Дух Рождества

Deck the halls with boughs of holly!*

В школе чародейства и волшебства Хогвартс просыпалось воскресное предрождественское утро. Всё было тихо: в холле ни души, входные двери замка ещё не открывались навстречу начинающемуся зимнему дню. Хотя постойте, какой-то шорох на лестнице, сдавленный смешок. И вот словно из ниоткуда (но мы-то с вами знаем, что из-под мантии-невидимки) появились два третьекурсника. Это были неразлучные друзья — Джеймс Поттер и Сириус Блэк. Свою очередную проделку они решили творить с утра пораньше. ― Ну что, вроде, всё тихо, — Сириус обвёл взглядом холл. ― Конечно! В такую-то рань. До завтрака ещё уйма времени, так что мы всё успеем, − оптимистично заявил Джеймс, направляясь ко входу в подземелье. ― Отлично! — Сириус присоединился к товарищу. — Эх, не надо было Нюниусу вчера применять к тебе Обезноживание. ― Он за это поплатится, — задиристо сказал Джеймс, и глаза его мстительно блеснули. Он достал из кармана небольшую стеклянную банку и открыл крышку. В банке оказалась густая прозрачная субстанция. — Ну что, приступим? Банка была приобретена в магазине волшебных фокусов «Зонко» ещё в первый поход друзей в Хогсмид, а её содержимое мгновенно намертво приклеивало всё, с чем соприкасалось, часами не застывало и было практически незаметным на любой поверхности. Использовать его предлагалось для «невинных» розыгрышей или создания ещё более «весёлых» штуковин. Сириусу и Джеймсу прямо-таки не терпелось испытать приобретение, и вот случай, наконец, представился. План был такой: намазать этой субстанцией пол у выхода из подземелья, спрятаться в чулан для мётел и швабр и наслаждаться видом приклеивающихся к полу слизеринцев. Хорошо бы, чтобы первым был Снейп, но любой попавший в их ловушку представитель враждебного факультета будет радовать глаз. Размазать этот замечательный клей по полу и не приклеиться самому было непросто, так что мальчишки очень увлеклись, и громкий возглас «Ага!!» застал их врасплох. Школьный смотритель Филч схватил обоих за воротники мантий. ― Попались, вредители! — победоносно завопил Филч. Он оттащил обоих ребят в сторону, чтобы видеть, что они затеяли. — И ни шагу отсюда! Наказание вам уже обеспечено, так что не стоит ещё больше усложнять себе жизнь, — и смотритель принялся изучать «место преступления». Внимательно осмотрев пол, он осторожно забрал у Джеймса банку (Филч уже давно понял, что подозрительные предметы из рук подозрительных школьников нужно брать с величайшей осторожностью) и принялся изучать этикетку. ― Значит, решили, что это будет смешно? — рявкнул он, переводя взгляд с банки на мальчишек. ― Да, — дерзко заявил Сириус, не опуская глаз под взглядом Филча. ― Ну что ж, идёмте к вашему декану — расскажете ей, что в этом весёлого, — и завхоз повёл ребят в кабинет профессора МакГонагал. Да, ситуация складывалась не в пользу юных гриффиндорцев: их ожидал весьма неприятный разговор с деканом факультета (и это перед завтраком!) и наказание (и это когда до рождественских каникул рукой подать!) «Может, отложат на потом…» — с надеждой подумал Джеймс. — «Нет, вряд ли. Ну хоть наш клей Филч с полу забыл стереть». Эта мысль порадовала Поттера и он украдкой подмигнул другу. Влетело им по полной. Профессор МакГонагал явно не такие новости хотела бы получить в воскресенье утром: ― Наказание будете отбывать сегодня же вечером. Мистер Филч, в шесть часов в холле подойдёт? Ну вот, вечер выходного насмарку! Но едва им разрешили покинуть кабинет, Джеймс и Сириус припустили обратно в холл — вдруг удастся увидеть, чем всё закончилось, не зря же старались. И действительно, не зря. Подбежав к лестнице, друзья сразу увидели, как внизу, у выхода из подземелий, мнутся шестеро слизеринцев, не в силах сдвинуться с места. И Снейп в их числе! Друзья просияли.

***

Идти вечером на отработку наказания не хотелось — Филч наверняка завалит грязной работой! Но делать нечего, и друзья нехотя поплелись в холл. Школьный смотритель уже ждал их. Рядом с ним была пара вёдер, швабр и метёлок — друзья мрачно переглянулись. ― Раз вздумали полы пачкать, то сами и будете их отмывать, — злобно сказал завхоз. — Только в Большом зале. Берите всё это и вперёд. Джеймс и Сириус, гружёные набором поломойки, в сопровождении Филча направились в Большой зал и нехотя принялись за работу. Кроме них в зале никого не было, и поэтому он казался ещё больше, чем обычно. Да он был просто огромен! Целой ночи не хватит, чтобы вымыть его. Друзей не радовало даже то, что он уже был украшен к Рождеству. Работа продвигалась медленно. Филч ходил следом, дышал в спину и требовал, чтобы пол блестел. ― А клеем замазали всего маленький участок, — недовольно бурчал Джеймс. ― Работайте, работайте! Небось, в следующий раз не станете вредительствовать, — занудничал Филч. — Что случилось, моя дорогая? Ребята оторвались от работы и увидели, что в зал проскользнула Миссис Норрис. По её виду и пронзительному мяуканью сразу было ясно, что она ябедничает. ― Придётся идти туда, — пробормотал завхоз. — Эй вы! Продолжайте работу и из зала ни шагу! Я скоро вернусь и проверю, что вы успели сделать. Не уйдёте, пока все полы не будут блестеть! — с этими словами Филч поспешил следом за Миссис Норрис вон из зала. Сириус отбросил швабру, едва за смотрителем закрылась дверь. ― Уф, у меня уже спину ломит. ― Да, — согласился Джеймс, охотно присоединяясь к самовольному перерыву друга, — и руки отвалятся скоро. ― А недурно украсили в этом году, — Сириус обвёл взглядом Большой зал, наряженный двенадцатью пушистыми елями, гирляндами остролиста и пучками омелы. — Сейчас самое время и место, чтобы проникнуться духом Рождества, он подмигнул другу и вдруг завопил во всё горло: Deck the halls with boughs of holly, Fa la la la la la la la la! Джеймс так и покатился со смеху. А Сириус продолжал: ‘Tis the season to be jolly, Fa la la la la la la la la! Слова задорной рождественской песенки гулким эхом разносились по всему залу. Тут уж и Джеймс не удержался. Он подхватил швабру и пустился с нею в пляс, подпевая: Don we now our gay apparel, Fa la la la la la la la la! Troll the ancient Yule tide carol, Fa la la la la la la la la! — дружно завершили они первый куплет. Забыв про наказание, друзья веселились вовсю. Они распевали весёлую песню и аккомпанировали себе швабрами по вёдрам. Оба явно прониклись Рождественским Настроением (ну или, может, мозгошмыгов наловили). See the blazing Yule before us, Fa la la la la la la la la! Strike the harp and join the chorus. Fa la la la la la la la la! Follow me and merry measure, Fa la la la la la la la la! While I tell of Yuletide treasure, Fa la la la la la la la la! Друзья настолько разошлись, что принялись левитировать инвентарь, выданный им для уборки, по всему залу. Fast away the old Filch passes, Fa la la la la la la la la! Hail mischief, ye lads and lases, Fa la la la la la la la la! Вода давно была разлита по полу, так что ничего удивительного в том, что Джеймс вдруг поскользнулся и, не удержав равновесие, шлёпнулся на пол. Естественно, часть левитируемых предметов с диким грохотом тоже упала на пол. Но этим не ограничилось — по неведомым причинам (или будучи сбитой летающей шваброй) накренилась и начала падать одна из нарядных елей. Будто в замедленной съёмке наблюдали Джеймс и Сириус за её падением: как она кренится и грохает об пол, как бьются украшавшие её шары и сосульки, как осколки разлетаются во все стороны. В Большом зале воцарилась звенящая тишина. ― Deck the hall with shard of Christmas**, — оторопело проговорил Джеймс. — Надо как-то это исправить, — добавил он, поднимаясь на ноги. ― Да-а, — протянул Сириус, — а то бедняга Филч совсем взбесится. Ещё запрёт нас в подземелье, без ведома учителей. ― Репаро! — Джеймс взмахнул палочкой. Ничего не произошло. ― Репаро! — в этот раз Джеймс вложил в заклинание больше настойчивости. Несколько шаров подчинились и теперь лежали на полу целые и блестящие, но ель по-прежнему была в руинах. Джеймс начал паниковать. ― Подожди, давай попробуем вместе, — Сириус подошёл к другу. Они приготовились взмахнуть палочками, а за дверями зала послышались шаги. ― Это Филч! Скорее! ― Репаро! — воскликнули ребята вместе, и, о чудо, ель начала подниматься, заняла своё место, все поломанные ветки выпрямились, и их снова украсили шары и сосульки. Мальчишки едва успели схватить швабры, как вошёл завхоз. Он подозрительно оглядел зал, работающих ребят и сказал: ― Так, ладно, с вами всё на сегодня. Нужно срочно составить докладную директору на Пивза. Хорошо, что Миссис Норрис, моя умница, вовремя меня предупредила о его проделках. Преступлениях! — Филч прямо светился от радости. — Отнесите вёдра и швабры в чулан и смотрите у меня! Чтобы больше никаких выходок, а то буду ходатайствовать директору о вашем исключении, — пригрозил напоследок смотритель, и друзья поспешили покинуть зал.

***

― Вот это повезло! — радовались они несколькими минутами спустя, направляясь в свою гостиную, — всего-то часа два проработали. ― Или песни пропели? Кстати, ты неплохо поёшь! ― А ты замечательно танцуешь! — Сириус и Джеймс рассмеялись. ― Вот он, настоящий дух Рождества.