Fade Into Darkness

– Погоди-погоди, ты говоришь о той Оливии, о которой я думаю? – с небольшим прищуром спросил Альберт, в ответ получив от меня лишь кивок, из-за чего сразу вскинул руками. – Это плохая затея, Лиз. Ты ведь наверняка сама слышала, какие люди живут в той комнате. Я больше чем уверен, что они тоже могут быть замешаны в том, что случилось с Хэйли! Открытых конфронтаций у Альберта с девушками не было. В отличии от Ника, с которым он жил, и который никогда не скрывал свою нелюбовь к соседкам Хэйли, как и они не скрывали своей по отношению к нему. И это было очевидно из того, как они переводили стрелки друг на друга. – Ты знаешь, я даже не удивлюсь в этом случае, – просто ответила я, пожимая плечами. – Им я не доверяла и доверять не собираюсь, их лицемерие и лживость можно учуять за пару десятков метров. Но с Оливией немного другая история – В смысле «другая»? – нахмурился Грин, продолжая выжидающе смотреть на меня. – Тут столько подробностей всплывает, и я готов руку на отсечение дать, что она была в курсе всего, что происходило с Хэйли за последнее время. Но всё равно даже словом не обмолвилась, когда нас всех допрашивали и просили рассказать всё, что мы знаем. Этого вполне достаточно, чтобы отбросить её из списка потенциальных, скажем так, союзников. Я молча слушала парня, прекрасно понимая все его опасения и абсолютно соглашаясь с каждым сказанным словом. За исключением одного «но». – Ты прав, она наверняка просвещена во все подробности. И я не отрицаю, что и её вина есть в случившемся, однако, что отличает её от других соседок, так это совесть, которая у неё всё же есть, – с этими словами я поднялась с кровати, поравнявшись с Альбертом, а тот лишь нахмурился. – Она была единственной из них, кто был действительно опечален смертью Хэйли, это было видно по её лицу и поведению. А этой ночью именно она предостерегла меня, намекнув на то, что на вечеринках часто происходит всякое дерьмо, частично благодаря чему я не уехала обратно в общежитие, а пошла проверить девчонок. Ситуация складывалась не из приятных. Можно было даже сказать безвыходная, когда приходится идти на потенциальный риск, чтобы попробовать разузнать все необходимые подробности и информацию, которая сейчас нужна как никогда. И тут было два варианта: либо продолжать ждать и надеяться услышать некоторые подробности от сторонних людей, как это сегодня произошло с Альбертом, либо брать всё в свои руки и ускорять весь процесс. А тянуть дальше уже было нельзя. Уж точно не после ночного происшествия с Хлоей. Сейчас, как никогда, мне хотелось как можно скорее закрыть этот вопрос. Чтобы никто из ребят, а уж тем более моих друзей больше не пострадали от рук идиотов. – Иногда чувство вины прекрасно развязывает язык, – поспешила добавить я. – Я понимаю, что она может быть замешана в случившемся, но что-то внутри меня подсказывает, что пусть Оливия и молчала, она не виновна в смерти Хэйли. И она может рассказать нам то, что так сейчас необходимо. Меня можно было назвать наивной и глупой, ведь полагаться чисто на своё внутреннее чутьё в таких ситуациях было далеко не самой лучшей идеей. А уж тем более после того, как я была свидетелем последствий такого вот доверия со стороны Питера, из-за которого его жизнь перевернулась с ног на голову. Но и ходить вокруг да около в надежде того, что кто-то сам рано или поздно проболтается мне не хотелось. Ведь пацифизм и ожидание с моря погоды в этой ситуации, как показала практика, делали только хуже. И даже, если Оливия окажется такой же крысой, из этого можно будет попытаться извлечь свою выгоду. По крайней мере, те, кто промышляют всем этим, залягут на дно. А там уже будем смотреть по ситуации. Но была и обратная сторона медали, о которой мне сейчас не особо хотелось думать. – А если ты ошибаешься? – будто бы читая мысли, спросил Альберт. – Это ведь может сыграть злую шутку потом. Я несколько секунд выдержала молчание, просто смотря на парня, а затем тяжело вздохнула и развела руки в стороны, спокойным голос ответив: – Тогда мне последствия и расхлёбывать. О паршивости людей я знала прекрасно, как и понимала, что все действия имеют свои последствия. И даже, если всё закончится благополучно, был шанс того, что до конца моего обучения найдутся люди, которые обязательно будут пытаться пользоваться любой возможностью, чтобы меня как-то подставить или подпортить жизнь. Была ли я к этому готова? Сложно сказать. С одной стороны, я уже давно поняла, что нужно быть начеку, поэтому старалась быть осторожной, что получалось далеко не всегда. Да и я уже давно привыкла ко всем слухах и грязи, которые пускали про меня который год, поэтому и мерзкие слова меня не удивят. Но, с другой, на примере Питера я прекрасно видела, как сильно выматывает подобная жизнь, когда от любого приходиться ждать подвоха, когда это происходит не только при нахождение в определённом месте или с определёнными людьми, а постоянно. Поэтому, конечно, этого хотелось избежать. Но тут уже как получится. В любом случае, бросать всё из-за каких-то подобных опасений я не хотела и не собиралась. – Можешь не переживать, ваши имена никак не будут фигурировать, поэтому все шишки буду набивать я сама, – добавила я, немного поджав губы. – Главное, просто быть осторожным и не вызывать подозрений. – От этого не легче, Лиз, – вздохнул Альберт, замотав головой. – Я не переживаю за то, что могу попасть под раздачу. Думаю, девчонки тоже. В этой ситуации нужно думать не о том, кому достанется и как, а о том, как этого избежать. Поэтому я призываю тебя быть осторожной и не торопиться. Альберт был просто невероятно добрым и приятным парнем, с которым нам очень повезло познакомиться и за небольшой срок построить хорошие отношения, за что можно сказать отдельное спасибо Саре. Именно она смогла высмотреть все самые хорошие качества в нём, пригласив его к нам в компанию, когда он был своеобразным невидимкой, над которой можно было поиздеваться определённым личностям нашего университета. И мне было приятно слышать его переживания и знать о готовности помочь. Но и долгие попытки переубеждения я тоже не любила. И, думаю, он и сам это прекрасно понимал. – Я пойду проверю Ника, может получится с ним поговорить, – всё же решил перевести тему парень. – Если что – пиши, звони. И обдумай мои слова, ладно? Я ничего не ответила, а лишь благодарно кивнула, наблюдая за тем, как Грин выходит из комнаты. Закрывая за собой дверь и оставляя меня в одиночестве. Я несколько секунд смотрела туда, где он только стоял, а затем устало провела руками по лицу и запустила их в волосы, слегка взлохмачивая их. Бессонная ночь давала о себе знать и сейчас очень хотелось завалиться на кровать и немного вздремнуть. Но сейчас были дела и поважнее, да и я была уверена, что заснуть мне не дадут бесконечные размышления и попытки построить хоть какой-то план. Которого у меня, можно сказать, всё ещё не было. Я пыталась продумать последовательность действий, рассматривала все варианты и возможные исходы, но каждый раз что-то менялось, стоило какой-то новой информации всплыть или чему-то случиться. Поэтому приходилось импровизировать, не имея возможности предугадать, что может случиться уже через пару часов, ведь события действительно происходили одни за другим. И, с одной стороны, это всегда было тем, что у меня получалось. Но, с другой, у этого были и свои минусы, о которых мне часто говорили окружающие. И сейчас мне очень хотелось на секунду посмотреть в будущее и понять, как правильно поступить, чтобы не находиться на распутье, на котором я была сейчас. Мой взгляд упал на фотографии, что висели над моей кроватью, а в особенности внимание привлекла та, на которой были мы с Тони. В тот вечер, когда она была сделана, Старк впервые смог уговорить меня сыграть с ним шахматную партию, которую я, конечно же, с треском проиграла. И нашу с ним неравную борьбу успела запечатлеть Пеппер, словив удачный кадр, когда я выглядела особенно сбитой с толку, пытаясь понять, где я допустила ошибку, и возмущённо показывала рукой на доску, а Тони с самодовольной ухмылкой наблюдал за мной. После этого он сказал, что мы будем периодически практиковаться, от чего я пыталась отмахиваться, не желая больше позориться своими глупыми проигрышами, однако мужчина был непреклонен. И в такие моменты он действительно делился навыками и знаниями, давая хорошие уроки, как жизненные, так и шахматные, которые моментами пересекались. – Это бесполезно! – я раздражённо вскинула руками, откидываясь на спинку стула и поражённо смотря на доску. – Такое чувство, что ты просто залезаешь мне в голову и узнаёшь все мои ходы наперёд! – Они просто очевидны, дорогая, вот и весь секрет, – подмигнул Старк, принимаясь обратно расставлять фигурки на доску. – Пробуй менять стратегию. – Да один хрен, ты всё равно выиграешь, – отмахнулась я, не желая даже пытаться дальше продолжать. – Бессмысленно и дальше позориться. За всё время, мы сыграли партий десять, и каждая из них закончилась одинаково – моим проигрышем. В шахматах, как и во многом другом, Тони был чёртовым волшебником, с которым было невозможно соревноваться. А ничто так не демотивирует, как бесконечные проигрыши. – Быстро сдаваться не в твоём характере, – хмыкнул Старк, поднимая на меня взгляд. – Из каждого поражения нужно извлекать урок, иначе ничему не научишься. Посмотри на это с другой стороны. Даже, если придётся проиграть сто раз, это даст тебе сто хороших уроков. – Я пытаюсь, но ничего не выходит, как ты видишь, – я указала рукой на доску, тяжело вздохнув. – И я не сдаюсь, а просто признаю, что это – не моя игра. – Что можно приравнять к тому, что сдаёшься, – парировал Тони, а затем так же откинулся на спинку стула, пристально посмотрев на меня. – Как думаешь, в чём твоя серьёзная ошибка? Я посмотрела на фигуры, прокручивая в голове все наши ходы в прошлой партии. – Отсутствие логики? – пожала я плечами. – Есть такое немного, – шуточно скривился Тони, из-за чего я закатила глаза, улыбнувшись. – Но нет, ты просто действуешь по каким-то заученным схемам и не делаешь непредсказуемых ходов. Тони взял в руку одну из пешек, начиная бездумно крутить её, рассматривая со всех сторон. Эти шахматы были довольно старыми. Старк рассказывал, что играл в них ещё со своим отцом когда-то, поэтому выглядели они не самым лучшим образом. Но это даже придавало им какой-то особенный шарм. – Ты боишься потерять фигуры, но иногда это необходимо сделать, чтобы перевести или отвлечь внимание противника, – продолжил Тони. – Тут, как и в жизни, моментами нужно идти на риск и принимать неожиданные решения, если хочешь добиться чего-то. Ну и, конечно, не сдаваться после даже десятка проигрышей, – на этой фразе он сделал особенный акцент. – Если бы я опускал руки после неудач, я бы так и сгнил в той Афганской пещере. Что уж говорить про дальнейшие события. Меня всегда восхищало то, что Тони никогда не сдавался, в какой бы заднице не оказывался. И Афганистан – лишь вершина Айсберга. Он был близок к тому, чтобы послать всё к чёрту после проигрыша в битве с Таносом, однако и тогда нашёл в себе силы, чтобы продолжить дело, благодаря чему не только вернул исчезнувшую половину, но и спас Вселенную в целом. Мой взгляд упал на капельницу, что стояла рядом с ним. Она была верным спутником мужчины с самого первого дня после Щелчка, благодаря которой поддерживалось его состояние, а, изначально, и жизнь. Был период, когда Брюс дал добро на её отключение, и Старк был безумно рад тому, что наконец избавился от этого «груза», однако не прошло и недели, как у него случился очередной приступ, из-за которого он был вынужден снова находиться под капельницей. И любому дураку было видно, как это угнетало его. Тони проследил за моим взглядом, грустно усмехнувшись. – Я прекрасно понимаю, что ты ощущаешь после каждого поражения, – прокомментировал он, продолжая сверлить своими глазами капельницу. – Я сам сталкиваюсь с неудачами вот уже второй месяц, только в попытках исцелиться. Я несколько секунд молчала, пристально смотря на Тони и его выражение лица, по которому было тяжеловато определить, что именно чувствует сейчас мужчина. И именно в этот момент мне стало понятно, почему Тони так старается научить меня играть, подталкивает не сдаваться, а продолжать, казалось бы, бессмысленные попытки победить его. Не потому, что ему нравится каждый раз обыгрывать меня, будто бы это как-то щекотало его эго. Или потому, что его веселит моя реакция на каждое новое поражение. Нет, ему нужен был тот, кто будет так же бороться с неудачами, как и он сам. Кто будет вдохновлять его самого не опускать руки. Тони тяжело давалось лечение. Он редко, когда говорил об этом, но и скрыть этот факт у него не получалось. Тони в принципе не любил обсуждать своё состояние с кем-либо, а то, что он сам заговорил об этом, а уж тем более о своих неудачах, говорило о том, что сейчас ему, как никогда, действительно нужна была поддержка и возможность выговориться. – Но, в целом, прогресс же какой-то есть? – мягко спросила я, решив окончательно свернуть на эту тему. – Всё так же топчусь на одном месте, – поджал губы Старк. – Те несколько вариантов, которые всплыли у меня в голове, отверг Брюс, заявив, что риски слишком высоки, а вероятность успеха мала. Поэтому, можно сказать, что я просто занимаюсь ерундой для самоутешения. С самых первых дней, как Тони пришёл в себя и смог снова разговаривать, его мысли были заполнены попытками найти решение, которое поможет ему вновь полноценно встать на ноги. Этим активно занимался и Брюс со своей знакомой и ещё парочкой вакандских учёных, однако те успехи, которых они достигали, не устраивали Тони, который привык к большей результативности как своей работы, так и других. Да, его удалось частично поставить на ноги, но состояние было всё ещё сильно нестабильным, а такую жизнь даже наполовину полноценной назвать было сложно. И мне было тяжело смотреть на все его старания, которые только делали мужчине хуже из-за перенапряжения и стресса. – И, что самое неприятное, я вижу и в твоём взгляде жалость, – неожиданно добавил он, отчего я нахмурилась. – Которая, видимо, будет преследовать меня до конца моих дней. – Не правда, – поспешила возразить я. – Я не испытываю никакой жалости к тебе, лишь беспокойство. Ты себя слишком сильно изнуряешь. – Я могу быть глухим на одно ухо, но я не слепой, Лиз, – на лице Старка появилась грустная улыбка. – Это касается не только тебя, а вообще всех. Пеппер, Хэппи, Роуди, Питер: у всех я вижу один и тот же взгляд, как бы сильно его не пытались скрыть. И я не могу вас винить в этом, просто… Он резко замолчал, выдержав несколько секунд тишины, а затем громко вздохнул, слегка отворачиваясь в сторону. – Просто с этим трудно смириться. Смириться со своей беспомощностью, – всё же закончил фразу он. – Впервые в жизни я не могу положиться на свои знания и умения. И это ужасно, когда первую половину дня ты лежишь словно овощ, а вторую гоняешься за фантомной надеждой найти решение. Я прикусила губу, не зная даже, что ответить на это, как поддержать. Мне никогда не хотелось представлять, что чувствуют люди, в один момент потерявшие своё здоровье, возможность полноценно ходить и жить. И я действительно никогда не испытывала жалости по отношению к Тони, однако в нашем сочувствующем и обеспокоенном взгляде он видел именно её. А в таких ситуациях нет ничего хуже этого. – Ты не беспомощный, Тони, – мягко сказала я, аккуратно накрыв его руку своей. – Ты сделал то, на что решится далеко не каждый. Да, это забрало у тебя некоторые возможности, но ты не был бы Тони Старком, если бы со временем не нашёл решение, которое вернёт тебя в строй. Я была осведомлена о той истории с его отравлением после становления Железным человеком. Да, уровень тяжести состояния тогда и сейчас были не сравнимы, но если в то время он смог переоткрыть новый химический элемент и синтезировать его, то что уж говорить про сегодняшние дни, когда он создал столько, казалось бы, фантастических технологий. Ему просто нужно было время. Я заметила, как его губы слегка расплылись в еле заметной улыбке, что означало то, что хандра отступает прочь, за что я мысленно похвалила себя. – Да и, давай признаемся, ты гораздо быстрее найдёшь способ исцелиться, чем я даже просто шах тебе поставлю, – я указала рукой на доску, а Тони усмехнулся. – Но я учту твои советы. Возможно, я ещё тысячу раз опозорюсь, но когда-нибудь уделаю тебя. Не сомневайся в этом. Эта игра мне не нравилась, однако я была готова пытаться, пока это действительно давало Тони мотивацию самому продолжать собственную борьбу. – Такой настрой мне уже нравится, – улыбнулся Старк, указывая рукой на доску. – Ты столько выделывала фокусов в реальной жизни, с каждым новым поражая меня всё больше, поэтому я жду столь же неожиданных сюрпризов и в игре. И, желательно, чтобы они только здесь и продолжались. Выиграть мне его за это время так и не получилось. Однако, за все те вечера, что мы провели вместе и тренировались, я действительно стала лучше. Как и состояние Тони, что не могло меня не радовать. Совместными усилиями с Брюсом, они смогли достигнуть какой-никакой стабильности, но что меня сейчас пугало, так это то, как долго Тони не было. Пеппер успокаивала меня, говоря, что с ним всё в порядке, что они испытывают какое-то лекарство. Но она в жизни не скажет, что что-то не так, чтобы не волновать меня, особенно сейчас, когда она узнала всю правду. Но я чувствовала, что не всё так гладко и хорошо, как она говорит, что что-то определённо точно не так. И это было дополнительным поводом накручивать себя, как бы сильно я хотела этого избежать. И единственное, что оставалось сейчас делать – верить. Как однажды сказал сам Тони: «Вера превращает четвертак в двадцать пять центов». Ну а его советы идти на риск действительно пригодились мне. Даже банально при поступлении, когда я накручивала себя, что не смогу поступить в столь престижный ВУЗ, а если и поступлю, то точно не потяну учёбу здесь. Но после небольшой промывки мозгов со стороны всех моих близких, после злости на саму себя за принижение своих сил и способностей, я плюнула и решила попробовать. И не пожалела. По крайней мере пока. Хотя сейчас уже сложно сказать, учитывая всё, что происходило вокруг. Сейчас бы очень пригодился совет Тони. Он бы наверняка придумал, как выйти из этой ситуации и как лучше поступить, но пока его не было рядом, нужно было действовать самостоятельно. Я громко выдохнула, собирая все мысли в кучку, и направилась в сторону двери, быстро оказываясь на ещё пустом коридоре. Действовать нужно было быстро, пока я не растеряла своей уверенности, пусть даже и без конкретного плана действий. Возможно, импровизация и не была самым надёжным способом в этой ситуации, однако это было тем, что у меня, зачастую, неплохо получалось, о чём часто говорили Тони с Пеппер. Большинство студентов ещё спали в это время, особенно учитывая то, что многие вернулись с вечеринок, где провели бессонную ночь. Поэтому это была хорошая возможность побыть в тишине, без лишних глаз и ушей. Комната Оливии находилась чуть дальше на этаже, поэтому дойти до неё можно было буквально за пару секунд быстрой ходьбы. И сейчас мне оставалось лишь молиться, чтобы её соседок сейчас здесь не было, иначе нормального разговора у нас не выйдет, это было очевидно. Заприметив нужный мне номер комнаты, я тут же направилась к ней, однако быстро замедлилась, когда поняла, что дверь в комнату была приоткрыта, что было довольно странно. В голове стали всплывать самые плохие мысли, хотя, казалось бы, это была лишь незакрытая дверь. Однако опыт прошлых происшествий и событий просто не давал думать об этом в позитивном или даже нейтральном ключе. И из-за этого появился какой-то внутренний страх, который возрос ещё больше, когда я оказалась у самой двери, не решаясь заглянуть внутрь. Однако, взяв себя в руки, я всё же постучалась, и, не дождавшись ответа, ещё больше приоткрыла её, слегка заглядывая внутрь. И какого было моё облегчение, когда я не увидела ничего того, что успел вырисовать мой мозг. Более того, я вообще никого не увидела, комната была абсолютно пуста. Я быстро обвела помещение взглядом, замечая кровать Оливии, которая находилась в беспорядке. На стуле рядом довольно небрежно висела её одежда со вчерашней ночи, а, значит, она явно была здесь. На одеяле я тут же заметила её телефон, который помог сделать вывод, что она определённо сейчас была в общежитии. Ну либо она была тем самым странным человеком, который может пойти куда-то без телефона в руках. Я сделала пару шагов назад, закрывая дверь, и осмотрела коридор. Общежитие было большим, здесь жило много наших знакомых, а значит она могла быть где-угодно, что довольно странно, учитывая утреннее время. А особенно странно, что она не закрыла за собой дверь, если собиралась кого-то навестить. Ванная так же была приоткрыта, что я заприметила ещё по пути сюда, а значит там никого не было. В любом случае, гадать можно было до бесконечности, а караулить её под дверью было не вариантом, ведь выглядело это откровенно подозрительно и странно. Решив постоять по близости ещё пару минут, в надежде, что она просто на секунду заглянула к соседям, я всё же отошла от комнаты, так и не дождавшись её. А в моей голове всплыла последняя идея, которая имело место быть.

***

– Ты просто чудо, Паркер, – восторженно пролепетал в динамике Батлер. – Этот список – именно то, что нам сейчас нужно, чтобы дожать Маджию и выудить всех продажных тварей. – Да, но если сейчас быстро не предпринять меры, то допрашивать будет уже некого, – Питер приземлился на крышу одного из зданий, а Карэн тут же услужливо вывела карту перед глазами парня. – Много там ваших парней из руководства в этом списке? – По Нью-Йорку – да, больше половины, – ответил агент, а супергерой мысленно выругался от этой цифры. – Зато из головного штаба я пока никого не вижу, что не может не радовать. Это был первый раз, когда Пит смог нормально поговорить со своим напарником с момента смерти Дэвидсона. Всё это время, по его словам, у них царил настоящий ад, стоило приехать руководству из Вашингтона с проверкой. И, что не могло не радовать, они действительно устроили настоящий шмон среди сотрудников, особенно после последних новостей. Однако пока ещё нельзя было сказать наверняка, могут ли и среди них быть крысы. – Доверяешь им? – слегка поморщившись, спросил Питер. – Сейчас сложно кому-то на все сто процентов довериться, – расплывчато ответил мужчина. – Но, думаю, к Маджии они точно не имеют никакого отношения. Сейчас нужно было хвататься за любые возможности, если они действительно хотели положить конец всему этому беспределу. В одиночку Паркер знал, что не справится со всем этим, особенно, когда ещё было столько незаконченных дел. Поэтому нужно было попытаться довериться кому-то, в надежде получения помощи. – Ты должен раскрыть эти списки, – выдохнул Паркер, на секунду прикрыв глаза. – Я не знаю, как тут лучше будет поступить: анонимно отправить их или лично выступить с заявлением, рассказав, откуда ты их получил. Риски большие что в первом случае, что во втором, но выбора у нас сейчас нет. В одиночку мы не справимся со всем этим. Сейчас нужно было как можно скорее отстранить от дел всех, кто был хоть как-то замешан с Маджией, и спасти тех, чьи жизни сейчас находились в большой опасности. Особенно это касалось различных руководителей и известных бизнесменов, которые могли дать необходимые показания. К сожалению, один из таких уже был потерян, а именно сенатор Льиюс. Страшно было представить, сколько дерьма могло бы всплыть после того, как он был бы допрошен и осуждён. – Боюсь, что анонимному источнику они не поверят в этом случае, – тяжело вздохнул Пол, а Питер сразу понял, к чему всё идёт. – Точно не тогда, когда половина людей в этом списке – чиновники и высокопоставленные лица. Паркер ничего не ответил, а лишь молча продолжал смотреть на карту перед своими глазами, хотя мысли его сейчас были направлены в совершенно другое русло. – Тогда придётся идти на большой риск и говорить всё, как есть, – констатировал факт парень. – Вариантов у нас немного, а действовать нужно быстро. Отсюда и вопрос: насколько ты им доверяешь? Больше всего супергерою сейчас не хотелось лишний раз рисковать, особенно когда вся его семья сейчас находилась здесь, в Нью-Йорке. Но сейчас был тот самый случай, когда нужно было полностью положиться на Батлера, в надежде, что всё обойдётся и они не допустят ужасную ошибку, которая будет много стоить обоим. – Чёрт, – выругался агент, выдержав несколько секунд молчания. – Я не знаю, Пит, сейчас то ведь я не только себя подставить могу, но и тебя, стоит им услышать, что именно ты отрыл всю эту информацию. – В этом вопросе я полностью доверюсь тебе, Пол, – тихо протянул Паркер, поджимая губы. – Я не знаю людей в твоём начальстве, мне нужно быстро решать вопрос с Кувалдой, пока он и его головорезы не разнесли весь город. И единственное, в чём мы сейчас можем быть точно уверены, так это в том, что нужно быстро паковать всех крыс, пока до них не добрался Кувалда. А ликвидируют их быстро, ты и сам видишь. И особенно это опасно с теми, кто засел в учебных заведениях, больницах и подобных учреждениях. Если по ним решат шмальнуть из гранатомёта на их рабочем месте, то снова пострадают люди. Можно было сказать, что Питер просто умывал руки в этом вопросе, перекладывая всю ответственность на другого человека, что он ненавидел делать. Ещё со времён Мистерио, Пит перестал доверять людям на все сто процентов, а теперь ему приходилось отпустить это и полностью положиться на человека, которого он, в целом, не так давно знал. И то, как дальше всё будет развиваться сейчас зависело, во многом, от решений Батлера, что он прекрасно понимал, поэтому не торопился с ответом, тщательно всё взвешивая. – Вашу ж мать, ладно, – всё же ответил он, будто бы срывая пластырь. – Я попробую что-нибудь придумать. Ты что делать будешь сейчас? – Мне нужно разыскать основной склад Кувалды, – Питер пробежался глазами по отмеченным точкам, в которых переставали работать жучки. – У меня уже начинает вырисовываться область, где он может находиться, но территория ещё слишком обширная и без чётких границ, поэтому нужно продолжать поиски. За всё то время, что Питер исследовал точки Кувалды, он не нашёл ни единого намёка даже на примерное местоположение склада. И это было удручающе, а чем дольше он затягивал, тем больше мощи наращивал Кувалда. – Возможно, какие-то координаты получится выбить из тех, кто был приближен к верхушке Маджии, но тут снова всё сводится к этим спискам, – развёл руками Паркер. – Поэтому чем быстрее мы будем действовать, тем быстрее мы покончим со всем этим и больше спасём людей. Отдельным пунктом у Питера стоял поиск спонсоров Кувалды. А в особенности тех, кто разрабатывает ему всё это оружие для массовых убийств. Оно должно было где-то и кем-то разрабатываться, а значит были и лаборатории, где всё это происходило. И их тоже необходимо было найти как можно скорее. Голова Паркера просто шла кругом от количества планов и задач. И до этого было нелегко, а сейчас и подавно. Раньше, супергерою казалось, что должно стать гораздо легче, стоит им избавить от одной из переменных этого «уравнения». Им стала Маджия. Однако легче так и не стало. Но, в любом случае, не могло не радовать хотя бы то, что одни из опаснейших авторитетов преступного мира были мертвы, хотя Паркер бы с удовольствием встретился с ними лицом к лицу, если бы они были пойманы, а не убиты. Пусть с Костелло ему так и не удалось столкнуться лично и поговорить, когда тот бы сидел на скамье подсудимых, Питер знал, что с кем ему ещё предстоит столкнуться, так это с Кувалдой. И супергерой очень надеялся, что эта встреча состоится в самом конце, когда он сможет без последствий для своих близких выбить всё дерьмо из этого урода, отправив его раз и навсегда на Рафт. – Сделаю всё, что в моих силах, – отозвался Батлер, а Пит удовлетворительно кивнул. – Если вдруг ещё что-то всплывёт – сообщай. И будь осторожен, Паркер. – И ты, Пол.

***

– А, господи, это ты, Лиз, – передёрнулась Оливия, быстро спрятав правую руку, стоило мне зайти на балкон. – Рановато ты проснулась. Не засиживались вчера там? Девушка немного расслабилась и достала руку, в которой тут же показалась сигарета, а я понимающе кивнула, став рядом с ней так, чтобы дым не шёл в мою сторону. Курение на балконе было под строгим запретом, который многие игнорировали, действуя по негласному правилу «Не пойман – не вор». Впрочем, такое касалось и большинства других правил, в том числе распития спиртного. Поэтому, сюда приходили перекурить многие и просто держали ухо востро, чтобы успеть спрятать или выкинуть, как Пеппер шуточно называла её, «раковую палочку». – Было бы где засиживаться, – хмыкнула я, чуть поворачиваясь в сторону Фрейзер. И от меня не скрылось то, что её глаза были красноватыми, а на щеках остались небольшие мокрые дорожки от слёз. – Всё в порядке? Оливия ничего не ответила, а лишь затянулась сигаретой, после чего грустно усмехнулась и замотала головой. – Да, просто чувствую себя полной идиоткой, – она шмыгнула носом, а затем протянула мне свою сигарету, посмотрев на меня с немым вопросом. – Будешь? – Нет, спасибо, не курю, – тут же замотала головой я. – Хотя, на самом деле, сейчас бы очень не помешало, учитывая весь происходящий дурдом. Оливия понимающе кивнула, вновь делая затяжку, а её взгляд устремился куда-то в сторону города. Между нами повисла тишина, которую я сама не хотела нарушать, давая девушке возможность собраться с мыслями и немного успокоиться, что явно ей было нужно. – Можно задать личный вопрос? – внезапно спросила она, слегка повернув голову в мою сторону, а я на мгновение растерялась, однако быстро кивнула, давая своё согласие. – Я очень не люблю лезть в жизнь других, а тем более не должна верить каждому слуху… На этом моменте я уже примерно поняла, о чём пойдёт речь, из-за чего мысленно чертыхнулась, однако не подала виду. – Тебе тяжело далось расставание? – слегка поморщившись, спросила она. – Прости, если сыплю соль на рану. Я всегда довольно спокойно относилась к вопросам о личной жизни, для меня эта тема никогда не была табу. До тех пор, пока общественность не узнала о том, кто скрывается под маской Человека-паука. А тогда каждый «журналюга» считал своим долгом разузнать подробности о личной жизни одного из самых «скандальных» после происшествий в Европе супергероя. Ну и много времени им не понадобилось, чтобы выяснить, что он находится в отношениях с дочерью одного из самых известных, если не самого, людей на планете. И тогда понеслось. Первое время было довольно тяжело, когда папарацци поджидали буквально повсюду. Тогда, у Питера случился первый небольшой срыв, на фоне которого он умолял меня временно держаться от него подальше, видя, какой дискомфорт это доставляет и мне в том числе. В конце концов, их больше интересовала не я, а именно Человек-паук. А уж потом подробности нашей с ним жизни. И когда я говорю, что было тяжело, я именно это и имею ввиду, ни капли не преуменьшая. Некоторые люди плевать хотели на понятие о личных границах и даже просто адекватности, что уж говорить о законе. В любом другом случае, я бы отмахнулась и перевела тему, не желая обсуждать это с кем-то. Особенно, когда в жизни царила сплошная неопределённость, а подобные вопросы действительно были словно соль на ране. Но если я хотела раздобыть от Оливии какую-то информацию и вывести её на чистую воду, нужно было и самой быть откровенной, как бы это не было тяжело. – Всё в порядке, – отмахнулась я, прикусывая губу. – Честно, я даже и не знаю, что ответить. Не уверена, что вообще могу сказать, что мы расстались. Всё слишком запутанно. В ответ на это Оливия нахмурилась, внимательно посмотрев на меня, а затем затушила остаток сигареты, полностью поворачиваясь в мою сторону. – Но да, это всё тяжело, – закончила я свою фразу. – Каким бы идиотом твой бывший не был, если ты всё же действительно что-то испытывала к нему, расставание априори лёгким не будет. Особенно, если привыкаешь к человеку. В каком-то плане, мне очень повезло, что раньше я не привязывалась к парням, что не практиковала длительные отношения. Благодаря этому, мне удалось сберечь немало нервных клеток, особенно смотря на своих сверстников. Зато все те, что я сберегла, отмирают теперь с тем количеством стресса и переживаний, которые свалились на меня. И просто хотелось верить, что всё это будет не впустую. – Понимаю, прекрасно понимаю, – протянула девушка, грустно усмехнувшись. – Я просто боюсь наделать глупостей. С одной стороны, я прекрасно понимаю, каким уродом он был, что я поступила абсолютно правильно. Но, с другой, переживаю, как бы снова не окунуться во всё это дерьмо, не справившись с собственными эмоциями и дав человеку второй шанс, хотя и понимая, что он этого не заслуживает. – Именно поэтому нужно как можно скорее выпустить оставшийся пар, собрать мысли в кучку и прийти в себя, – отчеканила я. – Тогда получится мыслить рационально и быстрее если не забыть, то отпустить его. Психолог из меня был откровенно паршивый, а уж тем более по вопросам отношений. По крайней мере не сейчас, когда у меня самой царила полная неразбериха в собственных. Но иногда полезно было озвучить даже, казалось бы, очевидные вещи. Ведь иногда самое банальное и простое помогает людям лучше, чем советы каких-то профессионалов. – К чёрту все эти отношения, – неожиданно сказала Оливия и обеими руками опёрлась об ограждение балкона. – И туда же всех мерзких и двуличных людей. Я уже хотела было открыть рот, чтобы сказать, что сказанное девушкой звучит как замечательный тост. Однако в моей голове всплыла другая рискованная идея. И я решила не терять возможности. – Да-а, насколько бы лучше был мир, если бы в нём было меньше мерзких людей и моральных уродов, – понимающе протянула я. – Возможно, тогда и Хэйли была бы жива. Последнюю фразу я сказала как можно тише, сразу подмечая то, как в секунду напряглась Оливия, сильнее сжав изгородь балкона своими руками. Это была опасная зона, на которую я всё же решила ступить. И теперь оставалось лишь не ошибиться. – Возможно, – прочистила горло девушка, а затем, молча простояв несколько секунд, опустила взгляд на свои наручные часы. – Скоро мои девчонки должны приехать, я пойду лучше приберусь и сбегаю в магазин. Спасибо тебе за поддержку, я это правда ценю. То, как она спокойно и быстро оборвала разговор, даже не попытавшись перевести тему, чётко дало понять, что подобные обсуждения были для неё особенно неприятными и нежелательными. И я была уверена, что не из-за одних неприятных воспоминаний. Оливия уже развернулась, чтобы направиться к двери, однако я не собиралась упускать столь прекрасный шанс, решив пойти ва-банк. – Сегодня ночью ты предостерегла меня, – буквально выпалила я, а Фрейзер остановилась, повернув голову в мою сторону и нахмурившись. – Сказала быть осторожной на подобных вечеринках. Оливия несколько секунд простояла без движения, а затем развернулась всем корпусом ко мне, а на её лице было видно небольшое замешательство. – И? – сложила она руки на груди. – Это касается вообще любой вечеринки. Я думаю, ты и сама это прекрасно понимаешь. К чему вообще… – Хлою накачали наркотиками там, – не дала я договорить Фрейзер, а она тут же замолкла, шокировано округлив глаза. – Или чем-то похожим на них, но это не важно. Важно то, что случилось бы, не будь нас рядом. И то, что это происходит в открытую, под носом у других людей, и даже это не останавливает этих альтернативно одарённых. Лучший эффект очень часто достигается за счёт неожиданности, когда ты буквально застаёшь человека врасплох, лишая дара речи. Что сейчас и произошло. Оливия просто удивлённо смотрела на меня, будто пытаясь уложить в голове то, что сейчас услышала, и понять, что это вообще означало. – Кто? – коротко спросила она, всё же отойдя от шока. – Это сейчас не столь важно, – отмахнулась я, слукавив. Это было очень важно, и те парни не останутся безнаказанными, но сейчас нужно было решить другой вопрос. – Важно то, что я знаю, что Хэйли сидела на опиоидах перед смертью. И я не верю, что всё происходящее – случайность, а не взаимосвязанные события. Выстрелив вторым фактом, я ещё больше выбила Оливию из колеи. Только на этот раз вместо ступора, она сделала шаг назад, будто это я представляла ей какую-то угрозу. – Я не знаю, кто сказал тебе об этом, но дам совет не вмешиваться и не забивать голову глупыми слухами и домыслами, – поспешила сказать Фрейзер, хотя в её голосе отчётливо слышались нотки неуверенности. – Если ты решила поговорить со мной только, чтобы сейчас обсуждать какие-то нелепые слухи, нам лучше прямо сейчас разойтись и забыть, что этот разговор вообще был. То, как она старательно умывала руки и пыталась уйти от ответа, а ещё выражение её лица навели на меня мысль, что она будто бы боялась говорить. В её глазах чётко читалась паника, а значит я целила в правильном направлении. – Мы можем разойтись и забыть об этом разговоре, продолжая и дальше сидеть сложа руки, в ожидании, пока ещё кто-то не пострадает, а то и вовсе умрёт, – чуть повысила голос я, чувствуя, как слегка начинаю закипать, однако быстро осадила себя, став говорить на несколько тонов тише. – Но будем ли мы спать спокойно, зная, что могли помочь, но не стали, и из-за этого наши сверстники, а может даже и знакомые с друзьями попали в такую же ситуацию, как Хлоя и Хэйли? Я сделала шаг навстречу Оливии, и она вновь дёрнулась, однако не отступила, продолжая пристально смотреть на меня в замешательстве. – Я тебя ни в чём не обвиняю. Более того, я верю, что ты не имеешь к случившемуся с Уокер никакого отношения, – продолжила я уже более мягко. – Но ты точно что-то знаешь. И чем дольше ты молчишь, тем хуже становится! Если это всё дойдёт до полиции, ты ведь сама понимаешь, что полетят головы всех, кто хоть как-то связан со произошедшим. Очень сложно было предугадать, как поведут себя правоохранительные органы, если мы обратимся туда, рассказав обо всём. С одной стороны, это было оптимальным решением. Когда стоял вопрос о наркотиках, кто-то должен был вмешаться. Но, с другой, тот полицейский чётко дал понять, что сейчас им точно не до этого, как бы ужасно это не звучало. Не тогда, когда на улицах каждый день гибнут десятки людей. Они просто скинут вину на кучку людей, сделав их виноватыми во всём, и снова прикроют дело. И тут уже сложно было сказать, кто именно попадёт под раздачу. Очень даже вероятно, что и мы, после ночного происшествия, пусть даже наша подруга и оказалась жертвой, а также другие ребята, которые могут быть не при делах. Поэтому нужно было действовать иначе, аккуратно и с умом. – Твою мать, – тут же замотала головой девушка, почувствовав ещё большее напряжение при упоминании полиции. – Я не могу, Лиз. Господи, когда же весь этот кошмар закончится… Я подошла ещё ближе к Фрейзер, взяв её за плечи и заставив посмотреть на себя, как бы старательно она не опускала голову и не уводила взгляд. – Прошу, расскажи всё, что знаешь, – буквально взмолилась я. – Ситуацию всё ещё можно исправить. – Некоторые вещи уже не исправить, – она с силой прикусила губу, а мне показалось, что из неё вот-вот пойдёт кровь. – Я такая дура. Я ведь знала о таблетках, но не смогла ей помочь. Промолчала тогда, когда нужно было говорить. В том, что она умерла, есть и моя вина из-за моего бездействия. Я не могла винить её в том, что в нужный момент девушка не поделилась своими знаниями с полицией. Как и Ник, Оливия была растеряна и напугана, а на них банально могли повесить вину без дальнейших разбирательств. А от этого лучше бы никому не стало. – Ты не могла знать, что всё закончится именно так, – попыталась я успокоить Фрейзер, хотя понимала, что это не было оправданием. – Откуда вообще у неё взялись эти таблетки? И с чего вдруг одна из лучших студенток вдруг подсела на наркотики? – Я не знаю. Не знаю, кто ей их дал и тем более надоумил начать принимать, – вновь замотала головой Оливия. – У Хэйли были проблемы, это не секрет. Она часто ловила панические атаки, которые только усиливались с каждым разом, но к врачу не ходила, как бы я её не уговаривала. И я клянусь, что не знаю, в какой момент она подсела на опиоиды. Я узнала об этом уже постфактум, когда стало видно, что они ни черта не помогают, а лишь делают хуже со временем. Будучи упёртым человеком, я прекрасно понимала, что заставить Хэйли пойти к врачу, если она действительно этого не хотела, было практически невозможно. Я сама ненавидела врачей, особенно мозгоправов, отказываясь от их помощи даже в самые тяжелые жизненные моменты, и решая пытаться справиться со своими проблемами самостоятельно. И у меня это, к счастью, получалось. В отличии от Хэйли. Викодин назначают как очень сильное обезболивающее, однако опиоиды тем и славятся, что помогают «отключиться от реальности» и «ощутить лёгкость», что помогает при ПТСР, депрессии и подобных проблемах. Таблетки менее агрессивные, чем тяжелые наркотики, однако и их употребление не обходится без серьёзных последствий, особенно, если происходит не под наблюдением врачей. Тот рассказ Гарри о его дяде является хорошим тому примером, как, казалось бы, лекарственный препарат может вызвать сильнейшую зависимость, вынуждая человека с каждым разом увеличивать дозу, что приводит либо к передозу, либо к переходу на другие наркотики. Викодин и прочие подобные препараты пользовались большой популярностью после щелчка Таноса, когда у многих людей начались психологические проблемы, которые некоторые пытались решить таким вот путём. И когда общество прошлось по грани очередной опиоидной эпидемии, стало появляться всё больше запретов и ограничений. Которые, тем не менее, не остановили распространение этой дряни. – Она всегда ловила эти панички или что-то могло спровоцировать их? – я слегка сощурилась, наблюдая за реакцией девушки. – Возможно, что-то случилось на одной из вечеринок? Что-то, что повлекло за собой слухи о её измене Нику? Брови Оливии поползли к переносице от последней фразы, однако уже через пару секунд она хмыкнула, делая шаг в сторону, и, тем самым, чуть отходя от меня. – Как же быстро всё это разносится, – пробормотала она. – Я знаю не больше твоего, Лиз. И до меня дошли разные слухи, но я не знаю, насколько они правдивы. Меня на той вечеринке не было. Я внимательно слушала девушку, не двигаясь с места. – Так это всё же может быть правдой? – Если бы только это было не так, – вздохнула Фрейзер, переводя взгляд куда-то за мою спину. – Хэйли появилась через день где-то, вся в слезах, но подробностей не рассказала. Я не стала настаивать, а потом до меня дошла информация, что она, якобы, переспала с каким-то парнем, а это всё ещё и записали на видео. И я не хотела верить в это, не могла она так поступить с Ником, пока не получила от неё косвенное подтверждение. Ну а дальше всё становилось только хуже. Оливия провела руками по лицу, следом зарываясь ими в свои волосы. – У них всё было не совсем сладко в последнее время. Тогда я подумала, что она просто сорвалась в тот вечер и напилась, наделав глупостей, поэтому ничего не помнила, – продолжила девушка. – Мне казалось, что ей не даёт покоя чувство вины, в основном. Но теперь мозаика начинает складываться. Провести логическую цепочку, имея на руках столько фактов, было несложно. А я окончательно убедилась в своей теории. – Ты точно не знаешь, кем может быть тот парень? Возможно, ты что-то слышала или тебе что-то говорили, – поспешила я задать вопрос. – Хэйли ни разу его не упомянула, а остальные девочки говорят, что узнали об этом уже после, как и я. – Тогда может знаешь дату, когда она проходила и где? – продолжила расспрос я. Оливия на секунду задумалась, а затем достала из кармана свой телефон, несколько секунд что-то ища в нём. – Могу ошибиться на пару дней, но где-то в промежутке между двадцать пятым и тридцатым апреля, – почесала затылок Оливия. – Насколько я знаю, в доме у капитана нашей баскетбольной команды. Я тут же сделала мысленную пометку, отложив у себя эти даты и место. Этого всё равно было недостаточно, но всё же лучше, чем ничего. – Но, прошу тебя, Лиз… – уже хотела было добавить Оливия, однако замолкла, уставившись куда-то вглубь кампуса и прищурившись, будто пытаясь высмотреть кого-то, а затем сделала несколько шагов вперёд, подходя ближе к изгороди. – Что? – нахмурилась я, подходя чуть ближе. Я видела, как переменилось выражение лица девушки, из-за чего я смутилась ещё больше. А следующая фраза только сделала хуже. – А вот это уже плохо, – протянула она, кивком подзывая меня подойти ещё ближе, что я и сделала. Я быстро обвела взглядом кампус, краем глаза замечая то, что зацепило внимание Фрейзер: группа мужчин, направляющихся в сторону общежития, и ещё несколько таких же в разных частях студенческого городка. И всё бы ничего, если бы не их куртки, которые любой ребёнок узнает из тысячи благодаря трём большим желтым буквам на их спинах. Что бы Нед не говорил, но очередное появление ФБР ничего хорошего не сулило. Определённо ничего. Комментарий автора: Как говорится: "Хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах" Как бы мне этого не хотелось, но публиковаться каждую неделю так и не получилось, а отпуск закончился быстрее, чем хотелось. Но я держусь и снова в строю, хоть эта глава и далась особенно тяжело. Немного раскочегаримся диалогами и парочкой очень нужных моментиков, которые пригодятся в следующих главах, в которых уже потиху будет начинаться мьясо)) Уже хочется скорее приступить к самой интересной части, но нужно ещё немного терпения, чтобы окончательно разогнать это колесо сюжета) Всё самое классное вот-вот начнётся) Спасибо вам огромное за вашу поддержку, за все прекрасные слова, что вы писали, и за то, что продолжаете вместе со мной идти по этому длинному и нелёгкому пути, даря свою любовь, которая невероятно вдохновляет меня. Вы у меня самые лучшие, друзья, и я не могу выразить всей своей благодарности вам. Буду рада видеть вас в наших соцсетях, ссылочки на которые находятся чуть ниже. Туда я публикую всю актуальную информацию о выходе глав, спойлеры перед новыми публикациями, а также просто всякие приколы, большинство из которых делаете вы) Ну и жду всех вас в нашей беседе ВКонтакте, где мы мило общаемся друг с другом. Буду рада встретить вас и там, лично пообщавшись) Ссылочка находится там же. Увидимся с вами в новой главе, мои дорогие! Вы самые лучшие, люблю всех :*