Коньки

      В Лиде наконец-то наступил долгожданный морозный день. Солнышко приятно слепило глаза, а с неба падали пушистые хлопья снега. Целый месяц погода предательски не хотела порадовать людей большими сугробами и морозом, но в канун Нового года за ночь выпало столько снега, что жители города тут же забыли осеннюю одежду и переоделись в тёплые пуховики. Лида радовала своей новогодней атмосферой, повсюду стояли ёлочки, украшенные шариками, зверушками, бантиками, блестками. Иногда в городе разносятся громкие звуки взрывающихся хлопушек. Новый год ещё не начался, а люди по полной уже справляют. Но многие опоздавшие все ещё ездят по городу, обыскивая подарочные магазины в качестве хорошего подарка своему другу, сестре или просто близкому человеку.       Каток вчера залили и он великолепно промёрз за ночь. Первым делом мы захотели его опробовать. Под предлогом «мы» я имею ввиду себя — великолепного, замечательного, прекрасного, красивого Лаггера, любимого всеми зрителями ютуба Андрея Шавеля, ну и... Ярослава Косухина. Он дурак, короче, с чубом. Я не знаю, что он здесь забыл, я его не звал… — В смысле не звал?! — ко мне подъехало пару длинных ног, прерывая мою прекрасную речь, — Че это ты тут снимаешь без меня? Охренел говорить, что ты меня не звал? — Ой, а это не твоё дело, Мистюшка, — я развернулся к парню, всматриваясь в пару больших голубых глаз, что так блестели на солнце, — ведь не у меня же голубой взгляд, — я растянул улыбку на сколько это возможно, показывая тем самым ехидную улыбку. — Ах, ты ж собака сутулая… — Яру явно не понравилось мое «замечание» по поводу его глаз, но он не обиделся. Ведь на меня обижаться просто невозможно, так как могу обидеться я и всем здесь не поздоровится. Вот такая я машина для убийств! — Катайся, пока можешь, — я злобно хихикнул, — ночь вся впереди. — Боюсь, что до этой ночи ты не доживёшь, скотина, — Яра что-то буркнул себе под нос, но по льду дальше все же заскользил.       Продолжим разговор. Вчера вечером ко мне приехал этот самый Ярослав, которого вы увидели в камере. Он вообще дурачок, бойтесь его, он на людей кидается. — Че ты несёшь там?! — вновь ко мне приплыло на коньках «голубой силы облачко». — Я снимаю тут видео! Ты своим голубым сиянием весь обзор на меня запортил! — я сделал в шутку злобную гримасу. — Урод сохатый, — Яр снова уехал, оставив наконец меня наедине со зрителями… будущего ролика.       Вот видите, говорю на людей кидается. Приходится его усмирять порой. Один раз в психушке сидел, чуть собаке лапу не отгрыз… — Чего?! — чубатое чудо на ножках вновь подъехало ко мне, смеясь, — Это я на людей кидаюсь? — Ну не я же. Я собакам лапы не грызу, — я посмеялся. — Идиот, кончай играть в майнкрафт, на тебя квадратный мир немножко свалился, придурок. — Кончать? Куда? — На лицо себе! — Яр вновь посмеялся и уехал в страну чудес, разглядывать необыкновенные чудеса света, что ещё свет не видывал.       24-ый год пошел, а он шутить так и не научился. Сочувствую его родителям, сына с лишней хромосомой иметь… грустно. Так вот, приехал он ко мне и говорит: «Андрей, выдай хату, мне жить негде», ну я такой: «Че б не выдать такому хорошему человеку. Заходи, только на коврике спать будешь. Кровать моя только для меня и тебя я не звал», ну и он в ответ: «спасибо, друг, ты такой замечательный, такой пусечка, будь моей женой…»       С моей замечательной беседой я видел, как Ярик неподалёку это все слушал и бил себя по лицу, приговаривая, что меня надо лечить и как можно скорее. — Ребят, меня насилуют каждый день, отнимают мою же еду и я сижу в рабстве, — жалобным голосом жаловался я на моего друга, — видите как я похудел? Меня не кормят! — А по-моему ты разжирел вдвойне, еле в камеру помещаешься, — раздался голос чубатого вдалеке, — хватит жаловаться, я тебе готовлю каждый день, глажу и лелею, а ты вот так. Сидел бы до сих пор, чипсы жрал, язву зарабатывал бы. — Ребят, меня мучают! Меня заставляют убираться, — я сделал вид, что плачу, — помогите! — А что, оставить в твоей комнате бардак? Там крысы бы завелись скоро, — Ярик говорил уже громче у камеры, так как он подъехал на коньках немного ближе, — нам и так с паразитами не повезло, ещё и крысы. — Это про каких ты паразитов говоришь ещё, одноклеточное? — мне было трудно сдерживать смех. — Тебя, придурок! — Яр вновь уехал кататься, а я залился звонким смехом. — Ребят, я вот живу с Ярой в одной комнате и понял, что у Яры мелкий писюн, как я и утверждал в роликах. Ой, мальчику не повезло… — я услышал, как на меня агрессивно начали ехать сзади и от испуга поехал прочь, чуть ли не роняя по дороге камеру, — нет, не надо! — Че ты там про писюн мой сказал, идиот?! Сюда иди! — на камере было видно, как парень в коричневой шапке быстро ехал за мной, перебирая ноги, иногда подрезая, но он достигал меня, — Сейчас получишь! — А-а-а! Маньяк! — кричал я, пытаясь улизнуть резким поворотом, но так как в фигурном катании я мастер, мой конёк запутался о мою же ногу и я с грохотом повалился на лёд на спину, не удержав камеру, что выскальзывает из рук и по льду отъезжает в сторону, тем самым напугав и Яру, ведь тот был на максимальной скорости и остановиться было ему уже невозможно.       Секунда и мое тело пронзает глухая боль из-за навалившейся на меня тяжести. — Черт! Ярик! Какой же ты амбал тяжелый! — простонал я, стиснув зубы от боли, — Твою мать… — Андрей, прости пожалуйста, где больше болит? — парень навис надо мной. — Дружок в области паха! Поцелуешь его, гад?! — я злобно взглянул на парня, — Как ты посмел вообще падать на царское местечко?! — Ты очень мягкий, — Яра коснулся моей розовой от мороза щеки горячей ладонью, ведь перчатки он носить просто терпеть не мог, — и любимый. — Ты заставляешь меня придумать тебе сладкую месть, имбецил ходячий! — я сделал вид, что хотел укусить его за пальцы, но тот быстро среагировал и отдернул руку. — Ох, кусаешься? Посмотрим, как сейчас покусаешься, — с ухмылкой протянул почти по слогам последнее предложение чубатый и прижался своими губами к моим.       Его губы мягкие, отдают земляничным запахом гигиенической помады. Как девчонка мажет, ей богу. Я позволил себе снять с него шапку и положить руку ему на затылок, сильнее прижимаясь и впиваясь в его губы. В поцелуе лидировал я, а он и не против, поэтому через секунду исследовал языком его рот, сплетая языки вместе, и руководил всем процессом. Честно, целовался он раньше отвратительно, пару уроков он от меня все-таки взял. Не знаю даже, как он мог встречаться с девушками и целоваться с ними так плохо. Может быть поэтому его и кидали. Сейчас это все не важно, так как его навык в поцелуе улучшается с каждым разом, как я его целую. Каждый раз показываю ему все новые и новые трюки, а он их пытается копировать, хоть и получается это ужасно, если на чистоту. Но жарит он конечно потрясающе… я про картошку, если что. Воздуха в легких не остается и мы разрываем столь слюнявый, согревающий душу поцелуй. — Ты все так же отвратительно целуешься, — признался я, — хоть бы слюнявил поменьше. — Спасибо, очень рад, что ты это приметил, скотина, — его ладонь снова на моей щеке, — только вот ты не очень как-то это в поцелуе показывал, что я отвратно и слюняво целуюсь. Ведь тебе понравилось. — Я как всегда все взял в свои руки, — я мягко улыбнулся и натянул на Яру его шапку. — Да, верно. Будет что вспомнить в видео… — меня резко осенило. — Черт, камера!       Мы одновременно смотрим на камеру, что четко снимала нас все это время. Причём в идеальном ракурсе. — Такое видео запортили, — вздохнул я, — ну и что теперь делать? — Вырезать? — предложил Яр. — Падение тоже вырезать? Если вырезать, будет видно, что мы явно что-то скрыли. Будут детективную историю строить насчёт продолжения, — я вновь вздыхаю, махнув на камеру рукой, — не катит. — Тогда зачем вообще это выкладывать? Оставь на память, — Яра чмокнул меня губами в щеку. — Яр, мы оставляем на память уже 3525 видео и все они заканчиваются чем-то открытым для взглядов шипперов. То мы целуемся на камеру, как сейчас, то беседуем далеко не по теме, что требуется, то вообще порно снимаем, — мою реплику прервали. — Ох, домашнее порно, я помню этот момент прекрасно, — Яра мечтательно поднял взгляд вверх, широко улыбаясь. — Чего ты лыбишься? Ты сам виноват, что тогда камеру не выключил, идиот. Хотя подушкой ты закрывал, ты нажимал на кнопку, как ты говорил! Но что-то явно пошло не так! — я показывал видом, что возмущаюсь. — Ой, Андрей, ну может не дожал до конца эту кнопку, что такого? Зато потом как время замечательно провели, с удово-о-ольствием, — последнее слово он растянул, будто пропел. — Ну да, конечно, классно наблюдать за собой со стороны. — Андрей, я не понимаю, что тебе не нравится? У нас вроде все нормально, я приезжаю к тебе каждый Новый год, отдыхаем вместе душой и телом, что не так? — Сейчас мне не так, что я до сих пор лежу на льду, замораживая свои жизненно важные органы. А потом ты будешь говорить, что меня невозможно завести. — Андрей, тебя завести легко с самого первого оборота. Не надо врать, — Яр встал с меня, протягивая руку, — вставай. — Это ты себя успокаиваешь, — я принимаю помощь и наконец встаю с холодной поверхности. — Ну да, ну да, — чубатый подъезжает к камере, нагибается и поднимает камеру, — не разбилось ничего, все отлично работает, — он просматривает получившуюся запись, — но зарядке каюк. — Ничего, зарядим. — Поцелуй классный, Андрей. Будто нас специально для фильма сняли, — Яр засмеялся. — Это ты виноват, теперь это никак не исправишь! — я реально начал психовать, потому что вновь на Новый год ничего выложить не получится. — Андрюш, ты чего так психуешь, ну-ка, иди сюда, — чубатый обнимает меня за талию, которой не было, прижимая к себе, — не дуйся. — Я зол, — признался я, но на самом деле мне было смешно. — Ох, врешь ты.       Косухин вновь накрывает мои губы, целуя уже с нежностью, без языка и других пошлых действий. Я не могу злиться на этого дурака, так как люблю. — С Новым годом, Андрюш, — шепчет Яра после тёплого, наполненного любовью поцелуя. — С Новым годом, любимый.