперь вся надежда у него только на друга, он так ждал его возвращения. - Так вышло, - сухо ответил Юра. - Мы извинились. Больше такого не повторится. - Это понятно, что не повторится, ибо я вам тогда все веселые места поотрываю, но... у меня вопрос. Юра, ты такого парня себе отхватил, с квартирой, большой и просторной, даже спортзал есть, которым наконец-то хоть кто-то будет пользоваться. Когда новоселье справлять будешь? – Стас уставился на Юру в ожидании ответа. - Какое новоселье? – искренне удивившись, спросил тот. - Как, какое? – Стас уже раньше догадался о планах Юры и теперь понял, что был прав. - Вы же собираетесь жить вместе? - Собираемся, - подтвердил тот. - Вот, - Стас искренне ему улыбнулся. - Так когда будешь переезжать? - Куда? Влад заинтересованно следил за перепалкой, его мечта начинала становиться не такой уж призрачной. - Как, куда? – Стас начал злиться. - Туда, конечно. К любимому, к шикарной спальне с шикарным теликом. - Я не хочу переезжать, я хочу с Ником жить и чтобы Влад к нам переехал. Стас опешил - у него даже речь пропала от шока. - И эту квартиру мы с Никитой снимаем вроде. Как я без него? И вообще, я привык тут жить, - подытожил Юра. - Пи@дец! То есть, у вас будет хата, где жить, будет хата, где можно приходить и спокойно трахаться, а я? - Стас зло отодвинул кружку и уничтожающим взглядом уставился на раздражающий объект напротив. - А что ты? - Ты хочешь жить с Владом, но и с Ником, а я? Как ты думаешь, хочу жить вместе с Никитой или нет? Да я даже дома сказал уже, что к другу переезжаю. - Ник, - Юра посмотрел на друга, который сидел, подперев подбородок и наслаждаясь разворачивающимся перед ним представлением, - ты что, хочешь жить со Стасом? - Очень хочу, - с наигранной страстью ответил тот, даже зажмурился для пущего эффекта. - Но, но... - Юра растерялся - с этой стороны он такие перспективы не рассматривал. - А убирать, а готовить? У тебя съемки, ты же голодный будешь ходить. - Не боись, - перебил его Стас. - Я готовить люблю и умею, даже думаю лучше вас всех. - Да? – с сарказмом переспросил Юра. - Дааааа… Я, между прочим, шеф-поваром мечтал стать какого-нибудь жутко дорого ресторана. И на курсы разные записывался, и дома экспериментировал. У меня дед был шеф-поваром, талант мне, наверное, передался. Но в итоге физика победила. Так что буду кормить я твою «деточку» всякими деликатесами, из кухонь разных национальностей. - Не надо национальностей - отравишь еще. Шеф-повар, блин! - Юра засмеялся. - Шеф-повар, не могу! - поддержал его Влад. Как говорят, муж и... в общем, одна сатана. А уж эти двое так и хуже дьявола будут. - Представляю, шеф-повар, сплошной гламур: раскачанные мышцы, брутальная прическа, брендовая одежда, а поверх ажурный фартучек... в цветочек или горошек, красный. - Лучше голубой, - подсказал ему Юра. - Точно, голубой. - Влад еле выговаривал слова от смеха. - Ах да, еще поварешка в руке и колпак на голову, большой и белый. Зато ресторан был бы прибыльный, на шеф-повара жаловаться бы не рискнул никто. - Он поварешкой как треснул бы... Напряженная атмосфера начала понемногу рассеиваться - смеялись все, заливаясь задорным гоготом, даже Стас. - А чего вы ржете? Я, кстати, даже торты умею печь. Суперские, - попытался он оправдать себя. - Как? – Влад резко стал серьезным. - А я почему не знаю? Я твой друг или нет? - Скажи я тебе, так ты бы подкалывал постоянно и ржал, как сейчас. Не надо мне этого. - Если бы мой рот был постоянно занят поеданием торта - я бы молчал, - решительно заявил Влад. - Вот-вот, издевался бы, ржал бы и клянчил приготовить что-нибудь. А в служанки я не записывался. - А к Нику? Запишешься? - К Нику я кем угодно запишусь, даже комнатной собачкой. Так что, с переездом! Юра молчал, посматривая на всех исподлобья. Он себе все так чудесно распланировал: Ник, Влад с ним, но вот Стас в его планы почему-то не попал. И теперь раздумывая, Юра понимал, что именно с ним в одной квартире он не уживется. Да и, по правде, его тоже слегка напрягало контролировать себя во время секса, а правоту и все плюсы переезда, которые так долго ему вчера перечислял Влад, мешала признать банальная гордость. - Юр, а Юр, - Влад тихонько толкнул своего парня в бок. - Ну я ведь тебе говорил, что лучше у меня. Оставь ты их в покое, мы и так им надоели. - Святые слова, - помахал указательным пальцем Стас. - Так когда? - Да идите вы! - Юра даже смутился под взглядом трех пар глаз, ждущих его ответа. - Когда хотите… - Завтра, завтра, - закивал смешно скорченной моськой Стас и на радостях чмокнул Никиту в нос, отчего тот забавно поморщился, вызывая новый взрыв всеобщего смеха. - Нет, - отсмеявшись, сказал Никита. - Не надо так спешить. Я по тебе соскучился, да и вещей у Юры много. Давайте на следующей неделе, в пятницу после занятий. Там выходные впереди, чтобы навести порядок. - Я столько не выдержу, - серьезно сказал Стас. - Выдержишь, - улыбнулся Никита. - Да, Стас, вы как-то, не знаю, затянули с этим делом... - Влад потянулся за бутербродом, завтрак как-никак, и успокоился - Юра согласился, все хорошо, поэтому есть хотелось жутко, - что теперь должны провести все торжественно, так сказать, не торопясь. Стас, надо быть романтиком, а не Юру завтра выгнать и завалится в койку. Эх, перевелись теперь романтики: музыка, цветы, шампанское... - Молчите уж, романтики, блин. А сами? - О! - Юра смачно откусил бутерброд. - Эта была страсть, - проговорил он с набитым ртом. - Некогда было музыку включать. - Почему же? - удивился Влад. - Была у нас романтика. Правда, живодерская какая-то. - Какая? - спросили все хором. - Ну, мы тот фильм смотрели, ну начали смотреть, про зомби, что Никита выбрал. Вот они и шли потом фоном, смачно так чавкали, я даже улавливал чьи-то крики одним ухом. - Точно, - подтвердил Юра. - Я потом еще, выключая эту чушь, подумал, какой идиотизм теперь только не снимают. - Все с вами ясно. - Стас повернулся к Никите. - А тебе какую романтику: зомби или музыка, цветы, шампанское? - Зомби не надо, - пробормотал Ник. - Но можно и без... - Ок, - его перебили, не дав договорить. - Будет музыка, цветы и шампанское... *** Переезд – как маленькая война. Все таскали перевезенные вещи Юры, коих у него оказалось уж слишком много. Даже тренажерам пришлось потесниться, потому что коробки складировать было некуда: в прихожую они не помещались, в гостиную Влад не пустил (спальню вообще нечего всяким дерьмом, по словам Стаса, заваливать), вот и осталась только спортивная комната. - А это и хорошо, - тяжело вздохнув, сказал Никита. - Твой любимый зал. Влад, я бы на твоем месте, его сюда бы и заселил. - Я тебя ща заселю, - буркнул на него Юра, - предатель… - Ну, Юр, - Стас подошел и обнял Никиту, - не обижай мальчика. Он уже вырос и может жить один, с любимым. Да и его «мамочка» уже тоже ведь нашла свое счастье. - Вот врезать бы тебе, - потряс кулаком в сторону Стаса Юра. - Ну так врежь, - улыбнулся тот. - Не, не могу, потом. Ща сам сдохну. Влад, много там вещей осталось? - На одну ездку, - отозвался из другой комнаты тот. - Слушай, а где ты столько барахла набрал? - А хрен его знает! - Ладно, пойдем, - скомандовал Никита. - Быстрее начнем - быстрее кончим. - А вы еще и кончить сегодня собираетесь? – съехидничал Влад. - А то! - парировал его Стас. - Мы же не твой Юрасик - потаскал свои собственные вещички и все, ни в морду дать, ни "палку" поставить... - Стас! – возмутился Ник. - Что ты… Но договорить ему не дали - прижали к стенке и заткнули все еще что-то бормочущий рот поцелуем. Никита поначалу вырывался (так, больше для проформы - сколько можно уже ему рот затыкать, хоть и таким способом?), но все же... быстро смирился, обнял своего парня за шею и решил наслаждаться поцелуем. А мир вокруг пусть катится к черту. «Мир» был против и ворвался в их поцелуй в виде Влада, который пытался просунуть свои ладони между их лицами. - Харе, харе, - приговаривал он. - Нам надо за вещами, и у вас есть своя квартира. Нечего тут отвлекаться и тормозить торжественный момент переезда или уезда, да, уезда от вас Юры. - Точно, - согласился Стас, отстраняясь от Ника, - торжественный уезд. Пойдемте, пойдемте быстрее, а то вдруг передумает, - и вытолкал Никиту и Влада в открытую на площадку дверь. - Придурки, - по-доброму буркнул Юра и вышел следом. *** Никита со Стасом помогли снести оставшиеся вещи Юры, упаковать их в машину и наотрез отказались ехать разгружать. Коробок не так много - Влад и Юра сами справятся. Они ввалились в квартиру и упали на диван в гостиной, который одиноко стоял в пустой комнате. - Надо сюда мебель какую купить, - оглядываясь вокруг, сказал Стас. - Угу. - Сил говорить уже не было. - И большую плазму, - мечтательно произнес Стас. - Неа… - Почему, неа? - Плазму хочу в спальне, как у Влада. - Зачем? - Фильмы смотреть, лежа в кровати… - Или порнушку во время секса… - Да иди ты, все опошлишь, - буркнул Никита и поднялся. - Ты куда? Обиделся? – вскочил за ним на ноги Стас. - Нет, я мыться хочу, есть хочу и… - Секс? – с надеждой спросил его парень. - А это я после еды и ванны посмотрю, как оно… Зазвонил сотовый Ника. Тот нахмурился, глянув на экран, и снял трубку. - Да? - потерянным голосом ответил он. – Да… А в другой день?.. Хорошо… У меня пары… Сами отпросите у декана?! Какая? Социальная... Ясно... Хорошо, буду. - Кто это? - Стас занервничал. - Это работа. И секса не будет. - Как? Не будет? – такого облома он не ожидал. Что ж за чертовщина-то такая! - Мне на работу надо встать в три утра. Одежда, макияж, уличная съемка, нужен рассвет. Социальная реклама какая-то, я не вникал, даже у декана отпросят сами. А сейчас почти 12. Если не высплюсь, то круги под глазами никакой тоналкой не замажешь. Так что, я мыться, чай и спать. - Вот ведь, черт, - Стас расстроился. - Вечно у нас все наперекосяк. - А кто-то мне обещал романтику и все такое? Я столько ждал, теперь хочу только так. А сейчас все болит, работать грузчиком тяжело, оказывается, так что сегодня в кровати я могу изображать только один объект, неодушевленный, бревно Ильича называется. - Ладно, бревно, - Стас приобнял Ника, - будет тебе романтика. Только завтра мне уже будет плевать на Юру, вечно звонящего в неподходящий момент. Хорошо хоть не припрется, хотя... не, не, не, даже думать не хочу. На работу твою срочную и всех кругом вместе взятых. Я устал дрочить на тебя в ванной и сперму из ушей вымывать. - Ты дрочишь себе в уши? – Ник удивленно приподнял брови и посмотрел на Стаса, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. - У меня сперма уже из ушей льется, глядя на тебя и только тиская каждый день. Иди уже в душ, умник, - и легонечко шлепнул по попе, подталкивая в нужном направлении. *** Когда Стас проснулся, Ника уже не было. Кровать была пустая и холодная, даже валяться в ней не хотелось. Он поднялся, не спеша умылся, позавтракал и отправился на пары. Не успел он войти в аудиторию, как к нему подскочил Юра. - Где Никита? Что ты с ним сделал? - Съел, - улыбаясь, ответил Стас. - Не смешно, - одернул его Юра. - Вы с ним занимались этим? Почему его нет? Он придет? Он куда-то зашел по дороге в кабинет? Любопытство парня было забавным. Его горящие беспокойством глаза, заинтересованность «этим», как он сказал, процессом поднимали настроение. Стас решил позабавиться, ибо нечего лезть в чужие дела, а в постель и подавно. Не сахарный его Ник и уже довольно взрослый. - Нет, не придет, - как можно более серьезным тоном ответил он. - Почему? – Юра оторопел от такого заявления. - Не может, - пожал тот плечами. - У нас была бурная ночь. Мы прижимались телами друг к другу, задыхались в своем желании, ласкались, целовались. Я входил в него сначала нежно, потом грубо врывался, - Стас театрально размахивал руками, показывая все в действии, и старался не смотреть на Влада, стоящего у Юры за спиной и зажимающего рот рукой, чтобы не заржать. - Он стонал, как он стонал! Мммм... Соседи стучали в стенку, но нас ничего не могло остановить. Мы сношались, как… как… обезумевшие. И вместе улетали в сладкий оргазм. - Стас вздохнул и сел на свой стул. - И так пять раз. - Как, пять раз? Он же в первый раз... - Любовь… Мы так долго не могли дорваться друг до друга, что никак не могли насытиться. Он хотел еще, но надо было идти в универ… - И где он? - Не смог встать, ну ты понимаешь... - И что ты сделал? - Мазькой попу смазал, стульчик возле кроватки поставил с водой и печенькой. Пусть отдыхает, чтобы быть готовым с сегодняшней ночи. - Ты совсем, что ли, ошалел? Он же... у него же в первый раз! - У всех бывает первый раз, и что? Я столько терпел, где-то и ты виноват. - Ублюдок... - смачно выругался Юра. Половина ругательств потонула в неразборчивом бормотании выходящего из кабинета и на ходу достающего телефон Юры. Влад прыснул и захохотал. Глядя на него, не сдержался и Стас. - Ведь ничего же не было? - Не было. Нику надо было в три часа вставать на работу, да и после вчерашнего у меня мизинец на ноге не мог шевелиться, а другие органы так вообще уснули быстрее мозга. - Я так и понял. Тихо, - Влад дернул за рукав Стаса - в кабинет влетел Юра. - Ты хоть презервативом пользовался? - с ходу спросил он. - Да, а как же? В первый раз даже два натянул, так, на всякий случай. - Ясно, - пробасил Юра, все это время копаясь в телефоне. Слышал он ответ или нет - не понятно. И опять выскочил из аудитории. А друзья начали хохотать по новой. - Слушай, - первым успокоился Стас. - Я уже устал от него. Вот чего он с Никитой носится как курица с яйцом? - Я тоже спросил. Он мне там много чего плел про бедного и несчастного Ника, которому нужна помощь, но... Я сам понял. Он в семье один ребенок, ни родных братьев-сестер, ни двоюродных. Его родители приезжие. И вот не было такому здоровому доброму парню кого защищать и баловать. И тут Ник, хрупкий красивый паренек, к которому пристают плохие дяди, который много работает, мало отдыхает... И нашла трепетная душа Юры объект для всей накопленной за годы и неистраченной братской любви. Вот так и вышло. Думаю, это пройдет со временем, не парься. - Я надеюсь, - сокрушенно согласился Стас. Прозвенел звонок, в аудиторию вошел преподаватель и Юра с понурым видом. - Ну, что? - спросил его Влад, когда он сел на свое место. - Не отвечает, - обеспокоенно ответил парень. - Не грузись, живой он, ничего с ним не случилось. - И ты его поддерживаешь? - ошарашенно спросил Юра. - Я тебя успокаиваю. *** Сегодня было только две пары, суббота все же. Стас сидел, мечтая о романтическом вечере, о самом, так сказать, финальном его завершении. Хотелось уже поскорее сжать своего блондинчика в тесных объятиях, прям до зуда в руках и не только в руках... Юра все время пытался дозвонится до Никиты, и даже, когда Влад попытался его убедить, что его просто развели - он не поверил, нежно обматерил обоих и своего занятия не бросил. Сразу после универа Стас решил заехать домой за вещами - взять что-нибудь на первое время. И теперь он стоял возле раскрытого шкафа, выбрасывая нужную одежду на кровать. На нижней полке стояли коробки с обувью. Стас открыл одну, другую, подумал и решил, что одни туфли захватить стоит - мало ли, в ресторан захотят сходить. Вытащил последнюю, открыл и ахнул. Здесь были собраны его детские сокровища: карты, ножик, пистолет с пульками, карточки... и то, о чем он уже даже забыл, а ведь в классе 6-7 так увлекался, читал энциклопедии и друзья даже кличку ему дали, детскую, смешную, но он в тайне ей гордился. Как давно это было. И как все забылось? - Это берем с собой, обязательно, - сказал он вслух и положил коробку поверх отложенной одежды. Вскоре сборы были окончены. Сделав две ходки к машине и загрузив вещи, он поехал в свое новое жилище. Никиты еще не было. Стас глубоко вздохнул и начал распаковывать баулы. Освободил себе место в шкафу, все сложил, подумал и решил убраться. Перестелил кровать, вроде сносно вытер пыль, пропылесосил и помыл пол... Через некоторое время спальня блестела и переливалась, кухня так себе, зал... сойдет, да и нет там ничего, кроме дивана - шторы и те сняли для стирки. С работой по дому было закончено. Еда еще присутствовала - Юра наготовил на неделю вперед, уезжая. Стас присел на табуретку и, оглянувшись вокруг, прифигел сам от себя. Как, оказывается, человека любовь-то меняет! И тут он вспомнил, что вечер-то романтичный... да и сюрприз у него есть для Ника... Работа закипела по новой. К вечеру он опомнился, что цветов и шампанского так и не купил, а ведь обещал. Подскочил, накинул куртку и выскочил из квартиры. Супермаркет встретил его суматохой. Закупившись вином (шампанское он не любил и решил заменить на более благородный напиток) и фруктами, он купил еще приятно пахнущую ароматическую свечу, решив, что свеча - это просто убийственно романтично. А вот насчет цветов передумал - пафосно как-то... В общем, накупив всего нужного и ненужного, он отправился домой. По дороге находился небольшой секс-шоп. Стас припарковался, зашел. Долго бродил вдоль витрин, рассматривая обычные и совсем уж невероятные приспособления. Хотелось купить что-нибудь забавное или, наоборот, нужное, чтобы сегодняшний вечер запомнился надолго. Но... все было не то, и... взяв смазку и презервативы, Стас расплатился и пошел к машине. Успеют они еще наиграться, жизнь длинная. У подъезда он столкнулся с... Юрой. Тот зло посмотрел на Стаса исподлобья и прошел внутрь. Лифт вызывали молча, но уже внутри Юру прорвало. - Так что все-таки было? - решительно спросил он. - В смысле? - не понял Стас. - Ночью! Я дозвонился. Ник какой-то невменяемый, бормотал что-то нечленораздельное, потом послал меня подальше и отключился. Что ты сделал? - Ничего такого, что могло бы твоему Никите не понравиться или он был бы против. - Если что, я тебя придушу, - прошипел Юра, выходя из лифта. - Буду ждать, - улыбнулся ему Стас. Он был рад, что Ник уже дома, хоть и уставший, судя по словам его друга. *** Никита вернулся домой часа три назад. Все, на что его хватило, это раздеться и залезть под одеяло со всем макияжем, залаченными в мудреную прическу волосами, в каких-то жутко неудобных, тесных и постоянно заползающих в попу трусах. Было пофиг на все, и он сразу же уснул. Звонок Юры он услышал раза с десятого. Так и не понял спросонья, чего от него хотят - голова не соображала. Скрепя душой, он послал друга подальше и с мыслью разобраться позже отрубился опять. Теперь он проснулся от того, что его трясли за плечи, громко причитая, как над покойником. Глаза раскрылись еле-еле. - Ты весь белый, темные круги под глазами. Посмотри на себя. - Это был Юра. - Я еще чуть-чуть полежу, потом схожу в душ и все будет ок, - попытался отмахнуться Никита и накрыться одеялом. - Изверг! - Юра глянул на стоящего на пороге комнаты ухмыляющегося Стаса. - Давай переворачивайся, - скомандовал он Нику. - Зачем? - сквозь сон не понял тот. - Я посмотрю, может, у тебя кровь. - Где? - Никита начал просыпаться, так как вообще ничего не понимал в происходящем. - Много вопросов. - Юра силой уложил все еще вялого Никиту на живот и содрал одеяло. - А что это за изврат на тебе надет? Стас, ты уже вообще? - Я-то тут причем? - Тот стоял, сложив руки на груди и подперев косяк, и уже в открытую веселился. - Я с тобой потом поговорю. - Юра, схватив за край белья, почти сдернул с попы Ника модные трусы. Тот взвился на кровати, выкатив глаза и ошарашено глядя на обоих. - Вы что, с ума сошли? - спросил он, возвращая на место лайкровые стринги. - Обкурились, что ли? Стас ржал, ухватившись за дверь. - Быстро говори, что он с тобой сделал? В универе ты не был, дозвониться невозможно, весь помятый какой-то. - Юра терял всякое терпение. - На съемках я был. - Никита переводил взгляд с одного на второго и понимал, что начинает потихоньку въезжать, что тут происходит. Ладно, Стаса он потом придушит, а Юра, как был тугодумом... - А ночью? - Спал я ночью. Просто спал, мне вставать было в три часа ночи. Юра растерялся, сел на край кровати и замолчал, что-то обдумывая. В руках он держал пакет. Никита осторожно его взял, заглянул - разноцветные упаковки, штук шесть... и начал читать названия лекарств, а там были именно они... - Ты что, хотел мне это в задницу затолкать? - Ник был в шоке. Юра ему, конечно, как брат, но все же... - Почему затолкать? Лечить тебя хотел. - Ну ты вообще! - У Ника не было слов. - Пи@дец просто, в собственном доме уснуть нельзя... А если бы я крепче спал? Кошмар, и ты бы это пихал, что ли... в меня... сам... ужас-то какой... Стас уже заходился от смеха, держась двумя руками за дверной косяк. - А ты чего? Смешно ему! Ты что, стоял бы и смотрел, как он мне это засовывает? - Я как рыцарь, - Стас смахнул выступившие на глазах слезы, - тебя бы спас, не бойся. - Охренеть можно, ну вы и укурки. - Никита тоже начал смеяться, упав на спину. - Это он так тебя развел, да? - Он схватился за живот. - Ой, не могу! - Отдай. - Юра поднялся и попытался забрать лекарства. - Неа, - сквозь смех сказал Ник и спрятал все под подушку. - Ты мне принес, спасибо. Мне пригодится. - Так точно ничего не было? - все-таки решил еще раз спросить Юра. - Точно, точно, - закивал Ник. - Только прошу, не убивай Стаса, все-таки я его люблю, дурака такого. Юра резко повернулся, но Стас сразу понял, что надо бежать и метнулся в ванную, закрывшись на защелку. - Выходи, - тут же постучался Юра, - лучше будет. - Для кого? - Ага, ищи дурака. - Увидишь. Выходи или дверь выбью. - А там Ник опять спать лег, ты его разбудишь. - А давай ты тогда сам выйдешь, как хороший мальчик. - Ты меня простишь и бить не будешь, тогда выйду. - Такое не прощают, - вздохнул Юра. - Так что... - Ну тебе же Влад говорил, что это шутка. - Говорил. А вот ты мне зачем все это наговорил? - Понимаешь, мне так хотелось, что приснилось. И я перепутал сон с реальностью. - Сон, говоришь? Открой дверь, а? И я тебе обещаю, что этой ночью тебе буду только я сниться! - Это страшный сон, я буду кричать, разбужу Никиту. Не, я не согласен. - И долго ты будешь там сидеть? Я не уйду. - Было слышно, что Юра сел на пол и чем-то зашуршал. - Ну и буду... сидеть, - буркнул Стас, прислушиваясь. Из-за двери послышалось чавканье. - Ты что там делаешь? Блин, пакеты. Юра, объедать близких нехорошо. - У меня стресс, от стресса я всегда ем. Ник спит, ты в ванной будешь жить - не пропадать же добру, - с набитым ртом объяснил Юра. - Чтоб ты подавился, - прошипел Стас и уселся на стиральную машину. Замолчали. Тишину нарушало только ритмичное чавканье Юры и шебуршание упаковок. У Стаса забурчало в животе. Он, по сути, сегодня и не ел - то убирался, то бегал по магазинам... Стало совсем тоскливо. - Хочешь чего-нибудь? - постучав в дверь, поинтересовался Юра. - Издеваешься? - зло огрызнулся Стас. - Выманиваю. - А пошел ты... И тут Юра начал ржать, закашлялся, слегка подавившись, но хохотать не перестал, повалившись на пол рядом с распотрошенными пакетами. - С тобой все хорошо? - поинтересовался Стас. - Н-нор... мально. - Парень не мог говорить. - Ик! Ой, бля! Еще и икота... Ик! Выходи, бля. Ик! - Значит, мир и драться не будешь? - Ик! Не буду, давай чай попьем. Ик! - Что с тобой? - Стас тихонько приоткрыл дверь. Юра лежал среди разбросанных продуктов и икал. - Икаю. Ик! Пойду чай поставлю. - Он поднялся и со всей силы треснул батоном Стаса по голове. - Ай, ты же обещал! - возмутился тот. - А знаешь... Ик! как руки чешутся, - оправдался Юра. - Убери тут все, я на кухню. - Почему я? Ты все разбросал. - Ну хоть какое-то наказание для успокоение моей души. Убирай давай. Стас присел и начал собирать продукты обратно в пакет, иногда посмеиваясь, вспоминая произошедшее. Никиту разбудили, но было весело и будет, что вспомнить. И Юру проучил, а то достал он уже своей заботой. *** Никита проснулся через пару часов, поднялся и пополз на кухню. - Привет, - поздоровался он, улыбнувшись Стасу. - Ты живой? - Как видишь, - улыбнулся тот в ответ, протягивая руки. - Иди ко мне. - А где Юра? - Ник уселся парню на колени. - Как-то тихо вы друг друга убивали. - Ну, он меня батоном по голове огрел, а потом я его лечил чаем от икоты, и он ушел. Все. - А икота откуда? - Ржать меньше надо! Никита засмеялся. - А мой романтический вечер? Ты, смотрю, подготовился, убрал все... - Все будет. Прямо сейчас начинать? - Прямо сейчас, но сначала кушать и в душ. - Согласен, - засмеялся Стас и, крепко-крепко прижав Никиту к себе, поцеловал в шею. *** Никита вышел из душа и направился в спальню. Он нервничал. Вроде так долго этого ждал, невтерпеж уже было, а как подошло время - его охватила паника. Если бы все произошло спонтанно, само собой, - было бы проще, а так... Дрожь начала бить изнутри, но желание не пропало. Ник переступил порог спальни. Тихо играла спокойная музыка, на тумбочке горела свеча, источая тонкий нежный аромат, рядом стояла бутылка вина, два бокала и тарелка с фруктами. - Ты точно подготовился? - удивленно спросил Никита. - Я же обещал. Вино будешь? - Будешь, - сказал Ник и улыбнулся. Небольшая отсрочка его немного успокоила. - Садись, - Стас кивнул на кровать рядом с собой и, налив в бокал вина, протянул его парню. Чокнулись, выпили. И замолчали. - Странное какое-то ощущение, как будто я тебя только сейчас встретил. - Стас почувствовал себя скованно и ответственно, что ли. - Давай выпьем на брудершафт, познакомимся, - предложил он. Ник кивнул. Они перекрестили руки, выпили до дна и посмотрели друг другу в глаза. Стас потянулся, поставил свой бокал на тумбочку, отобрал и туда же, чуть не уронив, пристроил Никитин. - И поцелуй, - наклонившись, прошептал он в самые губы своего парня и легонько лизнул их, ласково, едва касаясь. Ник улыбнулся и, придвинувшись ближе, потянулся за поцелуем. Их языки переплелись, вытанцовывая свой, известный только им танец. Нежно, трепетно, то едва дотрагиваясь друг до друга, то впиваясь со всей страстью. Никита потихоньку начал расслабляться от этой ласки. Страх уходил, и Ника накрывало радужное чувство с диким ликованием внутри от осознания того, что его первый раз будет с любимым человеком, при том любимым взаимно. Стас тихонько толкнул Никиту, принуждая лечь на кровать. Поцелуй не прервался, одни губы все так же ласкали другие, все больше и больше расслабляя так дрожащего пару минут назад от пугающей неизвестности парня. - Ты еще боишься? - почему-то шепотом спросил Стас. - Нет, - ответил Ник. - Не знаю. - Так не пойдет. Я не хочу, чтобы ты чего-то боялся. Давай я тебе сделаю массаж. Он поможет тебе успокоиться окончательно, и ты привыкнешь к моим прикосновениям. - А ты умеешь? Ты прям все умеешь! - Не сказал бы, что я такой уж мастер, но я занимался профессиональным спортом, мне делали массаж, я видел, как его делают, и даже читал, как его делать, чтобы расслабить натренированные мышцы. Ну что? - Хорошо. Ник перевернулся на живот. Он был в одних боксерах, так как не рискнул выйти из ванной в одном полотенце, как это сделал Стас, а футболку побоялся надеть, чтобы не казаться слишком уж закомплексованным. Наконец они устроились: один распластался на кровати, пытаясь окончательно успокоиться, ведь ничего такого еще не происходит; другой уселся на бедра своего парня, чтобы было удобнее. Стас начал аккуратно оглаживать спину Никиты, мышцы которого под легкими касаниями рук поначалу немного напрягались, вздрагивая. Ник задерживал дыхание, прислушиваясь к своим ощущениям, но через несколько минут привык, задышал ровнее и разомлел от неспешных мягких движений. Стас постепенно спускался ниже, гладя уже поясницу, потом, приспустив трусы, перешел на ягодицы Никиты, покрытые светлым мягким пушком, помассировал их, следя за реакцией Ника, но тот был спокойным, не зажимался, и это провоцировало на более смелые действия. Стас аккуратно раздвинул половинки и легонько провел пальцем по промежности, слегка нажав на розовую дырочку. Ник вздрогнул. - Тихо, не бойся. - Стас потянулся, взял с тумбочки белый тюбик и положил рядом с собой. - Для того, чтобы тебе не было больно, тебя надо растянуть. Я буду осторожно. Если что, ты мне сразу говори. И не бойся. - Это больно? Ты так меня успокаиваешь, что стало не по себе. - Никита встревожено обернулся и посмотрел на своего парня. - Это... ну я не сказал бы, что очень уж больно... Ты боишься неприятных ощущений или это что-то другое? - Стас видел, что Никите неловко лежать голой попой кверху. - Не знаю. - Ника все это ужасно смущало, и понятие того, что Стас будет засовывать ему... в попу, слегка пугало... но и будоражило. - Давай, - еле слышно произнес он и опустил голову, пряча зарумянившиеся щеки в подушку. Стас довольно улыбнулся - ему дали добро. Он быстро стянул с Ника боксеры, отбрасывая их в сторону, взял тюбик, выдавил себе на пальцы немного смазки, поднес руку к своим губам и подул, согревая прохладный гель. Другой рукой он возобновил массаж ягодиц, сминая их, пощипывая, слегка разводя и дотрагиваясь пальцем до сжатого колечка мышц. Ник лежал спокойно, слегка скованно, ожидая. Стас приставил смазанный лубрикантом средний палец к анусу парня и слегка нажал, проникая внутрь на одну фалангу. Никита ойкнул и дернулся, слегка приподнимая попу. - Все, пока я больше ничего не буду делать, расслабься, - успокоил его Стас, второй рукой поглаживая копчик Ника. - Это все? - непонимающе поинтересовался Никита, говоря через почти сжатые зубы. Первая боль потихоньку уходила, но неприятные ощущения еще оставались. - Нет, но сразу все нельзя, будет больнее, чем сейчас, - объяснил тот. - Ты же мне доверяешь? Никита кивнул и опять уткнулся носом в подушку. Конечно, доверял. А кому же еще можно так довериться, как не своему парню? - Вот и хорошо, - больше успокаивая сам себя, проговорил Стас. Он начал потихоньку шевелить пальцем внутри Ника и одновременно, наклонившись, покрывать его спину легкими поцелуями, выводить, едва касаясь языком, мокрые рисунки на его коже, отвлекая этим от основного действа. Так, постепенно, продвигаясь по миллиметру, отводя внимание от процесса проникновения своими губами, порхающими по коже Ника, Стас полностью ввел палец. И замер. - Как ты себя чувствуешь? - спросил он. - Все хорошо, - ответил Ник, обернувшись. - Это слегка больно и… странно, и… я бы не сказал, что совсем уж неприятно. Стас улыбнулся, поцеловал Никиту в ягодицу и начал легонько вращать палец, оглаживая девственные стенки и помогая мышцам еще больше растянуться и свыкнуться с наполненностью внутри. Наконец Стас решил, что достаточно. Слегка вынув палец, он присоединил к нему второй и надавил. Никита сжал зубы, тихонько зашипел, но промолчал. Стас потихоньку двигался дальше. Процесс продвигался медленно, но проникновение не причиняло совсем уж невыносимую боль. Никита лежал, прислушиваясь к себе. Он чувствовал, как пальцы внутри него аккуратно раздвигают внутренние мышцы. - Потерпи, - успокаивал, поглаживая его, Стас. - А потом я тебя пожалею. - Он провел ладонью вдоль позвоночника парня. - Сильно, сильно пожалею. Прошло еще несколько томительных минут. - Вот и все, - сказал очевидное Стас. - Как ощущение? - Ну... мне что-то засунули в задницу. - Никита усмехнулся, глядя сквозь ресницы полуопущенных век. - А что, я должен чувствовать что-то другое? Тянет немного, чуть неприятно, чуть необычно. И все желание... хм... упало... - Так мы вернем, - усмехнулся Стас, легонько шлепнув Никиту по попе. - Ты жалеть обещал. - Обещал. Давай ты перевернешься на спину. Стас помог Нику перекрутиться вокруг своей оси, но пальцев не вынул, наоборот, начал легонько шевелить ими внутри, надавливая на стенки, растягивая их. Другой рукой он медленно начал гладить Никиту: по груди, животу, по боку, по бедрам, по стройным и красивым ножкам, к которым испытывал особый трепет. Ник лежал, прикрыв глаза, ему явно уже не было больно. Стас довольно улыбнулся. - Нравится, - проговорил он Нику прямо в губы, наклоняясь, и поцеловал. - А сейчас еще лучше пожалеем. Стас поцелуями начал спускаться ниже, от подбородка к такой сладкой шейке, от шеи к манящим бусинкам сосков, ниже, к пупку, нервно вздрагивающему от проникновения в него мокрого языка, и дальше, к паху, где возбуждение уже не только вернулось, а даже усилилось, блестя сверху выступившей капелькой смазки. Никита почти не дышал, когда Стас, выцеловывая его, спускался вниз, к самому главному. Игры вокруг пупка натянули струны внутри него, и ожидание стало совсем невыносимым, поэтому, когда Стас резко и сразу на всю длину, взял в рот его член, Ник глухо простонал, выгибаясь в спине. Стасу понравилась такая реакция, и он продолжил ласкать уже донельзя возбужденный орган Никиты, при этом он к двум пальцам добавил третий. Ник не выказывал никакого недовольства по этому поводу - значит, эта манипуляция никаких ощутимо болезненных ощущений не вызывала. Член у Никиты был небольшим, ровным, с не слишком выпирающими голубыми венками, как раз то, что нравилось Стасу, ведь ласкать такую красоту одно удовольствие: можно легко заглатывать, посасывать, надрачивать губами, двигаясь от головки к основанию. Ник плыл, возбуждение бурлило в венах. Стас вытворял ртом такое, о чем и подумать раньше было стыдно, а сейчас от этих ощущений полностью сносило крышу. Хотелось еще дольше, хотелось... И тут Стас шевельнул пальцами внутри, так, что Никиту выгнуло, пальцы ног сжались, и он мелко задрожал всем телом. Стас попытался успокоить Никиту, погладил его, но от прикосновения к коже Ник дернулся. Возбуждение каким-то непонятным способом равномерно распределилось по всему телу, оголяя каждый нерв, каждую клеточку кожи… - Так ты так сильно реагируешь на прикосновения там, внутри? – Стас с легким нажимом проехался пальцами по простате. Никита громко вскрикнул, вытягиваясь всем телом и делая попытку отстраниться. - Куда ты? Еще не все, еще самое начало. Ты такой отзывчивый, такой страстный. - Стас легонько целовал тяжело дышащего парня в прикрытые веки. - Мне так нравится, как ты реагируешь, - и он опять наклонился к паху, одновременно ощупывая затвердевший бугорок простаты. Никита напрягся, сильно, даже мышцы заныли одновременно по всему телу. Он сам не понимал своей реакции. Эта точка внутри него... Прикосновение к ней пальцев ощущалось как взрыв, который воспламеняясь, обжигал его, разливался вдоль позвоночника, обдавая жаром все тело. Хотелось кончить, все равно как, главное - достичь разрядки любым способом и желательно раньше, чем закипит мозг, и он тронется рассудком. Он положил руки на голову Стаса, удерживая ее, качнул бедрами, чтобы максимально вбиться горящим органом в рот парня, и слегка заелозил по кровати, насаживаясь на пальцы, выгибаясь, направляя их к нужному месту. Ему это удалось, и давление пальцев на простату выгнуло его, скручивая все внутри, сотрясая все органы, весь воздух выбило из легких, перед глазами закрутились разноцветные круги… и приближающийся оргазм уже было замелькал волшебным хвостиком, но… Стас крепко сжал его член у основания, слегка оттянув яички. - Не так быстро, малыш, успокойся. - Он подтянулся выше и поцеловал Ника. Тот весь был покрыт капельками пота. - Дыши, давай. Раз, два... Ну? - Я не могу, пожалуйста, Стас, - голос Никиты был хриплым и еле слышен. - Еще рано, тебе может быть больно… - Нет, не будет больно. Я не могу больше терпеть, я хочу тебя… - Ник открыл глаза и умоляюще посмотрел на Стаса. - Хочу тебя внутри... Стас сам чуть не кончил, наблюдая за реакцией Никиты. Он быстро подскочил, встал на четвереньки, небольшими крутящими движениями достал пальцы. Ник застонал - пустота внутри охладила его, а член уже просто болел от возбуждения. Стас подтянул его к себе, приподнял, затолкал под попу подушку, схватил с тумбочки и рванул зубами пакетик презерватива, достал резинку, раскатал и, решив, что смазки хватит, ибо сил искать куда-то завалившийся тюбик не было, начал входить в Ника, стараясь сдерживаться и не делать резких движений. Но Никита ждать уже не мог. Он резко приподнялся и с силой качнулся вперед, насаживаясь сразу по максимуму. Тянущая боль еще больше взбудоражила его, наслаждение стало горяче-томным, с примесью терпкой горечи, идущей изнутри. И он сам начал двигаться, призывая к этому действию Стаса. Того не надо было долго уговаривать - ему, столько терпевшему и наблюдавшему, уже не хватило бы никакой силы воли, чтобы сдерживать себя, и он начал вколачивать сильно, с размахом, пытаясь каждый раз входить под другим углом, ведь должен же он… Ник дернулся, закричал и попробовал соскочить - реакция на прикосновение к простате отдавала болезненным наслаждением, терпеть которое было уже невозможно. Стас крепко, до синяков, схватил его за бедра и начал двигаться, не меняя положения. Никита метался, вздрагивая, инстинктивно выгибаясь, замирая, пытаясь контролировать свои движения, то насаживаясь, то отстраняясь. Ему хотелось продлить этот процесс, но наслаждение достигло максимального пика, и он двигался все быстрее, крепко обнимая ногами Стаса за талию, прижимая к себе, приподнимаясь и почти становясь на лопатки. Надолго их не хватило. Тяжелое дыхание, стоны с громкими всхлипами затихли через пару глубоких фрикций, и оба замерли. Оргазм был одновременный, оглушительный, сотрясающий оба тела в одних конвульсиях. Стас не удержался и рухнул на Ника, но в последний момент все же успел опереться локтем о кровать и перенести часть веса на руку, чтобы не задушить парня своей массой. Стас таких девственников еще не встречал. Правда, этот был только второй, чего уж скрывать. Но такого он не ожидал. Первый кричал, верещал, плакал, ему все было не так, все больно, и в итоге у них ничего толком не вышло. А тут столько огня, столько чувственности, энергии... И не подумаешь о таком, разглядывая надменную холодную мордашку на таблоидах. Некоторое время они молчали, пытаясь отдышаться и привести сердцебиение в нормальный ритм. - Ты живой? – спросил минут через десять Стас. - Да, - вздохнув, ответил Никита. - Живой вроде. Стас тихонько засмеялся и сполз с Ника, улегшись рядом. - А я тебе даже завидую, - сказал он. – Ты так реагируешь на прикосновения внутри, на стимуляцию простаты. Ты бы видел себя в эти минуты. - Почему завидуешь? – Никита повернул голову и посмотрел на парня удивленными глазами. - Потому что завидую. Я ведь тоже пробовал быть снизу, наслушавшись и начитавшись всякого. И знаешь? Ничего. Да, какое-то чувство наполненности, растянутости... Не скажу, что было совсем уж неприятно, но, в общем-то, ничего. Просто ничего. - Стас засмеялся. – В последний мой эксперимент я просто тупо лежал попой кверху и ждал, чуть ли не скучая, когда кончит партнер. Мне тогда даже смешно стало. Подумалось о девушках, которые умеют симулировать оргазм. Размышлял, попробовать или нет. - Попробовал? - Нет, у меня тогда вообще все желание пропало, все упало. И я решил, что это, наверное, не мое, и мне не дано и решил больше не экспериментировать. - А может, ты не с тем эксперименты проводил? - Может, и не с тем. - Мысли Никиты его забавляли. - Я подумаю над этим. В душ пойдем? - Нет, я наверное не встану - болит… - Ник скривился. - Ощутимо. - Я же говорил, что быстро. Я скоро. Стас поднялся и пошел в ванную. За пару секунд сполоснулся сам и, почти не вытираясь, смочил полотенце и вернулся назад. - Будем тебя мыть так, - сказал он, садясь на кровать. Он провел мокрой тканью по телу Никиты. Тот дернулся, отодвигаясь. - Холодная? – удивленно спросил Стас. Он вроде горячей водой пользовался. - Нет, просто прикосновения, они... они… не знаю… Как будто что-то бурлит под кожей, неприятно. - О, это, конечно, тебя взбудоражило сильно, но вытереться надо, хоть чуть. Я легонько. - И он аккуратно, не надавливая, начал обтирать Никиту. Тот чуть вздрагивал, но не отстранялся, да и влажная кожа, охлаждалась воздухом быстрее, успокаиваясь. - А когда можно будет повторить? - спросил Ник, слегка покраснев. - Ну ты даешь! - Стас улыбнулся. - Я могу хоть сейчас, но тебе стоит подождать пару дней... - И так всегда будет? Ну, после... надо будет ждать пару дней? - Вопросы Ника смущали, но любопытство побеждало. - Ой, чувствую, тяжко мне с тобой придется. - Стас тихонько засмеялся. - Придется этих двух назад заселять, что б слегка охлаждать твой пыл. - Не надо никого заселять. - Ник отвернул голову и закусил губу. - Я пошутил, - Стас уже закончил вытирать его и, наклонившись, поцеловал в живот. - Первый раз самый болезненный, потом будет проще, и можно будет этим заниматься чаще. Тебя устраивает такой ответ? - Устраивает, - чуть обиженно прошептал Ник. - Тебе смешно с меня, да? - Нет, ты правильно делаешь, что спрашиваешь. И не дуйся, а то сюрприз не покажу. - Какой? - Глаза Ника заинтересованно загорелись. - Пока не скажу. Сначала надо поменять простынь - я намочил ее всю полотенцем - и подогреть тебе вина. - Мне? Вина? А зачем греть? - Ты слишком перевозбудился и не заснешь. А теплое вино тебя успокоит. - А сюрприз? - Потом сюрприз. *** Через какое-то время Ник, расположившись полусидя на кровати, пил из кружки горячее вино. Было даже вкусно, и тепло приятно разливалось по желудку. Стас заканчивал перестилать вторую половину кровати. - Так, давай кружку. - Он забрал такое вкусное вино, Ник даже расстроился. - Сможешь сам переползти? - Смогу, инвалидом я еще не стал. Никита довольно шустро перебрался на другую сторону кровати и потребовал вино обратно. Улыбнувшись, Стас отдал. По его мнению, это питье было сущей гадостью, но Никите понравилось. Его Ник вообще не такой, как все, с какой стороны ни посмотри. Наконец все было готово. - Ну что, допил? Никита кивнул головой. - Понравилось? – Стас забрал у него кружку. - Да, очень. Но спать не хочется. - Ну, тогда будем лечиться. Я тут вспомнил про лекарства, что Юра принес, - и выудил пакетик из-под кровати. - Я сам. - Никита протянул руку. - Хорошо, давай сам. - Стас решил, что не стоит больше смущать Ника, хватит с него и умывания в его исполнении. Ник рассмотрел содержимое этой спец аптечки, почитал и многозначительно посмотрел на своего парня. Тот молча поднялся и вышел из комнаты, прошел на кухню и, открыв форточку, закурил. Вот ему спать хотелось. Переезд, беготня по магазинам, уборка квартиры, приготовление сюрприза, секс – ощутимо вымотали его, глаза уже почти закрывались сами собой. Он встряхнул головой, сбрасывая сонливость и затушил сигарету. Лишь бы только Ник расслабился и уснул. - Ну что? – Стас зашел в комнату. - Будем спать? - Ты же обещал… - Я помню. Стас потушил свет и улегся спиной на кровать, пододвинув Ника к себе. - Укладывайся и смотри на потолок. Я все время думал, заметишь ты или нет. - Что? – Тот быстро улегся, положив голову на плечо Стаса, вытянувшись. - Что я должен был заметить? - Наоборот, не должен был. Смотри. И на потолке вспыхнули звезды. Их было много и они мерцали бледно голубым цветом, было очень красиво и волшебно. - Ух, ты! - вырвалось у Ника. - Откуда это? - Из моего детства. Я увлекался астрономией, меня даже звездочетом прозвали. Отец привез это из командировки, когда ездил заграницу. Я сегодня полдня приклеивал эту красоту к потолку, весь твой потолок испортил. - Стас поцеловал Ника в макушку. - Простишь? И еще пульт есть. Они могут и цвет менять, и мигать. Тут несколько режимов есть. - Прощу потолок, но дай. Стас вложил в руку парня пульт и начал на ощупь, пальчиками Ника, нажимать на кнопки, показывая, как все переключается. - Как круто! - Никита перещелкивал режимы, и каждое последующее изменение приводило его в восторг. - А это просто звезды? - Нет, здесь все знаки зодиака. - А где Дева? - Дева? – Темнота, мельтешащие в глазах огоньки усыпляли Стаса. - Ах, точно, ты ведь у меня Дева! – засмеялся он. - А что? - Ничего. Вон там смотри. А рядом Лев – это я. - Так ты Лев? И когда у тебя День рождения? - 17 августа. - Так ты старше меня всего лишь на 11 дней?! - Нет, малыш, на год. Так вышло, что в школу я пошел позже. Мой отец поначалу был военным, и жили мы в каком-то забитом месте, где не было школы, и меня надо было далеко возить. Поэтому я пошел через год, когда отца перевели в город. - Хм, ясно. - Ник, давай спать. - Давай. А можно я оставлю звезды? Пусть горят. - Можно. - Стасу уже было все равно - хоть звезды, хоть коровы, спать хотелось сильно. Никита пощелкал пультом, выбрал серебристый цвет и отложил пульт. Спать не хотелось вообще. Он попробовал улечься, переложил подушку - не понравилось, улегся на Стаса, повозился... Все как-то неудобно. - Чего ты крутишься? - спросил тот сонным голосом. - Не знаю. Стас сгреб его в охапку, перевернул на живот и уложил почти на себя, обнимая руками. - Удобно? - Ыгы. - Вот и спи. Но вот не спалось, и все тут. И скучно стало. Никита стал выводить пальчиком узоры на груди Стаса. - Не спится? – сквозь уже приплывший сон спросил Стас. - Неа. - И что мне с тобой делать? - Рассказать сказку. - Сказку? – Стас даже проснулся от такого заявления. - Ну, да. Людям, которые не могут уснуть, рассказывают сказки. - Никогда такого не слышал. А это точно поможет? - Да, - твердо ответил Ник. - Наверное, - добавил он уже неуверенным голосом. - Но, думаю, стоит попробовать. - Хорошо. Тебе про кого? - Не знаю. Я колдунов и ведьм люблю, ну, или про животных. Стас задумался. Сказки он помнил смутно. В голове крутились только колобок с курочкой рябой, но они казались тут не к месту. - Ты что, уснул? – слегка обиженно потряс его Ник. - Не уснул. Слушай. Жил-был черный волк. Был он большим, сильным, красивым, спортом занимался и вообще самым крутым. - Ну-ну, - Ник догадался, кого так красиво описывает Стас, и улыбнулся. Ишь ты, самым крутым, видели мы эту крутизну. - В общем, был он волком хоть куда. Были у него друзья, и вообще он хорошо проводил время. Как вдруг к их стае прибился белый волчонок. Его все пожалели, пригрели, а он стал донимать черного волка. Вот таким он был вредным, наглым, строптивым… - Почему? – Никита даже приподнялся. - Я не такой! - А ты тут причем? Это сказка. - Но ведь… - Ты слушать будешь? - Буду. - Никита решил послушать дальше, а потом уже убивать за все вместе, чтоб лишние силы не тратить. - Так вот. - Стас улыбался собственным выдумкам, даже сон отполз в сторону. - Черному волку это все не нравилось, и он решил воспитать маленького засранца. - Какое благородство! - хмыкнул Ник. Засранца он тоже запомнил. - И начал воспитательные меры, только словесные, без лапоприкладства. Но волчонок не слушался, только огрызался, что бесило черного еще больше. Так продолжалось какое-то время, и белому это надоело. Решил он отравить своего врага. Пришел в чащу к колдунье и попросил у нее самого сильного яда, потому что терпеть больше не мог. И та дала ему шоколадку «Баунти». Никита засмеялся. - Чего ты ржешь? Это же трагический момент, тут надо плакать начинать. - Хорошо. - Никита успокоился и, поерзав, улегся поудобнее. - Я завтра поплачу, хорошо? - Хорошо. Так вот. Взял он отравленную сладость и подбросил черному волку. Тот съел, но не умер. Пошел волчонок опять к колдунье, та опять дала «Баунти», но это тоже не дало результатов. Так продолжалось несколько недель, и белый волчонок, пока наблюдал за волком и подбрасывал ядовитые шоколадки, понял, что тот не так уж плох, и что он влюбляется в него и не хочет его смерти. Но шоколадки не могли убить, так как в том лесу жила добрая колдунья. Она знала, что черный волк не злой, просто его сердце заледенело. Волки однолюбы, и он полюбил, сильно, как ему казалось, на всю жизнь. Но его предали, и сердце, оно покрылось коркой льда и не хотело больше биться ни для кого. А шоколад был волшебный. Колдунья подсмотрела в свое чудо-зеркало и увидела, что черному волку нравится белый волчонок, и он просто боится опять открыться кому-то, и именно эта незатейливая сладость потихоньку помогала растапливать лед на замершем сердце волка. И в какой-то момент он понял, что самое дорогое, что у него есть на земле, – это белый маленький волчонок. Он пришел к нему поговорить, но тот испугался, что его раскрыли и убежал. Три дня и три ночи догонял его волк, чуть ноги на лестнице не переломал, и догнал в пещере, обманув злую ведьму, что охраняла вход. Он подхватил свою добычу и сказал, крепко сжав в объятиях… - Стас сильнее приобнял Ника, показывая важность момента, и удивленно посмотрел на него. Тот спал, слегка приоткрыв рот и забавно посапывая. - Я люблю тебя! – Он легонько погладил его по растрепанным светлым волосам. - Спи, мой волчонок. Я теперь всегда буду с тобой. Почему люди счастливы когда влюблены? Он улыбнулся - ты счастлив. Он взял за руку - ты счастлив. Он обнял,поцеловал - ты взрываешься от счастья. Он прошептал "я тебя люблю" - ты взлетел на седьмое небо от счастья. нет определенного ответа... когда любишь,этот человечек и есть твоё счастье... все его слова, взгляды, действия... всёёё... всё что связано с ним - для тебя счастье.