судя по всему

-Здравствуйте, студенты, — полицейский стукнул корешком какой-то папки по столу. — Я — офицер Бан Чан, на ближайшее время ваш главный куратор. Зовите меня просто сонбэним, так будет проще и мне, и вам. Э, ну он вообще не тут, так неинтересно. Можно было хотя бы вид участливый сделать. -Офицер Бан, у Вас что-то случилось до того, как Вы зашли к нам? -Что? -Вы выглядите взволнованным, — Чонин поменял местами закинутые одна на другую ноги. — Будто мысли тело не догнали. Вот я и спросил: у Вас что-то случилось? -А, — Чан улыбнулся, а Чонин ни на грамм не поверил. — Всё нормально, более чем. Ян кивнул, и полицейский продолжил свою ознакомительную речь о стажировке студентов в их полицейском участке, о том, куда ходить можно, куда нельзя, и на какую кнопку тыкать, чтобы из кулера полилась вода. Последнее Чонин, правда, приписал уже у себя в голове, но говорил офицер Бан такие прописные истины, что с кнопкой разобраться посложнее будет, чем понять, что занятых дядь-охранников правопорядка лучше лишний раз с глупыми просьбами и вопросами не тыкать. -Вот так, остальное будете узнавать по мере поступления. Вопросы остались? Нет? Прелестно. Тогда идём, покажу участок. Постарайтесь много места собой не занимать. -На кой нам показывать весь участок, если сидеть мы будем в одном месте и разгребать бумаги, которые им разгребать лень? — тихо фыркнул один из соседей Чонина, тяжело поднимаясь с места. Ему поддакнули ещё голосов семь, как минимум. -А вы, с таким-то отношением, большего и не заслушиваете. -Охохо, какой дерзкий, — вставший парень был выше Яна на пол головы и ядовито скалился, явно самый известный в своём универе. — Переспал с кем-то, чтобы сюда попасть, или просто отсосал? Чонин показательно вытер большим пальцем уголок рта и толкнул «соперника» в плечо, ибо тот мешал пройти. На сторону этой махины явно встанут все остальные студенты, хотя и видят его впервые, так что всё интересное только что началось. -Уже какой-то конфликт? — вздёрнул бровь Чан. -Нет, офицер, просто случайно столкнулись, пока вставали. Ян прекрасно видел, что при обращении «офицер» у Бана промелькивает на лице какое-то едва заметное микровыражение, поэтому и игнорировал упорно обращение «сонбэним». На то он и провокатор, чтобы вывести когда-нибудь это микровыражение в чистую эмоцию. Минут через пять шедший в конце всей группы, Чонин заметил один из отделов, скрытый, в отличие от остальных, за дверью (которая сейчас, правда, была открыта), и смело зашагал туда, в итоге прислоняясь плечом к косяку. Внутри несколько человек о чём-то спорили, тыкая в доску с картой, фотографиями и некоторыми записями. Сами люди парню были не особо интересны, он внимательно рассматривал доску, постукивая чупа-чупсом во рту по зубам. -Стажёр, да? — устало спросила девушка, переводя дыхание от повышенного тона голоса. — Есть мысли? Она уже явно отчаялась, указывая Чонину на доску. Остальные в комнате по состоянию ей не уступали, поэтому младший ещё немного подумал и вытащил конфету изо рта. -Есть одна. Но она довольно длинная и уже, вероятно, приходила к вам в головы. -Рассказывай. -Можно подойти? -Можно, давай. Как только Чонин сделал шаг в помещение, к нему подскочил Чан, останавливая за плечо. -Ну и зачем? Простите, — обратился он уже к коллегам. — Не уследил. -Нет, стой, пусть он скажет, что увидел, посмотрев на материалы дела секунд тридцать. Офицер отпустил Яна, и тот, захватив со стола карандаш, подошёл к доске, вглядываясь пристальней. -Убийца — мужчина лет 30-35, высокий, с сильными руками. -Ну-ка, с чего взял? -Погодите, не перебивайте, мысль потеряю. Вы находите тела лёжа, но на самом деле он их подвешивает, так убивает, а потом забирает верёвку, развязывая. Он явно её не разрезает, значит, не одержимый сумасшедший. Про подвешивание вы, судя по записям, не догадались, но это видно по характеру синяков на запястьях, они не прямые, — Чонин обвёл не рисующей стороной карандаша руки на фотографии одной из жертв. — Судя по всему, в помещениях, где происходили убийства, нет никаких катушек и подобного, а, значит, подвешивал он их своими руками. У всех жертв совершенно одинаковый типаж, поэтому догадаться о мотивах довольно просто. Жить он должен где-то-о-о, — Ян поводил карандашом над картой. — Здесь. -Одинаковый типаж? Они все разные, разная внешность, разная работа, даже разный круг общения. -Неа, одинаковые. Уверен, они травили людей в юности или травят сейчас. Думаю, маньяк был жертвой таких людей, у него на них зуб, который усиленно сносит ему крышу. Он подвешивает их, чтобы вытянуть, как четвертование. Он слишком высокий и нескладный, у него комплекс. Вот, вроде всё высказал. Но я ни за что не ручаюсь, я просто сказал то, что вижу. Чонин повернулся спиной к доске, оглядел аудиторию и снова засунул чупа-чупс в рот, намереваясь пойти к двери и снова стать частью увлекательной экскурсии. -Нет, стой-стой-стой-стой, стой! — к нему подскочил один из мужчин, чуть не прыгая от возбуждения. — Я Джексон, главный в этом отделе, постой-ка тут, может, ещё что увидишь, мы щас придём! Вон все из комнаты, Чан, на два слова! Я сказал что-то, до чего они ещё не дошли. Жаль, не увидел, что именно. И вряд ли я что-то ещё на доске увижу, хотя они уже на меня надежды возложили. И вот это плохо. Чонин облокотился на стол напротив доски и принялся разглядывать карту. Я не думаю, что у жертв, а вернее у мест преступлений есть какая-то последовательность и планировка. Выглядит, будто он просто выходит из дома, идёт в ту сторону, куда рандом покажет, там находит человека и убивает. Он явно ничего детально не продумывает, не был хорошим учеником в школе, но он и не глуп, раз уж его поймать не могут. Вероятно, психованный, но не сумасшедший с концами. Довольно дотошный, ведь верёвку на руках именно развязывает. Невозможно разрезать такую верёвку и не порезать случайно кожу. -Ты учился такому где-то? — Чан вошёл в комнату, закрывая за собой дверь. -Неа. Мой универ Вы знаете, в школе я учился в обычной общеобразовательной. А умению просто смотреть надо учиться? -Ты считаешь, что ты просто смотришь? -А ты со мной осторожничаешь, будто я ребёнок с суперсилой, которая убивать может. -Нет, я всегда так говорю. -Неправда, — Чонин улыбнулся и оттолкнулся от стола. — Ты повёл плечом во время этой фразы. Вы так напряжены, офицер Бан, расслабьтесь. Ян подошёл почти вплотную к старшему и, еле касаясь, провёл рукой ему по плечу. Такой близкий контакт позволил парню разглядеть сонную артерию Чана, пульс он не считал, но и без того видно, что сердце у полицейского колотится, как сумасшедшее. -Мы решили, что ты не будешь стажироваться с остальными, тебе там будет нечего делать. А ещё Джексон очень радостно сообщил, что я буду теперь лично твоим куратором. И, предупреждая твою фразу, я совершенно положительно к этому отношусь. И не соврал ведь. -Начинаете меня понимать, офицер, это прекрасно, — Чонин отошёл и сел на стол, складывая ноги по-турецки. — Что видишь на этой фотографии? Чан подошёл, рассматривая фотографию тела жертвы по имени Сон Дейзи. -Тело убитой девушки. Из следов насилия только синяки на запястьях и странного вида отметины, будто плетью. -Ну, не расстраивай меня, — Ян за плечи поставил старшего перед собой, чтобы он видел фото более менее с его ракурса. — Рассредоточься, ты сейчас не полицейский, говори всё, что видишь. Я подскажу первое: серёжки. Чан опёрся на стол, вглядываясь в фотографию. Говорить он начал через минуту. -На ней остались серёжки, браслеты и подвеска, её сестра на опознании подтвердила, что именно в этом она выходила из дома, значит, он её не грабил, ему то было не нужно, хотя за эти украшения могут много дать. Одежда на ней нетронута и, судя по характеру отметин на теле, не снималась, следов сексуального насилия нет. У неё был заклеен рот и… — Бан подпрыгнул и развернулся к Чонину. — Он и правда убил её не как её, а как образ! -Вот видишь, ты же сейчас тоже просто смотрел, — младший улыбнулся, покусывая оставшуюся от чупа-чупса палочку. — Ничего сверхъестественного я не сделал. Абсолютно все убийства не совершаются с пустого места. Если это не превышение самообороны, то всё это берётся из детства, поэтому я сделал вывод про комплекс роста. Мыслю, как подросток и всё. -Охренеть! Чан принялся подпрыгивать на месте, но в какой-то момент затормозил, сверля глазами грудь Чонина. -Так, погоди-ка, погоди, ты замечал…ты… — старший что-то просчитывал у себя в голове, сам себе в воздухе на что-то указывая пальцем. — Так, пошли. Вкинем тебя сразу в бой, ты сейчас можешь помочь. Вдвоём они выскочили из комнаты, Бан кинул Джексону какое-то поясняющее предложение, и, захватив по пути куртки, парни скрылись на улице. -Я не стопроцентный детектор лжи, ты же это понимаешь? -Неужели всё твоё поведение в участке было напускным? — усмехнулся Чан, который видимо, начал-таки вникать в характер Чонина. Ян вздёрнул бровь и фыркнул, подходя к длинному столу. -Вы, Вы и Вы. Свободны. За столом осталось двое мужчин, явно не особо довольные тем фактом, что они до сих пор тут. Чонин подошёл к Чану и шепнул на ухо: -Поспрашиваю я, дай мне планшет. -В нём ничего нет. -Я знаю. Ян придвинул стул и сел напротив мужчин, открывая планшет для бумаг. -Допрос проведу я, вы не особо против? Ой, ну сразу себя выдал, ну так же вообще не весело. -Как вас зовут? Отвечайте по-очереди. -Ли Мёнджун. -Кан Ёнмин. -Сколько лет работаете в этой компании? -Семь. -Пять…нет, уже шесть. Очевидно, Господи, ну очевидно. -Почему ваши отпечатки были обнаружены в лаборатории, на месте преступления? -Я…Я ведь постоянно там работаю, как им там не быть? — Ёнмин откинулся на стуле. -Хотите, можете сверить, это не мои. -Ясненько, хорошо. Офицер Бан, Вам нужен господин Ли. Я подожду Вас у машины. В участке Чан с Чонином разошлись прямо ото входа, ибо старшему нужно было в комнату для допросов, чтобы закончить с Мёнджуном, а к Чонину никаких поручений не было, поэтому он банально отправился искать место, куда можно сесть и, желательно, где его не достанут так сразу. -Привет, можно подсесть? -А? Да, конечно, — парень с красными волосами отложил книгу и подвинулся. — Ты стажёр, да? -А хрен его уже, собственно, знает. -Ух ты, это как? -Ну, меня скоро прискачут выспрашивать, тогда и узнаешь. Я, кстати, Чонин. -О, а я о тебе уже что-то слышал от Джексона и его отдела. Я Марк. -Приятно познакомиться. Ты же здесь не работаешь? -Неа, я здешний, знаешь, «друг». Могу прийти, когда мне скучно или одиноко. -Ва, а можно взять твой номер? -Ой, как прямо, даже умиляет, — Марк улыбнулся и закинул ногу на ногу. — Записывай. Собственно, прискакали выспрашивать через час десять конкретно всем участком. За это время Чонин успел (с инициативы Марка) улечься Марку на колени и заснуть, ибо за последнюю неделю спал часов девять. -Rise and shine, Чонин-а! Чонин аж дёрнулся от чужого вскрика, чуть не падая на пол. -О Господи, как хорошо и тихо без вас было. Я снова ничего волшебного не сделал. -Ты буквально тремя вопросами нашёл преступника, из которых два общие, а один блефный. -Я понял, что это господин Ли ещё до вопросов, — Чонин принял независимое сидячее положение, с Божьей помощью держа глаза открытыми. — Если бы Вы нормально смотрели, офицер Бан, Вы бы тоже увидели. Я выгляжу младше своего возраста, и, когда «малолетка» говорит, что проведёт допрос самостоятельно — это вызывает раздражение у обычных людей и облегчение у виновных. Когда я сел и открыл планшет — Ли Мёнджун тут же выдохнул. Вторым вопросом я спросил про время работы в компании. Мёнджун выпалил тут же, а Ёнмин уточнил. Третий вопрос был про отпечатки. Никаких отпечатков не было, и господин Ли знал об этом, поэтому и сказал проверить себя, ведь его отпечатков мы бы там не нашли. Ян всё же сонно уронил голову, но тут же поднял, широко раскрывая глаза. Организм очень невовремя въехал, что есть возможность спать, поэтому рубило парня сейчас крайне безжалостно. -Ты сегодня охренеть, как много сделал, — Чан сел перед младшим на корточки и улыбнулся. — Пойди поспи, окей? Больше выдающихся дел у нас нет, так что делать тебе тут сегодня больше нечего. -Ко скольки завтра? -Сюда к семи. Если что-то срочное — я позвоню. -Хорошо, спасибо. Чонин встал и, совершенно искренне улыбнувшись новым знакомым, ушёл, на полпути обретая сопровождение в виде ненавидящих взглядов остальных стажёров. Какие ж они всё-таки смешные.

☢☢☢

-Привет, чем занят? Марк заправил волосы за ухо, отвлекаясь от каких-то бумаг и кидая взгляд на подошедшего и снимающего куртку Чонина. -Вот эту штуку надо переписать в двух экземплярах. Вот, переписываю. -Что за штука? -Не знаю, Дахён дала. -Помочь? -Если нет других поручений, то давай. -М, а где Чан? -Где-то на выезде из-за очередной драки школьников. Скоро должен приехать. Ян повесил куртку на спинку стула и, практически отжав у Марка оригинал бумаги, принялся переписывать второй экземпляр. -Эй, угомонись! — младший почти закончил, когда Чан буквально впихнул в помещение двух парней едва ли старше 18, обращаясь к одному из них. — Хотите в ИВС? Вот и не доводите. Школьников швырнули на лавочки, Бан приставил к ним Вонпиля, который до этого вёл ещё двоих из этой же компании, и Ёнджэ, а сам подошёл к столу оформлять задержание. -Ой, а он довольно крут, когда играет в полицейского. -Хах, они тут все такие. Чани вообще duality king. А ты, кстати, тоже. -Я? Ты о чём? -Когда-нибудь Чан тебе объяснит. Марк взъерошил Чонину волосы и, собрав в кучу нужные бумажки, ускакал к Дахён. -О, привет, прости, не заметил. -Здравствуйте, офицер Бан, семь утра, а уже задержание? -Эх-эх. Кстати, сегодня у тебя с остальными стажёрами пробный допрос, чисто нам посмотреть. -Допрос, судя по всему, тебя, да? Чан открыл было рот, чтобы спросить что-то из разряда «как ты догадался?», но закрыл его обратно и закатил глаза, снова уходя к школьникам. После новости о допросе Ян всё время ходил крайне радостный, он даже не реагировал на какие-то ядовитые замечания от стажёров. Он успел и Джексону три раза помочь, и со школьниками и их родителями разобраться, и заполнить какие-то то ли отчёты, то ли детские анкеты из личного дневника, ваще не вникал. -Слушай, ты какой-то мега боевой. -Явно, — Чонин отдал обратно Вонпилю папку с базовой информацией для фейкового скучного допроса. — На, дарю. Ян зашёл в комнату для допросов и осторожно закрыл дверь, напуская на себя серьёзность. -Что ж, здравствуйте, офицер Бан. Мы оба понимаем, что спрашивать что-то по теме я не буду, мне это неинтересно. Но время мы с Вами всё же займём. А комната-то без посторонних наблюдателей. Неплохо, Чан, но ты же прекрасно осознаёшь, что мы тут с тобой не в крестики-нолики играть будем? Особенно, когда ты в наручниках. Коротко усмехнувшись, Ян за цепочку поднял руки Чана, уселся к старшему на колени и отпустил его руки, оказываясь между ними. -Допрошу Вас в более интимной обстановке, о-фи-цер. Я же вижу, что тебе это нравится, у тебя кинк на своё звание, поэтому ты и попросил звать себя «Чан-сонбэним», чтобы лишний раз не триггериться. А ещё ты так мило пытаешься это скрывать, — Чонин прижался вплотную, поглаживая пальцами шею Бана, который вообще не пытался это остановить. — У тебя сейчас повышается температура, и пульс всё чаще. Вас это возбуждает, офицер Бан. Чан прикрыл глаза и выдохнул, но опомнился, попытавшись отрегулировать своё состояние. -Ав-в-в, ты стараешься вернуть себе контроль над положением, смотришь мне прямо в глаза, но со мной это не сработает, я вижу тебя буквально насквозь. Решив, что все адекватные ориентиры он потерял ещё тогда, когда согласился на эту стажировку, младший медленно провёл языком Чану по направлению сонной артерии на шее, чётко ощущая чужой пульс. -Допрос окончен, офицер, надеюсь, я не слишком пошатнул Ваше состояние. Ян вывернулся из-под рук старшего и, подмигнув, пошёл к двери. -Капец, ты довольный, — Вонпиль нерешительно глянул в комнату, когда Чонин из неё вышел. — Чан, продолжаем? -Нет! Пусть меня подменит кто-нибудь. -Что ты с ним сделал, Чонин-а? -Просто допросил? — Ян мастерски сделал совершенно невинный вид и на секунду просиял, когда Вонпиль поверил. — Зачем мы ещё тут собрались? Да, офицер Бан? -Ага, да, — Чан уже умудрился снять наручники и теперь спешно уходил в каком-то ещё неизвестном Чонину направлении. — Всё в порядке, Вонпиль, просто посади вместо меня кого-то, всего три человека осталось. -Чего-то я вам обоим не очень верю. -Неа, веришь, я же вижу, — младший улыбнулся и свалил в свою уже любимую комнату с доской, в которой наверняка были и Марк, и Джексон, и все остальные, и где его просто обожали за то, что он младше, милее, и умеет быстро анализировать. Как мило, что ты пытаешься близко ко мне не подходить. Постоянно сцепляешь руки, силишься себя успокоить, но твоё самообладание так неустойчиво. Сюрприз, дорогой, ты мой личный куратор, не отделаешься, но я прямо в восторге от того, как ты держишь себя перед коллегами, ты просто невероятен. -Эй, господин психоаналитик, съешь, а то у меня уже ощущение, что ты энергией от этой доски питаешься, — Джексон ткнул Чонина в плечо и вручил ему упаковку с сендвичем. -Психоанализ — это лишь теория Фрейда, — монотонно протянул Ян, подвигая лампу так, чтобы фотография тела Чон Мёнгу была максимально освещена. — Вы можете показать мне улики по этому делу? -Их там почти нет, зачем тебе? Не забивай голову. -Покажите, пожалуйста. Ван фыркнул, но всё же достал нужную коробку и поставил на стол. Чонин тут же отрыл там один из пакетов и быстро ушёл в основную часть участка. -Что видишь? Чан вздрогнул и взглянул на кинутый перед ним пакетик с пуговицей внутри, отъехав на кресле от стола сантиметров на двадцать. -Твоим или моим зрением? -Нужным в данной ситуации, не тупи. -Окей, ну, пуговица от кофты, потёртые нитки, но сама пуговица выглядит почти как новая, без каких-либо царапин. -Умница, а что это значит? -Он очень часто носил эту кофту, но довольно редко расстёгивал. -Почти дошёл, давай. Из этого следует? -Пуговица явно не от богатой одежды, и снимается сама одежда нечасто, одежда тёплая, сейчас зима, значит…он живёт в бедном районе, мало зарабатывает или не зарабатывает вообще! -Браво! Мне нужно на все места преступлений, самому доехать или подкинешь? -Открывай машину, сейчас приду, — Чан кинул младшему ключи и, сохранив документ на компьютере, выключил монитор. -Ты что-то нашёл? — успел уточнить Ёнджэ, пока Чонин не выскочил на улицу. -Возможно. Во время объезда всех мест преступления, Бан смог понять, что под руку парню лучше вообще не соваться, не мешать думать, да и в принципе просто встать в угол, хотя лучше не стоять, а леветировать в двух метрах над землёй, чтобы не дай Бог не наступить на какую-то важную пылинку. Ян методично обследовал вообще всё, что только можно, вручив Чану свой блокнот и довольно часто говоря что-то записывать. Старший уже сбился со счёта сколько раз поймал себя на мысли: «кто из нас полицейский, а кто студент-стажёр?». -Пиши: девяносто три, пятнадцать и-и-и… — Чонин замер на месте, рассматривая пыльный пол в метре от себя. — Тринадцать. Да, тринадцать. Всё, я подобрал всё, что хотел, поехали обратно. -Ты что-то подбирал? -Доброе утро, офицер, с наблюдательностью у Вас не очень. Вы всей командой вообще через какое место всё осматривали? Ужас. Больше до самого участка Чонин ничего не говорил, черкая какие-то стрелки в сделанных Чаном записях в блокноте. Кстати, как Бан ни старался — вникнуть в то, что записал, он не смог, ибо оперировал Ян цифрами, по всей видимости, ассоциируя их с чем-то в своей голове. -Нашёл, что хотел? — напомнил о своей прощальной фразе Ёнджэ, когда Ян влетел в участок, всё ещё уткнувшись в блокнот. -А? Ага. Щас, погодите. -Тебе чем-то помочь? -Да, не мешаться и ничего не спрашивать, пока сам не скажу. -Кто из нас полиция? — жалостливо спросил у Чана Вонпиль. -Он. Чонин высунулся из комнаты с доской, потупил и скрылся обратно. Он, к своему величайшему восторгу, действительно нашёл то, что его так триггерило на фотографии тела Мёнгу, а именно серый чек, судя по чернилам, отпечатанный не так давно. Бумага очень шершавая и неравномерная, они её самостоятельно из говна и палок делали, что ли? Значит, он и правда из бедного района. Проверять это на отпечатки смысла не имеет, вероятность того, что в магазине с подобными чеками есть видеокамеры откровенно не очень. Но проверить было бы неплохо… Чонин неожиданно сам для себя рухнул на пол, еле поднимаясь в сидячее положение. -Э, что случилось-то? — Ян нахмурился и положил чек на стол за собой, снимая после этого перчатки. -Господин психоаналитик, мне не мешаться и не спрашивать? -Вы меня все теперь так называть будете? -Да, тебе очень подходит. Сесть на стул сам можешь? -Да, нормально всё. -Ага, верю, — Марк вздохнул и оттолкнулся от дверного косяка. — Сиди, сейчас приду. Ян перебрался на стул, в процессе понимая, что у него кружится голова. Состояние вообще не прикольное, потому что хочется продолжать делать то, что делал, а тело не может. -На, выпей. -Что это? -Вода с сахаром. Ты потратил больше энергии, чем приобрёл, восполни хоть так. -Уй-й-й, какая гадость! — Чонин отпил эту смесь и скривился. — Марк, забери это обратно. -Пей, я сказал, а то сейчас остальных позову. Когда ты последний раз ел? -Не скажу. -Чан!!! Ян тут же вспрыгнул на ноги и метнулся к чеку, удерживаясь в вертикальном положении только силой воли и промаргиваясь от возникшей темноты в глазах. -Чего такое? — Бан заглянул в комнату, вопросительно наклоняя голову. -Ах, ничего, офицер Бан, я просто хотел Вашего внимания, а сам позвать стеснялся. Чан цокнул и, закатив глаза, ушёл, закрыв дверь. Чонина тут же шатнуло, но он удержался, оперевшись на стол. -Я, конечно, догадывался, что ты не от мира сего, но чтоб настолько. -Моя жизнь — моё дело, иди опекай кого-нибудь другого. Господи, Чонин, ты так никогда никому другом не станешь с таким-то поведением. -Хорошо, но мешанину воды с сахаром всё же лучше допить. Ян кивнул и принялся за анализ злосчастного чека, периодически сверяясь с цифрами в блокноте. -О Господи, будь чуть менее бесшумным, ты меня так до инфаркта доведёшь! — сосед Чонина по комнате снял наушники и наклонился за скинутой секундой ранее на пол книгой. Ян тихо вздохнул, разглядывая потолок и не чувствуя в себе вообще никакой силы, чтобы сдвинуться с кровати. Джисон нередко бросал ему какие-то риторические фразы, чисто, чтобы разбавить тяжёлую тишину, но никогда не получал на них ответа. Чонин даже не был уверен, что парень слышал его голос хоть раз. -Ты-то почему ещё не спишь? Джисон аж вздрогнул и обернулся на лежащего на застеленной кровати младшего. -У…уравнение сложное, а завтра, ну, уже сегодня, сдавать. -Тест или полное решение? -Полное. Чонин всё же поднялся и подошёл к столу, рассматривая уравнение, занимавшее весь ряд клеток в тетради. Немного подумав, он притянул к себе листок-черновик, который Хан уже весь исчеркал, и записал туда всё решение, занявшее секунд сорок. -Вот, перепиши в тетрадь и иди спать, недостаток сна плохо влияет на работоспособность. Джисон часто поражено моргал, тупо рассматривая ровные строчки решения. Чонин решил не мешать ему охреневать от ситуации и, отчаянно зевая, ушёл в душ. -Вот, возьми, — старший сел на корточки у кровати соседа, когда тот совсем уже трупом после душа свалился в горизонтальное положение. — У меня их ещё полно, а ты очень устаёшь, да и сейчас мне помог, хотя у кого мозги работают в половину второго ночи. Ян совершенно искренне удивился, когда Джисон положил перед ним шоколадку. В…смысле? Я же ничего такого не сделал, я вообще заговорил с тобой впервые за долгое время, почему ты это делаешь, я честно не врубаюсь. -Спа…сибо? Ты уверен? -Не то, чтобы тебе не всё равно, но не возьмёшь — обижусь. После этой фразы Чонин загрузился конкретно, сверля взглядом сладость. Хан напоследок улыбнулся и заполз в свою кровать, а младший всё не мог прогрузиться, какой-то блок в голове мешал понять расклад дел. Совершенно неуверенно он положил шоколадку на тумбочку и накрылся одеялом с головой.

☢☢☢

-У Вас сегодня ночная смена, офицер Бан? — Чонин на миг прижался к Чану сзади, сжимая пальцы у него на ремне, но тут же отстранился, чтобы никто в участке не успел увидеть. — Проще дышать, когда меня рядом нет, да? Полицейский резко выдохнул и метнул взгляд от бумаг в руках на младшего и обратно, разъерошивая свои волосы так, чтобы они закрывали кончики ушей. -Да, ночная, Чонин-а, ты, вроде, уходить шёл. -За что же ты меня так гонишь? — Ян наигранно надул губы. -Я не гоню тебя, а лишь хочу, чтобы ты нормально отдохнул. -Я существую в твоём мире уже 3 недели, а ты до сих пор не въехал, что я вижу каждую твою ложь? Неплохо, офицер, как Вы вообще на полицейского поступили? Младший вздохнул и всё-таки пошёл на выход, по пути проведя Бану рукой по спине. Чонин успел прокрутить этот диалог в голове около тысячи раз, пока под сонно-удивлённым взглядом Джисона метался по комнате, куда-то собираясь в три ночи, а потом пока ехал в такси к заброшенной школе, которую ему назвал по телефону Вонпиль. -Ты не должен туда идти! — Ян проманеврировал между двух полицейских машин. — Чонин, да послушай! Мы не можем допустить тебя туда! Младший не обратил на Вонпиля никакого внимания. Он быстрым шагом подошёл к Ёнджэ и вырвал у него из рук рацию, нажимая на кнопку связи. -Я здесь. Чхве попытался рацию отобрать, но Чонин увернулся, довольно грубо отталкивая полицейского. -Так, всё! — Вонпиль психанул и заломил Яну руки за спину, чтобы у него хотя бы так не было доступа к рации, связывающей его с преступником. -У вас больше нет выбора, — младший смотрел Ёнджэ чётко в глаза. — Здание ко всем чертям заминировано, у него в заложниках трое ваших полицейских, и он требует именно меня. У вас всех тупо нет выбора, Ёнджэ, вы запросто можете оставить меня тут, связать по рукам и ногам, но тогда он убьёт их, а потом активирует взрывчатку, и все мы понимаем, что взрыв будет просто сильнейший. Я не боюсь его, я лишь злюсь, и, в отличие от вас, я знаю, что делать, пошагово. Решайте сами, вы хотите, чтобы последний раз, когда вы видели Чана, Джексона и Ёнхёна, был действительно последним? Чонин кивнул и размял руки, когда его-таки отпустили. -Спасибо. Мне нужен пистолет, нож и наручники. А теперь отойдите и не лезьте. Ян подошёл ближе ко входу и снова включил рацию. -Вы хотели меня видеть, почему именно меня? -Я обезврежу взрывчатку ровно на минуту. Спускайся в подвал. Попробуешь протащить кого-то с собой — я это увижу, и сам догадайся, что будет. -Я пойду один, дайте мне время, я скажу, когда пойду. -Моё терпение крайне мало. Чонин по-быстрому закрепил на себе всю экипировку и, сообщив в рацию, что идёт, бегом ринулся в здание, надеясь успеть найти в подвал за минуту. Заскочив в серое тускло освещённое помещение, он перевёл дыхание, рассматривая высокую нескладную фигуру в коричневой кофте. -Почему Вам нужен был именно я? Я ведь даже не полицейский, обычный студент. -Я знаю, что именно ты продвинул дело. Ты хуже всех, от кого я избавился, ты — грёбанная выскочка! — мужчина подскочил к Чонину и ткнул дулом пистолета под подбородок. — Выкинь оружие! Стараясь не совершать лишних движений, Ян дотянулся до своего пистолета на поясе, вынул из него магазин и швырнул его в одну сторону, а само оружие в другое. -Всё, больше мне ничего не доверили. Зачем Вы удерживаете в заложниках трёх полицейских, если Вам нужен был я? Ян украдкой принялся осматривать помещение, слушая ответ. В углу монитор, откуда, видимо, и управляются мины, а от центра к почти незаметной двери ведёт размазанная дорожка из капель крови. Когда разберусь — надо будет сказать, чтобы вызвали скорую. Внезапно, маньяк понял, что Чонин не уделяет ему должного внимания, и тряхнул его за плечи, от чего тот ударился головой о стену и заскулил, удерживаясь от вскрика. Нельзя никак его провоцировать, всё пока идёт по плану, нельзя ничего рушить! -Сейчас мне уже терять нечего, поэтому я уничтожу тебя, я ненавижу таких, как ты! — мужчина швырнул Чонина на пол к центру комнаты и достал из-за пояса хлыст. — Такие, как ты, ломают людям жизни! Используете людей ради собственного удовлетворения! Ян дёрнулся от обжигающего удара по торсу, который на холоде ощущался раза в два больнее, и отполз к противоположной стене, там поднимаясь на ноги. На этот раз хлыст не достал до него буквально полметра. -Ну хорошо, убьёте Вы меня, как убили остальных, неужели после этого обретёте покой? Эта фраза, почему-то, взбесила маньяка. Он отшвырнул хлыст и в одно мгновение прижал Чонина за горло к стене, поднимая по ней же на метр над полом. В голове у Яна тут же проснулась животная паника, он вцепился в предплечье мужчины, чувствуя, как воздух всё тяжелее и тяжелее поступает в лёгкие. Отставить панику, есть план, действуй, Чонин, перестань висеть бревном! Живо, чёрт возьми! Младший заставил себя двинуть рукой и дотянуться до ножа, резким движением туда-обратно он резанул мужчине сначала по глазам, а потом по лбу, пытаясь отвернуться от брызг крови. -Ах ты тварь! — маньяк отшатнулся и споткнулся, громко ругаясь и зажимая глаза руками. Чонин и сам оказался на полу, хрипя и держась за правую ногу, взорвавшуюся болью, когда Ян оказался на свободе и рухнул вниз. Видимо, что-то повредил. Не расслабляйся, ты почти смог, давай, двигайся! Парень подполз к преступнику и заковал его запястья в наручники, поборов сопротивление. Притянув к себе верёвку, которую заметил ранее во время осмотра комнаты, Чонин за цепь на наручниках привязал мужчину к какой-то трубе и, подволакивая ногу, пошёл к монитору. -Мины обезврежены, преступник тоже, лучше вызвать скорую, — не с первого раза прохрипел он в рацию минут через пять. — Идите в подвал. Чонин сидел на более менее крепкой парте, непроизвольно дрожа всем телом от холода, и сверлил взглядом пол перед собой. В голове не было никаких эмоций, кроме откуда-то взявшегося недоумения, все мысли были будто резиновые, Ян даже не смог отреагировать на услышанные шаги. -Что он с тобой сделал? — Чан на ходу снял свою куртку и накинул на плечи Чонина, становясь перед ним. Ян медленно сфокусировал на старшем взгляд и прижал его к себе, вцепляясь пальцами в рубашку. -Я так за тебя боялся, Чан, я так рад, что ты в порядке. Хрип в голосе никуда не исчез, но Чонин и не пытался откашляться. Он взглянул на Бана и провёл пальцем по уже подсохшей струйке крови, идущей из-под белых кудряшек и резко контрастирующей с бедной кожей. -Мне жаль, что я не успел определить его до того, как это всё случилось, и что заставил Ёнджэ и Вонпиля поступиться своими полномочиями. -Ты герой, Чонин. Младший снова спрятал лицо в рубашке Чана. -Прости, что я так вёл себя с тобой. Я явно не создан для этой работы. -Прощу, если сейчас пойдёшь со мной к скорой. Она нужна тебе больше, чем нам всем. Ян слегка шевельнул головой, кидая взгляд на свою посиневшую и опухшую лодыжку. Шок не позволял в полной мере почувствовать боль от всех ран и ушибов, поэтому парень и сидел тут. Хотя, даже если бы болело — всё равно сидел бы. -Они там все начнут вокруг меня кудахтать, я вообще не хочу, нет у меня сил на них. -Тогда не прощу. Я же прекрасно вижу, что он просто играет, он даже не скрывается, почему я ведусь? Почему я не хочу, чтобы он «не простил» меня даже так? Походу, шок не только на болевые ощущения влияет, надо будет изучить. -Пойдёмте, господин психоаналитик, Вас ждут снаружи. Чонин удивлённо посмотрел на старшего и, внезапно сам для себя, искренне рассмеялся, кутаясь в чужую куртку. -Так уж и быть, сонбэним, поможете дойти?

☢☢☢

Твою мать, какие ж костыли неудобные, в 21 веке же живём, наука, ты куда ваще смотришь? -Ты так по всему универу шарахался? -О Боже, а ты что тут делаешь? Нет, я весь день в библиотеке сидел. -Мне за красивые глаза дали отгул, — гордо и по-детски надулся Чан. -Не знал, что у тебя слепой начальник. -А ты всё такой же милый. Что у тебя по состоянию? Вода с сахаром не нужна? Чонин закатил глаза и тут же об этом пожалел, ведь голова у него болела и кружилась, так что он чуть не упал. В процессе этого действия он заметил группу парней, которую прекрасно знал. В эту группу входил и Джисон, который сейчас нерешительно топтался на месте: не мог пройти мимо, но и подойти не мог, ведь в универе Ян был жёстким изгоем. В отличие от Хана, его друзья с Чонином никоим образом не общались. -Кто он? — Бан заметил направление взгляда младшего. -Мой сосед по общаге. Просто забудь. Парень не успел удержать Чана — тот быстро подошёл к Джисону и о чём-то переговорил. -Я не знал, куда именно ты сорвался, — Хан слёту обнял Чонина. — Но я честно боялся, что живым ты оттуда не вернёшься, я не смог заснуть. Даже учитывая то, что мы только начали сдружаться. Мы…начали сдружаться? За Джисоном подошла и его компания, а Ян снова впал в загрузку, откровенно не догоняя всего, что касается социальных контактов с ровесниками. -У тебя перевязка под майкой, есть ещё какие-то ранения, кроме неё и ноги? Чонин уже было покачал головой, но стоящий рядом Чан оттянул горловину на его футболке, показывая Джисону яркие синяки на шее младшего. Ян сам не понял как, но вывернулся и отскочил ото всех метра на два, моментально начиная всем недоверять. -Чонин… — Бан попытался сделать шаг в его сторону. -Нет. Стой на месте. -Прости. Ты же знаешь, что я ничего во зло тебе не сделаю. -Да, только вот ты сможешь полноправно так говорить лишь тогда, когда узнаешь меня не только, как твоего стажёра. Рад был повидаться, офицер, скажите в участке, что со мной всё в порядке. -Как будто кто-то в это поверит. -Я поговорю с ним в общежитии, хён! — Хан резво поклонился Чану и обратился уже к своим друзьям. — Простите, ребят, сегодня вы, видимо, без меня. Я…просто…он… -Можно нам тоже сходить? — не обратил внимания на слова Джисона один из студентов, смотря Бану в глаза. -Не знаю, честно, я до сих пор его не понял. Вы, конечно, можете попытаться, но он просто может от вас всех отмазаться в грубой форме. Но скопом лучше не наваливаться. Не «лучше не», а «нельзя». -Спасибо! — Джисон зачем-то ещё раз поклонился и ушёл, за ним ушли и все остальные. Чонин честно пытался чем-то себя занять, решать какие-то задания, читать, но голова позволяла сделать чуть меньше, чем ничего, усиливая боль буквально при любой попытке начать жизнедеятельность. В итоге Ян допытался настолько, что без сил слёг на кровать, прикрыл голову руками и принялся чуть ли не скулить, чтобы хоть немного заглушить боль. -Ты принимал какие-нибудь таблетки? — Ян непроизвольно дёрнулся от голоса Джисона, который старался быть тише, но всё равно оказался слишком громким. — Обезболивающие? -Нет, — младший отнял руки от лица и уставился в потолок. — Мне от них ещё херовей. Все, кроме Джисона, зачем вы пришли, только честно? Я же вижу, что, как минимум, половине из вас здесь некомфортно. -Мы пришли по своей инициативе. -Но тем не менее, к примеру, Хёнджин меня явно боится. Надо как-то сесть. Да, чёрт возьми, больно, но надо сесть, нельзя быть слабым. Выжимая из себя уже взятую где-то в кредит энергию, Чонин умудрился сесть, облокачиваясь на железную спинку кровати. -У вас обо мне такое же мнение, как и у всего университета, и вы не общаетесь со мной так, как Джисон. -Но это не значит, что мы не хотим, — младший вздёрнул бровь, когда один из парней совершенно спокойно подошёл к нему. -Очень странная фраза в данных обстоятельствах. -Ну, я и не оратор, чтобы максимально нейтральные слова подбирать. Послушай, судя по тому, что мы видели или узнали — ты не социофоб, иначе бы мы не пришли. Тебя взяли на стажировку, как лучшего ученика во всём универе, ты в ночь сорвался куда-то, а вернулся с травмами на каждой части тела и новостями о себе на телевизоре и в Интернете. Ты младше даже меня, поэтому мы все, ясен хрен, тебя жалеем и хотим помочь. -Не надо меня жалеть. Если вам хочется меня жалеть — это значит, что я где-то показал себя слабым. -Нет. Животных в цирке тоже жалко, но они же не слабые. Они — заложники положения. Жалость в этой ситуации — признак того, что кому-то не всё равно. И на животных в цирке, и на тебя, Чонин. Вот же чёрт, звучит логично. Что-то у меня сбои в последнее время. -Хорошо, допустим. -Прекрасно. Мы все хотим попытаться тебе помочь. Все, даже Хёнджин, неважно насколько испуганным он выглядит. А вообще, согласись, сложно нам здесь и сейчас выглядеть не испуганными, так что он ещё хорошо справляется. Короче, можно нам? -Ага, — Ян вздрогнул и нахмурился, вообще не понимая, почему так ответил. -Спасибо, - парень улыбнулся и отошёл к остальным. — Мы сгоняем за едой, что тебе купить? -Мне не принципиально.

☢☢☢

-Хэй, нам нужна твоя помощь. Чонин удивлённо взглянул на Марка, который подловил его около универа. Стажировка у младшего уже давно кончилась, но он довольно часто помогал своему участку с допросами, ибо с его помощью раскрываемость была близка к идеальной. Однако, все дяди-полицейские, обращаясь за помощью, звонили, а сейчас аж Марка послали. -Идём. Вы тоже можете пойти, — предупредил вопрос своих уже почти друзей Ян. Через двадцать минут (из которых девятнадцать Чонин выслушивал упрёки по поводу суммы своего хромания и быстрой ходьбы) парень прочитал взятое из рук Вонпиля дело и молча пошёл к комнате для допросов, а Марк, сам Вонпиль и оставшиеся четверо студентов укомплектовались в наблюдательскую. Очень скоро Туан начал хмуриться и, услышав копошение в участке, притащил Чана, который даже не успел куртку снять. -Ты видишь? Бан порыскал глазами по ситуации за стеклом и с ужасом заметил одну вещь: Чонин сидел совершенно спокойно, на лице никаких эмоций, но его опущенную вниз правую руку буквально трясло, парень рвано сжимал-разжимал кулак, но допрашиваемый этого не видел. -Какое дело вы ему всунули? Чан изучил документы и аж дышать перестал секунд на десять. Бросив бумаги на стол, он протиснулся к двери, хватаясь за ручку и внимательно наблюдая за Чонином. -Чан, что не так? Закончив допрос, Ян дождался, пока полицейские займутся преступником, а потом спешно вышел. Отсчитав три секунды, Чан тоже выскочил за дверь. -Нет, Чан, уйди, я сейчас могу и ударить, и убить, и всё на свете! — Чонин в ярости метался из стороны в сторону в переулке около чёрного входа. У него уже началась истерика, по щекам лились слёзы, а внутри всё горело и кипело. -Бей и убивай, если тебе это поможет, я потерплю, но не уйду. -Почему они пользуются нами?! Почему они думают, что раз уж мы дети, то ничего не осознаём?! Мы видим всё, мы понимаем всё, но мы не можем ничего сделать, сука, совсем ничего! В полицию не пойти, да даже из дома не выйти, потому что мужчина и женщина, которые должны быть тебе самыми близкими на всю жизнь, держат тебя буквально в кандалах! Я ненавижу этих мразей, этих ублюдков и блядей, потому что им никогда ничего за это не бывает! Ян уже задыхался, срывал голос, бился о стены и, в итоге, врезался в Чана, вцепляясь ему в рубашку и падая головой ему на плечо. -Чан, ты же ведь уже меня знаешь. Я никогда ни о чём не прошу, считаю почти все эмоции проявлением слабости и всегда провоцирую, потому что, раз уж со мной общаются, мне нужно ощущать власть над чужим состоянием. Я никогда ни о чём не прошу, но, пожалуйста, защити меня от всего этого и от меня самого, пожалуйста, будь рядом, будь опорой, ты нужен мне, потому что чем старше я становлюсь, тем сложнее держаться. Мне немногим больше двадцати, а я уже иногда мечтаю о том, чтобы не проснуться. Бан молча прижал младшего ещё ближе и перенаправил его руки себе на талию под куртку, чтобы не мёрзли, принимаясь мягко гладить Яна по волосам. -Я до сих пор довольно мало тебя понимал, типа, почему ты так реагируешь или почему так себя ведёшь. Но недавно, каюсь, воспользовался своим служебным положением и узнал о том, что тебя усыновили в три года. Я, конечно, не умею так стремительно о чём-то догадываться, как ты, но всё же впечатался, что твоя способность читать людей с пустого места не взялась, как и твоё поведение. Поэтому постоянно позволяю тебе провоцировать меня и не пытаюсь перевоспитать, даже если это идёт в ущерб мне в виде подколов всего участка. Ты ни на кого не полагаешься, живёшь сам, но на меня ты можешь рассчитывать всегда. Я рядом. У Чонина от этих слов начался новый раунд слёз, но на этот раз он сопровождался одной мыслью: ему не стыдно. Перед Чаном показывать свои истинные эмоции ему больше не стыдно.

спустя некоторое время

-Да, к сожалению, завтра меня на месте не будет, но Вы можете записаться на послезавтра. Хорошо, записать Вас? Конечно, тогда до воскресенья. До свидания. Чонин закончил диалог по телефону и зашёл в здание, придерживая дверь друзьям. -Привет, дорогой, дай-ка на секунду, — парень уселся на диван рядом с Чаном и махнул ноут у него на коленях на захваченного по пути кота. — Так, воскресенье в шесть…в ше-е-есть…всё, спасибо. Чонин обменял обратно кота на гаджет и улёгся Бану на плечо, впервые за день расслабляясь. -Как постоянно напряжённым может быть владелец котокафе? — осведомился Феликс, садясь на пол и загребая себе аж трёх котов. -Быть владельцем в принципе сложно, а он ещё и психолог по совместительству, — ответил за младшего Чан. — Две работы, Ликс, и одна из них ментально тяжкая, тут одними котиками сыт не будешь. -Так ты же тоже владелец. Бан обратил внимание на экран телефона Чонина, наблюдая, как он звонит Джисону. -Мой хороший, я, конечно, допросы больше не провожу, но это не значит, что из меня можно слепого дурака делать. Я тебя знаю дольше всех, не пытайся от меня скрывать что-то такого типа, особенно, если в моих силах помочь. Феликс, Сынмин и Хёнджин тут же завертели головами, пытаясь найти друга, ведь до этой секунды они были уверены, что он с ними. Чонин скинул звонок и, поёрзав на месте и получив за это поцелуй от Чана в нос, закрыл глаза. -А что за прикол? — парни-так нашли Хана в компании какого-то парня. -У Джисона краш на Минхо ещё с первой их встречи, а мне надоело за этим наблюдать. -Минхо выглядит опасно, хоть и работает в котокафе. -Ты вообще всё сводишь к котокафе? -Извини меня, Чан-хён из полиции ушёл ради этого, а ты уж тем более с таким милым местом не совместим. Чонин вздохнул и, увидев, что Джисон с Минхо меняют локацию, перекинул усмехнувшемуся Ли ключи. -У-у-у, — Чан улыбнулся, прекрасно зная, что это ключи от кладовки, в которой практически специально есть голые стены, стол и запас контрацептивов. -Ага, ты прикинь. Мы с Минхо гораздо больше похожи, чем кажется, да, офицер Бан? Чонин тут же почувствовал, как у Чана сбилось дыхание, и закусил губу, делая максимально невинный вид. -Иди-ка наверх, Чонин-а. Я скоро приду. -Мне подождать Вас там, офицер? Сходить в душ? -Вы в курсе, что выглядите, как пара, которая хоум-видео снимает? — вмешался Хёнджин. -Говорил же, надо было блюрить лица, — рассмеялся Чонин, напоследок целуя Чана в губы и уходя наверх в их квартиру. Бан запоздало улыбнулся и занялся обратно своей таблицей в ноутбуке. Выглядеть они могут вообще как угодно, но только Чан знает, что сейчас придёт наверх, завалится на кровать, к нему в объятия приползёт Чонин и заснёт от поглаживай по носу, мило сопя старшему в грудь.