Глава 3.
27 февраля 2020 г., 10:41
— Да ладно! — Шуга от неожиданности даже подпрыгнул. — Ждала значит, да? Так ждала, что даже ответить некогда было?! А ну смотри сюда! — Он открыл окно почты и ткнул мышкой на время отправления ответа. Дата стояла двухмесячной давности.
— Последние два месяца у меня не было доступа к сети, так что я тут не при чем.
— А я тогда при чем?
— Ни при чем! — Хмурясь огрызнулась Арлин, вновь остывая и смущаясь. — Но почему ты вынес мое письмо из общей кучи?
— Хочешь знать? — Он улыбнулся краешком губ, скрестив руки на груди и присев на край стола, глянул на неё сверху вниз. — У тебя отличные стихи получились, я бы хотел создать к ним музыку и использовать для своего альбома.
— Мои стихи? — Маленькая фанючка внутри неё взвизгнула от счастья и никак не хотела затыкаться как только Арлин не душила её в себе.
— Твои, да. — Увидев загоревшиеся счастьем серые глаза, которые засверкали миллиардами звезд, Шуга сам невольно заулыбался. Так вот она значит какая, та что вызвала в нем такой жгучий интерес. Кто бы мог подумать, что она окажется гибридом.
— Это… Я просто хотела рассказать что на самом деле происходит с моей расой. Я не пыталась навязать свои стихи для твоего творчества. — Она неловко улыбнулась и обхватила свои плечи вспотевшими вдруг ладонями.
— Однако они мне понравились. Своей искренностью и знанием дела. — Он присел на корточки и положил руки на подлокотники кресла развернув её лицом к себе. Заглядывая в испуганные и смущенные глаз, Шуга ласково улыбался. — Каждый день я проверял почту, все надеялся что ты ответишь. А ты оказывается все это время дулась на меня как арбуз на грядке.
— Сам ты арбуз! — Приятное тепло разливалось в измученной сомнениями душе молодой девушки. Все же она была рада, что он оказался тем в кого она однажды поверила. Кому доверила свои мысли и чувства. И он не подвел, смог разглядеть её, крохотную песчинку, среди огромной Сахары.
— Ладно, я тоже арбуз. Пошли уже поужинаем. У меня вдруг разыгрался аппетит. — Он протянул ей руку и мотнул головою в сторону кухни.
— Почему ты меня не прогоняешь? Я ведь обзывала тебя, это я была не права, огрызалась, прилюдно оскорбляла. — Сыпала вопросами Арлин, пока они шли на кухню, продолжить начавшийся ужин.
— Думаю у тебя был повод для обиды, даже если он оказался надуманным. А на счет оскорблений, на детей не обижаются.
— Я не ребенок! — Арлин возмущенно отдернула руку, которую он держал чуть выше локтя. Еще не хватало чтобы её считали маленькой. Она была взрослее некоторых взрослых и пускай по недавно выданному паспорту ей было всего девятнадцать, она взрослая, самодостаточная личность!
— А дуешься как маленькая лялечка! — Он повернул её к себе лицом когда они были уже на пороге кухни. — Смотри какие щечки надула!
— Эй! — Отняв его руки от своих пылающих щек, она топнула ногой. — Ты сам то сильно вырос?
— Нуу… Не так давно, ты назвала меня старичком. Так что думаю да. — Он развеселился еще больше, состроив дурашливую физиономию, округлив глаза и сложив губы в правильную букву О.
— Ты… Должен принять мои извинения. — Она сморщила носик и взглянув снизу вверх прижала ушки в ожидании ответа.
— Я должен? — Шуга понимал что должен, но так хотелось позлить, и хрен его пойми для чего.
— Ты мог бы? — Они зашли на кухню и сели по обе стороны от стола, взявшись за свои приборы.
— Позволишь наложить музыку на твои стихи?
— Дашь мне послушать то что получится первой?
Этот диалог происходил на полутонах, глядя друг другу в глаза. Он уверенно улыбался, она взволнованно кусала нижнюю губу. Только вот разорвать зрительный контакт не получалось ни у неё, ни у него.
— Включу в альбом только после твоего одобрения.
— Тогда они твои. — Арлин протянула руку и оттопырила мизинчик. — Обещай!
— Обещаю. — Он обхватил мизинец своим и притянув ближе коснулся большим пальцем её. — А теперь ешь. А то пока мы бегали туда сюда, все остыло.
Закончив ужин, Шуга собрал посуду, но Арлин отобрала у него тарелки, сказав что это её обязанность и в общем то он был не против, а очень даже за. Пока она ополаскивала посуду, он вынул из стиральной машины её вещи и развесил их на лоджии.
На часах к тому времени было почти двенадцать ночи, само собою он не собирался отпускать её никуда, поэтому сходил в комнату и перестелил постельное, заменив его на свежее. Сам же организовал себе спальное место на диване в гостиной.
— Я остаюсь? — Раздался тихий голос за спиной пока он возился со своим одеялом, пытаясь вдеть его в пододеяльник.
— Без вариантов! Или ты собираешься в мокром щеголять? — Он наконец справился со своей непростой задачей и вымотанный плюхнулся на мягкие подушки утопая в них почти полностью.
— Зачем ты возишься со мною? — Она тише тихого подкралась на цыпочках и так же тихо расположилась рядом на тех же гипер мягких подушках. Шуга щелкнул кнопкой на пульте и помещение заполнил звук какого-то фильма идущего по местному телеканалу.
— Ну кто-то ведь должен, почему это не могу быть я? — Он поднял руку вверх и немного посомневавшись она все же положила свою макушку ему на грудь. Прижав аккуратно её к себе, Шуга немного повозившись устроил удобнее на диване обоих.
— Не боишься что ночью обворую тебя и сбегу? — Арлин подобрала ноги под себя и уставилась в мерцающий яркими картинками экран, потихоньку слипаясь ресницами от разморившего её теплого плеча.
— Ну ты ведь не боишься что я наброшусь на тебя среди ночи и воспользуюсь.
— А ты можешь? — Шепотом. Глаза совсем закрылись погружая её в приятное беспамятство.
— Могу. — Так же шепотом ответил Шуга, но его уже никто не слушал, впервые за долгое время Арлин заснула вот так, просто и так быстро, без тени страха за свою жизнь. Уже через пару минут он удивленно услышал её легкое мурчание. Приоткрыв глаза он посмотрел на спящую девушку.
Она мирно посапывала на его груди и это было так естественно, словно она всю жизнь была рядом, словно шла в комплекте к рукам и ногам. Это было так правильно, что как-то болью отозвалось в грудине, тоской полоснуло по сердцу. Нуждался ли он в чем-то так сильно, как нуждается сейчас слышать её легкое мурчание? Склонив голову на бок, он наблюдал как слегка подрагивают во сне её ушки, как едва-едва колышется кончик хвостика.
Она уснула быстро, а вот его сон ни как не брал, еще немного полежав, Шуга выбрался из-под неё и накрыв одеялом побрел работать в студию. Получив наконец добро, он приступил таки к написанию мелодии для её стихов. Сказать по правде, он давно уже придумал всё, но не решался соединять воедино, ведь могло так сложиться что он бы не встретил ни когда автора. Провозившись почти до трех часов ночи он все же решил поспать хоть немного.
Подняв на руки свою внезапную гостью, Шуга отнёс её в свою комнату и уложив на постель укрыл одеялом, получив при этом пару раз обеспокоенным хвостом по лицу, которому кажется вовсе не понравилось что его опять во что-то укутали.
Вернувшись в гостиную он выключил телевизор и рухнув на диван моментально заснул.
— Ээй… — Тихий шепот пробирался сквозь сон, путаясь между тем и этим миром. — Шуга, ты спишь? Мне страшно одной, можно я тут с краюшку пристроюсь? — Странный вопрос прозвучал как шелест листвы в ветреную погоду. Теряясь в шорохе теплого одеяла. Что-то мягкое и теплое окутало, даря свое тепло и создавая приятное спокойствие.
Его обнимали так нежно и так ласково, как будто самое ценное сокровище на земле, поэтому следуя скорее всего каким-то природным инстинктам он сгреб то самое тепло в охапку и прижав к себе, надежно зафиксировав стальными объятиями, оставил печать в виде поцелуя на пылающей девичьей щеке. Проснулся ли он при этом? Нет. Запомнил ли он это? Еще как!
Лучи солнца пробивались сквозь неплотно занавешенные шторы, медленно крадясь по комнате словно настырные воришки, бесшумно охватывая каждый уголок погруженной во мрак комнаты.
Вот они скользнули по полкам высокого книжного шкафа, озаряя ровные ряды книг и папок, затем поползли по широкой плазме стоящей на низкой тумбе, медленно пробрались по пушистому ковру цвета «кофе с молоком», запутались на сброшенном ночью теплом одеяле и наконец добрались до притаившейся на широком диване парочки. Лизнув по мятой щеке одного и пригладив по серому ушку другую, они словно звонко засмеялись недовольству обоих требовательно заставив их окончательно проснуться.
Открыв глаза, Шуга не сразу сообразил что же его придавливает к дивану, но опустив взгляд чуть ниже по своей груди понял.
— Доброе утро. — Прохрипел он растянув губы в довольной улыбке. Девушка спала распластавшись на его груди обвивая руками, невинно устроив себе гнездо в его ногах. Потянувшись всем телом, она приоткрыв один глаз посмотрела на него и что-то невнятное пробурчав в ответ забралась под его бок и уткнувшись теплым носом в плечо опять улетела в далекие миры Морфея. — Значит кофе и завтрак с меня.
Потихоньку выбравшись из-под неё, Шуга поднял упавшее ночью одеяло и накрыв недовольно чмокающую губами девушку, которая даже сквозь сон негодовала, что её лишили персональной грелки, потрепал себя по взлохмаченным волосам, шумно зевнув при этом. Обернувшись и еще разок взглянув на беззаботно спящую гостью, он выудил тапки из-под дивана и поплелся готовить завтрак.
Глаза медленно распахнулись, прогоняя окончательно дурманящий голову сон. Арлин откинула в сторону теплое одеяло и уставилась в потолок. Вчерашний день потихоньку возвращался в её память, даря какие-то непонятные чувства.
Еще утром ей казалось, что жизнь окончательно решила добить и растоптать все последние крошки надежды на лучшее, зато вечер принес в давно уже метавшуюся душу спокойствие. Как будто тяжелый камень, все это время давивший где-то на сердце, наконец свалился с неё.
Он ей нравился, это правда. Его слова, мысли, тот посыл что он транслировал в массы. Он ничем был не обязан её виду, это могло его никак не трогать, но все же он был на её стороне.
Его заботило их дальнейшее существование. Почему же она раньше не слышала про этот реабилитационный центр? Он нигде о нем не рассказывал в СМИ это точно. Так почему? Арлин взбила растрепавшуюся шевелюру приводя её в еще больший хаос и потянувшись села на подушках.
Нос учуял сладкий запах какао. Какао?! Нет, нет, она ни с чем другим не перепутает этот сладкий запах! Так пахло каждое утро в её когда-то счастливом детстве. Подскочив на ноги она бегом пустилась к источнику аромата. Увидев растрепанную девушку, которая не шла, а плыла как показывают в мультфильмах, водя носом по воздуху, Шуга спрятал смех в улыбке.
— Ну что, доброе утро наконец?
— Да, действительно доброе. Что я должна сделать чтобы получить большую кружку какао? — Она прищурила глаза и села на стул подобрав ноги, обвивая руками коленки.
— С чего ты взяла, что там какао? — Шуга склонив голову на бок кивнул в сторону небольшой кастрюльки на плите.
— Я тебя умоляю, у меня нюх в три раза острее твоего! — Она уткнулась подбородком в коленки. — Так что?
— Ох, даже и не знаю… Я готов предложить одну сделку, вот только не знаю хватит ли у такой трусливой кошки духу на её согласие. — Оба понимали и принимали начавшуюся игру, не желая прекращать.
— Я смелее некоторых певичек буду, так что не сомневайся во мне. — Она фыркнула и тут же ойкнула, так как получила щелчок по носу за свои слова.
— Я похож на певичку?
— А я похожа на трусиху?
— Ладно, один-один. Но все же про предложение я не шутил. Оно и в правду есть к тебе. — Шуга оформил две кружки какао и сел напротив гостьи.
— Уруру… — Довольно пробубнила Арлин прижимая ушки к голове и обхватывая теплую кружку обеими ладонями.
— Любишь какао? — Шуга искренне улыбался, как будто приютил с улицы бездомного котенка, который теперь радует его одним своим присутствием.
— Моя мама готовила каждое утро его, когда я была совсем малышкой. Она где-то брала самое вкусное молоко на свете и от одного запаха мой хвост и ушки начинали трепетать. Ммм до сих пор помню это.
— А сейчас не готовит? — Она опустила взгляд в кружку и по тут же повисшим ушкам он понял, что — больше нет. Но бередить сейчас прошлое не хотелось, вообще не хотелось чтобы она грустила. Непонятно почему, но у него была острая необходимость слышать её смех и видеть хулиганистый задор в серых глазах.
— Так что за предложение?
— Да, совершенно верно. Я хочу чтобы ты была соавтором в новом альбоме, который я готовлю.
— Чего?! — Она чуть не подавившись своим какао уставилась на него.
— Ты глухая? — Он уставился на неё в ответ.
— Я не имею ничего общего с творчеством. Никогда не пыталась даже. Те стихи что я отправила тебе, это простой крик души. Разовая акция понимаешь? — Она нахмурилась и снова уставилась в кружку, как будто там сейчас будут транслировать всю суть её жизни.
— За те три текста которые ты мне отправила я вчера внес на твой счет вот такую сумму. — Он показал ей в телефоне чек перевода. Арлин все-таки поперхнулась своим напитком.
— Я не просила!
— А я и не спрашивал! Любой труд должен быть вознагражден, моё личное мнение. У тебя оно может быть другим, но сути это не изменит. Я вижу отличную работу в каждой написанной тобою строчке, она окупится в гораздо большую сумму поверь мне.
— Но у меня нет никаких счетов! Я вообще от банка далекий человек.
— Уже есть. Открыть счет на чье то имя совершенно не сложно, можешь мне поверить. — Он улыбнулся и допил остатки своего напитка залпом.
— Я не нуждаюсь в благотворительности… — Он тут же перебил начавшийся монолог, прекрасно понимая чем он продолжится.
— Ты их заработала! Честно, своим собственным умом, без чьей-либо помощи! Работа, она тоже бывает разной и по разному оценивается. И поверь мне, та сумма что я перевел, вполне адекватная. Ну разве что, тысяч десять я накинул за твой симпатичный хвост. Он ведь мне так понравился, да?
Смутившись окончательно и бесповоротно, Арлин просто сидела уткнувшись носом в кружку и покраснев до кончиков своих и без того медных волос. Почему же её организм отторгает саму мысль, что все что сейчас происходит, это по честному. Что она заработала эти деньги, что она просто может их взять, не потому что их ей дали, а потому что они её по праву!
Может быть это стыд? Именно он корит её и жжет изнутри. Ведь она правда считала что он не тот за кого себя выдает, правда поверила в это и совершенно определенно высказывала свое мнение о том, что все его слова и поступки, это только пустышка, маска, за которой скрывается безразличный, черствый и лживый человек.
— Я согласна с тобою работать. — Пробормотала она и тут же добавила. — Только если ты заберешь обратно все эти деньги.
— Я не сделаю этого. — Он сидел скрестив руки на груди и в упор смотрел на неё.
— Но ты должен! Я согласна брать деньги, только тогда, когда это будет моей официальной заработной платой. А эти стихи, я ведь не за деньги их писала, платить за них это даже невежливо с твоей стороны! Я ведь от всего сердца тогда писала тебе…
— Вот ты лиса… — Он улыбнулся, ему нравилась её честность. Видно было, что улица не испортила и не стерла в ней генами заложенную порядочность. — Однако, я не могу забрать их обратно, как бы не хотел этого. Это не так просто, потому что счет открыт на твое имя и ты единственная имеешь к нему доступ, забрать что-либо с него можешь теперь только ты. Но пусть они будут авансом за следующие твои три текста. Подгоняют тебя заняться ими как можно скорее. Теперь ты обязана сочинить просто шедевр!
— Это должна быть официальная работа, ясно тебе? — Она допила свое какао и забрав у него пустую кружку пошла мыть. — Я не воспользуюсь этими деньгами пока не напишу что должна.
— Я даже не сомневаюсь в этом. — Голос прозвучал настолько близко, что Арлин невольно выпустила кружку из мокрых пальцев и та с грохотом лязгнула о поверхность раковины. — Кстати, как у тебя с готовкой?
— Вс…смысле? — Она так и стояла замерев возле льющейся из крана воды, не в силах отыскать потерявшуюся кружку, даже не смотря на то что смотрела на неё в упор.
— В смысле завтрака. Я готовил вчера ужин, теперь твоя очередь. — Он отошел обратно к столу и кислород, наконец заполнил её изголодавшиеся легкие, заставив шумно втянуть воздух. Кружка нашлась и вернулась в чуть дрожащие руки.
— Я могу сделать глазунью с колбасой, не жди от меня кулинарных изысков. — Арлин вытерла руки о оторванное бумажное полотенце и бросила в мусорное ведро.
— Годно! Я пойду отправлю пару сообщений и сделаю несколько звонков, позовешь как будет готово.
— Эй! Только не думай, что я тебе тут каждый день теперь готовить буду! — Окончание фразы её пришлось прокричать, так как Шуга уже скрылся в своей студии, улыбаясь от уха до уха.
Звонок в дверь застал Арлин на полпути к финишной прямой её готовки. Несколько раз позвав Шугу, она так и не дождалась от него отклика, поняв что он заперся в своей студии, потому накрыв крышкой и отставив сковороду в сторону она выключила плиту и пошла открывать.
На пороге стоял высокий блондин, вернее то что он блондин она смогла понять только тогда когда он перешагнул порог и запнувшись кажется за воздух, полетел вперед погребая себя под огромной кучей книг которые держал собственно в руках.
— Юнги а! Ну ты чего тут опять по наставил на пороге?! Если я убьюсь когда-нибудь, то это будет на твоей совес… — Остаток фразы остался не услышанным никем, поднявшись и собрав часть книг он наконец таки обратил свое внимание на того кто сейчас стоит перед ним. Симпатичный блондин в круглых очках замер словно статуя.
