Неожиданный любовник

Pov Драко Ничего вроде не предвещало беды. Я как обычно шел по коридорам Хогвартса в подземелья, и тут меня привлек сильный запах груши и мимозы. Он заполнял все вокруг, и я, не удержавшись, направился к источнику этого запаха. По иронии судьбы, владельцем оказался Поттер — кто бы мог подумать? Я с детства обожал, сидя возле мамы и слушая ее рассказы, вдыхать аромат мимоз в нашем саду, поедая спелую грушу. Поттер был зажат между Блейзом Забини и Теодором Ноттом. Какого черта он вообще гуляет по коридору во время течки! Он держал палочку перед собой, но я не думаю, что она ему чем-то поможет. Забини уже протягивал свои грязные руки к омеге, но я наслал на обоих Петрификус, и они упали на пол. Я подошёл к Поттеру и протянул к нему руку, он дернулся в сторону от меня, и я поднял руки, показывая, что не трону его. Он настороженно смотрел на меня, но палочку убрал. На запах течной омеги начали сбегаться альфы, я отчётливо чуял приближение своих сородичей. Я схватил Поттера за руку и повел в свою комнату, ведь старосты живут отдельно. Наложив на дверь все защитные и запирающие чары которые знал, я повернулся к Поттеру. Он неловко мялся, стоя возле кресла. Как же я был счастлив, что отец обучил меня сдерживать свои инстинкты, но мне все равно приходилось дышать через раз, больно привлекательно пах этот омега. Я подошёл к нему в плотную и стал осматривать на предмет повреждений, Поттер все ещё тяжело дышал после бега, и его щеки были довольно румяными. Я нашел это очаровательным. — Почему ты мне помог? — тихо спросил омега. Я раздражённо повел плечами: — Ненавижу, когда мои однокурсники ведут себя, как животные. Да и за изнасилование Золотого Мальчика влетело бы не только им, но и мне, как старосте, за то, что не уследил. — А. Ну, да, — он немного грустно посмотрел на меня и повернул голову в сторону двери. — Не волнуйся, они не войдут. В общем, чувствуй себя как дома, — я направился в ванную. Закрыв дверь, я нервно умылся и принял зелье от гона. А то мало ли что. Когда я вышел в гостиную, Поттер сидел на диване и читал какую-то книгу. Он трансфигурировал свою одежду, и в этой футболке и шортах выглядел настолько мило и притягательно, что я, сев рядом, потрепал его по волосам. Он дернулся, но потом расслабился и, кажется, даже стал мурчать. От этого моя внутренняя альфа жалобно заскулила и потребовала взять эту омегу прямо здесь. Я подавил этот порыв и просто приблизил свое лицо, давая омеге право выбора. И выбор Поттера был столь неожиданным, что я внутренне восхитился. Книжка выпала у него из рук, а сам Поттер, сняв очки, поцеловал меня. Я притянул его ближе и запустил одну руку в его волосы, а второй поглаживал его спину. Он тихонько застонал в поцелуй, и от этого мне хотелось разложить его на журнальном столике или любой другой поверхности. Он схватился за мои плечи, а я пересадил его к себе на колени. После того, как нам стало не хватать воздуха, мы отстранились друг от друга, и я стал стягивать с него футболку. А Гарри в свою очередь нервно пытался расстегнуть пуговицы на моей рубашке. Я выцеловывал его ключицы, грудь и шею, на что Гарри мелко дрожал и никак не мог справиться с последней пуговицей. Я подхватил его и понес в спальню. Он обхватил мою талию ногами, а руки держались за шею. Уложив омегу на кровать и не встретив протеста, я стянул с него шорты вместе с бельём. Гарри сразу зажался и сдвинул ноги, мешая рассмотреть себя, но я мягко надавил на колени, и он раскрылся. Вид такого Поттера завораживал: аккуратный небольшой член призывно стоял, лицо покраснело, на шее и ключицах проступили малиновые засосы, а из покрасневшей дырочки стекала смазка. Я перевернул Гарри на живот и, аккуратно схватив за бедра, стал вылизывать и аккуратно проталкивать язык в девственную попку омеги. Он постанывал, комкая простынь, но не пытался препятствовать или помогать. Я бы мог вылизывать его вечно, но уже хотелось бы перейти к более интересному делу. Я поднялся и стал целовать его спину, аккуратно проникая одним пальцем в узкое отверстие. На мое действие Гарри охнул и двинул бедрами назад, пытаясь насадиться сильнее. Я пресек это действие, боясь поранить, и добавил второй палец. Я стал аккуратно разводить пальцы, растягивая Гарри под себя. Я задел простату, и омега, громко простонав, излился на простынь. После оргазма Гарри расслабился, и я добавил третий палец. От этого он снова возбудился и жалобно посмотрел на меня через плечо, прося большего. Я, конечно, понял намек, но гордость решила взять свое. — Попроси меня, Гарр-ри, — прошептал я ему в ухо и прикусил мочку. Гарри несмело прошептал мольбу, и я решил больше его не мучить, да и я сам был на пределе. Я быстро освободился от брюк и белья и, стиснув бедра Гарри, аккуратно толкнулся в него. Не встретив сопротивления, я вошёл до конца и остановился, давая привыкнуть. Гарри нетерпеливо дернулся, и я стал медленно двигаться в нем, пытаясь не причинить боль и подарить незабываемые ощущения. Удивительно, но омегу не хотелось просто отыметь, а хотелось доставить удовольствие. Привыкнув к ритму, Гарри сам стал подаваться назад, делая толчки более грубыми и резкими, и я решил поддаться его темпу и уже безжалостно вколачиваться в горячее нутро. Гарри сильно задрожал, и я, прижавшись к его спине, оставил два аккуратных отверстия в его шее, отчего омега незамедлительно кончил. Я вышел из него и, помогая себе рукой, запачкал его восхитительный зад. Я наложил на нас очищающее и притянул Гарри к себе, накрыв одеялом. Он благодарно уткнулся в изгиб моей шеи, а я обнял его и поцеловал в лохматую макушку. Так мы и уснули, проспав до самого утра.