Непокорная

— Я не могу в это поверить. Тонкс сидела за столом в столовой, уткнувшись отрешенным взглядом в пол. После рассказа Амелии прошло уже больше пяти минут, и она с трудом держала разум открытым, пытаясь переварить полученную информацию. — Ты уверена, что это правда? — Дора перевела на неё свой взгляд, пытаясь разглядеть в лице подруги хоть каплю сомнения. — Может он просто пудрит тебе мозги, чтобы ты простила его? — Я уверена в этом, — терпеливо ответила Амелия, ведь мысленно она была готова к подобным вопросам. — Дамблдор сам мне все рассказал, разве стал бы он врать ради человека, который его убил? — Но… — Я понимаю, — перебила ее Амелия, — тебе сложно в это поверить, но это действительно так. Все это было лишь хитровыдуманным планом Дамблдора. Даже после своей смерти он продолжает управлять людьми и судьбами, чтобы достичь нужного ему результата. — Но Дамблдор… — Поверь, он вовсе не такой уж белый и пушистый, как многие думают, — фыркнула Амелия. — Да, он старается ради светлого будущего, но его методы весьма специфичны. — Разве он мог допустить, чтобы хоть кто-нибудь пострадал, когда мы переправляли Гарри в Нору? — Я знаю, что он не желал смерти ни одному из орденцев, но он знал, что может произойти все, что угодно, — Амелия сделала небольшую паузу, собираясь с силами, чтобы произнести следующие слова. — Дамблдор не виноват в том, что Грюма убили в ту ночь. Каждый план имеет противное свойство идти под откос, и тот раз не был исключением. — Но как же Джордж? — воскликнула Дора, резко выпрямив спину, словно вспомнила об очень важной улике на суде. — Снейп отрезал ему ухо! А если бы заклинание отрубило ему голову? — Он целился не в Джорджа, а в Пожирателя, который хотел убить их. Он пытался их спасти, понимаешь? — девушка бросила на неё отчаянный взгляд, собираясь защищать честь Северуса хоть до посинения. — Каждый раз он пытался поступать правильно, ведь он выполнял задания Дамблдора. Тот попросил его убить вместо Драко? Пожалуйста! От него отвернулись все после этого? Не такая уж и большая потеря во имя всеобщего блага! — Амелия… — Нет, Дора! — возмущённо воскликнула она. — Хватит! Я не позволю спускать на него всех собак! Он и так натерпелся. Даже я от него отвернулась, понимаешь? У него никого не было, но он все равно продолжал оставаться на светлой стороне. Он мог бы забить на Дамблдора и окончательно примкнуть к Во… к Темному Лорду! — она вовремя вспомнила о том, что на его имя наложено табу, поэтому моментально исправилась. — Он не плохой человек, просто кто-то должен выполнять всю грязную работу. Дора задумалась, прикусив нижнюю губу, и отвела взгляд в сторону. Амелия видела, что в мыслях девушки что-то необратимо меняется, и она лишь надеялась на то, что всех аргументов оказалось достаточно, чтобы окончательно переубедить ее. — Значит, вы снова вместе? — глухо спросила Тонкс после минутного молчания. — Да, — она решительно кивнула, отбросив волосы за плечи. — Все не так гладко, но мы переживём это. Надеюсь. Больше они к этой теме не возвращались, посвятив остаток дня обсуждению последних новостей. В пять вечера к ним присоединился Сириус, и они, как в старые добрые времена, завалились втроём на диван перед телевизором, уделяя больше внимания всякой болтовне, чем сюжету фильма. Ближе к семи вечера Амелия начала нервничать, ведь до встречи с Северусом оставалось чуть больше часа. Они договорились встретиться недалёко от ее дома, а дальнейшее место назначения ей было неизвестно. Она знала лишь с его слов то, что ей следовало одеться потеплее. А это вгоняло в тупик. После семи вечера она откровенно занервничала, и это не получалось скрыть за шутками или долгим молчанием. Дора с подозрением поглядывала на неё, но не решалась озвучивать при Сириусе свои догадки. — Ты куда? — спросил ее Сириус, когда Амелия достала из своей сумки тёплый свитер и начала его натягивать на себя. — Вы же не думали, что я проведу с вами весь день? — она постаралась придать лицу как можно более непринужденный вид, чтобы скрыть волнение. — У меня ещё есть встреча в Лондоне. — С тем человеком, о котором мы сегодня говорили? — насмешливо спросила Тонкс, скрещивая руки на груди. — Дорогая, мы с тобой сегодня обсудили не менее двух дюжин людей, вполне вероятно, что этот человек также фигурировал в нашем разговоре, — ухмыльнулась Амелия, и, судя по ответной усмешке Тонкс, та все правильно поняла. — Секретничаете опять, — фыркнул Сириус, обиженно поджимая губы. — Ну и ладно, больно хотелось знать, с кем ты собралась встречаться! Амелия хмыкнула и улыбнулась, покачав головой. Ей сложно было представить, что этот человек был одного возраста с Северусом, ведь Сириус олицетворял все то, от чего бежал Снейп. В нем была подростковая наивность, неугомонное желание что-нибудь натворить и слишком специфичное, но близкое самой Амелии, чувство юмора. Она вышла из дома за пять минут до встречи, чтобы успеть заранее прийти в назначенное место. Улица была пустынна, если не брать в расчёт нескольких маглов, которые, скорее всего, спешили домой к своим семьям. Амелия же наоборот — вырвалась из своей квартиры, в которой не была почти три месяца, чтобы нырнуть в неизвестность. Удивительно, но она чувствовала жар во всем теле, будто в лицо не бил ледяной ветер, распахивая настежь тёплую мантию. Она ощущала каждое невесомое крылышко бабочек, что трепетали в ее животе, разгоняя кровь и заставляя сердце биться быстрее. Словно не было двух месяцев разлуки, будто она спешила к нему в первый раз. Амелия увидела его сразу. Он стоял около стены дома, практически сливаясь с тёмной тенью своим чёрным образом. Дыхание тут же сбилось, и девушка едва не запнулась за свою же ногу, чувствуя, что волнение достигает своего апогея. Ее шаги эхом разносились по улице, тесно сплетаясь с лёгким гулом в ушах, и она ощущала, как с каждым пройденным футом становится все ближе к точке невозврата. Ближе к той черте, за которой была лишь неизведанная пропасть. — Привет, — она с трудом узнала свой чуть хрипловатый голос, и ей пришлось прочистить горло покашливанием, чтобы привести его в норму. — Привет, — он сделал шаг к ней навстречу, заставляя девушку замереть в двух футах от него. — Тепло оделась? Амелия сдержано кивнула, чувствуя щемящую нежность от его заботы, которая проявлялась в мелочах. В таких, как флакончик с зельем от Портальной болезни, например, которое он прямо сейчас ей протягивал. — Куда мы пойдём? — спросила она, принимая в руки зелье, которое она смогла бы отличить от сотни других подобных лишь по изумрудному цвету и запаху мяты, который почувствуется сразу же, стоит ей только откупорить крышку флакона. — Не хочу портить сюрприз, — один уголок его губ дернулся вверх, и он взглядом указал на зелье в ее руках. — Пей, и мы отправляемся. Портал сработает через пару минут. — И все же? — Амелия не очень любила сюрпризы, ведь чаще всего они заканчивались катастрофой. — Ты мне не доверяешь? — его брови удивлённо поползли на лоб, и девушка невольно задержала дыхание, услышав его вопрос. Доверяла ли она ему? Ещё несколько недель назад она ответила бы категорическим отказом, ссылаясь на ту ночь, в которую погиб Грюм, но сейчас… Сейчас она поверила бы ему, даже если бы он сказал, что небо над ними сейчас ярко-желтого цвета. — Доверяю, — на выдохе сказала она, откупоривая крышку флакона. В нос тут же ударил мятный запах зелья, которое она поспешила выпить. Сделав последний глоток, Амелия убрала пустой бутылёк в карман своей мантии и бросила взгляд на Снейпа, который сейчас сверялся с часами. В его руках находилась потертая шахматная ладья, которая, как девушка предполагала, была порталом. — Пора, — тихо сказал он, протягивая фигурку ближе к ней, чтобы она тоже смогла ухватиться за неё. Кончики их пальцев соприкоснулись ровно на середине, и в этот момент ладья начала еле заметно вибрировать, что означало лишь одно: портал начинал активироваться. С каждым мгновением эти ощущения становились все ярче, пока в один момент не наступила короткая пауза, будто во всем мире остановилось движение, и после этого Амелия почувствовала резкий рывок, который уносил их прочь с безлюдной улицы. Первое, что она почувствовала, как только ее ноги коснулись земли — влажный холодный воздух, который тут же ударил в лицо, опаляя легкие солоноватым бризом. Амелия широко раскрыла глаза, с недоверием осматривая открывающиеся виды. — Не может быть… — еле слышно прошептала она, сомневаясь, что Северус вообще расслышал ее. Они стояли на обрыве крутой скалы, о подножие которой разбивались волны, подгоняемые сильным ветром. Тяжелые свинцовые тучи находились так низко, из-за чего девушке казалось, что при большом желании она сможет дотянуться до них рукой. Вдали слышался взволнованный крик чаек, который сплетался с завываниями ветра, теряясь за отдаленным раскатом грома. Дорсет. Это побережье она не спутала бы ни с одним другим, ведь именно на этой скале она раньше стояла, выпуская эмоции наружу с криком и слезами. Здесь она провела потрясающие четыре недели, терзаемая чувствами к профессору Зельеварения, который прямо сейчас стоял за ее спиной. Она почувствовала, как по щекам заструились слезы от обуреваемых эмоций, а внутри все сжалось от страха, что это все нереально. Что все это лишь плод ее больной фантазии, которая мучает ее очередным прекрасным, но несбыточным, сном. А в следующую секунду она почувствовала, как ее со спины обнимают сильные руки, прижимая к себе ее дрожащее тело. Но дрожь эта была вовсе не от холода, который закрадывался под одежду с резкими порывами ветра. Ее трясло от счастья, которое медленно накрывало ее разум плотной пеленой, ведь все это было на самом деле. Она действительно стояла на вершине скалы над Ла Маншем, а сзади ее крепко обнимал Северус Снейп. — Если это сон, то я не хочу просыпаться, — сказала Амелия, с жадностью вдыхая насыщенный воздух, который имел запах ее Амортенции. — Это не сон, — послышался низкий голос Снейпа прямо над ее ухом, и Амелия почувствовала, как из ее глаз с новой силой потекли слезы. — Почему ты плачешь? Я сделал что-то не так? Тебе не нравится? Она улыбнулась сквозь слезы и обернулась к нему, стараясь не выскользнуть из кольца его рук. Снейп смотрел на неё сверху вниз с затаенным волнением, и это лишь ещё сильнее подбивало сказать то, что она не говорила несколько месяцев, но с трепетом хранила в своём сердце. — Я люблю тебя, — на выдохе прошептала она, улыбаясь самой искренней улыбкой, которая когда-либо появлялась на ее лице. — Люблю! И, не давая ему ответить, Амелия встала на цыпочки и поцеловала его, пытаясь этим действием передать всю глубину своих чувств. Эмоции опьяняли, и она едва стояла на ногах, крепко сжимая онемевшими от холода пальцами ткань его мантии. Она настолько была счастлива в этот момент, что ей было страшно, что все может прекратиться в один миг, поэтому старалась насладиться каждой секундой. Насладиться этим вечером, который был только для них двоих, забывая обо всех проблемах, что сковывали ее долгое время. Насладиться теплом его тела, которое чувствовалось даже через плотный слой одежды. Насладиться дыханием, которое в этот момент у них было одним на двоих. Насладиться прикосновениями его рук, которые были то нежными, то требовательными. Она просто хотела навсегда запечатлеть в памяти этот вечер, который стал одним из самых прекрасных в ее жизни. Сейчас в ее голове не было ни одной капли сомнения, что она поступает правильно, впуская Северуса в свою жизнь, ведь она не могла представить, чтобы хоть один мужчина смог бы подарить ей такие незабываемые эмоции. Ни один из них не имел бы такого особенного подхода к ней, угадывая ее мысли и желания. Ни один из них так гармонично не сочетался бы с ней, дополняя и уравновешивая. Она была жарким пламенем, которое грозило опалить все, чего коснётся, а он — бескрайним океаном, остужая ее нрав. Она была чересчур вспыльчивой и резкой, а он — спокойным и вдумчивым. Она разукрашивала его черно-белую жизнь яркими красками, а он сглаживал ее острые углы, делая совершенной. Они — две противоположности, которые притягиваются не вопреки всему, а во имя равновесия и гармонии. Оставаясь разными, но имея общие точки соприкосновения. — Тебе никогда не хотелось просто взять и сбежать? — спросила Амелия, когда они часом позже сидели на каменистом краю обрыва, свесив ноги вниз. Позади них была расстелена небольшая скатерть, на которой стояла початая бутылка вина, два бокала и две порции ужина из ресторана. Все это держалось лишь на честном слове и мольбах Мерлину, ведь сильный ветер так и порывал унести что-нибудь с собой. — Сбежать? — он расслабленно хмыкнул и с удивлением посмотрел на Амелию. — Если бы все было так просто, то я бы сделал это давным давно. А ты? Ты хочешь сбежать? — Иногда я об этом думаю, но… — она неопределённо повела плечом и закатила глаза. — Ты же знаешь, что я привыкла быть в самом центре событий. Думаю, я бы сдалась на первой же неделе бегства, а когда вернулась бы, никто даже не заметил моего отсутствия. — Ты так считаешь? — Почему нет? — она хмыкнула, вырисовывая в голове множество разных развитий событий. — Если кто-то и заметил бы мое отсутствие, то решил бы, что я просто нашла что-то поинтереснее. Или, что я опять кого-то убила и сбежала. — Это не так уж и смешно, — подметил Снейп, но Амелия заметила, как он приподнял один уголок рта в полуулыбке. — А если бы тебе представилась возможность бежать, куда бы ты пошла? — Куда-нибудь в Канаду, наверно, — она крепко задумалась, прикусив нижнюю губу. — Или в Сибирь. Я слышала, что там очень суровый климат, и что во время войны французы не осилили ее перейти. Или это были не французы? Она отмахнулась от этих мыслей и взяла свой бокал в руку, делая небольшой глоток вина. Амелия чувствовала себя очень расслабленно, сидя плечом к плечу с Северусом и рассуждая с ним на разные темы. Она уже давно не чувствовала себя настолько окрылённой, позволив себе отпустить все проблемы. Для этого у неё был завтрашний и ещё множество других дней, которые она проведёт в Хогвартсе, чувствуя постоянное напряжение. Сегодня у неё был законный выходной, которым она пренебрегала многие недели. — Чем сегодня занималась? — спросил Снейп, выдергивая девушку из ее же мыслей. — Провела время с Дорой и Сириусом, — на имени последнего он еле заметно скривил губы, и Амелия с усмешкой подумала о том, что неприязнь этих двух друг к другу будет вечной. — А ещё поболтала с Поттером через зачарованное зеркальце и предложила им… Договорить она не успела, ведь правую ладонь, которую девушка держала в кармане мантии, чтобы та согрелась, обожгло жаром. Амелия ойкнула, выронив бокал, который со свистом улетел вниз, теряясь в глубинах Ла Манша. — Что случилось? — тут же взволновано спросил Снейп, а девушка дрожащими пальцами достала зачарованную монету, через которую она могла связываться с ОД. Она подняла ее на уровень глаз, чтобы чётко увидеть проявившуюся надпись на ребре монеты, и едва не уронила ее вслед за бокалом. «В Хогвартсе Беллатриса Лестрейндж!» — Нам срочно нужно в Хогвартс!