Не для кого не секрет, что лето это самое лучшее время года. Время беззаботных дней, когда не нужно ходить в школу, гуляй сколько угодно. У каждого есть хорошие воспоминания об этой поре.Но не у всех лето осоциируется с хорошими воспоминаниями...
Эдди Каспбрак сильно провинился перед матерью, тем самым получил наказание на две недели. Парень конечно уже привык к такому, но не сейчас. Тогда когда все его друзья и знакомые с утра до вечера гуляли на улице, ходили друг к другу в гости и просто отдыхали от всех этих уроков и обязанностей, Каспбрак сидел дома и читал книги, которые дала ему мать. Эдди был хорошим и прилежным сыном, но когда мать принесла ему огромную стопку книг, парень был готов сжечь их прямо сейчас, не задумываясь ни о чем. Но если бы астматик так сделал, то скорее всего не вышел бы на улицу уже никогда.
Немного оскалившись парень принялся читать очередную книгу связанную с биологией.
—Как же меня это уже достало! —с громким криком книга полетела в стену, и ударившись об неё, упала на пол.
Эдди сдерживался как мог, но нервы сдали и парень взбесился.
—достало! —парень скрестил руки на груди и одним прыжком оказался у окна.
На улице был день, примерно час или два. Это сейчас не имеет значения. Главное было то, что на улице было много детей и взрослых, которые гуляли. Скорее гуляли взрослые и старики, а дети бегали и резвились, изредко что то крича. Подростков было меньше, все подростки в это время либо сидели дома, либо гуляли по парку. Но не смотря вышеперечисленное, некоторые подростки примерно такого же возраста как и Эдди, проходили мимо дома Каспбраков.
Парень, видя как все гуляют, недовольно прикусил губу, ведь ему нужно было сидеть дома ещё пять дней.
—пять дней! Сука! Пять! Дней!—Эдди вцепился руками в подоконник, и высунувшись из окна начал орать.
К счастью для парня, его никто не услышал. Все люди шли в своих заботах, не обращая внимания на посторонние звуки. Да и людей стало уже меньше. Каспбрак матерился очень редко, и вообще он не любил "плохие" слова. Да и их некуда было вставлять при разговоре. Но сейчас был особый случай, в котором "плохие" слова довольно таки уместны.
—заебало!
Каспбрак просто ходил по комнате и громко матерился. И да, его матери сегодня не было дома, поэтому Эдди так громко выражал свои эмоции. Будь Соня дома, парень не позволил бы себе такие фразы,даже себе под нос. Но сейчас Эдди не боялся выражаться на весь дом, высказывать все недовольство, находящееся в нем.
—раз её нет дома, я могу выйти на улицу! Мне плевать на всё! —Каспбрак часто говорил о своей матери как:"она". Ведь после всех этих запретов Эдди перестал полноценно считать её матерью, все больше отдаляясь от "нее".
Эдди был решительным мальчиком, хоть и не казался таким в глазах других людей. Поэтому парень просто собрал все необходимое, в частности свои таблетки, и не забыл про ингалятор. А после просто вышел на улицу.
Да, в мыслях этот выход был немного опасней, экстремальный, да и вообще парень представлял все совсем по другому. Но просто выйдя за дверь, Эдди понял, что это будет намного легче, и что не стоит ничего накручивать.
—ладно—глубокий вздох. —немного погуляю и вернусь домой. Она ещё не скоро вернётся, так что переживать не надо.
Каспбрак сделал шаг со ступени, немного постоял и пошёл дальше. Ему почему то было страшно уходить, но в то же время его тянуло на улицу. А зря...
—не так уж и плохо, только я потихоньку начал отвыкать от улицы. —Эдди продолжал идти по улице, смотря по сторонам и бубня себе "утешительные" слова.
Розовая футболка развевалась под тёплым летним ветром. Каспбрак дышал полной грудью, жмурясь и улыбаясь.
—запах свободы! —парень вскинул руками вверх, чуть подпрыгивая на месте.
Недалеко от Каспбрака бегали маленькие дети, где то вдали, на лавочке, сидели старики и о чем то мило между собой беседовали. Обстановка была лучше некуда. Ничто сейчас не могло её испортить. Конечно так думал Эдди. По крайней мере много что могло испортить этот момент, но пока что это мало волновало.
Время близилось к вечеру и парень уже начал задумываться о том что пора бы возвращаться домой. Мысль об этом заставило Эдди немного погруснеть. Но все же Каспбрак направился в сторону дома.
Время пролетело так быстро, что на дворе уже стемнело так, будто уже двенадцать с лишним ночи. Странно для лета, ведь даже в двенадцать ещё не темнело. Но это Дерри. И на самом деле сейчас было 8 вечера. Да, Каспбрак загулялся. Но для него время прошло незаметно, особенно когда ты не выходил из дома долгое время, и единственная связь с этим миром, это старое, пошарпаное окно.
Эдди шёл, думая о том, что он будет дома когда вернётся,не сильно задумываясь о матери, ведь она вернётся только поздней ночью, ну или же на крайний случай ранним утром. Но все мысли парня вмиг развеялись. Он услышал за своей спиной до боли знакомы голос, который он слышит чуть ли не каждый день в школе, который заставляет дрожать от страха, в ожидании того, что он повысится, предвещая что то очень плохое.
—Куда собрался, Эдди?
Это был Генри Бауэрс. Ученик старших классов школы Дерри. Он никогда не упускал возможности навалять тем, кто младше него. К счастью для Генри, таких находилось очень много, но Эдди и его компанию он ненавидел больше всего,и частенько открывался на них.
Эдди медленно развернулся. Ком застрял в горле парня.
—а.... Э..... Я....
—что такое? Язык проглотил, малявка? —Генри злобно улыбнулся, предвкушая лёгкую наживу.
—я.... Д.. Домой и..иду.—Эдди кое как, но выдавил из себя пару слов. Единственное что сейчас он хотел, так это просто рвануть со всех ног и побежать домой, или же закричать на всю улицу. Но ни тот ни этот вариант не подходили. Убежать Эдди никак не мог, ведь Генри догнал бы его, как бы быстро парень не бежал. А если бы он закричал, то его никто бы не услышал. Рядом с парнями не было ни единой души. Поэтому Эдди просто стоял, боясь как либо пошевелиться. Но было странно одно, Генри был без своих дружков. Обычно он таскался с ними повсюду, и редко он был один. Но сейчас он действительно был один.
—уже темно, я могу тебя проводить.
—ч... Что? Н... Нет, не нужно, я... С.. Сам как нибудь. —Эдди хотелось чтоб это оказалось обычным кошмаром, чтоб он сейчас проснулся, а после чего просто забыл это.
—нет, я настаиваю, пошли. —Генри вёл себя довольно приветливо по отношению к Каспбраку, но что то в его словах явно настораживало парня.
Эдди ничего не успел сказать, как почувствовал холодную руку на своей шее, от этого парень машинально заорал, но рука вцепилась в шею сильнее и Эдди уже не кричал, а издавал еле слышны звуки похожие на хрипение.
—О.....т...—Эдди пытался вырываться, пытался бить Генри руками и ногами, но все было тщетно. Генри будто ничего этого не чувствовал, но он продолжал сжимать тонкую шею астматика.
—отпустить?ты это имеешь в виду? Да, конечно, я тебя отпущу! Но только попозже...
Эдди не понимал о чем говорит Генри, но сейчас это его не сильно волновало, он просто хотел выбраться из хватки Бауэрса. Кровь уже перестала поступать к горлу, голова начала синеть, а в лёгких стало не хватать воздуха. Эдди, начал терять сознание.
—Эй! Не вздумай тут помирать! —Генри встряхнул парня, чуть ослабевая хватку, но не давая своей жертве сбежать.—ты мне ещё живым нужен!
Эдди смог набрать воздуха в лёгкие, но этого все равно не хватало, чтоб полноценно вздохнуть.
Генри вдруг резко потащил парня за собой в какую то подворотню. Эдди начал осознавать чем все может закончиться, но до последнего верил что это не произойдёт. Нет, Генри не хотел сейчас избить астматика, и Каспбрак уже прекрасно это понимал.
Мгновение, и парень оказался уже на земле, Генри силой отбросил его, тем самым получилось так, что Эдди ударился головой о стену. По его вискам и затылку потекла тёплая кровь. Сейчас Каспбрак хотел зарыдать на всю улицу, но вместо этого он сильнее вжался в стену, смотря на своего обидчика, молящими о пощаде глазами.
—вот сейчас мне будет хорошо...
Генри начал подходить ближе, ниже пояса загремела пряжка ремня, а после этот ремень и вовсе оказался на земле, своим падением испугав беззащитного Каспбрака.
—П.... Пож...пожалуйста.... Не... Не надо..
—Эдди хотел умереть,прямо здесь, прямо сейчас, все, что угодно, но не терпеть то, что задумал Бауэрс.
Ответа не последовало. Вместо этого Тело Эдди пронзила адская боль, Генри поднял того вверх, проехавшись спиной парня по стене. От этого Каспбрак громко заорал, зажмурив глаза.
По спине начала течь кровь, футболка была изорвана чуть ли не в клочья, все тело Эдди ныло от боли. Парень уже ни о чем не думал, он просто хотел умереть.
Вдруг астматик почувствовал ещё большую боль между бёдрами. Из последних сил Эдди заорал, рвя последние голосовые связки.
—тебе нравится? Мне очень! —Генри обратился к Каспбраку, но тот уже не обращал внимания ни на что.
Холодные слезы потекли из глаз брюнета, смешиваясь с тёплой кровью.
—ты жалок, Эдди! Ты понимаешь это!?
Генри снова сдавил своей огромной рукой, тонкую шею Каспбрака.
Очередной всхлип со стороны Эдди, и тишина.
Генри начал резко входить внутрь беззащитного парня, получая от этого всего удовольствие.
—п... Пожалуйста... —Эдди не оставлял попыток закончить все это.
—что? Пожалуйста быстрее? О, я могу так. —Генри ускорил темп, входя до самого конца.
Эдди не мог кричать, хоть и хотел завопить как можно громче, он мог только хрипеть, зажмурив глаза, из которых уже ручьём текли слезы.
Время для Каспбрака остановилось, он не чувствовал своего тела, кровь уже запеклась в некоторых местах, оставляя за собой глубокие царапины.
Генри же в то время, со злобной и властной улыбкой продолжал свое начатое дело, даже не думая остановиться. Ему хотелось просто использовать Эдди, полностью. Он был уже близок к этому, так как Каспбрак был на грани потерять сознание.
С громким стоном Бауэрса, Эдди почувствовал что то жидкое внутри себя,а после, снова резкую боль во всем теле. Генри снова отбросил Эдди, ударив того об стену. Запекшаяся кровь вновь начала течь, вызывая ещё большую боль, чем прежде.
—Ты жалок во всем... Эдди....
На пару секунд брюнет почувствовал что потерял сознание, но сильный удар в живот вернул Каспбрака в сознание.
***
А после, темнота, ни боли, ни звуков, ни света, ничего, Эдди будто умер.
—Эддичка! Кто с тобой это сделал!?
***
Утром парня нашли голого в подворотне и сообщили его матери.
После этого случая Генри никто больше не видел.