Фруктовый чай

      Чёрт-чёрт-чёрт-чёрт! Почему?! Почему это происходит именно с ним?! Почему он должен страдать?! Только недавно — вот, только секунду назад всё было так хорошо, а сейчас?! Почему сейчас?! Почему именно тогда, когда он наконец-то стал счастливым?! — вот такими вопросами сейчас мучился Гарри Поттер. В его уме пролетело тысячи мыслей одновременно, но ни одна не желала останавливаться. На лице отразился ничем не прикрытый искренний страх и ужас. — Ты не можешь так со мной поступить, — тихо сказал Поттер. Чёрт, это прозвучало слишком жалко. — Не можешь! — уже громче. — Почему нет? — наигранно удивился парень и наклонил голову на бок с интересом смотря на свою жертву. — Потому… Потому что… — он опустил взгляд на свои туфли и сжал кофту. — Вот видишь? Я определённо могу так поступить, — гадко ухмыльнулся блондин. — Почему… Почему ты так поступаешь со мной? — совсем убито. — Почему? Ты издеваешся наверное, да? — внезапно разозлился его собеседник. — Нет. Нет, прости, я не… — запнулся Гарри. — Вот и отлично. Я вижу, что ты ещё колеблешься, поэтому дам тебе время до первого сентября, — сжалился тот. — Смотри, у тебя есть десять дней, — сказал он и развернулся. — П-постой… Ты... Ты не ответишь мне? — робко поинтересовался Гарри наконец смотря в глаза собеседника. — Отвечу, но только после твоего ответа. Всё, как всегда, зависит только от него, — улыбнулся он и ушёл, оставив одного.

***

Воспоминание

— Седрик… Я... Я должен рассказать тебе кое-что, — Гарри не смотрел прямо в глаза. Ему было страшно. Они с Седриком встречаются уже год и только сейчас, когда Диггори начал раздражаться из-за слишком закрытой одежды и шарахающегося от прикосновений Поттера тот наконец решился рассказать ему. — Хорошо, говори. — Н-нет, пожалуйста. Я хочу поговорить наедине. — Хорошо, идём. ______ — Помнишь, ты спрашивал о прикосновениях? — вздыхает Гарри и немного дрожит. — Да. — Я… Это… это всё из-за проклятия! — выкрикнул наконец он после долгого молчания. — Проклятия? — Да. Дело в том, что когда-то наш род прокляли и… и с тех пор, когда к нам кто-то прикасается нас, то есть меня охватывает адская боль. Это проклятие проявляется в одиннадцать и когда мне было десять мне о нем рассказала тётушка, но… Я не думал, что это настолько больно и… — Ох, — Седрик сочувствующе посмотрел. Он не смел усомниться в словах любимого, потому что: во-первых, он любил его; во-вторых, ни разу не видел, чтобы его касались даже друзья; и, в-третьих, он знал, что такие проклятия, которые не может снять никто, кроме наложившего, существуют.       Седрик тогда обнял Гарри, стараясь случайно не зацепить оголённые участки кожи и шептал о том как он его любит.

***

      Десять дней… А он ведь даже не сможет увидеть его…

***

      Всё это время Гарри мог думать только о Седрике и решении, которое ему стоит принять. И решился. Именно сейчас он скажет, каков его ответ.       Он быстро смог найти блондина и поспешил к нему. Несколько минут назад он увидел Диггори, поэтому сейчас он до сих пор плакал. Когда парень перед ним повернулся к Гарри он не смог сдержаться и, прижавшись к его груди, зарыдал с новой силой. На удивление, блондин начал поглаживать его по спине, успокаивая. И тут…раздался голос того, кого он сейчас точно не хотел видеть, поэтому он сжался ещё сильнее. — Гарри!       Тот, чьё имя было названо умоляюще посмотрел на обладателя платиновых волос. — Малфой! Отойди от него! Живо!       Драко улыбнулся. Он прочитал в глазах гриффиндорца мольбу и понял всё правильно, именно по этой причине Диггори уже был без сознания на полу. — Хороший мальчик, — сказал он и провёл рукой по щеке Гарри. Слава Мерлину рука была в перчатке и боли Поттер не испытал. — Но до того как я избавлю тебя от проклятия я должен стереть память этому… — скривился. Поттер ничего не ответил.

***

      Когда они уже были в Выручай-комнате, которая представляла собой красивую гостиную; Драко направил палочку на Поттера, зубами снял со второй руки перчатку и, потянувшись к снова сжавшимуся Гарри, положил её ему на шею, от чего тот коротко пискнул и почти не почувствовал боли, когда в следующий момент блондин прочитал какое-то неизвестное заклинание, боль прошла. — Всё хорошо, — неожиданно немного хрипло отозвался тот. — Проклятье снято. — Драко? — осипшим голосом позвал Поттер. — Да? — он присел на диван и потянул его на себя. — Ты обещал, что расскажешь, — сейчас он, возможно, должен ненавидеть Малфоя, но не может. Он так устал, так устал от всего этого. А ещё он устал любить его тихо, без слов. Устал обманывать Седрика и устал от боли. Зеленоглазый положил голову на плечо совсем недавнего врага. — Хорошо, раз ты так хочешь знать, слушай. На самом деле это очень странная (?) история, поэтому я скажу то, что тебе следует знать. Так вот, начнём по порядку. Твой род проклял мой предок, который застал свою жену в объятиях любовника. Он решил: «Если ты не моя, то не доставайся же ты никому. Почувствуй боль». Банально, да? — усмехнулся он и продолжил. — Из-за этого он и проклял вас на прикосновения. — Это… Но ведь мы… Мы ни в чём не виноваты?! Это сделала она, мы не виноваты! — Да, вы не виновны. — Как? Я ведь… — беспорядочно начал соображать тёмноволосый, выпрямившись. — Но… но почему ты — тот, кто избавил нас от проклятия? — Видишь ли, Гарри, — он вздрогнул, услышав звучание своего имени из этих уст. — Та женщина, твой предок, была вейлой. Ни ты, ни кто-либо не мог об этом знать, ведь по этой линии, по линии отца, уже три поколения рождались мужчинами, которые были обделены этой силой, но на тебе, как всегда, система сбилась. Ты — вейла, которая совсем скоро пробудится полностью, а я — твоя истинная пара, — он вздохнул. — Боже, я не могу поверить, что всё так сошлось… — вздохнул он и прикрыл глаза. — Именно мне выпал шанс избавить тебя и твой род от проклятия и именно я тот, кто имеет право прикасаться к тебе. На самом деле, скорее всего, всё только из-за того, что ты родился вейлой. Не родись ты ей у меня не было бы той силы предка. — Ты… Но Малфой, — с сомнением посмотрел он, — я ведь тебе даже не нравлюсь… — Почему же? Ещё как нравишься, — мягко улыбнулся блондин.       Гарри глупо заулыбался, прочитав в глазах слизеринца искренность, но нахмурился, вспомнив некоторые несоответствия в истории Драко. — Но почему до этого никто не снимал проклятие? У нас в роду ведь наверняка были девушки. — Ты прав, были. Но тогда наши предки уже не пересекались, не считая наших отцов, — вздохнул он. — Хотя, возможно, мои предки просто не влюблялись в твоих или наоборот. — Почему я не могу сопротивляться тебе? — устало выдохнул Гарри наслаждаясь давно забытыми ласками так давно любимого им слизеринца. — Это скорее не ты, а вейла внутри тебя. Я ведь говорил, что она давно начала просыпаться, но полностью она сделает это только через несколько дней, — Малфой улыбнулся и вдохнул запах вейлы (и Гарри тоже). — Я должен предупредить тебя, чтобы ты потом не пугался, — неожиданно серьёзно произнёс он. — Д-да? — поднял голову парень. — Ты должен будешь сам прочитать об этом, но при половом акте у тебя могут появиться крылья, иногда это бывает очень болезненно. — Хорошо. Спасибо, Драко. — Не за что, милый, — он поцеловал парня в лоб, перед этим убрав с него чёлку. Гарри смутился и, пряча смущение, уткнулся в его плечо, счастливо и глупо улыбаясь. — Я так люблю тебя, Драко. — Я тоже люблю тебя, — улыбнулся блондин с серыми, как сталь глазами. — Прости, что признался таким образом, — и целует.