После коронации 5

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Dragon Age

Пэйринг и персонажи:
ж!Махариэль, Алистер Тейрин
Рейтинг:
G
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Ангст Пропущенная сцена Психология Фэнтези

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Архидемон повержен. Весь Денерим празднует победу и чествует свою героиню. А что думает сама героиня?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Пожалуйста, скажите своё мнение о работе. Я буду только рада конструктивной критике. Но прошу быть вежливыми.
30 декабря 2019, 17:46
      Весь Денерим праздновал победу, а заодно и коронацию Алистера и Аноры. Прошла церемония награждения, прошла встреча новой королевской четы с народом и теперь на пиру в замке собрался весь цвет Ферелдена. Эллиру Махариэль, Героиню Ферелдена, победительницу Архидемона, бесстрашную воительницу, что остановила Пятый Мор, окружили вполне закономерным вниманием. Все, кажется, считали своим долгом лично поблагодарить её, а некоторые и вовсе порывались обнять и облобызать. Даже самые знатные и зазнавшиеся ферелденцы, из тех, что ещё пару месяцев назад (да что там месяцев — недель!) презрительно называли её остроухой, подходили ныне с поклоном и фальшиво улыбались, поздравляя с победой. Элле было интересно, на сколько этого благоговейного уважения хватит. На пару дней, пожалуй. А то и меньше. Это казалось вполне вероятным. Они будут громко говорить о великом подвиге Серых Стражей, но вскоре станут возмущаться необходимостью платить им десятину. И ещё больше они будут возмущены тем, что Страж-командор Ферелдена — эльфийка. Иногда Эллира благодарила Творцов, что она хотя бы не маг. Впрочем, были на пиру и те, в чьей искренности она не сомневалась. Но это не особо меняло положение. Её обсуждали, о ней уже сочиняли баллады и легенды, какой-то банн клялся, что сейчас же отдаст приказ привезти из Антивы лучшего портретиста, чтобы запечатлеть образ героини — а Эллу уже тошнило от всего этого. Она понимала этих людей и то, как они ей благодарны, но неужто ни один из них не мог понять, как Элла устала за этот год! Она хотела лишь покоя.       Эллира взглянула на Алистера: тот выглядел крайне несчастным. По всей видимости, ему всё это надоело ещё больше, чем ей. К тому же, его короновали против воли, женили на нелюбимой женщине и, откровенно шантажируя дружбой, уговорили провести Темный ритуал с Морриган. Вспомнив, что сама стала инициатором всего этого, Элла невесело подумала, какая она отвратительная подруга. А впрочем, их уже вряд ли можно было назвать друзьями. Прошедший год ужесточил обоих, но Эллиру он сделал жестокой. Ну, так считал Алистер. Когда они впервые поссорились? Кажется, когда она принесла Изольду в жертву в ритуале магии крови? Творцы, как Ал не понимает, она же сделала это, чтобы спасти мальчика... уже неважно.       Не в силах больше выносить отвратной музыки, что играла группа пьяных бардов, Махариэль встала из-за стола и, извинившись, вышла на крепостную стену. Её взгляду предстал разрушенный Денерим — печальное зрелище. На какие деньги его восстанавливать будут? Казна-то пуста. Опять налоги поднимут, а ведь люди и без того всего лишились. Мда, невесело будет житься ферелденцам ближайшие пару лет. Но гораздо больше Эллиру волновало, как она объяснит уже едущим из Орлея Стражам, почему она жива. Алистер хоть может прикинуться дурачком, он это умеет профессионально, но Эллира... Что же, её видимо ждёт долгий и эмоциональный разговор. — О, а я повсюду ищу тебя! Я уж подумал, что ты меня бросила на расстерзание знати и сбежала. — Алистер появился внезапно. — Я и сбежала, — усмехнулась Махариэль, — да и ты тоже, я смотрю. Новоявленный король засмеялся: — Да уж, оказала ты мне услугу с этой коронацией. Давай вернёмся в зал? Анора сожрёт меня, если заметит, что я ушёл надолго. К тому же, мне кажется, или я чувствую запах сыра? — Не бойся, весь сыр не съедят, а Анора, я думаю, будет рада отдохнуть от твоего общества. Ты уж извини. — Ты сама меня на ней женила, помнишь? — в голосе Алистера прозвучала обида — О чём думаешь? — О Морриган. После некоторого молчания, Алистер сказал: — Никогда не понимал, почему ты доверяешь этой ведьме? Видишь в ней себя? Эти слова ранили Эллиру сильнее когтей Архидемона. Она знала, как Ал относится к Морриган, но неужели он теперь так же относится к ней? — Древнюю магию нужно хранить. — И ты действительно в это веришь? Или ты просто хотела выжить? — А ты разве не хотел? Что сделано, то сделано, прошлого не изменишь, Ал. Сожаления — самое неблагодарное занятие, какое только можно придумать. К тому же, хочу напомнить тебе, что никто ни к чему тебя не принуждал, на ритуал ты согласился сам. Так что не обвиняй меня. Быть может это прозвучало слишком жёстко. Эллира изо всех сил старалась не смотреть на Алистера: она понимала, что не вынесет его взгляда. — Ты хочешь найти её? — спросил он, уже без всякого намёка на дружелюбие. — Если Морриган не хочет, чтобы её нашли, её никто не найдёт. Но ты возвращайся на пир. Тебя ждут. Алистер постоял пару секунд, а потом молча развернулся и ушёл. Да уж, была дружба, и нет дружбы. Эллира прекрасно понимала, что она сама виновата, и её переполняло отвращение к себе. Она слишком очерствела за этот год. Воистину, Мор меняет человека. Или эльфа. Да кого угодно. Внезапно, Элле захотелось, чтоб стражи Орлея приехали как можно скорее. Тогда она наконец сможет покинуть столицу. Всё равно здесь её больше ничего не держит. Тяжело вздохнув, Эллира Махариэль, героиня Ферелдена, понуро зашагала обратно в зал.