Моя разноцветная семейка. Часть 1. Хогвартс не устоит!

Очередные две недели тишины насторожили всех обитателей Хогвартса, которые уже начали привыкать к неожиданным поворотам событий. Такое затишье наводило на мысль о грандиозных планах на бал-маскарад. Правда всё же без происшествий не обошлось. Лена всё возилась со своим новым питомцем по имени Василёк, которого она самостоятельно вывела. Вот только оказалось, что эта синяя зараза приходит в крайнюю степень блаженства от поедания пергамента. Как она это делает — не понятно, но все свитки теперь куда-нибудь прятались. В пятницу утром, тридцать первого числа прибыла почта. Среди всевозможного разнообразия сов и филинов заметно выделялся огромный чёрно-коричневый орёл с серебристой плоской коробкой в клюве, что спикировал прямиком к Софье на выставленную руку. Та заботливо погладила эту опасную махину по голове, забрала посылку и угостила мясом, отпустив после чего обратно. Птица сделала круг почёта по залу и улетела домой. — Что тебе принёс Ферзь? — поинтересовалась у сестры Марья, с интересом разглядывая серебристую упаковку и параллельно думая о том, как бы ей зачаровать зеркало, как в кабинете у Учёного. — Это маскарадный костюм, — отозвалась Софья. — Ты же не забыла, что сегодня бал? — Ась? — уплывшая в свои мысли девушка резко встрепенулась и недоуменно переспросила: — Какой бал? — Понятно, — тяжело вздохнула желтоглазая. — Будем искать тебе платье. — А может не надо? — жалобно спросила Марья, состраивая самую милую мордочку, на которую была способна. Но по выражению лица сестры всё поняла и со вздохом приняла суровую действительность: — Платье, так платье.

***

Большая часть дня для многих студентов прошла в предпраздничном мандраже. Половина уроков была снята и после обеда все начали готовиться к празднику. Весь замок был украшен ещё минувшей ночью эльфами-домовиками и теперь повсюду летал запах свежей тыквы. Близняшки затихорились в своей комнате, явно внося последние штрихи в свою очередную задумку. В том, что этим вечером они что-то отчебучат сомнения не было даже у первокурсников, которым, как и ученикам второго и третьего курсов, разрешили присутствовать на балу до десяти часов, когда как остальные пробудут там до полночи. Елена готовилась к предстоящему событию вместе со своими однокурсницами, с которыми за прошедшее время успела неплохо сдружиться. Представители же мужского пола четы Романовых особо то и не парились, раздобыв костюмы и маски похожие на те, что обычно присылала им матушка перед очередным балом, чтобы её деточки были лучше всех. В общем ровно до восьми часов вечера всё было вполне нормально и прилично. Никто не носился по коридорам, удирая от доведённых до белого колея сокурсников, ни за кем не гонялись внезапно ожившие предметы повседневного быта вроде сковородок и кованных поленниц, никаких дуэлей не намечалось, ничьи питомцы не терроризировали окружающих своими гастрономическими изысками и никто не шастал по закрытым секциям. Всему этому были несказанно рады преподаватели, которые уже начали подозревать, что к ним подослали не учеников, а диверсионный отряд. С первым ударам колокола, извещающего о наступлении восьми вечера, в бальный зал начали впускать магов в маскарадных костюмах. Многие подошли к этому ответственно и узнать под маской проходившего было почти не возможно. Помимо всего прочего было принято решение, что профессора тоже будут в масках, и теперь совершенно было не понятно, кто всё-таки есть кто. Хотя бесспорно некоторых преподавателей можно было узнать в любых обличьях. Например профессора Флитвика, рост которого значительно подводил общее впечатление от его костюма рыцаря, или профессора Трелони: она по совету Сэйры Шандоровны оделась как настоящая цыганка — тут явно не обошлось без самой Деметер. Сама русская преподавательница предстала перед всеми в образе заправской пиратки: высокие сапоги, тёмные шаровары и белая рубаха, поверх которой был надет кожаный жилет. Довершали общую картину ярко-алая бандана, сабля в ножнах и курительная трубка в зубах женщины. В противовес ей Сергея Александровича, которому скрепя сердцем пришлось вернуться на два дня раньше, было не узнать. Чёрная, детально проработанная маска кондора, отделанная большими перьями, длинный плащ и чёрный камзол с серебристо-серой отделкой. Таким же не опознаваемым остался мужчина в маске чёрного ворона, детализация которой вызывала восхищённые вздохи у каждого второго. По давно сложившейся традиции Романовы разбились на пары и появлялись в зале по очереди. Первыми по праву старшинства в распахнутых дверях появились Святослав и Мария. Такие разные и в тоже время части единого целого они были третьими по старшинству детьми в семье. Оба дополняли в какой-то мере друг друга, но и одновременно разительно отличались. Чёрно-синий камзол и простая полу маска сидели как влитые на высоком и красивом Святославе, хорошо сочетаясь с его глазами. Вечно взъерошенная и носящаяся по школе в рабочей одежде Марья была причёсана и упакована в платье, что состояло из двух частей и больше походило на татарский национальный костюм: нижнее белое платье и верхнее тёмно-фиолетовое с большим количеством вышивки, застёгивающееся на спереди на талии при помощи расшитого пояса. Волосы заплетены в две косы с треугольными подвесками на концах и перекинуты назад, а на голове тюбетейка с прикрывающим волосы длинный покрывалом из белого шифона. Следом в зал вплыла Софья, которую под руку вёл Руслан в тёмно-зелёном костюме и полумаске. девушку было почти не возможно узнать, ибо лицо её закрывала густая вуаль, крепящаяся у диковинной золотой заколке, что пряталась в хитросплетениях светло-русых и апельсиново-оранжевых прядей. Платье на Софье было светлого кремового цвета с вышитыми золотыми и оранжевыми цветами, а руки скрывали тонкие кружевные перчатки. Помимо всего этого в посылке, что пришла сегодня девушке, была небольшая подвеска каплевидной формы с оранжевым опалом, что сейчас покоилась на её шее. После них в зале появились Глеб в бордовом костюме и похожая на лестную нимфу Елена в струящемся светлом платье и живыми цветами в волосах. А вот близняшек почему-то не наблюдалось, что заметно насторожило Серого Волка, который временно стал чёрным кондором. Когда все уже собрались и Дамболдр собирался начать свою речь одновременно произошли несколько вещей, известившие о начале показательного выступления отдельно взятых представителей Романовых. В один миг свет в зале потускнел, раздались первые звуки музыки, а над потолком пронеслись первые слова песни: — Говорят, мы бяки-буки, как выносит нас земля? Дайте что ли карты в руки погадать на короля… А ведь Сергей Александрович так надеялся, что хотя бы в этом году обойдётся без таких спец эффектов! И ведь эти бестии даже не поленились перевести текст на другой язык для своей задумки. — Ой-ля-ля, ой-ля-ля, погадать на короля. Ой-ля-ля, ой-ля-ля. Ех-ха! Неожиданно внимание всех привлекла Беляна, что нашлась сидящей на непонятно откуда взявшейся огромной бочке с колодой карт, и продолжила песню: — Завтра дальняя дорога представляет королю. У него деньжонок много, а я денежки люблю. На голове теперь красовался хвост из смоляных волос, а в ушах были массивные золотые серьги. Чёрно-белые полосатые шаровары, поверх которых были красная рубаха и юбка, внушительные сапоги на толстой подошве и манистовое колье на шее полностью повторяли образ знаменитой разбойницы. — Ой-лю-лю, ой-лю-лю, а я денежки люблю. Ой-лю-лю, ой-лю-лю. Ех-ха! — к голосу Беляны присоединился второй, который принадлежал Акулине. Правда откуда он доноситься было не понятно. — Королева карта бита. Бит и весь его отряд. Дело будет шито-крыто — карты правду говорят, — вновь звучал голос Беляны, которая всё это время старательно раскладывала карты. — Ой-ля-ля, ой-ля-ля, — голоса девушек вновь зазвучали в унисон, — карты правду говорят. Ой-ля-ля, ой-ля-ля. Ех-ха! Музыка стихла, освещение мигнуло и Беляна исчезла, вместе со всем своим инвентарём. Только все невольные зрители хотели начать аплодировать, выражая своё восхищение, как вновь раздались звуки мелодии. Теперь перед всеми предстали обе девушки, с самым залихватским видом перегородившие входные двери. — А, как известно, мы народ горячий, — запела Акулина, что действительно сейчас походила на разбойника с большой дороги. Ну или на их двоюродного дядю по материнской линии во время очередной ссоры с женой, когда тому приходилось вновь возвращаться к своей первоначальной деятельности. Их дядю ещё Соловьём-разбойником частенько в это время кликали. - Ах, и не выносим нежностей телячьих, — следом пропела Беляна, что успела избавиться от карт и обзавестись двумя пистолетами на поясе. — Но любим мы зато телячьи души, — Акулина приобняла ближайшего к ней младшекурсника со зловещей улыбкой на устах. — Мы любим бить людей, — вновь вступила вторая близняшка. — Любим бить людей, — подхватила её сестра. — Любим бить людей, — в унисон запели девушки. — И бить баклуши. А потом всё превратилось в безумные хоровод, а сами близняшки начали с поразительной скоростью перемещаться по залу, не переставая петь: — Мы раз-бо-бо-бобойники, разбойники, разбойники. Пиф-паф, — девушки выхватили свои пистолеты и пальнули в воздух снопами разноцветных искр, меняя направление своего движения, — и вы покойники, покойники, покойники. Пиф-паф, и вы покойники, покойники, покойники. — А кто увидит нас, тот сразу ахнет, — пропела Беляна над самым ухом вздрогнувшей Гермионы, которая была облачена в красивое нежно-голубое платье и маску, скрывавшую половину лица. — И для кого-то жареным запахнет, — зловеще продолжила Акулина уже на ухо прозевавшему её появление Сергею Александровичу. — А кое-что за пазухой мы держим, — вновь вместе запели эти бестии. — К нам не подходи, к нам не подходи, к нам не подходи, а то зарежем! Вновь залп из пистолетов и девушки исчезают. Наученные опытом зрители не торопятся аплодировать и оказались правы. В мгновение свет почти погас и на потолке откуда-то появился лик луны. Раздались первые аккорды на гитаре. — Пусть нету ни кола и не двора. Зато не платят королю налоги работники ножа и топора — романтики с большой дороги. Теперь в руках у Беляны была гитара, струны которой она перебирала, пропевая вместе с сестрой слова с детства знакомых песен. — Не желаем жить по другому, не желаем жить, эх, по другому. Ходим мы по краю, ходим мы по краю, ходим мы по краю родному. Близняшки вновь разделились, перемещаясь по залу среди разряженных в карнавальные костюмы учеников и профессоров. — Мы бродим от утра и до утра. Чужие сапоги натерли ноги. Работникам ножа и топора — романтикам с большой дороги, — голос Беляны в этот раз застал врасплох не ожидавшего этого Малфоя, что был облачён в серебристо-серый фрак и серебряную полумаску. — Прохожих ищем с ночи до утра. Ну от чего не любят недотроги работников ножа и топора — романтиков с большой дороги.* — Акулина оказалась рядом со странным типом в белоснежном камзоле с золотой вышивкой и монолитной маской, что скрывала полностью лицо, оставляя лишь глаза цвета расплавленного серебра. А потом девушки пропевая последние аккорды бешеным вихрем скрылись среди толпы, оставляя после себя завороженных их выступлением зрителей. Первой начала аплодировать Сэйра Шандоровна, улыбаясь во всё лицо. Ей явно понравилась эта самодеятельность. За ней начали хлопать и остальные, пытаясь отойти от калейдоскопа мелькавших перед ними картинок. — Эти Романовы сведут меня в могилу, — тихо проворчал Волком, чем вызвал ещё более широкую улыбку у своей напарницы. — Ну что ж вы так волнуетесь, Сергей Александрович, — проговорила Сэйра и издевательски продолжила: — В вашем возрасте вредно волноваться.

***

После речи директора, которая таки состоялась, объявили первый танец. Святослав оставил Марью, дабы найти кого-то для танца, ибо знал нелюбовь сестры к этому делу. А к Софье подошёл тот неопознанный индивид в белом, пригласив на танец. Как не странно, девушка согласилась, хотя обычно довольно придирчиво выбирала партнёров и слыла самой неприступной девушкой высшего света магической Руси. Вместе они смотрелись очень гармонично, будто специально подбирали образы под друг друга. Мужчина был высок, хорошо сложён и с довольно длинными волосами, что сейчас были собраны в хвост. Стоило им закружиться в танце, как Софья спокойно произнесла, пряча улыбку под вуалью: — Твой подарок прекрасен, княже. — И как ты меня опять узнала, моя княжна? — удивлённо спросил мужчина, но глаза его смеялись. — Да просто не у кого, кроме тебя, не хватит столько наглости увести девушку из-под носа у кавалера, — почти смеясь, ответила Софья, намекая на то, что мужчина перехватил её у Руслана. — А на самом деле просто почувствовала твоё присутствие. — Даже так, — довольно прищурился мужчина. — Ты подаришь мне все танцы на этом балу? — Наглеешь, княже, — усмехнулась девушка. — Имею на это полное право, — парировал тот. — Ну хорошо, — согласилась Софья, растворяясь в магии танца вместе со своим партнёром.

***

— Я не буду этого делать! — возмутилась Марья. — Тогда проиграешь спор и будешь должна нам тройку, — довольно сказала Беляна. — Ну почему именно белый танец? — не унималась Мария. — Ну так же интереснее, — известила Акулина. Они втроём оккупировали один из фуршетных столов и самозабвенно спорили уже минут двадцать. Вся суть вопроса заключалась в том, что эти две бестии умудрились развести сестру на спор и теперь требовали исполнения условий. В противном случае Марье придётся попотеть, изготавливая набор зелий под кодовым названием ДН-3. — Почему именно тройку?! — возмущённым шёпотом проговорила Мария. — Вы хоть представляете, что с нами сделает Софа, если вы что-то взорвёте? — Да не бойся. Не будем мы ничего взрывать, — заверила её Беляна. — Пока, — еле слышно добавила Акулина. — А зачем вам тогда эти зелья? — подозрительно посмотрела на сестёр Мария. — Да так, про запас, — с самым невинным видом отозвались эти бестии, что даже дураку стало понятно, что у них на этот наборчик долго идущие планы. — Ну держись, воронья морда, — проворчала побеждённая Марья себе под нос. — Из этой схватки вы вряд ли выйдите с целыми ногами. — Удачи, Марь! — пожелали близняшки, наблюдая за тем, как их сестра пробирается к мужчине в маске ворона. Именно его ей нужно было пригласить на белый танец, который вот вот должен был начаться.

***

— Сударь, вы же не оставите девушку в беде? — Мария скрестила пальцы на удачу. — Пожалуйста! Мне жизненно необходимо станцевать с вами это танец, а то эти бестии точно что-то взорвут. Я готова потом отплатить вам любым набором зелий, кроме ДН-3. Выпалив всё это скороговоркой Романова застыла. Застыла и её жертва, не подавая каких-либо признаков жизни, так и замерев с не донесённым до рта кубком. Вот вот должны были грянуть первые первые аккорды танца и Марья начинала всё больше нервничать, а будущий партнёр по танцу кажется отмирать не собирался, прибывая в ступоре. Наконец нервы у девушки просто сдали — зазвучали первые ноты — и она психанув выхватила у мужчины кубок, ставя его на ближайшую горизонтальную поверхность, и потащила его в центр зала, где уже собрались пары танцоров. Субъект, скрывающийся за маской ворона тут же ожил. Ему ничего не оставалось, кроме как начать танцевать с этой девчонкой, которая так нахально притащила его в центр зала. С противоположной стороны залом за этим наблюдали близняшки, которые были разочарованы уплывшим от них диверсионным набором номер три. Когда танец был закончен, Марья с партнёром неожиданно оказалась на том же месте, откуда его утащила. Мужчина был на голову выше девушки и заинтересованным взглядом чёрных глаз рассматривал её сверху вниз до тех по, пока не задал вопрос: - И что же такого в вашем наборе ДН-3, что вы не согласны с ним расставаться не под каким предлогом? — довольно ехидно спросил мужчина знакомым голосом. — Ну там есть взрывное зелье, — на автомате ответила Марья, выискивая взглядом подстрекательниц, и только потом поняла с кем говорит. — Профессор Снейп?! — Мисс Романова, о чём вы вообще думали, варя взрывное зелье! — в свою очередь возмутился профессор. — Вы хоть понимаете, на сколько оно опасно?! — Вообще-то оно самое безобидное из набора, — еле слышно произнесла девушка, понимая, что пора делать ноги. Взгляд Снейпа не обещал ничего хорошего, поэтому Марья поспешила распрощаться: — Хорошего вечера, профессор Снейп! И она рванула прочь от мужчины.

***

— Да что б тебя! — возмутилась Марья, налетев на кого-то в серебряном костюме. Этим кем-то опять не посчастливилось быть Малфою, который уже здраво начал шарахаться от Марии, у которой была просто мания сшибать его с ног. — Ты кто? — А ты кто? — недовольно спросил парень, уже начиная узнавать девушку. — Татаро-монгольское иго в пальто! — рявкнула девушка и рванула к тому месту, где заметила сестёр. — А ну стоять, заразы! Вы всё знали! Стоять, кому говорю! Я вас сейчас убивать буду!

***

— Ну и как вы вообще там оказались? — устало поинтересовалась Софья, глядя на близняшек. Эти две актрисы погорелого театра сейчас восседали на потолочной балке в одном из коридоров Хогвартса. Высота была приличной и для самих девушек оставалось загадкой, как они там вообще очутились. Вот за ними гонится злющая Марья, а вот они уже удобно гнездятся под самым потолком. — Это не мы! Это Марья! — честно сознались они хором. — И при чём здесь Марья? — переспросила желтоглазая, которая в данный момент желала оказаться в собственной кровати, а не снимать своих нерадивых сестёр с этой верхотуры. — Она на нас слегка обиделась, — осторожно проговорила Акулина. — Так слегка, что вы от неё на утёк бросились из зала снеся с ног Сергея Александровича, который очень удачно приземлился на Сэйру Шандоровну? — скептически поинтересовалась Софья. — Ну… — замялись девушки. — А где сейчас Марья? — Она пошла искать того, кто сможет нас отсюда снять, — призналась Беляна. — Что бы собственноручно нас прибить, — процитировала Акулина. Софья тяжело вздохнула, подавив желание покрутить пальцем у виска. Как же она мечтала о каникулах! — Ну, а призвать летательные аппараты вы не пробовали? — Точно! — хором ответили Беляна и Акулина. Обе как-то по особому свистнули и тут же из ниоткуда прилетели ухват и грабли, на которые девушки тут же перепрыгнули собираясь лететь в сторону своих комнат. — Сладких снов, Софа! И скрылись из виду. Софья вновь тяжело вздохнула и пошла в сторону подземелий.