Филипп
30 декабря 2019 г., 10:41
Элизабет думала, что мукам не будет конца, однако плач ребенка, разнесшийся по дому победным, ликующим и надрывным криком, опроверг ее предположения.
— Филипп… — словно молитва, словно благословение, короткое имя принесшее спасение.
От навалившейся усталости, едва удалось открыть глаза, однако… Когда Элайза почувствовала тепло своего сына, увидела крошечные черты его лица, его невольную и еще не совсем осознанную улыбку, которая, очевидно, была лишь одним из рефлексов, что-то гораздо большее, чем просто любовь и убийственная нежность пронзило ее сердце.
Это чувство нельзя предать словесному описанию. Все попытки будут провальными, а определения не совсем полными и точными, оскорбляющими возвышенность этого неведанного и неоспоримо прекрасного нечто.
То, как ребенок кривил розовые губы, морщил крохотный носик или даже просто дышал — все, абсолютно все вызывало неподдельный восторг и умиление, точно Филипп в эти мгновения делал что-то неоценимо полезное для целого человечества.
Элизабет и не заметила, как под напором всепоглощающего счастья, она уронила несколько слезинок, ознаменовавших торжество материнства.
И в этот момент было совсем неважно, кем станет ее сын. Поэт, юрист, военный… Неважно. Главное, чтобы он был счастлив. Просто счастлив. Она осторожно целует мягкую щечку и клянется сделать для этого все от нее зависящее.
И если бы только в этот момент Элайза знала, если бы только могла предположить, что уже через девятнадцать лет ее дрожащие пальцы будут отчаянно сжимать ткань сюртука Филиппа, точно стараясь таким незамысловатым способом удержать тепло жизни сына, она бы не поверила. Она бы не смогла вообразить.
Элизабет думала, что мукам не будет конца, однако плач ребенка, разнесшийся по дому победным, ликующим и надрывным криком, опроверг ее предположения.
— Филипп… словно молитва, словно благословение, короткое имя вновь принесшее спасение.
