Трое из СоУла

      Тэхён со вздохом облегчения плюхнулся в капсуль планера и откинулся назад. Он постепенно расслаблялся, чувствуя как объемное кресло подстраивается под его габариты, мягкой вибрацией снимая напряжение с усталой спины. Он уже потянулся закрыть капсуль до конца и переключить его на режим сна, но внезапно передумал. Какое-то время он просто лежал, разглядывая купол капсуля, на внутренней стороне которого транслировалось небо, в которое они вот-вот поднимутся. По нему плыли густые неторопливые как и его мысли облака, закрывая собой слепящий холодный свет горячего Я́ро.       Уладивший свои дела и от того страшно довольный собой Тэхён, впервые за последнее время чувствовал, что может по-настоящему расслабиться и вдохнуть полной грудью. Буквально. Он вбирал в себя так много воздуха, что легкие начинало болезненно распирать, а голова слегка кружилась, но это было приятно. К тому же воздух вместо обычной искусственной ионизации дарил удивительную свежесть с легкими нотками ранних весенних цветов. Это погружало Тэхёна в состояние блаженного покоя. Он уже не помнил, когда еще ему было так хорошо, да еще и без особой на то причины, потому что в давно оставленном родном городе его не ждало ничего, кроме пустоты и истертых временем блеклых воспоминаний. Он решил, что это от того, что это его последний визит в Со́У́л. И в этот раз он навсегда оставит этот недружелюбный к нему город.       От праздного созерцания и размышлений отвлекло копошение в соседнем капсуле. Его сосед суетливо устраивался на своем месте, с кем-то при этом переговариваясь. До Тэхёна долетали приглушенные возгласы, смех и звучавшие весьма странно звуки. Правда шум быстро стих, но всё равно стало любопытно. Посмотрев налево, он смог увидеть только стройную смуглую ногу, торчащую из широких ярко-желтых шорт. Она быстро дергалась. Похоже его сосед нервничал. Может он не любит летать?       Тэхён никогда не замечал в себе фетишиста, но эта конкретная конечность легко могла это изменить. Он не слабо так залип на длинной линии икры, тонкой щиколотке и острой коленке. Ему нестерпимо захотелось увидеть и всё остальное. Тэхён облизнул губы и полностью свернул купол своего капсуля, фиксируя кресло вертикально. Первым он увидел точеный профиль и снова подвис. Парень был невероятно красив. И уж точно не нервничал: на его четко очерченных губах играла мягкая полуулыбка, а по лицу было понятно, что думает он о чем-то очень приятном. Картина, наполненная умиротворением. И только нога отбивала мерную дробь в противовес.       Тэхён любовался долго, пока не словил себя на странном желании, сформулировать которое четко у него получилось далеко не сразу. А хотелось ему быть причиной эмоций, которые он читал на лице незнакомца. Впервые за долгое время он пожалел о своем одиночестве, которое сознательно предпочел отношениям, как только уехал из Со́У́ла. Друзей у него было много как среди альф, так и омег, но дальше он предпочитал не заходить, ограничиваясь непродолжительными связями без обязательств. Он, целиком и полностью сосредоточившись на самореализации и достижении своих целей, посвящал этому большую часть своего времени. Не то чтобы он был убежденным карьеристом, просто считал, что отношения на данном этапе его жизни это не главное. Да и не встретился ему никто, ради кого можно было бы эту точку зрения пересмотреть. И вот сейчас в нем что-то екнуло, поднимая тихую зависть к чужим эмоциям и сильное желание быть хоть немножко к ним причастным. А еще захотелось познакомиться с этим парнем, узнать его. Но вместе с этим желанием пришла непонятная робость, которой он никогда не страдал, с легкостью заводя множество знакомств. Но сегодня с ним что-то было не так, и он неуверенно мялся, не решаясь вторгнуться в мирную атмосферу своего попутчика.       Он всё метался между своими противоречивыми желаниями, когда почувствовал, как планер мягко завибрировал, плавно набирая высоту. Уже через три часа они сядут в порту Со́У́ла.       Незнакомец встрепенулся, выныривая из своей задумчивости, сладко потянулся и оглянулся по сторонам, цепляя взглядом Тэхёна. Нерешительность того сразу улетучилась.       – Не люблю взлеты. Каждый раз нервничаю, когда поднимаемся, – беспокойно дернув плечом, заметил Тэхён. Врал, конечно, но чтобы завязать разговор – самое оно. В ответ ему подарили сочувствующий взгляд и успокаивающую улыбку:       – Не переживайте. Планер очень безопасный способ перемещения. Ведь здесь полностью исключен человеческий фактор. Да и инциденты случаются в основном при посадке.       – Да, я знаю, – кивнул он на милую попытку его успокоить, – но это не поддается логике. Кстати, меня зовут Тэхён, – протянул он руку.       – Хо, – замешкался с ответом новый знакомый. Тонкая кисть с длинными пальцами утонула в большой альфьей ладони. Такая нежная. Тэхён забывшись, удержал ее дольше, чем позволяла вежливость, и с большим сожалением выпустил на свободу. – Приятно познакомиться.       – И мне приятно, Хо, – Тэхён покатал по языку этот вербальный обрубок, досадуя, что не может оценить красоту звучания полного имени. Ну, пока ему достаточно и этого. – Часто летаете?       – В последнее время да.       – И как вы выдерживаете? Меня каждая поездка выматывает.       – Со временем привыкаешь, – качнул головой Хо, – но вы правы это выматывает. Особенно когда они вынужденные.       – Значит, в Со́У́л вы летите по делам? – обнадежился Тэхён перспективой продолжить новое знакомство по возвращению в Дахе́й. И совершенно напрасно.       – Нет. Я там живу.       – Неужели? И давно?       – Всю жизнь, – Хо прищурил глаза, внимательно разглядывая нового знакомого. Весьма привлекательного, надо сказать.       – Так мы с вами земляки, – обрадовался Тэхён. Заметив непонимание, он пояснил: – Со́У́л мой родной город. Правда я уехал, как только представилась возможность.       – И почему?       Вопрос, заданный из вежливости, неожиданно для самого Тэхёна, всколыхнул наболевшее:       – Этот город не терпит творческой свободы.       – Немного странно слышать такое о культурном центре нашей страны, – слегка иронично обронил Хо.       – Возможно, но культурой он признает только то, что вписывается в его рамки, и отвергает все остальное, даже порицает, – Тэхён потихоньку заводился, непроизвольно выплескивая всю боль своего унизительного прошлого.       – Воу! – поразился Хо такой горячности. – Никогда не замечал ничего подобного.       – Со стороны ничего нельзя заметить. Только оказавшись внутри этого крысиного логова в полной мере осознаешь, в какие жернова ты попал. Тебя с превеликим наслаждением разотрут в пыль ради сиюминутной прихоти.       – И все же вы решили вернуться в родные края.       – Можно сказать и так. Только это возвращение продиктовано необходимостью.       Осознав сказанное Хо в легком удивлении вскинул брови, но донимать любопытством не стал. Тэхёну было, что еще сказать, но тут активировалась система планера, сообщая, что они вошли в стабильную фазу полета и меню бара и кухни теперь активно. Это отвлекло Хо. Разговор затух, и Тэхён коротал время, украдкой любуясь омегой, пока он выбирал себе напиток. Еще во время разговора, Тэхёну стало понятно, что тот старше, чем показалось на первый взгляд. Точно старше его самого. И как же он был хорош! Тэхён постоянно выпадал из реальности наблюдая за Хо. Одергивал себя и тут же выпадал снова, неосознанно облизывая губы и залипая на своего невероятного попутчика, с явным удовольствием смакующего выданный ему заказ. Глаза постоянно цепляли отдельные детали, которые до этого ускользали от Тэхёна. Например завораживающее движение кадыка по тонкой шее после очередного глотка или то, каким узким и хрупким на вид было его запястье. Ну и, конечно же, ноги! Их великолепные пропорции путали мысли, вызывая вполне очевидные естественные желания. Еще Тэхёну хотелось запечатлеть эту красоту здесь и сейчас. Жаль, что он сдал все свои инструменты и кисти в багаж.       Тэхён понимал, что ведет себя неправильно, но остановить себя не хватало сил. Ему срочно нужно было отвлечься, но вокруг не было ничего, что было бы увлекательнее Хо. Только если снова разворачивать купол, но упускать из вида прекрасного омегу не хотелось. Так же как и вызвать настороженность или неприязнь к себе. Всё до чего он додумался – это отвлечься от Хо на самого Хо. Разговоры с ним неплохо помогали. Он прокашлялся, привлекая внимание и задал волнующий его вопрос:       – Почему вы удивились, когда я сказал, что уехал?       Хо ненадолго задумался:       – Не тому, что вы уехали, – поправил он, – а тому как вы об этом сказали. Никогда не слышал, чтобы кто-то говорил об этом с такой горячностью.       – Извините, – Тэхёну стало немного неловко. – Это был очень непростой период в моей жизни.       – Ничего страшного, – Хо с пониманием принял извинения. – У всех случаются непростые времена.       – И у вас? – со своим неуместным любопытством Тэхён нечаянно ступил на зыбкую почву.       – Как и у всех, – сухо отозвался Хо.       – А к вам никогда не приходило желание уехать?       – Нет.       – Мне кажется, что сейчас все хоть раз планировали переезд, – Тэхён никак не хотел оставить эту тему.       – Всерьез – никогда, – покачал головой Хо. – Всё важное для меня находится в Со́У́ле.       – Очень странно слышать такие слова в наше время, когда ты можешь заниматься чем угодно, где угодно. Стоит ли добровольно привязывать к себе балласт и ограничивать себя? Я даже представить себе не могу, что в этом мире может заставить меня кардинально поменять свои планы. Чем же этот город так сильно привязал вас к себе?       Тэхён, ловивший во время разговора каждый жест и все эмоции собеседника, заметил, как тот напрягся от последнего вопроса и сразу отступил:       – Простите. Простите, ради всех высших духов. Это было очень бестактно с моей стороны. Иногда я просто не могу сдержать свой язык и любопытство. Мне действительно очень жаль.       Все свои извинения Тэхён подкреплял жалостливым молящим о снисхождении взглядом и заискивающей улыбкой. Выглядел он при этом настолько забавно, что Хо не выдержал и, забыв об обиде, прыснул, прикрывая рот ладонью.       – Не переживайте, – рука сама собой потянулась потрепать тэхёнову шевелюру, от чего тот зажмурился как довольный кот. – Я не сержусь.       – Я рад. Еще раз простите.       – Забудьте, – отмахнулся Хо.       Тэхён выдохнул с облегчением и перешел на нейтральную тему:       – Я очень давно не был в Со́У́ле. Он сильно изменился?       – Ооо... – задумчиво протянул Хо. Он озадаченно поворошил темно-каштановые волосы на затылке и надул щеки, размышляя. От чего сразу же стал милым и забавным одновременно, открывшись для Тэхёна с неожиданной стороны. – Вы задали непростой вопрос. Когда живешь в одном месте мало обращаешь внимания на изменения. А к некоторым привыкаешь так быстро, что кажется, что они тут были целую вечность. Несколько общественных центров, пара башен и новый сдвоенный орбитальный лифт. Вот и все изменения, что приходят в голову. А! Еще перестроили главное святилище. Высший жрец объяснил это тем, что выполняет пожелание Псеи. Теперь оно нежно-фиолетовое и на нем красуется изображение полноликого Льнеля. Вышло... экстравагантно.       – Льнель прекрасен, – задумчиво протянул Тэхён ни к кому не обращаясь, – особенно в осеннюю пору, когда светит так ярко, что затмевает малыша Лень. А парк вдоль реки Кан, он остался?       – Остался. Он постоянно меняется, но там по-прежнему хорошо.       – Это радует. Я любил это место. Особенно кофейню на ивовой излучине.       – Я не знаю про какую вы, – пожал плечами Хо и сделал глоток. – Там сменилось уже несколько заведений. Сейчас там кафе. Довольно приятное.       Так в разговорах обо всем и ни о чем их полет незаметно подошел к концу. Хо оказался на удивление позитивным и все время задавал их беседе веселый непринужденный тон, а выразительная мимика позволяла уловить малейшую его эмоцию, что еще больше облегчало общение с ним.       Казалось, они успели поговорить обо всем на свете. Тэхёна огорчало только то, что Хо очень умело избегал любых моментов, связанных с личным. Об омеге не удалось выяснить практически ничего, но повода отчаяться не было. Может Тэхёну только хотелось в это верить, но он видел, что первоначальная настороженность Хо по отношению к нему постепенно уменьшается. Если бы у них было еще пара часов в дороге… В любом случае, Тэхён рассчитывал продолжить их случайное знакомство.       Вот только все пошло не по плану. Они так заболтались, что даже не заметили как прибыли в порт Со́У́ла. Сообщения системы планера и мягкая вибрация при снижении остались без внимания. Поэтому конец путешествия для этих двоих стал большим сюрпризом. В суматошных сборах и сражении с боксом хранения Тэхён всего на минуту отвлекся на запрос подтверждения и обнаружил, что Хо куда-то исчез. Ругаясь, он кое-как похватал свои вещи и понесся в зону высадки, чтобы догнать его, но того нигде не было. Сколько Тэхён не вглядывался в пассажиров, но его так и не увидел. Салон тоже был пуст. Он не понимал, как такое могло случиться. Не испарился же он, в самом деле! И теперь из-за своей нерасторопности Тэхён упустил шанс получить его контакты. Злясь на себя, Тэхён нетерпеливо топтался, ожидая высадки с планера. Он метался, не зная ждать или догонять. Спустился Хо раньше него или задержался где-то в планере? Тэхёна отчаянием накрывала мысль, что он опоздал.       В полной растерянности, посекундно оглядываясь по сторонам с надеждой все же увидеть среди снующих людей Хо, Тэхён брел к багажному терминалу. Подхватив свой небольшой чемодан, он с тяжелым сердцем оглядел зал и не поверил своему счастью: прямо на него, уверенно маневрируя в толпе, размашистой стремительной походкой шел Хо. Тэхён восхищенно наблюдал за каждым его движением. Жаль, что его фигуру скрывала безразмерная белоснежная футболка, в которой без труда потерялось бы три таких худощавых омеги как Хо. Зато короткие шорты без проблем давали любоваться длинными ногами, радуя великолепным зрелищем. При каждом шаге под смуглой кожей красиво играли натренированные мышцы. Закусив губу, Тэхён ловил малейшее их движение. Впервые в жизни Тэхена посетило нестерпимое желание облизать чьи-то ноги. Он опять залип, напрочь позабыв обо всех своих планах на Хо.       Кто-то зацепил его чемодан, и он очнулся. Дав себе мысленного пинка, Тэхён зашевелился. Едва он сдвинулся с места, как сосредоточенный целеустремленный взгляд Хо потеплел и на лице расцвела яркая улыбка. Он резко ускорился и помчался прямо к Тэхёну, который квадратно заулыбался в ответ и сделал шаг навстречу:       – Я так рад...       Но Хо, не обратив на него внимания, с забавными воплями промчался мимо. Тэхён обернулся, чтобы увидеть как Хо с широкой улыбкой подхватил на руки огромный черный альфа. Он чмокнул омегу в уголок губ со словами:       – Привет, малыш.       Тэхён скривился как от зубной боли, услышав такое фамильярное обращение, но не мог не признать, что среднего роста взрослый омега на фоне этого альфы, который без проблем держал его, усадив себе на предплечье, выглядит почти ребенком. Любимым и балованным. От увиденного у Тэхёна случился шок: запах Хо ощущался таким чистым, что он бы в жизни не сказал, что у него есть альфа. Может он обманулся из-за того, что эти двое долго не виделись? Объяснение притянутое за уши.       Сжав челюсти, Тэхён с досадой наблюдал как поглощенная друг другом парочка, дождалась багаж и в обнимку покинула здание порта. Двери за ними закрылись, и его взгляд зацепился за кусок белого тонкого пластика. Еще раньше он заметил как тот отлетел от дорожной сумки омеги. Это оказался скан-код багажа Хо. Он машинально подобрал его, не задумываясь зачем он ему нужен. Крепко зажав его в кулаке, Тэхён тоже пошел к выходу в город. После долгой разлуки Со́У́л снова раскрывал ему свои «радушные» объятья. _______________ Пусть побудет так