Fade Into Darkness

– Чёрт, даже тут наша Эм-Джей решила выделиться и быть не такой, как все, – по-доброму усмехнулся Питер, делая очередной глоток свежесваренного кофе, стоящего перед ним на небольшом столике, который был на время перенесён из гостиной в гараж, создавая дополнительное рабочее пространство, а также место, где можно будет поужинать, не покидая мастерскую. – Пока большинство людей волосы на голове рвут, чтобы попасть в Гарвард, ты делаешь всё, чтобы слинять оттуда. – Сказал человек, который слинял из Эм-Ай-Ти, – парировала девушка, из-за чего на моём лице появилась небольшая улыбка. – Я далеко не первая и уж точно не последняя, кто решил перевестись в другой вуз, будучи иногородним студентом. В этом плане Гарвард ничем не отличается от других университетов. Идею вернуться обратно в Нью-Йорк Эм-Джей озвучила ещё несколько месяцев назад, во время нашего последнего телефонного разговора. И уже тогда было понятно, что это не просто фантомная мысль, которая со временем затеряется и отложится в дальний ящик, а вполне себе реальная цель, к которой Джонс собиралась двигаться. Но об этом я благополучно забыла из-за всей этой череды отвратительных событий, ну а с Питером и Недом этот вопрос в дальнейшем девушка не поднимала, из-за чего новость всё же слегка удивила всех нас. – Я уже получила несколько ответов здешних университетов, в которые я могу перевестись на таких же условиях: та же программа обучения, сохранение гранта и всё в этом духе, – добавила Эм-Джей, слегка отодвигая опустошённую тарелку, на которой ещё недавно находился ужин. – Останется только утрясти пару вопросов и пройти через бюрократический ад, но об этом я буду волноваться позже. Сейчас есть гораздо более серьёзные проблемы. С этими словами она метнула взгляд на Паркера, который моментально вышел из состояния небольшой расслабленности, в которой пребывал последние двадцать минут, и вновь натянулся, как струна. На протяжении всего ужина мы ни разу не поднимали тему «работы» и дальнейших планов, решив воспользоваться этой минуткой, чтобы немного отвлечься. Но возвращение в реальность, полную проблем и нерешённых вопросов, было неизбежным. Как выяснилось, Эм-Джей всё же не отправилась сюда с остальными сразу после похорон, как мне изначально показалось. Она приехала незадолго до моего возвращения, решив сначала смотаться домой и закончить дела там, прежде чем погрузиться в водоворот проблем здесь, прекрасно понимая, что это будет надолго. Именно поэтому времени на разговоры и объяснение происходящего у них было совсем немного, из-за чего знала она примерно столько же, если не меньше, чем я. – Много тебе Нед успел рассказать? – со вздохом спросил Питер, а его рука легла на горлышко кружки, которую он несколько минут назад опустошил, принимаясь аккуратно покручивать её на столе. – По телефону-то? Мало чего, – развела руками Эм-Джей. – Я долго не могла понять, почему он говорит загадками и несёт всякую чушь каждый раз, когда я пыталась что-то у него разузнать. – О боже, – не смог сдержать усмешки Питер, замотав головой. – Только не говори, что он пытался использовать шифры. – Какое-то время – да, пытался, – подтвердила девушка, а небольшая улыбка снова вернулась на моё лицо. – Он несколько раз спрашивал у меня, не возникало ли у меня ощущения, что кто-то находится рядом, а потом рассказывал про какого-то приятеля, который постоянно подслушивает его разговоры, что безумно раздражительно. И только потом, после пары наводящих вопросов, я поняла, что именно Лидс имел ввиду. Из всей нашей компании именно Нед больше всего любил подобные загадки. Это происходило ещё в школьные времена, когда речь шла, например, о похождениях Питера или каких-то проблемах, связанных с его супергеройской деятельностью, о которых другие не должны были знать. И останавливался парень лишь тогда, когда у кого-то из нас сдавали нервы и мы напрямую спрашивали, в чём именно было дело. Моментами это сильно раздражало, но бесполезным это, всё же, не было, что отчётливо показала эта ситуация. – И хоть раз в жизни эти шифры действительно пригодились, – хмыкнула Мишель. – Я даже не хочу представлять, как звучали со стороны наши разговоры, но они помогли минимально ввести меня в курс дела. Ну а уже дальше этот пазл я начала собирать самостоятельно, когда в сети начала появляться информация про Маджию и других убийц, а также про их междоусобную войну. После того, как Кувалда расправился с донами других мафиозных семей, выставив это на всеобщее обозрение, в интернете и даже по телевидению действительно стали рассказывать интересные детали, делиться которыми раньше, судя по всему, было запрещено. Ну а последующее обнародование списка лиц, сотрудничавших с Маджией, лишь увеличило этот поток новой информации, а у СМИ словно открылось второе дыхание. И страшно было представить, что начнётся после окончательной победы над этими подонками, когда массовые разбирательства лишь наберут обороты, а в сеть утекут ещё более интересные подробности, дискредитирующие власть на разных уровнях, начиная от муниципальной и заканчивая федеральной. Большая часть информации всё равно подвергнется цензуре и произойдёт ещё не одна «чистка», чтобы закрыть рты неугодным, но этот поезд всё равно остановить не получится. Уж слишком серьёзную кашу они умудрились заварить за такой, казалось бы, небольшой срок. Поэтому выдохнуть спокойно, даже в случае победы над Кувалдой, у нас явно не получится. – Поэтому Неду я обязана, как минимум, за то, что он старался держать меня в курсе событий. В том числе и касательно второй половины нашей компании, с которой я всё никак не могла связаться, постоянно натыкаясь либо на автоответчик, либо на сообщения о том, что мне перезвонят чуть позже, – неожиданно добавила Эм-Джей, посмотрев на нас многозначительным взглядом. Эта фраза была очевидным камнем в наш с Питером огород, однако была сказана без какой-либо злости и обиды. Скорее, с издёвкой, что было очень в стиле Эм-Джей. С ней мы не общались почти месяц, а наш последний разговор состоялся тогда, когда Хэйли совершила самоубийство. Я видела все те пропущенные звонки от подруги, постоянно говоря себе, что завтра перезвоню, но, в конечном итоге, так и не сделала этого. Ну а односложные сообщения, в которых говорилось, что сейчас нет возможности нормально поговорить, общением назвать трудно. И если с Питером всё было понятно, ведь он не выходил на связь не только с ней, а вообще со всеми, то вот я действительно повела себя не самым лучшим образом, за что почувствовала неприятный укол совести. И я уже открыла рот, чтобы извиниться за это, только вот Эм-Джей меня опередила. – Хотя, учитывая состояние, в котором вы оба сейчас находитесь, и на кого стали похожи, я должна радоваться, что вообще вас живыми застала. Поэтому неотвеченные звонки – абсолютная мелочь, о которой даже не стоит говорить, – поспешила отмахнуться девушка, стоило ей заметить оттенки вины на наших лицах, а её голос сразу стал чуть мягче. – Но я бы не отказалась поговорить о том, как до этого вообще всё докатилось за такой короткий срок? Неспокойно ведь на улицах было последние несколько лет, да и Маджия существует не первый день, но именно сейчас начал происходить сущий ад, словно кто-то нажал на какую-то кнопку и запустил своего рода механизм, из-за которого и началась эта резня. В памяти всплыла наша крайняя встреча в апреле, когда произошла атака Носорога. Уже тогда обстановка была довольно неспокойной, но никто из нас не мог и подумать, что буквально через три недели после этого всё окончательно полетит к чертям, а мы изменимся просто до неузнаваемости. И если даже для нас, находившихся здесь на протяжении всего времени, этот контраст был довольно сильным, то какого было Эм-Джей, которая не варилась во всём этом с самого начала, а только-только приехала, сразу увидев, насколько кардинально всё поменялось. Питер не сдержался и немного поморщился, понимая, что ему, так или иначе, придётся пересказать все события и ещё раз, пусть и мысленно, пережить всё случившееся за последний месяц. Но этот разговор был неизбежен, что он и сам прекрасно понимал. – Ты даже не представляешь, насколько точно описала происходящее, – нервно хмыкнул Пит, неспешно поднимаясь со своего места и быстро осматривая мастерскую, в которой царил настоящий хаос из-за кипящей в ней работы. – Эскалация между Маджией и Кувалдой началась ещё пару лет назад, просто происходила она очень незаметно, практически без каких-либо серьёзных происшествий. И, возможно, так бы продолжалось и дальше ещё какое-то время, если бы одна из сторон не решила сделать первый ход, приведя в действие этот, как ты выразилась, механизм. «Носорог», – тут же поняла я, а рёбра пронзило фантомной болью от воспоминаний о встрече с мутантом. Возможно, я ошибалась, но что-то мне подсказывало, что именно с этого всё и началось. Та самая точка невозврата, разделившая всё на «до» и «после». – Я чувствовал, что так и будет. Ещё находясь в Бостоне, когда я только-только начал вникать в ситуацию и собирать сведения, меня не покидало тревожное ощущение, что вот-вот разразится какой-то кошмар. Уж слишком много было странных происшествий и совпадений, – с этими словами Пит подошёл к одному из столов и взял лежащую на нём отвёртку, принимаясь бездумно крутить её в своих руках. – Но аккурат к тому моменту, как я бросил учёбу и вернулся в Нью-Йорк, внезапно наступило полное затишье. Словно ничего плохого и не назревало вовсе. Неожиданно взгляд Питера переметнулся на меня, словно то, что он собирался сейчас сказать, предназначалось именно мне. – Было очевидно, что это не к добру, но мистер Старк попытался убедить меня не вмешиваться и ценить это временное спокойствие, пока такая возможность ещё была. Я не смогла сдержаться и поморщилась от этого довольно резкого упоминания Тони, которое немного выбило меня из колеи, что не скрылось от Питера. Оно не было чем-то, чего я не ожидала. Нет, напротив, я прекрасно понимала, что в этом разговоре речь неизбежно зайдёт и про отца, причём явно не единожды. Но это не помогло мне избежать неприятного укола, а также очередной волны нехороших мыслей насчёт состояния Тони. И это не скрылось от Питера, который продолжал пристально смотреть на меня, словно пытался прочитать мои мысли. А их у меня было целое множество. Особенно сейчас, когда мы приближались к первой «критической отметке» этого пересказа. – Но ты его, как я понимаю, не послушал? – аккуратно спросила Мишель, вскинув брови. – Напротив, тогда ему действительно удалось убедить меня не вмешиваться, – замотал головой Пит, всё так же не сводя с меня глаз, будто именно я задала этот вопрос. – Мистер Старк прекрасно знал о всех нехороших процессах, которые происходили в мафиозных кругах, но он был уверен, что у нас ещё есть время до того, как разразится полномасштабный конфликт. Ведь кризисы случались и раньше, но каждый раз всё обходилось малой кровью и возвращалось на круги своя, поэтому важно было не допустить, чтобы всё вышло из-под контроля именно сейчас, когда в Нью-Йорке не осталось практически никого, кто смог бы помочь разрулить ситуацию. И ведь действительно практически все, кто способны быстро приструнить уличных преступников, сейчас находились либо в других странах, либо на других планетах. На одном Нью-Йорке мир клином не сошёлся. Есть и другие угрозы, которые требуют своевременного ответа, из-за чего пытаться достучаться до других членов Мстителей сейчас было бесполезно. Ну а Тони с его обширными связями, а также превосходными дипломатическими навыками, которые помогали решить практически любую проблему, уже второй месяц находился в Ваканде, а каких-либо новостей касательно его самочувствия не поступало никому, кроме Пеппер. И то, в этом я уверена тоже не была. И это окончательно развязывало руки преступникам. – Именно поэтому он был обеспокоен, что своими действиями я могу разрушить это хрупкое равновесие и заварить такую кашу, которую сам расхлебать не смогу, – на секунду Питер запнулся, а от меня не скрылось то, как в миг напряглось всё его тело. – Но он также знал, что одни уговоры меня не остановят, да и пытаться как-то ограничить мои действия он тоже не хотел. «Я уже давно понял, что останавливать Питера, если ему что-то взбрело в голову, бесполезно. Он всё равно найдёт способ добиться того, что хочет», – слова Тони эхом пронеслись в моей голове. Сказано это было ещё года два назад, но отлично подходило и под нынешнюю ситуацию. Мужчина не единожды пытался это сделать: уговаривал его не охотиться за Стервятником, отбирал костюм, давал команду Пятнице вернуть Питера на землю, когда они находились в том космическом «пончике». Таких примеров было очень много, но каждый раз итог был один. – Вместо этого мистер Старк просто попросил пообещать, что я не втяну в весь этот кошмар его семью, ведь она будет первой, по кому решат ударить эти уроды, если всё выйдет из-под контроля, – продолжил Пит. – И, должен признаться, эти слова возымели должный эффект. Я не смогла сдержать нервный смешок, моментально узнав стиль Тони. Это была откровенная манипуляция, которую мужчина не постеснялся использовать на Питере. Так же, как Старк знал о бессмысленности уговоров или ограничений, он так же знал и о том, что его протеже готов на всё ради защиты своих близких. Паркер может наплевать на свою жизнь, своё здоровье и безопасность, но если речь шла о тех, кто ему дорог, то он менялся до неузнаваемости. И одним из его главных страхов после обмана Мистерио было именно то, что своими импульсивными действиями он поставит под удар других. Поэтому такое обещание имело для него особую серьёзность, особенно после того, как Тони прямо дал понять, что в случае опасности первыми под удар попадём именно мы. Только вот, в конечном итоге, всё сработало не так, как должно было. И вместо того, чтобы сторониться всякого рода неприятностей, которые могут нам навредить, Питер решил сторониться нас, в надежде, что это как-то отведёт от нас опасность. – Тогда я действительно поумерил свой пыл и понял, что вмешиваться на данном этапе глупо, поэтому решил сделать ставку на своих союзников в ФБР, с которыми наладил связь ещё за пару месяцев до возвращения в Нью-Йорк, – голос Питера слегка дрогнул, а на его скулах заходили желваки. И я прекрасно знала, чем было вызвано это изменение в поведении. – Они довольно долго занимались делом Маджии, собирая информацию и выверяя дальнейшие шаги, которые помогут остановить её, поэтому должны были взять на себя основную работу, а я бы просто выступал в качестве некой страховки, если вдруг всё выйдет из-под контроля и потребуется супергеройское вмешательство. Речь шла про тех самых союзников, о которых мне рассказал Питер по дороге домой, когда мы возвращались из больницы. Те самые агенты, которых в один миг устранили за их деятельность, которая представляла угрозу Маджии. Это произошло так внезапно и так хладнокровно, без каких-либо серьёзных последствий в дальнейшем, что у меня до сих пор мурашки пробегали по коже от одной только мысли об этом. Именно в тот момент стало понятно, с кем мы имеем дело. – Но потом Кувалда внезапно выпустил Носорога, а буквально на следующий день всех моих главных соратников убили одного за другим, оставив меня без какой-либо помощи, – выпалил Питер и швырнул отвёртку обратно на стол, а резкий звук, с которым она упала, заставил меня поморщиться. – Но не это было самым ужасным. С этими словами парень отшагнул от стола, рядом с которым стоял, а в его взгляде я смогла рассмотреть проскользнувший страх, что позволило мне сделать предположение, о чём именно сейчас пойдёт речь. И я не ошиблась. – Нет, самым страшным было осознание того, что абсолютно тоже самое может произойти и с вами, если я не остановлюсь, – закончил он свою фразу. В моей памяти снова всплыл наш разговор в машине, когда мы получили известие о смерти тех довольно высокопоставленных агентов ФБР. А конкретно то, как быстро изменилось поведение Питера после полученных новостей. Вся уверенность, с которой парень делился своими мыслями насчёт нападения Носорога, а также рассказывал о дальнейшем плане действий, в миг исчезла. Ну а ещё через несколько минут он заявил о том, что всё же примет приглашение в университет. И что-то мне подсказывало, что сделал это Питер не только для того, чтобы успокоить меня и избавить от лишних переживаний. Нет, в тот момент он действительно был напуган и сбит с толку, что и стало одной из главных причин для принятия этого довольно импульсивного решения. – И тогда ты действительно решил остановиться, – подхватила я, протянув эту фразу так, словно она была каким-то серьёзным откровением. – Поэтому и согласился пойти в университет. Парень ничего не ответил, но по его взгляду было понятно, что я попала точно в цель. А буквально через секунду это подтвердил и еле заметный кивок. Долгое время я была абсолютно уверена, что Паркер изначально планировал поступить так, как поступил. Что он согласился на эту авантюру с учёбой только для того, чтобы ему лишний раз не капали на мозг из-за того, что он добровольно подписывает себе приговор, влезая в эти мафиозные разборки. Своего рода прикрытие, которым он успешно пользовался те несколько недель, скрывая от меня факт своего участия в этом конфликте. Но, судя по всему, я всё же ошибалась на этот счёт. – Словами не передать, как сильно меня сводило с ума пребывание в полном неведении, когда я совершенно не контролировал ситуацию и не мог предсказать, каким будет следующий шаг этих уродов, – продолжил Питер, а я тут же почувствовала новый неприятный укол, отчётливо помня все те разы, когда просыпалась посреди ночи и замечала безумно уставшего, но, тем не менее, не смыкающего глаз парня. – Но я старался компенсировать это частыми патрулями, которые создавали какую-никакую иллюзию контроля, да и отвлечений хватало, за что спасибо учёбе и нашей с тобой совместной жизни, Лиз. Новость о том, что мы с Питом решили съехаться, похоже, так и не дошла до Эм-Джей, которая к тому моменту уже уехала обратно в Бостон. Об этом говорило то, как она удивлённо вскинула брови, стоило парню обмолвиться об этом. В идеальном мире это могла бы быть счастливая история о новом и очень важном этапе в наших отношениях, к которому мы шли не один год. В таком случае Эм-Джей, вместо растерянности, обрадовалась бы и сразу потребовала подробностей о том, как мы к этому пришли и каково это – жить вместе. Но реальность была таковой, что ничего хорошего из этого, в конечном итоге, так и не вышло. И для осознания этого не требовались наводящие вопросы – всё было очевидно, если учесть, в какой заднице мы оказались и насколько натянутыми стали наши отношения. Именно поэтому Мишель не стала как-то заострять на этом внимание, прекрасно понимая, что эта тема далеко не из приятных. Как и весь этот разговор, в целом. Нет, я всё так же не жалела о своём решении узнать подробности касательно сложившейся ситуации, хоть это и давалось непросто. До этого мне казалось, что самым страшным и тяжелым будет слушать именно о том, какие ужасы творились за нашими спинами, ведь пресса делилась лишь крошечным процентом информации, умудряясь исказить даже эти крупицы. Но слушать предысторию оказалось не менее волнительно, снова переживая те, казалось бы, беззаботные и относительно счастливые дни, уже зная, к чему всё вело и чем в итоге закончилось. И пока весь рассказ Питера звучал очень логично. Только вот был один нюанс, который не давал мне покоя. – Ты уже несколько раз сказал, что делал всё, чтобы избежать прямого столкновения с Маджией, – с некой опаской в голосе начала я, – но как так получилось, что ты не успел и недели отходить на учёбу, как начал бегать за этими отморозками? Что такого случилось, из-за чего ты так резко поменял своё решение? «Что решил врать, вместо того чтобы нормально поговорить и со всем разобраться», – мысленно добавила я, однако так и не озвучила это. Сейчас мне не хотелось устраивать очередные разборки касательно его лжи. С этим мы уже относительно разобрались во время нашей первой встречи. «И когда я всё же не сдержал обещание, я просто боялся потерять тебя, сказав правду. Так что, по правде говоря, в тот момент я пытался защитить только себя», – в памяти всплыли слова Питера, сказанные в тот вечер. Тогда это откровение стало небольшим лучиком света, который смог пробиться сквозь чёрные тучи, нависшие над нами. В какой-то момент, после нашей ссоры, мне казалось, что я не узнаю Пита. Что он стал каким-то другим человеком, ведь раньше бы он ни за что так не поступил. Но эти слова помогли развеять эти сомнения, в очередной раз напомнив о том, что это был всё тот же Питер Паркер, который больше всего на свете боялся потерять тех, кого любит, из-за чего иногда принимал глупые решения, которые в моменте считал самыми правильными. И на это злиться я просто не могла. Поэтому сейчас меня больше интересовала причина, заставившая парня, как он сам говорил, нарушить данное обещание. – Случилось это, – неопределённо ответил Питер, а затем направился к другому столу, коих в мастерской было довольно много, на котором валялась целая куча различных бумаг и чертежей. – Оригинал был уничтожен, но я дал отмашку Карэн сразу сканировать все документы, которые попадают в мои руки, чтобы они всегда находились в прямой доступности, но при этом были надёжно защищены. Немного порывшись в этой кипе макулатуры, Питер всё же извлёк из-под неё какую-то папку, которую тут же положил перед нами. – Там находится вообще всё, что я смог собрать за это время на Маджию и Кувалду, – пояснил парень, а я тут же принялась сверлить взглядом обложку этого досье. – Но началось всё именно с документов, что лежат там первыми. Их я получил от… На этих словах Питер запнулся и поморщился, а я сразу догадалась, о ком именно пойдёт речь, уже увидев подобную реакцию от парня сегодня, когда мы были в комнате. Пол Батлер. – Их мне передал один из агентов, тайно связавшись со мной и предложив встретиться, – продолжил Пит, обойдя стороной очередное упоминание его имени. – Я сомневался, стоит ли это делать, однако он упомянул, что работал вместе с ребятами, которых убрала Маджия, и хотел поделиться со мной важной информацией по этому делу. Ну а я, в свою очередь, подумал, что одна встреча погоды точно не сделает, а знания лишними не бывают. Моё любопытство подталкивало меня к тому, чтобы потянуться к этой папке и открыть её. Только вот какой-то блок так и не давал мне сделать этого, из-за чего я просто продолжала сидеть, смотря на неё. Дело было не в том, что я боялась увидеть её содержимое. Причина, скорее, крылась в словах Пита, что именно с этого всё и началось. Поэтому эту задачу выполнила Эм-Джей, аккуратно притянув папку поближе к нам, и открыла её, проливая свет на целую кучу различных записей и фотографий всех, кто был связан с этим делом. – В тот день Пол сказал, что не будет меня уговаривать присоединиться к нему, но упомянул, что город нуждается в нашей помощи, а множество хороших людей уже отдали свои жизни, чтобы остановить это безумие, поэтому бросить всё на произвол судьбы – значит обесценить их жертву, – выдержав недолгую паузу, сказал Питер, внимательно наблюдая за тем, как наши глаза пробегаются по строчкам в досье. – И тогда во мне что-то щёлкнуло. Я понял, что действительно не могу вот так: просто ждать, когда разразится буря, а потом хвататься за голову и пытаться предпринять какие-то действия. Да и появление дельного союзника тоже сыграло не последнюю роль в принятии решения вернуться к расследованию. На секунду я отвлеклась от рассматривания фотографий потенциальных подозреваемых, список которых, на тот момент, был не очень велик. Мне стало интересно, в какой именно промежуток времени это произошло. Но приблизительный ответ на этот вопрос я нашла самостоятельно. Ещё впервые услышав, что Питер решил выбраться куда-то со своими новыми одногруппниками, чтобы отметить своё поступление, я сильно удивилась, ведь даже в Бостоне парень, если верить его словам, обходил стороной подобные мероприятия. Но тогда у меня не было повода сомневаться в том, что он говорил. Мне казалось, что Пит просто решил начать всё с чистого листа, попробовать что-то новое. Только вот сейчас всё становилось на свои места. Никуда он не ходил со своими новыми знакомыми, о которых потом так никогда и не рассказывал мне. Уже тогда он начал сотрудничать с Батлером, приняв решение скрывать этот факт от меня. А это, если я не ошибалась, были первые дни после начала его учёбы. – И это всё, – Мишель немного приподняла папку, оценивая её объём, – вы нарыли вместе с ним? – Далеко не всё. Приличное количество информации попало к нам в руки через других людей, но всё остальное – да, нарыли мы, – кивнул Питер. – Первое время я очень сильно осторожничал, боясь засветиться и раскрыть себя, поэтому процесс шёл очень медленно. Но я смог узнать подробности о разладе между Маджией и Кувалдой, а также повесил парочку жучков, но почти все они были заглушены. – Почти все? – вскинула брови Эм-Джей, опуская взгляд на новую страницу в папке, до которой мы успели дойти к этому моменту. А именно, на карту города, на которой были отмечены какие-то маршруты. – Да, из десятка сработал только один, – подтвердил Пит, а его взгляд автоматически метнулся к фабрикатору, рядом с которым лежала новая партия жучков, которую супергерой решил создать прозапас. – И, если честно, я уже не уверен, была это обычная удача или они преднамеренно сделали это, чтобы я оказался на том заброшенном заводе. Я сразу же нахмурилась, пытаясь понять, о каком именно заводе шла речь и был ли он как-то связан с лесопилкой, которая не единожды упоминалась не только Питером, но и Недом, а также в новостях. Только вот рейд на неё произошёл совсем недавно. И что-то мне подсказывало, что сейчас речь шла о более ранних событиях. – Как оказалось, там находился довольно крупный оружейный склад, а я прилетел аккурат к началу перевозки его содержимого в другое место, – продолжил пояснять Паркер. – Моя задача заключалась в том, чтобы отсканировать местность и людей, отослать весточку в полицию и Батлеру, а потом незаметно проследить за грузовиками, чтобы выйти на базу, о которой несколько раз там упоминалось. Ничего сложного и особо опасного. На последней фразе парень нервно усмехнулся, а затем жестом указал, чтобы мы перелистнули парочку страниц в папке, что мы и сделали, натыкаясь на фотографии того самого места, про которое сейчас говорил Пит. По периметру этого завода было расставлено большое количество вооруженной охраны, а во дворе стояла целая куча различных коробок, которые готовились к погрузке в грузовики. Но не это было самым примечательным. Стоило нам открыть следующую страницу, как вдруг я замерла, заметив на одном из снимков того, из-за кого по моей спине всегда пробегался неприятный холодок. Этого человека я, к счастью, никогда не видела вживую. Но мне хватило тех нескольких фотографий, которые стали гулять по сети после убийства донов Маджии, чтобы этот ледяной взгляд абсолютно больного психически человека навсегда отпечатался в моей памяти. Я не была психологом или психиатром, чтобы так спокойно ставить другим людям диагнозы. Но что ещё можно было сказать насчёт монстра, для которого людские жизни не несли абсолютно никакой ценности, учитывая то, с какой лёгкостью он убивал десятки, если не сотни человек. Причём делал это очень изощрённо, словно с наслаждением. Я тут же подняла глаза на Питера, замечая, что всё это время он вместе с нами сверлил взглядом снимок, смотря на него с невероятной ненавистью и отвращением. – Но потом из здания вышел Кувалда. И, возможно, ситуация приняла бы совершенно другой оборот, не начни он тогда избивать одного из пареньков, которого уличили в двойной игре, превращая его лицо в кровавое месиво, – Пит инстинктивно сжал кулаки, продолжая испепелять взглядом фотографию. – Я не хотел вмешиваться, не хотел подставлять себя и своих близких под удар, но и просто смотреть, как он жестоко убивает другого человека?.. Я могла представить, насколько противоречивым было для парня это решение. Но иначе он просто не мог поступить. Он бы ни за что не бросил на растерзание другого, пусть даже и нехорошего человека. Даже, если это приведёт к серьёзным для него самого последствиям. – Именно этот момент стал отправной точкой для всего, что началось дальше, – с некой горечью в голосе сказал Пит, переведя взгляд со снимка на свою руку, которую он аккуратно сжал, болезненно поморщившись, словно она была травмирована. – Всего за несколько минут я успел наломать просто неадекватное количество дров: я вмешался и, тем самым, нарисовал на своём лбу мишень для Кувалды, вступил с ним в открытое столкновение, посчитав, что обычного бандюгана одолеть будет проще простого, за что, в последствии, поплатился, сломав себе кисть и получив по лицу так, что чуть искры из глаз не полетели. А потом лишь чудом выбрался оттуда, профукав идеальную возможность проследить за этими уродами из-за травм и закончившейся паутины. С каждым новым словом я чувствовала, как всё сильнее каменеет голос Питера из-за нарастающей внутри него злости от этих воспоминаний. Ну а я почувствовала неприятный ком в горле, который подступил ровно в ту секунду, когда до меня дошло, о каком именно дне шла речь. Я отчётливо помнила эти травмы, которые только что описал Питер. Помнила свои эмоции, когда парень зашёл в квартиру и я увидела его разбитое лицо. Для таких случаев у меня уже как сто лет в обед был налажен протокол: усадить Паркера, игнорируя все его возражения и слова о том, что это лишь царапины, взять аптечку, обработать все боевые ранения, параллельно слушая историю о том, как он их заработал, а потом, по мере необходимости, прочитать ему небольшую лекцию. Так происходило множество раз за последние годы. Но в тот момент я была настолько зла и разочарована после звонка из университета Питера, что просто не смогла находиться рядом с ним и помочь разобраться с травмами. – И будто всего этого было мало, ещё через пару часов нашу квартиру разнесли в щепки, тем самым пошатнув мою репутацию, так ещё и оставив без крыши над головой, – Питер с досадой пнул какую-то небольшую металлическую деталь, валявшуюся на полу, из-за чего та с противным скрежетом улетела в другую часть мастерской. – И я даже думать не хочу, чем бы всё могло закончиться, не поссорься мы тогда с тобой, Лиз, и не реши ты поехать проветриться. Голос Пита дрогнул, выдавая волнение, переполнявшее его. Я особо не задумывалась о том, как бы всё обернулось, не узнай я в тот момент правду. Или вернись Питер домой чуть позже. Тогда меня не волновало то, что я могла оказаться на месте погибших под завалами или от взрыва людей, если бы не «счастливое» стечение обстоятельств. В тот момент мои мысли были заняты совершенно другим, ну а сейчас задумываться об этом было уже поздно. Но что отрицать было нельзя, так это то, что в этом мире всё действительно случается не просто так. Всегда ли это справедливо? Абсолютно нет. Но это уже другой вопрос. – Получается, та ссора была к лучшему? – с грустной усмешкой спросила я, поджимая губы. Я прекрасно понимала, что именно имел ввиду Питер, поэтому эта фраза не была упрёком или придиркой к его словам. С её помощью я, скорее, хотела подчеркнуть грустную иронию сложившейся ситуации. Но я не была уверена, что так же это воспринял и сам Паркер, лицо которого немного переменилось, только вот что-то сказать он не успел, ведь стоило ему открыть рот, как вдруг дверь в мастерскую резко открылась, а в проходе показался запыхавшийся Нед, в руках у которого была целая куча каких-то пакетов. – Это не день, а какой-то один сущий кошмар, – раздражённо воскликнул он, проходя вглубь помещения, а затем повернул голову в сторону дивана, на котором сидели мы с Эм-Джей, и притормозил, слегка растерявшись. Все эти дни в мастерской не было ни меня, ни Мишель, поэтому было неудивительно, что парень забыл, что кроме них с Питером здесь мог быть ещё кто-то. И если появление нашей подруги было для него ожидаемым, то вот моё – вряд ли, учитывая то, в каком состоянии я была ещё утром. – Решение проблем пошло не по плану? – сделал предположение Питер, поворачиваясь корпусом к нашему другу. – С большего, всё разрешилось, – замотал головой Лидс, аккуратно поставив пакеты на один из столов. – Но мне проели весь мозг сначала в деканате, а потом родители, достучаться до которых оказалось сложнее, чем найти и докупить всё необходимое из твоего списка. – Всё-таки получилось найти пьезоэлектрические приводы? – на одном дыхании спросил Пит, словно спрашивал о молоке из ближайшего к дому магазина. Я уже давно привыкла к тому, что в этих стенах постоянно звучат названия каких-то странных и непонятных для меня вещей. И сколько бы времени я не проводила с Тони и Питером, наблюдая за их работой, каждый раз я узнавала что-то новое. Ну а сегодняшний день точно не собирался стать исключением. – Пьезо что? – я растерянно моргнула, пытаясь повторить это страшное слово, прозвучавшее из уст парня, а затем метнула взгляд на Мишель, которая лишь развела руками, показывая, что и сама понятия не имела, о чём шла речь. И это заставило Питера слегка улыбнуться. – Пьезоэлектрические приводы, – повторил он, подходя ближе к пакетам и поднимая один из них, и тут же заглянул внутрь. – Если простыми словами, то эти штуки управляют движениями микролинз, что необходимо для создания нанопроекторов. На фоне всего, что обсуждалось ещё несколько минут назад, я абсолютно забыла о работе, которая кипела все эти дни в мастерской. Что ребята активно занимались разработкой новой технологии, которая должна была помочь Питеру в ближайшее время. – Да, получилось, но ты бы знал, сколько кругов ада пришлось для этого пройти, – усмехнулся Нед, всё же отвечая на вопрос друга, который тот задал ранее. – Один из поставщиков, у которого я их заказывал позавчера, слился. У них вышла какая-то накладка с доставкой, из-за которой мне предложили подождать ещё несколько дней. Как оказалось, они изначально понимали, что такое может случиться, но сумма предзаказа была слишком аппетитной, чтобы отказаться и не рискнуть. Вот и рискнули. – Сволочи, – тихонько буркнул Пит, принимаясь рассматривать покупки. – А что с тем запасным вариантом? Тоже пролетел? – Не совсем, но там тоже была некая неопределённость, – вздохнул Нед. – Я решил не ждать с моря погоды, поэтому мне пришлось оббегать с десяток других точек, обзвонить бог знает сколько номеров, но задачу я выполнил и раздобыл всё в нужный срок. В голосе парня отчётливо была слышна некая гордость. И она была полностью оправдана, ведь успеть найти и купить целую кучу необходимых компонентов, а параллельно ещё и разобраться со своими личными проблемами, о которых упоминал Лидс, было совсем не просто. И это учитывая то, что помощи у него, как таковой, не было. Пит был занят здесь, в мастерской, Мишель только приехала и не была в курсе всех подробностей, ну а я последние несколько дней провела за закрытой дверью своей комнаты. Поэтому я просто не могла не восхититься рвением Неда помочь и сделать всё, что в его силах, чтобы добиться нужного результата. – Не знаю, что бы мы делали без финансовой помощи миссис Старк, – неожиданно добавил он, а его голос стал чуть тише. – Мне стало не по себе, когда я увидел сумму закупки. И это лишь за один сегодняшний день, а если сложить вообще всё, то… – Давай лучше думать о том, сколько человеческих жизней всё это спасёт, – перебила я друга, замечая, как слегка поморщился Питер при упоминании денег. – Остальное не так важно. Паркер ненавидел одалживать у кого-то деньги. Для него это всегда было своего рода табу, которого он старался избегать даже, если это означало, что ему придётся питаться всякой ерундой и экономить на самых базовых вещах. Тони не единожды предлагал ему помощь, от которой парень благополучно отмахивался, повторяя, что ему не нужна благотворительность. По этой причине был придуман другой план, который заключался в том, что Пит будет помогать Старку, получая за это заслуженную зарплату, если это можно было так назвать. Не благотворительность, а справедливая оплата непростого труда. И уже это устроило Питера. А вот нынешняя ситуация была противна тем, что у него не было возможности расплатиться за все те затраты, которые понесло и ещё понесёт моё семейство, да и вряд ли у него это получится в ближайшем будущем, учитывая немаленькие суммы и другие проблемы, которые потребуется решить в первую очередь. И хотя Питер понимал, что никто с него не потребует возврата этого «долга», ведь все эти деньги шли не ему в карман, а на общее дело, это не отменяло того факта, что он чувствовал дискомфорт. – Ещё бы идиоты, что сидят в муниципалитете, так же сильно переживали за человеческие жизни, – раздражённо буркнул Нед, неодобрительно замотав головой. – Массовые убийства, теракты и нападения мутантов на улицах города? Что ж, а почему бы не провести парад, это же звучит как великолепная идея! Ничего ведь не… – Погоди-погоди, – внезапно затараторил Питер, перебив Неда, и в секунду подорвался со своего места. – Появились новости насчёт парада? Во взгляде супергероя читалась мольба о том, чтобы слова друга оказались обычным сарказмом или шуткой, основанной на максимально идиотских поступках местных властей. И Лидс слегка растерялся из-за этого, словно не ожидал такой реакции от друга. – А ты что ли новостей ещё не слышал?.. – удивлённо спросил здоровяк, отвечая вопросом на вопрос. И это заставило Пита громко выругаться, резко откладывая какую-то электронику, которую он всё это время рассматривал, в сторону. – Пятница ушла в долгое обновление, поэтому у нас уже около часа информационный детокс, – с этими словами Паркер быстро осмотрелся вокруг, замечая телефон, лежащий недалеко от меня. – А Карэн, видимо, посчитала эту новость недостаточно экстренной, чтобы отрывать меня от дел. Он тут же ринулся к своему гаджету, довольно резко взяв его в руки и тут же разблокировав его, в надежде увидеть какие-то сообщения. – Я тоже услышала по радио эту новость про парад, когда ехала домой, – аккуратно добавила я, подтверждая слова Неда. – Но я думала, что ты уже в курсе. – Хилл поднимал этот вопрос на муниципальном совете, но какого-то дельного результата там не добился, поэтому сегодня должно было пройти совещание городского совета безопасности, – пояснил Пит, продолжая что-то высматривать в телефоне. – Почему он мне не позвонил? Чёрт возьми! Дела обстояли хуже, чем я думала. Конечно, было очевидно, что идея с парадом была бредовой и очень опасной. И не нужно было даже знать каких-то серьёзных подробностей, чтобы понять, что это мероприятие к добру не приведёт. Но столь острая реакция Питера заставила меня ужаснуться ещё больше. И что-то мне подсказывало, что дело было не просто в том, что он подозревал что-то неладное. Нет, сейчас супергерой был в настоящей ярости, словно знал наверняка, что что-то плохое обязано случиться в день праздника. – Я сейчас, – коротко буркнул он, моментально разворачиваясь и удаляясь из мастерской. Вот так, буквально за минуту, можно уничтожить довольно спокойную обстановку, в которой мы находились на протяжении всего разговора. Для этого было достаточно всего одной паршивой новости. Тревожность имела необыкновенно противное свойство передаваться от одного человека к другому. Она была сродни вирусу, которому не требуется много времени, чтобы распространиться. И если меня она и так не покидала всё это время, то вот абсолютное спокойствие Эм-Джей, которое девушка сохраняла всё это время, заметно улетучилось, о чём говорило её выражение лица, ставшее более напряжённым. – Кто такой Хилл? – всё же решила уточнить я, переводя взгляд на Лидса, нервно переминающегося с ноги на ногу. Количество новых имён и фамилий, которые мне довелось услышать за последние недели, просто сводило с ума. И какой бы хорошей не была память, запомнить абсолютно всех было практически невозможно. Вот и эта фамилия казалась мне знакомой, но я точно не была уверена, где слышала её раньше. Но Нед не торопился с ответом, продолжая смотреть на дверь, через которую вышел Питер, словно обдумывая, стоит ли ему последовать за другом. И так он простоял ещё несколько секунд, прежде чем прочистил горло и повернулся в мою сторону, только вот ответить ничего не успел. – Кристофер Хилл является нынешним директором ФБР. Прибыл в Нью-Йорк после самоубийства главы местного отделения – Филлипа Дэвидсона, – неожиданно раздался голос Пятницы, которая наконец завершила своё обновление, из-за чего мы все дружно вскрикнули, поднимая головы к потолку. – Прошу прощения, что напугала вас. Моё обновление, в ходе которого была произведена алгоритмическая оптимизация, исправление ошибок, интеграция новых архитектур, а также апдейт баз данных и интерфейсов взаимодействия, было успешно завершено. По просьбе мистера Паркера я сохранила детальный отчёт, с которым он сможет ознакомиться. Мы с Недом тут же переглянулись, и он кивнул, подтверждая слова искусственного интеллекта, касательно директора ФБР. – Спасибо, Пятница, – с небольшой улыбкой сказал Лидс. – Да, когда Дэвидсон самоликвидировался прямо в своём кабинете, у Хилла уже не было другого варианта, кроме как приехать и возглавить расследование, пока всё окончательно не полетело к чертям собачьим. Ну а Питер тут же обзавёлся очень влиятельным союзником. Уже в который раз меня пробивало на дрожь одно только упоминание нашего «палача», устроившего допрос. И то, что этот урод выбрал быструю и безболезненную смерть, вместо дальнейшей борьбы и разбирательств, говорило о многом. Возможно, он боялся трибунала, прекрасно понимая, что именно к этому всё и шло. А, возможно, он понимал, что с ним могут случиться вещи похуже смерти. – Союзником? – нервно усмехнулась Эм-Джей. – Не знаю, как у вас, ребята, но моя паранойя просто с ума сходит. Я и до этого-то людям не особо доверяла, а сейчас, после всех тех обнародованных списков, мой круг доверия и вовсе сузился до одного десятка человек максимум. Этими словами девушка чётко дала понять, что не стала бы доверять Хиллу после всего, что успело случиться. И я могла её понять, ведь почти такая же мысль проскочила и у меня. Наивно было полагать, что в тех списках были перечислены абсолютно все, кто был связан с Маджией. Пешки? Да, их было не так страшно пустить в расход, а именно ими и являлось большинство сообщников, даже чёртовы конгрессмены. Но что насчёт рыбы покрупнее? Ещё в прошлом столетии мафия активно поддерживала связь с правительством. Будь то в Италии, где Коза Ностра тайно сотрудничала с руководством страны в обмен на политическое прикрытие. Или Мексика, в которой мафиозные наркокартели активно взаимодействовали с высшими представителями власти. Подобные связи не раскрывались так просто, всего парочкой документов. Иногда требовались десятки лет, чтобы вскрыть нечто подобное. И по этой причине невозможно было сказать наверняка, кто ещё может быть задействован во всей этой заварушке. – Тут вопрос не столько в доверии, сколько в отсутствии выбора. Без союзников и ударной силы в этом деле никак, – пожал плечами Нед. – Каким бы сильным не был Питер, но в одиночку зачистить даже один крупный склад от сотни бандюганов у него не получится. Поэтому и пришлось идти на риск, полагаясь на агента Батлера, который высказал своё доверие по отношению к Хиллу. И, стоит признаться, риски уже оправдали себя. Публикация всех документов, связанных с Маджией, а также крупные рейды стали происходить именно после приезда директора. Поэтому, можно было смело предположить, что именно он и дал эти распоряжения, а значит Нед был прав. – Да и, к тому же, все доны Маджии уже мертвы, – поспешил добавить Нед. – Даже если Хилл и имел какие-то связи с ними в прошлом, то сейчас это уже не важно. Они уже не представляют нам угрозы. Удивительно, как внезапно может исчезнуть даже самая серьёзная опасность. Ещё несколько недель назад Маджия держала в ужасе весь город. У них было всё: огромное количество оружия, деньги, влиятельные союзники, среди которых были и руководители силовых структур, и коррумпированные политики, и бизнесмены с представителями медиа. Казалось бы, никто и ничто не могли встать у них на пути. Но сейчас всего этого будто бы и не было вовсе. И для меня всё ещё оставалось загадкой то, как именно у Кувалды получилось уничтожить столь могущественного противника. Всё это время мне казалось, что хитрость была чертой именно Маджии. Они действовали быстро и очень точно, практически не оставляя следов, в отличии от другой стороны конфликта. Но, похоже, я ошибалась. Я кивнула, соглашаясь со словами Лидса, а сам он неспешно подошёл к стулу, который до этого был занят Питером, и сел на него, тут же устремив свой взгляд на меня. Последние несколько дней мы с ним совсем не разговаривали. Нед проводил у нас дома большую часть дня и несколько раз заглядывал ко мне в комнату, чтобы проведать и узнать, как обстоят дела, только вот, что ожидаемо, никакого диалога не происходило. И я прекрасно знала, как сильно это его беспокоило, только сделать что-то парень был не в состоянии. Поэтому сейчас, стоило мне увидеть искорки любопытства в его глазах, как я отчётливо поняла, что от вопросов мне не отделаться. И я не прогадала. – Как ты… как ты себя чувствуешь? – аккуратно спросил Лидс, нарушая повисшую ненадолго тишину. Довольно банальный вопрос, но задавал его Лидс не просто для того, чтобы скрасить молчание и немного отвлечься. Таким было его проявление заботы. – Нормально, – коротко ответила я, стараясь придать голосу как можно больше уверенности, что получалось так себе, судя по оттенкам скептицизма на лице друга. – Лучше, по крайней мере. Иначе бы я здесь не сидела. Любой прогресс сейчас был маленькой победой. И чтобы одержать её, требовалось приложить немало сил, что прекрасно понимал каждый. – Только вот я не уверена, что смогу принести много пользы, – поспешила добавить я, быстро осматривая мастерскую и задерживая взгляд на пакетах с новыми деталями и прочими компонентами, которые принёс Нед. – Чем дольше здесь нахожусь, тем больше боюсь, что обязательно что-то испорчу, из-за чего все планы снова полетят к чертям собачьим. Тяжело помочь в том, в чём ты совсем не разбираешься. А особенно тогда, когда на кону стояла победа в этой войне с Кувалдой, а также многочисленные жизни. В том числе и наши собственные. Именно сейчас ко мне начало приходить понимание того, насколько серьёзным и ответственным был этот финальный рывок. И страшно мне было не столько из-за того, что я могу сделать что-то не так в техническом плане. Нет, к серьёзной технике меня вряд ли подпустят, в этом я была уверена. Было страшно сказать или сделать что-то, что замедлит работу, отвлечёт и из-за этого приведёт к какой-то серьёзной ошибке. – Никто и не говорит, что ты должна приносить какую-то большую пользу, – поспешил заверить меня Нед, улыбнувшись. – Если бы мы с Питом изначально рассчитывали на то, что у нас внезапно появятся помощники посреди рабочего процесса, то мы бы были идиотами, которые полагаются только на удачу и других людей. В повседневной жизни в этом не было ничего ужасного. Но сейчас подобный подход действительно мог привести к плачевным последствиям. И рисковать так никто не собирался, прекрасно понимая, чего будет стоить неудача. – У нас с Питером всё идёт согласно плану, но ваше присутствие здесь только упростит задачу. И дело даже не столько в работе, – добавил парень, а я тут же вопросительно вскинула брови. – В конце концов, когда мы в последний раз собирались все вместе? Этот вопрос был адресован уже не только мне, но и Мишель, которая успела немного отвлечься, обратив всё своё внимание на папку, из-за чего только через несколько секунд осознала, что сейчас обращались ещё и к ней. – За последний месяц между нами успела образоваться настоящая пропасть, из-за чего мне моментами казалось, что нашей дружбе может прийти конец, – продолжил парень. – Мы все разбежались кто-куда, остались без поддержки друг друга и оказались в полной заднице. В словах Неда был смысл. Большую часть времени, особенно в течение последнего месяца, мы находились порознь, зациклившись на своих проблемах. И именно тогда, когда нас разбросало, начался полный кошмар. Конечно, это можно было назвать обычным совпадением. Ведь, возможно, всё это дерьмо произошло бы и в том случае, если бы мы оставались одним целым, как это было раньше. Но исход определённых событий наверняка был бы другой. Да и со всеми невзгодами справиться было бы в разы проще, так ещё и спасти при этом львиную долю нервных клеток, которые сейчас были нужны как никогда раньше. – Поэтому я просто уверен, что это какой-то знак свыше, что теперь нам надо держаться вместе и поддерживать друг друга во всех отношениях, – закончил свою мысль Нед. – И Пит, уже успевший навоеваться в одиночку, наверняка согласится со мной. И уже во второй раз за неделю в моей памяти всплыла фраза, которая чётко описывала сложившуюся ситуацию. «Вместе мы выстоим, порознь – падём». В прошлый раз об этом я подумала, находясь в П.И.Ре с Мэй. И касалось это помощи обычным людям, а также повседневной жизни, когда всем нужно объединиться, чтобы сделать мир лучше и преодолеть все невзгоды. Сейчас же это касалось уже дружбы и наших с ребятами отношений. – Как-то я упустила момент, когда ты успел стать столь глубоким мыслителем в нашей компании, – впервые за долгое время отшутилась я, чувствуя мимолётное облегчение. – И, знаешь, мне действительно нужно было услышать эти слова. Улыбка на лице Неда стала ещё ярче от моих слов, а то напряжение, что витало всё это время в воздухе, немного разрядилось. Но ненадолго. – Вы только гляньте, кто тут у нас! – с усмешкой воскликнула Эм-Джей, а мой взгляд тут же упал на папку, которую всё это время усердно штудировала девушка, полностью выпав из нашего с Недом душевного разговора. – Эти придурки даже не удосужились сделать свежие фотографии. По моей спине прошёлся неприятных холодок от вида наших снимков, расположенных в один ряд на этой странице. На них нам было лет шестнадцать и отсюда всплывал логичный вопрос: мы были взяты на мушку ещё тогда или тот, кто составлял это, своего рода досье, просто использовал первые попавшиеся фотографии, которые смог где-то найти? Рядом с нашей троицей также находились фотографии Мэй и Хэппи, а всех нас объединяла одна надпись, которую до этого я уже слышала от Питера, процитировавшего её слово в слово: «Рекомендованы к наблюдению с последующим устранением в случае возникновения серьёзной угрозы от основного объекта, в связи с трудностью в его ликвидации». Этим самым основным объектом выступал, как не сложно было догадаться, именно Пит. Его фотография находилась выше вместе с коротким описанием, а также лаконичным выводом: «Особо опасен. Рекомендован к устранению». – Собственно говоря, вы дошли до одной из главных причин, заставивших Питера оборвать со всеми нами связь, – поспешил пояснить Лидс, наблюдая за тем, как мы рассматриваем собственные фотографии. – Это один из первых документов, который Питу удалось урвать у Маджии. – Если это первый, то мне даже немного страшно от того, что может быть дальше, – Эм-Джей быстро осмотрела папку, ещё раз оценивая её объём. – Получается, ты знал об этом всё это время? – Не совсем, – осторожно ответил Нед, прикусив внутреннюю сторону щеки. – Я знал о существовании какого-то списка, в который мы с вами попали, как и знал, что именно из-за него Питер начал сходить с ума от страха за нас. Но своими глазами я увидел всё это только позавчера, когда раскладывал все эти документы по файлам, чтобы вся информация была в одном месте. – М-да, – только и смогла сказать Мишель, ещё раз осматривая наши лица на фотографиях, а затем добавила: – Вот так сидишь себе в Бостоне, никого не трогаешь и ни о чём не подозреваешь, а какие-то уроды уже рисуют на твоём лбу мишень. Девушка тут же пролистала ещё несколько страниц, задержавшись лишь на одной, которая чётко дала понять, что под прицелом официально находилась вся моя семья, ведь ровным счётом такое же досье было составлено и на Тони, который ожидаемо попал в этот список смертников со всеми нами за компанию. А вместе с ним и Пеппер. И таких людей здесь были десятки, если не сотни. Политики, бизнесмены, учёные, медийные личности: здесь были перечислены все, кто, так или иначе, играл важную роль в обществе. – Так интересно осознавать, что трое ребят, которые ещё вчера были подростками, попали в этот список вместе со всеми этими «гениями» политики и бизнеса, – прыснула Мишель, окидывая взглядом новые фотографии с какими-то незнакомыми людьми. – Интересно, можно ли будет похвастаться этим в своём будущем резюме? В отличии от меня, Эм-Джей узнала обо всём этом впервые. И, казалось бы, именно ей сейчас должно быть не по себе из-за этого. Она ведь была самой обычной девушкой, из обычной семьи, которую просто угораздило подружиться с теми, из-за кого теперь её имя числилось среди тех, кто, в случае чего, подлежит устранению. Но то ли из-за её характера, то ли от понимания того, что составлен этот список был Маджией, которой уже, как таковой, больше не существует, Мишель будто совсем не переживала по этому поводу, продолжая отшучиваться. Казалось, что она просто увидела свой снимок в каком-то школьном альбоме, а не в файлах одной из самых опасных группировок. И, отчасти, я ей завидовала из-за этого. Даже тот факт, что об этом досье на нас я узнала ещё раньше от Питера, да и последние пять лет жила с пониманием того, что моя семья всегда находится и будет находиться в зоне риска, не спасал от тревоги, которая забурлила внутри меня с новой силой. Возможно, мне было бы проще, если бы не убитые в хлам нервы, а также последние события, оставившие глубокий след как на моей психике, так и, в целом, на моём состоянии и общем восприятии мира. В один момент, Эм-Джей начала перелистывать страницы чуть быстрее, в надежде наткнуться на что-то более важное и интересное, а я еле успевала рассмотреть лица, что не особо меня беспокоило ровно до того момента, как я не заметила одно очень знакомое. – Стой, – резко сказала я, аккуратно схватив подругу за запястье ровно в тот момент, когда она хотела перелистнуть очередную страницу. – Погоди секунду. Естественно, без Нормана Осборна в этом списке не обошлось. Он собрал в себе всё, что могло как заинтересовать Маджию, так и сделать его довольно серьёзной угрозой для этого синдиката: мужчина является успешным и уважаемым учёным, в руках у которого находится прибыльная компания, являющаяся лидером в сфере фармацевтики и биотехнологий. Да и в обществе Норман занимал далеко не последнее место, поэтому с ним всё было очевидно. Но кого я действительно не ожидала увидеть, так это крёстную, фотография которой находилась ближе к концу досье Осборна, как дополнение, ведь они не только работали вместе, но ещё и собирались узаконить свои отношения. Анна не была столь влиятельной личностью, как её будущий муж. Но она была высококвалифицированным специалистом, чьи знания могли сыграть на руку этим уродам. И это заставило меня серьёзно напрячься. – В этом списке же находятся все, кто чем-то не угодил Маджии? – я резко подняла голову на Неда, вопросительно уставившегося на меня из-за столь неожиданной реакции на фотографию Осборна. – Или могут быть другие причины, по которым люди попадают сюда? – Может быть всё, – неопределённо ответил парень, слегка растерявшись. – В основном, здесь указаны все, кого они не смогли переманить на свою сторону. Но вполне возможно, что могут быть и другие причины, они далеко не у каждого здесь расписаны так детально, как у того же Питера. Я вновь опустила взгляд на Анну, чувствуя нарастающее внутри меня напряжение. За последнее время я успела разочароваться в таком количестве людей, что не хватило бы чернил в ручке, чтобы перечислить их все. Но в ком я не была готова разочаровываться, так это в ней. Через это я уже проходила, будучи подростком, когда Анна довольно внезапно исчезла из моей жизни. Но все те обиды уже не имели никакого значения. Они были давно оставлены позади. А сейчас, потеряв практически всех родственников, меня действительно радовал тот факт, что в мою жизнь вернулся человек, являющийся эдаким связующим звеном между настоящим и прошлым. И поэтому я отказывалась верить, что крёстная всё это время работала с уродами, едва не разрушившими наши судьбы. И как же я была рада, что этот страх не оправдал себя. – Это ведь та женщина, что приехала в штаб ФБР, когда нас привезли на допрос? – неожиданно спросил Нед, указав пальцем на снимок Анны, который я продолжала рассматривать. – Откуда ты её знаешь? Из-за бесконечной беготни и океана проблем я совсем забыла, что так и не рассказала ребятам о неожиданном возвращении моей родственницы, о существовании которой никто из них до этого не знал. Даже Питер. Ну а продолжать держать эту информацию при себе уже было абсолютно бессмысленно, из-за чего я вздохнула, думая, как лучше преподнести этот новый и интересный факт о себе. – Ну, скажем так, эта женщина была одной из тех, кто менял мне подгузники, – протянула я, вызвав у ребят ещё большее замешательство. – Это моя крёстная. Казалось, что за столько лет, что мы с ребятами знаем друг друга, все самые важные и интересные аспекты наших биографий уже давно изучены. И вряд ли что-то сможет сильно удивить. Но я не теряла хватку. Даже спустя пять лет. Несколько секунд и Нед, и Эм-Джей просто продолжали пристально смотреть на меня, словно переваривали то, что я сказала. И первой пришла в себя именно девушка, несколько раз моргнув и быстро переведя взгляд на досье, лежавшее перед ней. Сложно было сказать слышала ли она об Анне раньше, если даже я понятия не имела о том, что далеко не чужой мне человек состоит в серьёзных отношениях с Норманом Осборном. Возможно, что-то действительно промелькнуло в памяти у Мишель, из-за чего она так резко начала перечитывать этот документ. Но вот кто наверняка был в курсе, кем именно является эта женщина, так это Нед. – Стоп-стоп-стоп, – наконец очухался он, быстро затараторив. – Ты хочешь сказать, что жена Осборна – твоя крёстная мать? Эти слова подтвердили предположение Эм-Джей, из-за чего она снова оторвала взгляд от папки, резко переведя его на меня. – Будущая жена, – исправила я друга, хотя прекрасно понимала, что в этом не было никакой необходимости. – Но да, именно это я и хочу сказать. В мастерской воцарилась тишина, а ребята всё так же не сводили с меня глаз, то ли пытаясь окончательно осмыслить этот внезапный вброс с моей стороны, то ли ожидая каких-то дальнейших комментариев. И что-то в том, как они смотрели на меня, пробудило небольшое чувство вины. Дружба со мной подразумевала то, что множество фактов из моей жизни до переезда в Нью-Йорк даже самые близкие люди будут узнавать только спустя много лет после нашего знакомства. И из-за этого могло сложиться впечатление, что я не доверяла им. Но дело было совершенно в другом. – Для меня это стало не меньшим сюрпризом, – вздохнула я, всё же решив немного пролить свет на сложившуюся ситуацию. – Я ничего не слышала от Анны много лет, а встретилась с ней и четой Осборнов совершенно случайно, на благотворительном вечере. И я даже Питеру рассказать об этом не успела, ведь уже на следующий день он нарвался на Кувалду. Я отчётливо помнила ту ночь, когда вернулась домой после мероприятия. Помнила, как не хотела тревожить засыпающего Пита и поэтому на его вопрос о том, как прошёл вечер, коротко ответила, что встретила много интересных людей, пообещав поделиться подробностями утром, когда мы оба проснёмся. Только вот этого так и не случилось. Я не услышала ни единого будильника парня, из-за чего проспала момент его ухода, а в следующий раз мы встретились уже после звонка его декана. – Вот блин, – неожиданно выпалил Нед, словно на него снизошло некое озарение. – Так это что, получается, Осборны станут твоими родственниками? Эти слова заставили меня поморщиться. О подобном я не думала, всё ещё воспринимая Нормана как абсолютно чужого для меня человека. И с юридической точки зрения, он им и будет являться. Даже, если они с крёстной, в конечном итоге, действительно распишутся. Но на неформальном уровне… Это уже был совершенно другой вопрос. Поэтому я никак не смогла ответить на это, просто неопределённо промычав, а затем посмотрела на Мишель, которая уже как секунд десять неотрывно смотрела в одну точку. И так продолжалось до тех пор, пока она резко не приложила пальцы к своим вискам, начиная их массировать. – Я не виделась с вами всего один несчастный месяц… – пробормотала Мишель, замотав головой, но уже через секунду её голос внезапно стал громче. – Один, мать его, месяц! А ощущение такое, словно я опять выпала из этого мира на два года. И не успела девушка закончить эту фразу, как тут же поспешила добавить: – Хотя, знаете, даже тогда удивительных открытий и неожиданных новостей будто было меньше, чем сейчас. И мне страшно представить, что ещё… Резко открывшаяся дверь не дала Мишель закончить предложение, а наши головы синхронно повернулись в сторону Питера, влетевшего в мастерскую мгновением позже. Парень был буквально охвачен злостью, о чём говорило каждое его движение, пропитанное напряжением и холодной решимостью, из-за чего атмосфера вокруг нас в секунду переменилась. Нед тут же подорвался с места, прекрасно понимая, что такая смена настроения супергероя не сулила ничего хорошего, но не успел он что-либо спросить, как вдруг Питер выпалил: – Как же мне надоел весь этот цирк! Его сжатая в кулак рука дёрнулась, словно Пит намеревался ударить по ближайшему объекту, однако вовремя остановился, успевая сдержать ярость, бурлившую внутри него. – Что такое? Что тебе сказал Хилл? – тут же затараторил Нед, подходя чуть ближе к другу. Когда речь шла про других людей, я бы сто раз подумала, прежде чем приближаться к тем, кто был настолько зол. Никогда нельзя было сказать наверняка, как может отреагировать человек, пусть даже и инстинктивно, неосознанно. Но с Питером всё было немного иначе. Казалось бы, именно его гнева стоит бояться больше всего, учитывая то, насколько сильным он был. Но в какие бы ситуации мы не попадали, Пит всегда держал себя в руках, особенно по отношению к близким людям. Он мог ударить близлежащий объект, пнуть какую-то деталь, но сразу становился мягче, когда кто-то из нас оказывался поблизости. – Сказал, что все рекомендации были услышаны, однако для более серьёзных и конкретных мер местным властям не хватило доказательств, – выпалил Паркер, делая глубокий вдох. – Видите ли, нет чётких улик, указывающих на то, что Кувалда действительно планирует атаку во время празднования. Мол, всё строится на наших личных догадках. – Но ты же предоставил карты! – воскликнул Лидс. – Даже идиоту было бы понятно, что… – На них были просто указаны точки, позиции, – перебил его супергерой, замотав головой. – И если для нас всё очевидно, то этим придуркам нужны конкретные сведения о готовящейся атаке: планы, количество людей, оружие. Или просто запись того, как кто-то из людей Кувалды чётко говорит о теракте, а не просто намекает на «Грандиозную премьеру». Я в растерянности переводила взгляд с Неда на Питера, пытаясь понять, о какой именно атаке сейчас шла речь. Было очевидно, почему ребята старались сделать всё, чтобы добиться отмены парада и любых празднований в городе. Ситуация была слишком нестабильной, а подобными действиями власти добровольно соберут людей в кучу, обольют их взбитыми сливками и положат вишенку сверху, как бы говоря всем отморозкам города: «Вот, берите, они в вашем распоряжении». Но, оказывается, Питер не просто подозревал потенциальную угрозу. Он знал о ней. – Да даже Хилл будто бы не до конца уверен в моих словах! – продолжил парень. – Все наши догадки действительно звучат складно и логично. Но, в то же время, слегка безумно. Они словно до сих пор не могут поверить в то, что ими так легко манипулировал Кувалда, изучив всевозможные модели поведения. Однако не успел он закончить это предложение, как тут же запнулся, словно понял что-то, а затем добавил: – Да и мной тоже. Это было сказано с неким разочарованием, словно Питер должен был сделать всё, чтобы не допустить этого. Ведь он, как супергерой, должен быть в разы внимательнее, хитрее и осторожнее других. По крайней мере, так казалось Питу. Но от ошибок никто не застрахован. А особенно, когда речь шла о противостоянии такому маньяку. – Это нехорошо, – сделал очевидный вывод Лидс, продолжая нервно переминаться с ноги на ногу. – Тогда что мы делаем дальше? Мы ведь планировали всё с расчётом на то, что совет безопасности ни за что на свете не отклонит апелляцию насчёт парада. Питер шумно выдохнул, сфокусировав свой взгляд на одной точке где-то на полу, явно пытаясь обдумать дальнейшие действия и стратегию. И, к счастью, никакого замешательства с его стороны не последовало. Напротив, Паркер довольно резко поднял голову, посмотрев на нас с некой решительностью во взгляде. – Так, ладно, – он быстро провёл руками по лицу, шумно выдохнув. – Пятница, пожалуйста, выведи проекцию карты Манхэттена с отмеченными на ней точками. Повторять дважды не пришлось, ведь в следующую же секунду искусственный интеллект выполнил приказ, а над самым большим столом в центре мастерской появилась голограмма карты с кучей точек на ней. – Раз уж с отменой парада мы в пролёте, то нужно продумать другие варианты, – Питер сжал свою переносицу и несколько раз моргнул, чтобы то ли отогнать усталость, то ли лишние мысли, мешавшие сконцентрироваться на главном. – Если мы дотянем до праздника и позволим людям собраться, то жертв избежать не получится. Кувалда тут же захлопнет этот треугольник, перерезав пути для отступления, а я чисто физически не смогу разорваться сразу на несколько фронтов, чтобы остановить всё то, что он, в теории, может выпустить на улицы. В памяти тут же всплыла та мясорубка, прокатившаяся по улицам ещё не так давно. Одной такой машины было достаточно, чтобы убить с десяток человек. И одному лишь богу известно, сколько бы ещё людей погибло и серьёзно пострадало, если бы не Питер, вовремя остановивший её. А что будет, если Кувалда выпустит пять таких? На самых оживлённых улицах во время праздника? Эта мысль заставила меня поморщиться. – Можно, конечно, попытаться предпринять какие-то защитные меры: установить наблюдение на этих улицах, чтобы не дать Кувалде подготовить там какую-то засаду, расставить блокаторы. Но я не думаю, что это будет сильно эффективно на такой обширной площади, – продолжил супергерой. – Ещё, как вариант, я могу пойти на крайние меры и устроить какую-нибудь провокацию, которая не навредит никому, но заставит местные власти отменить мероприятие. – То-есть? – нахмурилась Мишель, а в её голосе появились нотки сомнения. И обеспокоена этими словами была не только она, учитывая то, как слегка встрепенулся Нед, словно заранее понял, что именно имел ввиду супергерой. И это однозначно не было что-то хорошее. – В теории, можно наклепать писем о готовящемся теракте и разослать их во все СМИ города, чтобы поднять волну паники. Или как-то вмешаться в подготовку парада, сорвав его, – начал перечислять Питер, словно это был обычный безобидный план на день. – Ну или устроить… – Нет, – резко выпалила я, перебивая супергероя, ведь в дальнейших пояснениях не было никакой необходимости. – Нет, Пит. Тогда всех собак спустят именно на тебя, стоит им узнать, что именно ты стоишь за этим. На Питера и без того сыпались разного рода обвинения всё это время. Для этого людям даже особый повод был не нужен. А если он специально будет нарываться, пытаясь дестабилизировать обстановку, пускай даже во благо, то это может банально привести к тому, что на него снова устроят облаву. И тогда на супергероя могут повесить вообще все преступления. В том числе и те, что были совершены Маджией или Кувалдой, сделав его сообщником, а то и вовсе одним из организаторов. – Я знаю, я знаю, – тут же поспешил заверить меня Питер, подняв руки в знак капитуляции. – Я же не говорил, что это хорошая идея. Как и не говорил, что стану так поступать. Я слегка сощурилась, продолжая непрерывно и пристально смотреть на парня, пока окончательно не убедилась в том, что он говорит правду. В ситуации, когда постоянно случаются те или иные форс-мажоры, а план действий приходится менять по сто раз, вероятность импульсивных решений возрастала. А это означало, что сделать какую-то глупость становилось проще. – Если поднять шум раньше времени, то есть риск, что Кувалда успеет поменять стратегию и устроит какой-нибудь другой сюрприз, – замотал головой Питер, а его лицо вдруг приобрело оттенок задумчивости, словно к нему начало приходить какое-то озарение. – Чёрт, а об этом я как-то не задумывался… Глаза Паркера снова метнулись на карту, начиная изучать её, словно до этого он уже не делал это сотню раз. Мы с ребятами тут же переглянулись, однако никто из нас не торопился что-то говорить, давая Питу время, чтобы обдумать то, что пришло ему в голову. – А ведь действительно, если думать в этом ключе, то может даже и к лучшему, что муниципальные власти отвергли предложение отменить парад. Это может сыграть нам на руку, – неожиданно добавил супергерой, закончив повисшее молчание, не успевшее даже толком начаться. – Если все будут вести себя так, чтобы он ничего не заподозрил, то у меня будет шанс нанести удар тогда, когда Кувалда этого не ожидает. У него просто не будет причин ставить под сомнение свой план. Стоило парню договорить, как он резко развернулся к компьютеру, выводя его из спящего режима, а затем открыл календарь, в котором на каждый день стояли десятки задач, если не больше. – Знал бы ты, как мне не нравится, когда ты начинаешь так говорить, Пит, – пробормотал Нед, внимательно наблюдая за другом. – Что ты задумал? – Ничего такого, что мы с тобой до этого не обговаривали, – расплывчато ответил Паркер, продолжая смотреть в монитор. – Как думаешь, если мы ускоримся, то успеем за неделю довести до ума всё, что нужно? Глаза Неда тут же просканировали мастерскую и весь тот кавардак, что сейчас в ней творился, оценивая объём работы. – Ну, это всего на три дня меньше нашего изначального плана, которые мы должны были потратить на финальную калибровку и тесты, – протянул Лидс, с некой опаской посмотрев на Пита. – И только не говори, что ты хочешь пустить всё это добро в ход без проверки. – У нас нет права на ошибку, поэтому без тестов не обойтись, – отрезал супергерой. – Собственно, поэтому под «довести до ума» я подразумеваю и этап калибровки со всеми проверками. И не успел Питер закончить эту фразу, как из Неда вырвался нервный смешок, а на лице парня буквально было написано «ты сейчас серьёзно?». – Пит, ты же понимаешь, что… – хотел было возразить Лидс, однако Паркер сразу понял, о чём пойдёт речь, поэтому тут же выставил руку, останавливая друга. – Я всё понимаю, Нед. Это не моя личная прихоть, а необходимость, – пояснил Пит, тяжело вздыхая. – На данный момент, практически всё строится на наших догадках. Мы не знаем наверняка, когда именно Кувалда начнёт воплощать свой план, когда начнёт перевозить оружие на позиции. Это наверняка произойдёт заранее и если я упущу этот момент, то всё это, – с этими словами парень взмахнул руками, словно охватывая всю мастерскую, – было зря. Я должен застать тот момент, когда вся созданная им дрянь ещё будет находиться на базе. А если её уже успели частично перевезти, то я должен заранее знать, куда, чтобы предпринять необходимые меры. «Вся созданная ими дрянь», – я мысленно повторила слова Питера, чувствуя, как мои брови поползли к переносице. Если с мясорубкой всё было понятно, как и с тем, что их у Кувалды может быть целое множество, то вот насчёт остального я ещё ничего не знала. А полёт фантазии, касательно того, что ещё этот урод мог создать, был безграничен. В конце концов, речь шла о том, в чьём распоряжении находился сильный и до ужаса пугающий мутант. И, возможно, не один. Моё внимание вернулось к папке, в которой наверняка что-то сказано про другие разработки Кувалды. Но я не торопилась лезть в неё, предпочитая сначала послушать парней. – И поэтому мне важно знать, есть ли у нас какие-либо шансы успеть закончить всё заранее, – уже более спокойно добавил Питер. И в этот раз Нед уже не стал припираться и высказывать свой скептицизм по отношению к этому плану, а просто молча осмотрел фабрикатор, который прямо сейчас продолжал создавать что-то. – Думаю, что да, – сделал вывод Лидс, а Питер тут же облегчённо выдохнул. – Я, на всякий случай, ещё раз произведу вычисления вместе с Пятницей, чтобы прикинуть, сколько точно времени на всё уйдёт, если мы перейдём на ещё более усиленный режим работы. – Отлично, – хлопнул в ладоши Паркер, а затем быстро взглянул на настенные часы. – Я договорился встретиться с Хиллом через сорок минут, чтобы обсудить пару вопросов. В идеале, я должен вернуться аккурат к тому моменту, как фабрикатор закончит работу над печатными платами. Но если вдруг получится, что меня не будет дольше, то нужно, чтобы кто-то проверил их работоспособность, дабы потом не тратить на это время и сразу приступить к созданию сигнальных плат. Фабрикатор был безумно полезной и навороченной технологией, которая здорово упрощала жизнь, позволяя в кратчайшие сроки создавать просто невероятные вещи. Но любая техника может дать сбой в самый неподходящий момент. По этой причине, каждая разработка должна была проходить дополнительные проверки, чтобы в дальнейшем избежать казусов. Гораздо проще устранить брак на начальных этапах, чем потом хвататься за голову, когда какой-нибудь кривой контакт приведёт к короткому замыканию со всеми вытекающими из этого последствиями. – На парах по электротехнике у меня сложились неплохие отношения с мультиметром, поэтому могу взяться за это, – тут же вызвалась Мишель, становясь первым «добровольцем». – О каком количестве плат вообще идёт речь? В ответ на это Питер просто поджал губы, что лучше любых слов отвечало на вопрос девушки, ясно давая понять, что число явно будет не однозначным. И не сказать, что это как-то напугало Мишель. Нет, напротив, она просто усмехнулась и пожала плечами, тихонько пробормотав: «Ну, я в деле». – Я уже почти закончил работу над кодом для микроконтроллера, осталось только внести парочку изменений и проверить, правильно ли обрабатываются сигналы, – на этот раз сказал уже Нед, складывая руки на груди. – И если всё будет хорошо, то я могу поиграться с другими комплектующими. – По-хорошему, если с кодом не будет сбоев, надо попробовать подключить «мозги» к плате управления и соединить всё это добро с ПЗ-приводом, чтобы посмотреть, как он ведёт себя с линзой, – Питер взял со стола какую-то маленькую деталь, которая, судя по всему, и являлась тем самым микроконтроллером, а Нед кивнул, как бы подтверждая, что всё понял. – И мне неловко заваливать вас целой кучей работы, но в ближайшие дни мне понадобится высокоуглеродистая сталь для одного дела. И было бы просто чудесно, если бы получилось найти поставщика, у которого можно будет заказать несколько закалённых пластин с доставкой в кратчайшие сроки. На этот раз была уже моя очередь вызваться на это задание и, тем самым, внести свой вклад в общее дело. Что, собственно говоря, я и сделала, слегка приподняв руку и помахав ею. Это была далеко не самая сложная задача, с которой я точно буду в состоянии справиться, не боясь при этом что-то сделать не так и всё испортить. Но, при этом, этого мне уже будет достаточно, чтобы не чувствовать себя бесполезной. И я была рада, что Питер не стал возражать, однако что-то в его выражении лица выдавало некое сомнение, словно он не был уверен, стоит ли мне давать именно это задание. Да и вообще, стоит ли меня хоть как-то нагружать сегодня, когда не прошло ещё даже суток с момента похорон. Но этот вопрос мы с ним уже обсуждали. И я чётко донесла свою мысль, почему эта работа была мне так необходима сейчас. – Да, хорошо, – после недолгой паузы всё же ответил Питер, из-за чего я облегчённо выдохнула. – У Неда уже есть опыт общения с компаниями-поставщиками, он тебя сориентирует по ходу дела. Там хватает всяких индивидов, которым не помешали бы уроки приличия, поэтому если вдруг… – Пит, не переживай, я умею общаться с людьми, – с небольшой усмешкой перебила я парня, прекрасно видя, что он начинал входить в режим гиперопеки. – Разберусь как-нибудь. Краем глаза я заметила, что Нед, направившийся к своему ноутбуку, чтобы не терять времени и продолжить работу, отвлёкся от монитора, заинтересованно посмотрев на нас с Питером. И от меня не скрылись маленькие огоньки радости, проскочившие в его взгляде. – Я знаю, просто мы уже проходили через это несколько раз за последние дни, и Нед не даст соврать, что у этих ребят особый талант в вопросе нервотрёпки, – продолжил свою триаду супергерой, пытаясь обосновать причину своего волнения. – После десятого звонка ты уже просто начинаешь закипать, а весь этот дополнительный стресс сейчас не… – Питер, – в очередной раз одёрнула я его, только уже повысив голос, чтобы парень всё же услышал меня, – всё будет нормально. После всего дерьма, случившегося за последние дни, грубый идиот на том конце провода будет наименьшей из проблем, с которой я могу столкнуться. Причина переживаний Питера была абсолютно понятна. Он боялся, что моя душевная организация сейчас стала настолько тонкой, что даже обычный разговор может, каким-то чудом, вернуть меня в состояние прошедших трёх дней. И, на самом деле, если бы я была на его месте, то вела бы себя точно так же. Эта забота согревала душу, напоминая о том, что, несмотря на все проблемы и трудности, мы всё же двигались в правильном направлении, чтобы со временем всё исправить. И единственное «но» заключалось в том, что мне не хотелось, чтобы Нед или Мишель чувствовали, будто Питеру всё равно на то, с какими трудностями могут столкнуться именно они. Эта мысль заставила меня почувствовать себя немного неловко, переведя взгляд на друзей, которые выглядели как-то особенно расслабленно, внимательно наблюдая за нами. И, видимо, Нед почувствовал изменения в общей атмосфере, поэтому решил немного исправить ситуацию так, как он это умеет. – Некоторые вещи ничто не сможет изменить, – неожиданно подал голос Лидс, тихонько хмыкнув, из-за чего мы с Паркером повернули головы в его сторону и вопросительно вскинули брови. – Вот, Лиз, запомни эту ситуацию и то, как наш супергерой ведёт себя сейчас. Эти слова вызвали ещё больше вопросов, и как бы я не старалась понять, к чему сейчас клонит друг, сделать это у меня не получалось. Но, благо, с пояснением он не тянул.                                     – И если вдруг у тебя когда-нибудь появится мысль, что этому парню, – Нед указал пальцем на Пита, стоящего в паре метрах от меня, – наплевать на тебя, то вспомни вот что: вчера, когда меня чуть не убило током, Питер, конечно, не проигнорировал это и решил узнать, всё ли в порядке. Только вот не со мной, а с оборудованием, которое я чуть не задел, рефлекторно дёрнувшись от боли. Лидс постарался добавить своему голосу нотки обиды, что получилось у него так себе. А вот немного отвлечь нас и разрядить обстановку ему всё же удалось, ведь мастерскую тут же наполнил смех. – Чуть не убило током?! Чувак, тебя ударило статическим электричеством, – весело воскликнул Питер, стараясь оправдать себя, пускай и шуточно. – Даже от занозы смертность выше, чем от него. – И всё же, было бы приятно увидеть хоть капельку волнения с твоей стороны, – продолжил гнуть эту линию Нед, уже даже не пытаясь скрыть улыбку. – Вот так и узнаёшь, что для лучшего друга паяльная станция имеет большую ценность, чем ты сам. Парень тут же указал пальцем на «виновницу», стоявшую на соседнем от него столе, словно именно паяльная установка была виновата в случившемся. – Ну уж прости, когда твой локоть пролетает в опасной близости от того, что принадлежит мистеру Старку и потенциально стоит как чья-то машина, никакой другой реакции ожидать и не стоит, – парировал Пит, пожимая плечами. Этот шуточный диалог заставил меня почувствовать то, чего мне так не хватало последние недели – спокойствие. На мгновение все проблемы внезапно отошли на второй план, как и чувство постоянной спешки, которое не покидало меня с момента захода в мастерскую. Словно никаких ужасов не происходило, а мы просто в очередной раз собрались в нашей привычной компании, чтобы весело провести время, чего мы не делали уже давно. И, судя по всему, не одна я почувствовала это. В помещении повисло недолгое молчание, а мы просто смотрели друг на друга с небольшими улыбками на лицах, наслаждаясь этим коротким моментом. – У меня одной чувство дежавю? – первой нарушила тишину Мишель. – Клянусь, мне даже на секунду показалось, что мы снова вернулись в одиннадцатый класс. Все мы, так или иначе, скучали по тому беззаботному времени, когда проблемы были не такими критичными, а свободное время позволяло нам часто встречаться и зависать друг с другом. Так, как было пять лет назад, уже никогда не будет из-за множества причин. Но сейчас, получая возможность хотя бы на мгновение погрузиться в ту прекрасную атмосферу, желание приблизиться хотя бы к чему-то отдалённо похожему становилось невероятно сильным. – Знали бы вы, как мне этого не хватало, ребят, – протянул Питер, а его голос едва слышно дрогнул. – Последний месяц был одним большим днём сурка: ты не спишь, не ешь, бегаешь за отморозками в попытках придумать план, как их остановить, периодически попадаешь в передряги, из которых только чудом выходишь без серьёзных последствий. И при этом большую часть времени находишься в полном одиночестве, которое просто сводило с ума. Уже в который раз за этот вечер парень поморщился от волны неприятных воспоминаний, связанных с событиями прошедшего месяца. Для этого ему не обязательно было даже вдаваться в какие-то подробности. – Это всё я веду к тому, что сейчас, находясь рядом с вами, мне будто удалось выбраться из какого-то беспросветного мрака, в котором я находился последние недели, – с небольшой улыбкой добавил супергерой, поджав губы, а затем ещё раз взглянул на часы, тихонько выругавшись. – И мы обязательно продолжим этот разговор, как только я вернусь. Внутри меня тут же закопошился противный страх, что опять может случиться что-то, из-за чего данное обещание не будет выполнено. Что Паркер снова исчезнет на неопределённый срок, оставив нас одних. Всё это не было безосновательно. И сколько бы я не повторяла себе, что ничего подобного не случится, что всё будет нормально, полностью избавиться от этих неприятных мыслей у меня не получалось. – Я буду на связи, – заверил нас Питер, а затем быстро осмотрел свои запястья, проверяя состояние картриджей в вебшутерах. – Если вдруг что-то случится или пойдёт не по плану – сразу звоните. Время летело неумолимо быстро, поэтому позволить себе и дальше сидеть на диване, ничего не делая, мы уже не могли. Работы хватало у всех, а количество часов в сутках было ограничено. Первой со своего места поднялась Мишель, сразу же окликнув Неда, к которому направлялась, чтобы тот посвятил её в детали разработки. Мне же понадобилось чуть больше времени, чтобы оторваться от дивана, почти моментально столкнувшись с проблемой: я понятия не имела, где бросила свой телефон, который мне понадобится для работы. – Ну конечно, – тихонько пробормотала я, осматриваясь вокруг. Рассеянность наверняка станет одной из самых назойливых проблем, с которой мне придётся столкнуться. Бесконечный поток ненужных мыслей мешал сфокусироваться на том, что было действительно важно в данный момент времени, и всё это сильно отвлекало уже сейчас, когда я ещё даже не притронулась к работе. Это заставило меня раздражённо промычать, проводя руками по лицу. Больше всего я надеялась, что он находился где-то в пределах мастерской. Тогда найти его не будет проблемой, а выходить отсюда не понадобиться. Но была вероятность и того, что я бросила его в своей комнате, когда переодевалась, что было вполне себе вероятно. И вот туда мне идти в одиночку совсем не хотелось. Не прошло и нескольких часов с того момента, как я смогла осознать этот глупый страх собственной комнаты, а он уже начинал доставлять неудобства. И это нужно будет как-то решать. Причём как можно скорее. Я ещё раз окинула взглядом мастерскую, пытаясь понять, какую поверхность осмотреть первой, но не успела сделать и шага, как вдруг почувствовала чью-то руку на своём предплечье, остановившую меня. И не сложно было догадаться, кому она принадлежала. – Всё в порядке? – тихонько спросил Питер, подходя практически вплотную ко мне, чтобы только я могла его слышать. По парню было видно, что ему не хотелось улетать именно сейчас, оставляя нас здесь одних. Но выбора у него не было. – Смотря, что ты подразумеваешь под «в порядке», – натянуто улыбнулась я, будучи не совсем уверенной, как лучше ответить на этот вопрос, чтобы не соврать, но при этом не заставить Питера переживать ещё больше. – Я нахожусь в относительно ясном сознании, не бьюсь в истерике и наконец нормально разговариваю с людьми. По-моему, это уже успех. Для нас обоих было очевидно, что моё состояние ещё далеко от «порядка». Для этого нужно проделать ещё немало работы над собой и своими демонами, а также страхами. Но я была безумно счастлива и тому прогрессу, который смогла сделать сегодня. Даже он стоил мне немалых усилий. – Не стала меня ненавидеть ещё больше после всего услышанного? – сухо усмехнулся Питер, а его пальцы на моей руке сжались чуть сильнее. Я не совсем понимала, было ли сказанное какой-то неудачной попыткой отшутиться или парень действительно думал, что я испытываю по отношению к нему столь негативные эмоции. Но оставлять это без комментария я не собиралась. – Ты серьёзно думаешь, что я тебя ненавижу? – вскинула брови я, слегка повысив свой голос. – Ты совсем дурак что ли? С чего ты вообще это взял? – Я просто знаю, что после всего, что я натворил за последние недели, я бы определённо ненавидел себя, окажись я на твоём месте, – поспешил пояснить парень, виновато поджав губы. – Есть ещё много вещей, которые я бы хотел обсудить с тобой. И в этой папке есть ответы на некоторые вопросы, которые могли у тебя появиться. «О, их у меня очень много, даже не сомневайся», – тут же подумала я, продолжая смотреть на Питера, не сводя с него глаз. – В прошлый раз моя попытка оправдаться и всё объяснить была катастрофичной, – добавил Паркер, нервно усмехнувшись и замотав головой, а я сразу поняла, что он имел ввиду наш разговор перед взрывом квартиры, во время которого он ляпнул то, что не стоило. – Поэтому сейчас, возможно, будет лучше, если ты сначала сама ознакомишься с содержимым некоторых документов, прежде чем я открою свой рот. Было очевидно, что Пит, наученный горьким опытом, опасался, что может всё испортить парочкой неправильно подобранных слов. Невидимая связь между нами всё ещё была довольно шаткой. Мы только-только начали делать первые шаги на пути к решению всех проблем. И отсюда вытекала вся неуверенность, а также неловкость в нашем взаимодействии. Но дело сейчас было не только в этом. Что-то мне подсказывало, что причина, из-за которой Пит переживает сейчас и поэтому осторожничает, кроется не в том, что он просто боялся сказать что-то не так. Нет, ведь у нас уже получилось сегодня выстроить диалог, всё было нормально. А это означало, что причина крылась именно в теме. Или, если быть точнее, в определённом человеке. Моё тело моментально напряглось, стоило мне подумать об этом, а лицо наверняка помрачнело, что не осталось незамеченным для Питера. Но он не успел что-либо сказать или сделать, ведь я опередила его. – Нет, Пит, – коротко отрезала я, из-за чего парень нахмурился. – Нам нужно научиться снова выстраивать нормальный диалог между собой, а для этого надо разговаривать лично, а не надеяться на то, что какие-то бумажки нам помогут в этом. Я уже была сыта по горло всем этим недопониманием, а также преждевременными выводами, в которых варилась весь месяц. И больше мне не хотелось накручивать себя чем-то, что я узнала из сторонних источников. – Я займусь работой, – продолжила я, уже чуть мягче. – А потом ты вернёшься, и мы нормально поговорим, как взрослые люди. Этими словами я чётко дала понять Питеру, что никакие возражение приниматься не будут. Это было моё окончательное решение. И парень прекрасно знал, что так будет действительно лучше для нас обоих, поэтому ещё несколько секунд продолжал пристально смотреть в мои глаза, прежде чем кивнул. Я сразу же опустила взгляд на пальцы Пита, продолжавшие аккуратно сжимать моё предплечье, и он тут же расслабил их. Только вместо того, чтобы полностью убрать руку, он опустил её ниже, сжав на этот раз уже мою ладонь. Это был успокаивавший жест, которым Питер как бы заверял, что всё будет хорошо. И стоило признаться, что его прикосновения действительно обладали волшебным эффектом. – Будь осторожен, хорошо? – еле слышно пробормотала я, а на лице парня появилась тень улыбки. – И, прошу тебя, не влезь никуда, пока будешь в городе. Я буду ждать тебя здесь. – Одной ногой там, другой здесь, – заверил меня Питер, шуточно отсалютовав свободной рукой.

***

– Не нравится мне всё это, – пробормотал один из амбалов, поморщившись из-за гула, стоявшего вокруг. – Ты что-нибудь знаешь насчёт этого внезапного собрания? Джо ничего не говорил? Число людей, сосредоточенных на этой базе, было внушительным. В него входили и техники с учёными, и боевики, и разного рода консультанты, занимавшиеся административной работой. Собрать их всех в одном месте хоть и было возможно, но это требовало слишком много времени, да и не сказать, что было сильно эффективно. По этой причине, у каждого подразделения были свои руководители, до которых вся самая важная информация доходила в первую очередь, а потом они устраивали небольшие собрания среди своих «подчинённых», чтобы донести уже до них всё необходимое. Такая структура была во всех крупных организациях. И не важно, речь шла о государственных или преступных, между которыми была очень тонкая грань. И в любой организации сотрудники знали, что если руководство решало устроить одно большое собрание для всех, то грядёт что-то масштабное. И, возможно, не самое хорошее. – Никто ничего не знает, Марко, – замотал головой другой головорез, бросая взгляд на импровизированную сцену, стоящую в паре метров от них, посередине главного ангара. – Я подозреваю, что это всё из-за Осборна и того, что он провернул на днях. Или, может быть, дело в «представлении», к которому мы готовимся. Но тогда я не понимаю, почему мы ничего не знали об этом собрании. Особо секретная информация крайне редко доходила до обычных наёмников. Они никогда не должны были задавать вопросы или, боже упаси, ставить под сомнения те или иные решения начальства. Их задача заключалась в беспрекословном выполнении приказов. Но что касалось приближённых к Кувалде, его подручных, то, чаще всего, они всё же узнавали детали новых планов или дальнейших шагов, а также готовящихся атак, за организацию которых были ответственны. И поэтому сейчас всех так сильно напрягал тот факт, что никто не был в курсе происходящего. – Возможно, нам наконец-то скажут, какого чёрта… – начал было Марко, однако закончить фразу ему так и не удалось из-за резко раздавшегося выстрела, заставившего абсолютно всех заткнуться, устремив взгляд на платформу в центре ангара, на которой появился сам виновник торжества в сопровождении двух телохранителей. Кувалда не был из тех людей, которые боялись сделать лишний шаг без сопровождения охраны. Напротив, он всегда стремился показать то, что не боится пустых угроз и готов лично столкнуться с любым, кто попытается покуситься на его жизнь. Поэтому, вплоть до начала эскалации конфликта с Маджией, у него не было постоянного сопровождения. Но ставки росли с каждым днём, а угроза становилась всё более реальной. И сейчас, когда он стал так близок к достижению своей главной цели, нужно было минимизировать все риски. По этой причине именно телохранители были самыми проверенными людьми, к которым уровень доверия всегда должен был быть максимальным. Это была та самая должность, на которой человек не имел права допустить ни единой ошибки, а уж тем более вызвать хоть каплю подозрений. Никто не знал, по какому принципу Кувалда выбирал этих людей, и какая была процедура их проверки. Они менялись всего раз, около месяца назад, и если раньше парни были взяты из рядов боевиков, поэтому были знакомы со многими другими сотрудниками базы, то сейчас их место заняли незнакомые мужчины, которых раньше никто не видел. И если до этого у телохранителей было больше свобод и вольностей, то после их смены всё стало иначе. Теперь эти ребята ни с кем не разговаривали, словно и вовсе были немыми, не показывали эмоций и, казалось, никогда не отлучались от своего босса, словно у них не было никаких биологических потребностей вроде сна или нужды сходить в туалет. Они стояли, словно монолитные колонны, у которых была одна цель – обеспечить защиту своего начальника. Их глаза были пустыми, сосредоточенными, а каждое движение выражало лишь холодный, бездушный профессионализм. – Ты же сказал, что Джо ничего не знает, – тихонько прошептал Марко своему товарищу, замечая, что объект их обсуждения поднялся на платформу следом за боссом, тут же встав позади него, рядом с одним из телохранителей, и быстро осмотрев всех собравшихся в ангаре. Мужчина был кем-то вроде правой руки Кувалды. Его заместителем. Все самые важные вопросы, которые не получалось обсудить напрямую с главным боссом, переадресовывались именно ему, а любая операция проходила под его надзором. Именно он был тем, кто знал обо всех проектах, включая секретных, доступ к которым был закрыт даже для других высокопоставленных лиц. Работа в подобных отделах велась за множеством закрытых дверей, а сотрудникам было запрещено выходить за переделы разрешённой зоны, в которой они буквально жили. И поэтому если кому-то были известны хоть какие-то подробности о происходящем там, то этот человек считался не просто приближённым, а фактически доверенным лицом босса, имеющим доступ к самым тайным планам. И такими на этой базе были единицы. Причём никто не мог сказать наверняка, кто именно входил в это число избранных. Из-за этого в разговорах между собой некоторые могли разыгрывать дурачка, притворяясь, что ничего не знают, хотя, на самом деле, владели информацией, которой не должны были или просто не хотели делиться. Что, собственно, сейчас произошло и с Джо. – Думаю, вас всех интересует причина этого внезапного собрания, – громкий голос Кувалды прокатился по ангару, разорвав тишину, повисшую в нём после выстрела холостым патроном. – И у всех вас накопилось немало вопросов, на которые вам не могли дать точного ответа, что вызвало разного рода спекуляции. Ни от кого не скрылись опасные нотки, прозвучавшие в его словах, из-за чего молчание стало ещё более напряжённым, как и общая атмосфера. – К сожалению, ответить на всё я чисто физически не смогу, – развёл руками лидер синдиката. – Однако есть одна ситуация, которая вызвала особенно бурную реакцию среди вас, и которую я хотел бы сегодня обсудить, раз и навсегда поставив точку в этом вопросе. И вот теперь по ангару прошлась волна негромкого перешёптывания касательно того, о чём именно сейчас шла речь. – Как вы знаете, у нас были заключены договорённости с одним человеком, долгие годы являвшимся нашим основным поставщиком, а также главным научным экспертом, – продолжил Кувалда, быстро обведя взглядом своих подчинённых. – Как, думаю, вам известно и то, что он был ответственен за одну из наших главных разработок, работа над которой активно велась уже довольно длительное время. Брови Марко тут же поползли вверх от того факта, что даже сейчас, после случившегося, их босс будто бы не собирался разглашать имя этого самого «человека», личность которого была так же известна далеко не всем членам семьи, из соображений безопасности. Это было логично, учитывая то, сколько человек уже было задержано хотя бы за последние несколько недель, что уж говорить о больших временных промежутках. Если бы каждый знал все секреты, а также имена партнёров, то план Кувалды провалился бы еще до того, как его привели бы в действие. Ручаться за каждого наёмника было глупо. Конечно, среди них были те, кого полиции или ФБР не удавалось расколоть. Но были и те, кому было достаточно обещания срезать срок, чтобы они выдали ту или иную информацию. По этой причине были введены все эти защитные меры. И именно поэтому только единицам удавалось оказаться в руках правоохранителей. Зачастую, если потасовка заканчивалась провалом, силовикам доставались лишь тела наёмников. Мёртвые не могли проболтаться в чём-то. И уж что Кувалда умел делать, так это не оставлять после себя «живые» следы. – Поэтому многих из присутствующих сейчас здесь сильно обеспокоили последние слухи, которые стали гулять в наших рядах со вчерашнего дня, – глаза мужчины опасно сверкнули, а на лице появилась еле заметная улыбка. – Пожалуйста, кто-нибудь, озвучьте их. Он тут же осмотрел всех своих подчинённых, замечая оттенок страха, проявившегося на их лицах, стоило их боссу сказать это. Каждый, кто работал на Кувалду, знал, что он был одним из тех людей, кто всегда сохранял холодное спокойствие, какой бы не была ситуация. Он мог отдавать страшные приказы, собственными руками жестоко расправляться с неугодными или разруливать самое паршивое и, казалось бы, безвыходное положение, не теряя при этом улыбки, которая вызывала неприятную дрожь у всех, кто окружал его. Возможно, причиной подобной реакции было то, насколько жуткой иногда выглядел этот оскал. А, возможно, и то, насколько непредсказуемым могли быть последующие действия босса. – Прошу вас, господа, не стесняйтесь, – с издёвкой произнёс Кувалда, разводя руки в стороны. – Вы же так уверенно обсуждали это весь день между собой. В чём проблема и сейчас озвучить то, что до вас дошло? Бэн? Эти слова были адресованы одному из головорезов, стоящих в первых рядах. Он не занимал какую-то высокопоставленную должность, не был приближённым к Кувалде человеком, а лишь руководил одним из небольших отрядов, на которые ложились определённые задачи в подготовке к свершению главного плана. И этого уже было достаточно, чтобы его имя было известно верхушке семьи. Мужчина тут же растерялся, коротко осмотревшись по сторонам и заметив, что стоящие рядом с ним парни совсем немного попятились, словно боялись попасть под раздачу, если вдруг что-то пойдёт не так и их босс решит наказать этого бедолагу. Никто не хотел, чтобы ему задали подобный вопрос с подвохом. Но всем так же было очевидно, что отмолчаться в таком случае ни у кого не выйдет. Своим взглядом Кувалда отчётливо давал понять, что отказ от ответа ни к чему хорошему не приведёт. А в то, что кто-то не в курсе происходящего, он уж и подавно не поверит. – Ходят слухи, что… – неуверенно начал Бэн, чувствуя на себе холодный и пронизывающий взгляд Кувалды, – ходят слухи, что этот партнёр нарушил договорённости и сбежал, оставив нас без разработки, на которую возлагались большие надежды. Стоило мужчине закончить, как он тут же поморщился, ожидая, что его слова взбесят босса, из-за чего тот решит сию минуту выместить злость на нём. Однако ничего подобного не произошло. Напротив, улыбка на лице их лидера стала ещё шире, словно он услышал какую-то очень хорошую новость, а всё идёт ровно так, как и надо. – Что ж, это правда, – неожиданно выдал Кувалда, что было похоже на выстрел прямо в лоб: резко и без тени сомнений. – Более того, из-за этого погибли шестеро наших лучших парней, которые были отправлены в лабораторию к этому самому партнёру, но доехать до неё так и не смогли, ведь были подло убиты кем-то, когда находились в машине и ничего не подозревали. И вот уже эти слова смогли окончательно оживить толпу, а в ангаре поднялась новая волна гула. Причём достаточно недовольного, напряжённого. Ни для кого не было секретом то, насколько опасной была данная работа. Все прекрасно осознавали риски, когда подписывались на это. Поэтому к смертям товарищей многие успели привыкнуть. Но одно дело, когда это происходило во время боя или при попытке отбить штурм. Такая смерть считалась достойной, именно к ней все находящиеся здесь и были готовы. Но другое, когда так называемый союзник позорно втыкал нож в спину. На такое глаза уже никогда не закрывались. И Кувалда прекрасно знал, какую реакцию и недовольство вызовут его слова, однако даже не старался как-то смягчить ту информацию, которую преподносил. Напротив, он будто специально делал всё, чтобы разжечь огонь внутри круга своих людей. И остановить этот поток голосов смог только очередной выстрел, совершённый телохранителем, который дал возможность их боссу продолжить. – Уверен, вы сбиты с толку, почему никакого ответа на это предательство от нас так и не последовало, – сделал логичный вывод Кувалда. – И этому есть объяснение, поэтому сейчас Джо поделиться им с вами. На этот раз мужчина посмотрел уже на своего главного помощника, который всё это время стоял рядом с ним на этой импровизированной сцене. И это стало сигналом, чтобы тот прочистил горло и сделал несколько шагов вперёд, в то время как Кувалда совсем немного отступил, освобождая ему место. – Вы все знаете, что для нас наступил один из самых важных этапов, когда любая ошибка может стоить успеха всего плана, – начал Джо, быстро поправив свой пиджак. – Наши противники не дремлют. Они только и ждут, когда мы совершим ошибку, оступимся. А сейчас для этого будет достаточно одного импульсивного и необдуманного действия с нашей стороны. Это была простая истина, известная абсолютно всем, кто принимал участие в подготовке к самому грандиозному событию за всё время существования семьи Кувалды. Но гнев мог быть опасен. Он часто застилал глаза людей, не давая им критически оценивать ситуацию. – Излишняя самоуверенность мэра как-никогда играет нам на руку, из-за чего всё складывается просто идеально. И упустить такую возможность, подняв волну беспокойства в городе, мы не можем, – продолжил пояснять Джо. – А именно этого от нас и будут ждать. Одной лишь неграмотной атаки будет достаточно, чтобы силовики воспользовались возможностью и свернули все запланированные мероприятия. Марко тут же переглянулся со своим приятелем, наконец улавливая логику во всём происходящем. Он видел Осборна вживую всего несколько раз, но этого ему сполна хватило, чтобы понять, насколько умным и хитрым был этот человек. Ему, как никому другому, было известно, какими будут последствия предательства. Бизнесмен не единожды видел Кувалду в действии, как и видел то, что случалось с каждым, кто вставал у него на пути. И насколько бы Осборн не был самоуверенным, он не был дураком, который не понимал, что своими действиями подписывает себе смертный приговор. Мужчина наверняка знал, что ответ на его действия последует незамедлительно. И именно на это он рассчитывал. Одной атаки на столь влиятельного в обществе человека будет достаточно, чтобы поднять такой шум, что под угрозой окажутся даже самые тщательно спланированные замыслы, на красивое осуществление которых у Кувалды была всего одна попытка. Не это ли самый лучший способ если и не уничтожить, то хотя бы испортить все планы тому, кто представляет для твоей жизни серьёзную угрозу? В этом случае, Осборну даже делать больше ничего и не придётся. Достаточно будет дождаться, пока уляжется пыль, продолжая тщательно скрываться. «Чёртов гений», – подумал Марко, еле заметно замотав головой. – Поэтому мы хотим, чтобы каждый из вас знал, что мы не стерпели эту пощёчину, сделав вид, будто ничего не произошло, – чуть повысил голос Джо, заряжаясь уверенностью. – Наш ответ не заставит себя долго ждать. И, уж поверьте, он будет беспощадным, а каждый, кто приложил руку к этому предательству, поплатится. Это смогло немного воодушевить толпу, большую часть которой составляли прожжённые преступники и убийцы, которым уже успели наскучить тишина и бездействие. В их глазах снова заиграли опасные огоньки от предвкушения чего-то масштабного. Очередного хаоса, который должен был вот-вот разразиться, подарив им полную свободу действий. Ради этого все они готовы были потерпеть ещё немного, поумерив свой пыл и жажду мести. – Осталось совсем немного! – гордо добавил Джо, вызывая этими словами волну одобрения. – Каждый из вас получит возможность проявить себя! Преступники тут же загудели, начиная вскидывать кулаки, тем самым выражая поддержку и показывая свой энтузиазм. Им больше не нужны были какие-то объяснения или оправдания бездействия. Достаточно было лишь одной гарантии, что это продлится недолго, что их начальство всё так же было заряжено решимостью. И этот результат полностью удовлетворил Джо, который ещё несколько секунд наблюдал за толпой и их реакцией, прежде чем самодовольно ухмыльнулся, разворачиваясь к Кувалде, чтобы увидеть его реакцию и получить одобрение. Но стоило мужчине повернуться, как чья-то грубая рука с невероятной силой сжалась вокруг его горла, в одно мгновение полностью уничтожив довольное выражение его лица. Ужас тут же пронзил Джо, стоило ему встретиться взглядом с Кувалдой, стоящим прямо перед ним. Его глаза стали ледяными и ещё более безжалостными, чем обычно, а улыбку сменил жуткий оскал, который с каждой секундой становился только шире. Взглянув на него, с легкостью можно было сказать, что он упивался зрелищем пред собой. – Как ты там сказал? – протянул Кувалда, усиливая свою хватку на шее мужчины. – Каждый, ответственный за это предательство, поплатится? Дыхание Джо стало прерывистым, а каждый новый вдох становился настоящей борьбой, которую мужчина с треском проигрывал, издавая приглушённые хрипы и судорожно хватаясь за руку своего босса в надежде, что тот разожмёт её и даст ему сделать спасительный вдох. Только этого не происходило. Рука на его шее сжималась всё сильнее, и вот уже через мгновение ноги Джо оторвались от земли, дав ему понять, что это только начало. Его глаза расширились в ужасе — то ли от осознания своей беспомощности, то ли от того, с какой поразительной лёгкостью Кувалда поднял его, словно тот был ничтожной куклой, игрушкой в руках гиганта, с которой он может делать все, что ему заблагорассудится. Джо отчаянно захрипел с ещё большей силой, чувствуя, как силы постепенно начинают покидать его, а зрение становится всё более и более затуманенным. Но это не помешало ему увидеть то, как его босс слегка наклонил голову вбок, с интересом и даже неким удовольствием наблюдая за тем, как вздувались вены под натиском его хватки, а лицо Джо начинало синеть от недостатка кислорода. Наслаждаясь ощущением почти обмякшего человеческого тела в своих руках, Кувалда не испытывая ни капли сожаления или жалости. В следующую секунду, раздался звук ломающихся костей, напоминающий собой треск свежей древесины, резонируя в гробовой тишине, которая воцарилась в ангаре из-за представления, происходящего на так называемой сцене. Кожа вокруг горла мужчины натянулась, поддаваясь давлению, а сломанная кость с характерным звуком пронзила плоть насквозь и вырвалась наружу. Острая белизна сломанного кости показалась всего на мгновение, прежде чем его окрасили тёмные потоки свежей крови, брызнувшие из рваной раны. Тёплая струя стекала вниз по коже, оставляя за собой липкий след, словно отметину неизбежной гибели, а Джо издал хриплый, мучительный всхлип, прежде чем его тело дёрнулось в последнем судорожном спазме. Его голова повисла под совершенно неестественном углом, давая всем окружающим понять, что теперь Джо действительно не больше, чем просто кукла в руках Кувалды. Казалось, что воцарившееся вокруг молчание не могло стать ещё более гнетущим, но напряжение в воздухе нарастало. Преступники в шоке наблюдали за действиями своего босса, а после и за каплями крови, стекавшими на поверхность платформы, на которой они всё это время стояли. Но никто не думал даже шелохнуться, боясь, что именно они могут стать следующей целью этого гнева. Кувалда ещё несколько секунд смотрел на лицо Джо, исказившееся в гримасе ужаса и боли со стекающей кровью по его губам и подбородку, а также на его выкатившиеся из орбит глаза с ярко выраженными красными капиллярами в них, прежде чем с безразличием швырнул тело мужчины на пол, словно грязную тряпку. Этот момент стал ярким свидетельством власти Кувалды – он был не просто человеком, а чудовищем, готовым уничтожить любое проявление слабости. Любого, кто встанет у него на пути. Таким образом он демонстрировал свою безжалостную силу, устанавливая новые правила игры. – Пускай этот случай послужит примером для каждого, кто хоть на секунду усомниться в нашей силе и власти, – голос Кувалды прогремел словно гром, из-за чего часть публики передёрнулась. – Для каждого, у кого хоть на мгновение появится мысль предать или переметнуться на другую сторону. Этими словами мужчина чётко дал понять, в чём именно была ошибка Джо. Только вот было не совсем понятно: его помощник только планировал что-то или уже успел посотрудничать с кем-то. А, возможно, этим «кем-то» как раз и был Осборн, которому наверняка должны были сливать какую-то информацию. Сейчас это уже было неважно. – Не думайте, что ваши действия останутся незамеченными. Около тридцати ваших товарищей были уличены в сотрудничестве с нашими недругами, за что уже успели поплатиться. Сейчас их, как вы понимаете, с нами на этом собрании нет, – продолжил Кувалда, снова окидывая взглядом присутствующих, которые нервно переглянулись между собой. – Для победы нам больше не нужна помощь извне: ни продажные политики, ни бизнесмены и их деньги, ни сторонние учёные с их инновационными разработками. Всё, что нужно – у нас уже есть. Глаза Марко устремились на руки босса, одна из которых буквально ещё минуту назад сломала кости взрослого человека, словно они были не прочнее сухих тростинок. Ни для кого не было секретом, насколько силён Кувалда. Он доказывал это уже не единожды, самолично расправляясь с некоторыми из своих противников. Но подобное его подчинённые видели впервые. – И в чём Джо был прав, – лидер синдиката метнул взгляд на безжизненное тело своего уже бывшего помощника в луже крови, голова которого была вывернута в неестественном, пугающем изгибе, – так это в том, что осталось совсем немного до того, как мы продемонстрируем миру всю нашу силу. Всё, на что мы способны. Кувалда сделал небольшую паузу, словно позволяя каждому в толпе осознать значимость его слов, а затем хладнокровно добавил: – И никто не сможет встать у нас на пути.

***

– Я ничего не понимаю, Питер, – замотал головой Хилл, аккуратно положив ручку, которую всё это время крутил в руках, на свой стол. – Ещё утром ты умолял, чтобы я сделал всё возможное на сегодняшнем заседании, чтобы не допустить проведение парада, а сейчас внезапно заявляешь, что мы должны пустить всё на самотёк. – Не на самотёк, – исправил директора супергерой. – Что я имел ввиду, так это то, что вы уже столько раз за время вашей карьеры сталкивались с серьёзными угрозами, что наверняка знаете, с какой справиться проще: с той, что предсказуема или наоборот. – А Кувалда сейчас предсказуем? – с ноткой скептицизма спросил директор, вскидывая брови. И этот вопрос немного выбил Питера из колеи, однако он не позволил этой растерянности взять над ним верх. – За всё это время он уже столько раз устраивал неожиданные сюрпризы, поэтому, конечно, нельзя исключать, что и сейчас он может выкинуть что-то непредсказуемое, – начал парень, прочищая горло. – Но, на данный момент, его целью является именно парад. И это даёт нам немного времени, чтобы подготовиться и нанести удар по Кувалде до того, как он начнёт осуществлять задуманное. Но успешной эта задача будет только в том случае, если этот урод ничего не заподозрит. – Но не будет ли подозрительно, если мы вдруг пожмём плечами и абсолютно ничего не предпримем, прекрасно осознавая риски? – Вы правы, – моментально ответил Паркер, хлопнув в ладоши. – Именно поэтому нужно, чтобы вы представили, какими были бы ваши действия, если бы я не предоставил всю эту информацию. Представьте, что меня нет и вы понятия не имеете, чего ждать от Кувалды. Ваши действия. В такие моменты Пит начинал осознавать, насколько сильно он помогал и облегчал работу не только ФБР, но и полиции. Ни одна из правоохранительных структур не смогла бы раздобыть столько важной информации за столь короткий срок и в таких условиях. Чёрт возьми, они даже не смогли выйти на самые большие склады, что уж говорить про главную базу Кувалды, о местонахождении которой на данный момент известно только Питеру. Поэтому можно было смело сказать, что супергерой сделал всю основную работу за них, предоставив всё необходимое на блюдечке с золотой каёмочкой. И даже несмотря на это они продолжали быть довольно беспомощными, нуждаясь в дальнейшей помощи Человека-паука, без которой абсолютно всё полетит к чертям. – На тебе мир клином не сошёлся, Питер. Всё это время мы не сидели сложа руки, дожидаясь сигнала от тебя, а следовали протоколу, – едко произнёс Хилл, а Пит еле сдержал усмешку. – Сейчас мы продолжаем активно анализировать все предыдущие инциденты, чтобы выявить шаблоны уязвимости, а на сегодняшнем совете безопасности была создана межведомственная рабочая группа для координации дальнейших действий. – Ну, то есть, всё по классике, – сделал вывод Питер. – Вот в таком духе и нужно продолжать: разрабатывать возможные сценарии, подготавливать коммуникационные и эвакуационные планы, начать тренировки личного состава, ну и всё остальное, чем вы обычно занимаетесь. Этот протокол Пит знал буквально наизусть. Для этого не обязательно было даже лезть в какие-то секретные документы или искать информаторов, которые могли бы рассказать о том, как всё устроено в рядах в ФБР или полиции. Нет, этот протокол был у них неизменным. Поэтому за столько лет супергеройской деятельности и множества массовых мероприятий не запомнить порядок действий было просто невозможно. И это слегка удивило Хилла, из-за чего его глаза слегка округлились. – Поверьте, уж если я всё это знаю, то Кувалда, который несколько лет посвятил подготовке и изучению абсолютно всех структур и организаций города, и подавно, – констатировал очевидное Питер. – Сейчас именно этого он и будет ждать от вас. Поэтому продолжайте следовать протоколу, расставляйте блокпосты, увеличивайте количество патрулей, но, умоляю, не предпринимайте ничего, что могло бы даже просто намекнуть Кувалде о том, что вам что-то известно. В основном, это касалось любой подозрительной активности в пределах того самого треугольника, в пределах которого и должна была произойти вся эта резня, и на который Пит дал наводку ФБР. Без стараний супергероя, они бы ни за что не догадались, что смотреть нужно именно на это место. И сейчас парень даже отчасти жалел, что поделился этим так рано. – Хорошо, допустим мы так и поступим, – слегка сощурился Хилл. – Что дальше? Как мы сможем предотвратить атаку Кувалды, если будем следовать обычному протоколу, полностью упуская из внимания всю ту информацию, которой ты с нами поделился? «Вам вообще в это лезть сейчас не надо», – подумал Пит, однако мысль эту решил не озвучивать. – Давайте посмотрим правде в глаза, директор, – осторожно протянул супергерой. – Вы знаете, что находится в арсенале у Кувалды. И некоторые из его «игрушек» вы уже увидели собственными глазами. Думаете, у ваших людей есть шанс в прямом столкновении с этим маньяком? Или при попытке штурма его баз? Это самоубийство. – Это я и сам понял, Паркер, – слегка раздражённо буркнул Кристофер. – Ты не ответил на мой вопрос. – Мне нужно ещё немного времени, чтобы найти главную базу Кувалды и способ пробраться туда, – уже в который раз соврал Пит, но только наполовину, ведь со вторым пунктом он ещё действительно не разобрался. – И как только я окажусь внутри, изучив всё и придумав, как вывести из строя их электронику, то уже тогда можно будет думать насчёт дальнейших действий. Но к моменту проведения парада эти уроды уже должны быть устранены, это я знаю наверняка. Что сейчас было необходимо Питеру, так это доверие. Он мог представить, насколько тяжело Хиллу полностью положиться на слова супергероя, когда его самого прессуют со всех сторон, требуя каких-то решительных действий. Но это была та самая ситуация, в которой без этого никак. И директор это прекрасно знал. – Очень амбициозные планы у тебя, Питер, – еле слышно хмыкнул мужчина, неспешно поднимаясь со своего места и бросая взгляд на наручные часы. – И ты бы знал, насколько мне хочется верить, что всё будет именно так, как ты говоришь. Но за полторы недели отыскать базу одного из самых опасных преступников, придумать, как проникнуть туда, а потом составить план по его ликвидации, так ещё и успеть реализовать его… звучит, как нечто из области фантастики, тебе так не кажется? Переживания Хилла были очевидны и понятны. Окажись Питер на его месте, то, скорее всего, воспринял бы эту идею с таким же сомнением. Но директор не знал всего того, что знал супергерой. – Я знаю, как дико это всё звучит, – поспешил оправдаться Пит, шумно вдохнув. – Но разве я давал повод усомниться в себе? Хилл тут же перевёл свой пристальный взгляд на парня, словно пытался высмотреть в нём хоть малейший проблеск страха или тени неуверенности. Или же просто пытался вспомнить, были ли ситуации, в которых Пит как-то подставлял его. – Мне просто нужно время и ваше слово, что вы прислушаетесь и не станете делать что-то, что мы не обговаривали, – уже чуть тише добавил супергерой. – Обещаю, я со всем разберусь. Но не подставляйте меня импульсивными решениями, которые могут всё испортить. На секунду Паркер испугался, что сказал что-то не так и повёл себя нагло, требуя что-то от директора ФБР, который, в теории, не был ничем ему обязан. Даже несмотря на всю помощь, которую парень решил предоставить по собственной инициативе. И те несколько секунд, что Хилл молчал, продолжая пристально смотреть на Пита, тянулись целую вечность. – Что ж, тогда у меня есть кое-что, что может тебе как-то помочь, Пит. Эта фраза была довольно неожиданной, из-за чего супергерой несколько раз растерянно моргнул, наблюдая за тем, как директор накидывает на свои плечи пиджак. – Пойдём со мной, – коротко добавил мужчина, кивая в сторону двери. Ну и как-то возражать Пит не стал, прекрасно понимая, что на все вопросы и так получит ответ в ближайшие минуты, молча выходя из кабинета. В здании, как и всегда, царил переполох. Агенты и прочие сотрудники то и дело бегали по коридорам с кучей бумаг, переговариваясь между собой или держа телефон у уха. К этому небольшому хаосу супергерой уже успел привыкнуть за все те разы, что бывал здесь. Казалось, что даже в относительно спокойное время здесь не бывает тихо. Что уж говорить про то, когда в городе творится такой беспредел. Офис директора находился на верхних этажах, поэтому путь до нижнего уровня занял приличное, по меркам Питера, количество времени. Он не любил пользоваться лифтами, предпочитая другие способы побыстрее добраться до необходимой цели. Но сейчас выбора у него не было, поэтому пришлось молча следовать за Хиллом. И стоило им оказаться на нужном этаже, как Питер сразу же понял, куда именно его привели. Это был оперативный отдел, который до ужаса пугал многих людей, ведь именно здесь находились те самые жуткие комнаты для допросов, в которых подозреваемых могли держать часами, в попытках разузнать какую-то информацию. По коже Питера невольно пробежались мурашки, однако он не подал виду, что это место как-то смутило его. – Сегодня утром к нам в руки попала небольшая группа боевиков, работающих на Кувалду, – принялся наконец-то пояснять Хилл, а одна лишь фраза смогла зажечь в Паркере огонь интереса. – Мы вышли на них абсолютно случайно. Сегодня стартовала инициатива проактивного полицейского контроля. Если коротко, то наши парни случайным образом проверяют документы граждан для выявления потенциальной угрозы в условиях текущей нестабильной обстановки. И угадай, чья машина попала в ряды счастливчиков? – И у вас даже получилось их поймать? – удивлённо присвистнул Питер, продолжая осматриваться по сторонам. – Идиоты попытались уехать, когда поняли, что дело пахнет керосином, но им не повезло нарваться на несколько других патрулей, которые вовремя смогли перерезать пути отступления, – довольно хмыкнул Кристофер. – Один из этих идиотов был тяжело ранен, поэтому сейчас валяется в больнице, но остальные были доставлены сюда в относительной целости. – Вам надо было сразу же начать с этого наш разговор, сэр, – слабо улыбнулся Питер. – В спокойной обстановке мне ещё не доводилось с ними разговаривать. – В этот раз нам повезло, – подтвердил Хилл. – Конечно, было бы лучше, попадись нам какой-нибудь приближённый к Кувалде упырь, но и это лучше, чем ничего. Судя по всему, этот товарищ возглавляет небольшой отряд, поэтому может знать больше обычных боевиков. «Кажется, этот день становится всё лучше и лучше», – тут же пронеслось в голове у супергероя. – Проблема лишь в том, что разговорить его совсем непросто, – уже чуть более мрачно добавил мужчина. – Мои парни уже несколько часов пытаются сделать это, но безуспешно. В ответ на это Питер тут же вскинул брови, пытаясь понять, что именно подразумевал Хилл под словом «разговорить». Ни для кого не было секретом, что иногда ФБР прибегали к не самым этичным методам, чтобы заставить человека говорить. В основном, это касалось террористов, представляющих серьёзную угрозу национальной безопасности, кем, по сути, сейчас являлся сам Кувалда со всей своей шайкой. Вопрос гуманности подобных способов всегда вызывал большое количество разногласий, наравне со смертной казнью или эвтаназией. Насколько оправданными были с точки зрения прав человека пытки и избиения отморозков во имя получения сведений, которые потенциально могли спасти десятки, а то и сотни жизней? И можно ли было вообще говорить, что у таких людей оставались права после всего, что они творили? Питер всегда был сторонником более милосердных подходов. Ему ещё никогда не приходилось прибегать к чему-то подобному, чтобы получить необходимую информацию. Но сейчас супергерой попал именно в ту ситуацию, когда любая, даже небольшая деталь могла сыграть ключевую роль в этой войне, да и критически важных вопросов у него было слишком много. И это не было что-то, без чего можно было бы спокойно обойтись. Нет, ему было просто жизненно необходимо узнать определённые сведения, чтобы подготовиться. Иначе вся его затея окажется абсолютно бесполезной. – Вы сейчас на что-то намекаете? – осторожно протянул Питер, с неким сомнением посмотрев на директора. – Ни в коем случае, – тут же поднял руки в знак капитуляции Хилл. – Но я готов выслушать твои идеи, если таковые имеются. Глаза Питера тут же устремились на массивную металлическую дверь, ведущую в одну из комнат для допроса, рядом с которой стояли несколько человек, включая охрану. Было очевидно, что терпение здешних ребят не было безграничным. И пойманному головорезу придётся очень несладко, если он не начнёт говорить в ближайшее время. И церемониться с ним точно никто не будет. Ну а упустить столь прекрасный шанс поговорить с ним и задать интересующие вопросы Пит не мог. Потом такой возможности у него уже может не быть. – Вы знаете… – загадочно протянул супергерой, продолжая смотреть на дверь. – Есть у меня одна мысль. Хилл тут же бросил на парня осторожный, но, тем не менее, заинтересованный взгляд, словно пытался прочитать его мысли и понять, что именно тот задумал. А вскоре ответил: – Я весь внимании.

***

– Я уже совсем запуталась, – Мишель аккуратно сняла специальные очки, которые использовала для детального осмотра печатных плат, и устало провела руками по лицу. – Получается, именно этот загадочный бизнесмен ответственен за создание мутантов, но только Носорог был передан в распоряжение Кувалде, в то время как этот Скорпион тайно используется против него? – Это единственное логичное объяснение, – пожал плечами Нед, продолжая увлечённо смотреть в монитор своего ноутбука. – Во время их первого с Питером столкновения, Скорпион сказал, что ему было велено не убивать его. Думаешь, Кувалда бы поступил так, упустив столь прекрасную возможность избавиться от одной из самых серьёзных угроз? В мастерской повисло недолгое молчание, в ходе которого Эм-Джей, судя по всему, обдумывала услышанное, анализируя каждую крупицу полученной информации. И на секунду даже могло показаться, что она никак не отреагирует на сказанное Недом, просто пожав плечами и вернувшись к работе, однако подобное было совсем не в её стиле. – Только если это не очередная многоходовка с его стороны в ожидании подходящего момента, чтобы избавиться от Пита и одновременно подготовиться к новой угрозе со стороны тех, кто пожелает отомстить, – протянула Мишель, заставляя меня отвлечься от переписки с одним из поставщиков, шокировано посмотрев на неё. – Но это уже какая-то абсолютно параноидальная теория. Скорее всего, вы с Питером действительно правы насчёт Скорпиона и его работы против Кувалды. Только вот эти слова лучше не сделали, из-за чего мы с Недом продолжали поражённо смотреть на нашу подругу, обдумывая её слова. И наша реакция её немного повеселила. – Да бросьте, я сказала это несерьёзно, – поспешила пояснить Мишель, видя, что мы восприняли её теорию не самым лучшим образом. – Нед, ты же сам говорил, что Скорпион знал о том, что Питер лазит по складам Кувалды, и ничего с этим не делал. Не думаю, что этот урод просто закрыл бы на это глаза. Достаточно было всего раз узнать о том, какую воду мутил Кувалда всё это время, сумев обвести стольких людей вокруг пальца, чтобы начать искать подвох абсолютно во всём, что касалось этого дела. Но Эм-Джей была права. Давать Питеру возможность безнаказанно шастать по тайным базам и хранилищам было слишком глупо и рискованно. Вряд ли какой-нибудь отпетый психопат стал бы в таком случае думать о потенциальных последствиях убийства того, кто так активно наступает ему на пятки в данный момент времени. Да и, чего греха таить, Кувалда словно и вовсе никогда не думал о том, к чему могут привести его действия в будущем. Мне до сих пор было непонятно, для чего ему устраивать массовую резню в городе, когда он уже и так добился того, чего хотел, устранив Маджию. Кувалда будто не знал, когда стоит остановиться. Как и не думал о том, что будет после. Поэтому крайне маловероятно, что он бы не воспользовался возможностью и не избавился от Питера, когда у него был столь прекрасный шанс сделать это. – А вот если Скорпион действительно работает на того, кому выгодно ослабление Кувалды, то тогда уже всё сходится, – добавила Мишель. – Только вот вопрос в том, что будет после победы над ним? Есть же какая-то цель, которую преследует эта таинственная личность. Не окажется ли потом, что он просто хочет получить тёпленькое место лидера мафии? – Об этом уже будем волноваться позже, – со вздохом ответил Нед, а по его взгляду было понятно, что он не знает ответа на этот вопрос. Или просто не хочет сейчас об этом думать, нагружая голову лишними переживаниями. – Для начала нужно победить Кувалду, а уже дальше будем разбираться с проблемами по мере их поступления. В данной ситуации это была самая правильная стратегия. Уж слишком много нюансов, которые могут всплыть в процессе всех этих разборок, и если трястись по поводу каждого, даже самого незначительного, то можно просто сойти с ума. – Справедливо, – коротко сказала Эм-Джей, а уже в следующую секунду её взгляд был направлен на меня. – Как там дела, Лиз? А то ты и словом не обмолвилась за последние минут сорок. От озвученной цифры я слегка округлила глаза, в неверии посмотрев на время в углу экрана ноутбука и убедившись, что девушка не соврала. Первый час после ухода Питера тянулся до невозможности долго. Несмотря на всё моё желание помочь и активно участвовать в процессе подготовки, я просто не могла сосредоточиться на своём задании, постоянно посматривая на злосчастную папку, продолжавшую лежать на столике передо мной. Любопытство переполняло меня. И даже тот факт, что Нед продолжал делиться подробностями, как бы пересказывая содержимое этих документов, не делал легче. Мне хотелось увидеть всё собственными глазами, посмотреть на другие снимки, какими бы жуткими и неприятными они не были. Это было желание на грани мазохизма, словно я подсознательно стремилась к тому, чтобы лишний раз встревожить себя новыми пугающими деталями, от которых мне наверняка не станет лучше. – Всё лучше, чем я думала, – ответила я, отставляя ноутбук в сторону и запуская руки в свои волосы, слегка взлохмачивая их. – Готова молиться на компании, у которых есть круглосуточная поддержка и операторы. Нам готовы доставить эти листы уже завтра, так ещё и с небольшой скидкой. Переживания Питера были напрасными. Удача наконец-то была на моей стороне и поэтому общение с продавцами оказалось гораздо более приятным, чем я ожидала. Уже буквально с третьей попытки мне удалось найти то, что нужно. Но я усвоила урок, выслушав недовольства Неда по поводу того, что двое поставщиков обломали его в самый последний момент, поэтому решила потратить чуть больше времени и договориться с парочкой других компаний, выцепив ещё более выгодные предложения. Этот результат меня полностью устраивал, а моё настроение стало чуточку лучше, из-за чего у меня даже получилось немного расслабиться. В тот момент, когда в жизни всё летит под откос и ты полностью теряешь контроль над происходящим, любой, даже минимальный успех воспринимается как шанс вернуть утраченный баланс. – Это очень хорошая новость, – довольно произнёс Нед, показав мне большой палец. – У нас ещё есть несколько дней форы, прежде чем нам понадобится углеродистая сталь, но, в любом случае, чем быстрее мы её получим, тем будет лучше. Я кивнула, ещё раз взглянув на экран ноутбука, на котором как раз было изображение этой стали, про которую я успела немного почитать, прежде чем приступила к поиску продавцов. – Собственно, а зачем она вам вообще нужна? – озвучила я вопрос, который уже некоторое время крутился у меня в голове. – Я знаю, что из неё делаются всякие инструменты, требующие прочности. Но вы ещё ничего такого не упоминали. От меня не скрылось, как слегка изменилось выражение лица Неда, словно ему предстояло рассказывать что-то не совсем хорошее. И это заставило меня насторожиться. – Она нам нужна больше для экспериментов, чем для изготовления чего-то, – ответил Нед, чем вызвал лишь больше вопросов. – Сейчас всё лучше проверять на практике, чем слепо полагаться на расчёты. – О каких экспериментах идёт речь? – нахмурилась я, быстро переглянувшись с Эм-Джей. – И что нужно проверять? Ответ на эти вопросы последовал не сразу. Нед немного помедлил, что-то сосредоточенно высматривая на мониторе перед собой, после чего прочистил горло и совсем немного опустил крышку ноутбука, выходя из-за стола. – А это уже самое интересное, – загадочно протянул парень. – Кувалда жаждет абсолютной власти, он хочет показать своё превосходство и разразить настоящий хаос в городе. И для этого у него есть всё необходимое: опаснейшее оружие, деньги, целая армия людей, техника. Но при всём этом у этого психопата есть одна серьёзная слабость, из-за которой он вынужден постоянно находиться в тени и скрываться. – Он – обычный человек, – тут же подхватила Мишель, прекрасно понимая, к чему вёл Нед. – Вот это меня и удивило. Для обычного смертного у него непомерно большие амбиции. Мне было известно множество примеров, когда простому человеку, не обладающему какими-либо суперспособностями, удавалось перевернуть мир с ног на голову. Одним из таких людей являлся Тони. Ещё до Афганистана, до становления супергероем, он разрабатывал то, что имело потенциал изменить ход истории. Как и его отец в своё время. И его самой главной суперсилой был именно ум. Именно с его помощью были созданы костюмы, искусственный интеллект, хрононавигатор и прочие невероятные технологии. Но глупо было отрицать тот факт, что в своём повседневном облике, без всех разработок, Тони бы ни за что не справился с тем же Таносом. Как и любой другой человек, не обладающий какими-то уникальными способностями. Одного ума там было недостаточно. Нужна была ещё и физическая сила. И с Кувалдой ситуация была практически идентичной. – Питер ещё практически в самом начале узнал о том, что в разработке находится сыворотка, которая должна стать копией той, что дала Стиву Роджерсу его силу, – продолжил Нед, а я почувствовала, как небольшая волна ужаса прошлась внутри меня. – В дальнейшем удалось выйти только на одного из учёных, ответственных за её создание, но он был убит одной из крыс в ФБР во время штурма лесопилки, поэтому допросить его и узнать какие-то подробности не вышло. «Ну конечно», – тут же подумала я, совершенно не удивившись подобному исходу. – Поэтому сейчас можно лишь гадать, была ли создана эта сыворотка в конечном итоге, а если да, то успел ли Кувалда ввести её себе, – вздохнул Лидс, замотав головой. – Но что мы знаем наверняка, так это то, что его люди так же разрабатывают эндо и экзоскелеты. И одним из них планирует воспользоваться сам Кувалда, если верить чертежу, который нашёл Питер. Пятница, будь добра, выведи его. Это указание было выполнено моментально, ведь в следующую же секунду над столом появилась проекция того самого чертежа, о котором говорил Нед. – Сейчас мы можем лишь надеяться, что Кувалда не успел воспользоваться сывороткой по тем или иным причинам. Но к тому, что он усилил себя этими железками, мы должны быть готовы, – парень указал на проекцию, которая находилась в паре метров от него. – И вопрос лишь в том, затронет это улучшение только его конечности, как показано на этом чертеже, или он решит пойти дальше и превратить себя в киборга. На последнем слове Нед слегка запнулся, напряжённо стиснув зубы, а затем добавил: – Если уже этого не сделал. Учитывая то, сколько проблем уже успел доставить Кувалда, мне даже думать не хотелось, что он может устроить, если обретёт силу, которая поможет ему в борьбе с супергероями. Подобная власть ни в коем случае не должна была попасть в руки этого психопата. – В любом случае, ситуация – дрянь, – сделал лаконичный вывод Нед. – Но и опускать руки тоже не вариант, поэтому если Кувалда сделает своё тело непробиваемым, то нужно иметь хоть какой-то козырь в рукаве, которым можно будет воспользоваться. А он скрывается вот здесь. Лидс тут же указал на свой лоб, из-за чего я нахмурилась, не совсем понимая, что именно он подразумевал под этим. Но понимание пришло ко мне практически моментально, стоило мне вновь взглянуть на чертёж. А конкретно на голову Кувалды. Ещё впервые увидев его фотографии, я сразу же обратила внимание на то, как странно выглядел его лоб. Он имел необычную форму, будучи гораздо шире, чем у обычных людей, а также был покрыт шрамами. И это не выглядело так, словно мужчина просто родился со столь необычной анатомией головы. – Питер уже ощутил прочность этой пластины в его лбу во время их первого столкновения, ударив по ней и сразу же сломав себе кисть, – слегка поморщился Нед, как и мы с Эм-Джей, представляя, насколько больно это должно было быть. – На тот момент, это была самая защищённая часть тела Кувалды, ведь в плане всего остального он был самым обыкновенным человеком, подверженным и переломам, и прочим ранениям, любое из которых могло оказаться фатальным. Но сейчас, напротив, именно голова может оказаться самым уязвимым местом, особенно при условии того, что мы знаем, из чего состоит эта пластина и чем на неё можно воздействовать. – Но?.. – в ответ протянула Мишель, чётко улавливая нотки сомнения в голосе друга. – Но это только при условии, что мы действительно не ошибаемся насчёт углеродистой стали, – тяжело вздохнул Лидс, устало сжав свою переносицу. – И только в том случае, если этот урод не успел заменить себе всё вибраниумом, что было у него в планах, если верить найденным записям. Я негромко выругалась от упоминания этого металла, который действительно может доставить просто невероятное количество проблем, если Кувалда действительно сможет или уже смог внедрить его себе в тело. А усложнялось всё ещё и тем, что времени оставалось чертовски мало. И за одну неделю найти способ борьбы с этим будет просто невозможно. – То-есть, мы всё же полагаемся на удачу? – со вздохом спросила я. – Не совсем, но отчасти, – слегка поморщился Нед. – Мы с Питером потратили немало времени, анализируя ситуацию. И мы оба пришли к выводу, что вряд ли Кувалда стал бы рисковать именно сейчас, пытаясь интегрировать вибраниум в своё тело, когда находится в шаге от свершения своего грандиозного плана. Это тяжелая операция, которая потребует долгого восстановления, поэтому логично было бы предположить, что он займётся этим уже после атаки. В этих словах действительно был смысл. Никогда нельзя было сказать наверняка, как твоё тело отреагирует на инородный объект в нём, а особенно на такое количество металла. И если в долгосрочной перспективе этот риск мог оправдать себя, подарив просто невероятную силу и устойчивость к разного рода повреждениям, то сейчас одна ошибка могла стоить Кувалде абсолютно всего того, чего он упорно добавился всё это время. – Углеродистая сталь достаточно прочная, чтобы обеспечить ему достойную защиту, учитывая тот факт, что Пит не смог пробить её своим ударом, больше навредив себе, чем Кувалде, – продолжил парень. – Но она не устойчива к высоким температурам, поэтому нам и нужны несколько пластин, чтобы испытать лазер, над которым параллельно работает Питер. Этот план являлся своего рода дополнительной подушкой безопасности, которая может выручить в самый нужный момент. Да и, в любом случае, применение лазеру уже точно получится найти, пусть даже и не на Кувалде. Я неспешно поднялась с дивана, направляясь ближе к столу, над которым продолжала находиться проекция с чертежом. Кувалда был одним из тех людей, с которыми мне бы никогда не хотелось столкнуться лично. Хотя, казалось бы, что может напугать ещё больше, чем пришельцы, пытающиеся уничтожить твою планету, или космический безумец, который и вовсе повысил ставки до уровня Вселенной. Но даже обычный человек может оказаться не менее страшным, чем непонятные существа из далёких галактик. – А известна ли вообще какая-либо предыстория? – всё же озвучила я вопрос, который уже долгое время не давал мне покоя. – Я о Кувалде. Ещё ведь пару месяцев назад о нём никто ничего не слышал. По телевиденью особо ничего не рассказывали касательно того, кем на самом деле являлся этот психопат, какой была его жизнь до начала всего этого безумия и откуда у него появилось столько власти. И пусть эта информация не была чем-то невероятно важным, мне всё равно было интересно узнать, что такого должно случиться с человеком, чтобы он превратился в мясника. – Сведений не так много, как хотелось бы, да и я не уверен, насколько можно им доверять, – прочистил горло Нед, слегка потирая заднюю сторону своей шеи, словно пытаясь снять с неё напряжение после монотонной работы за ноутбуком. – Его настоящее имя – Джозеф. Джозеф Лоренцини, хотя не факт, что он использовал настоящую фамилию в своих «официальных» делах. – У него что ли был ещё какой-то легальный бизнес? – удивлённо вскинула брови Мишель. – Да, несколько стройплощадок, парочка из которых использовалась в качестве тайных складов для оружия и наркотиков, – подтвердил парень. – Я тщательно изучил всю информацию, которую удалось собрать человеку, работавшего на Кувалду какое-то время. Он был знаменитым вором, на которого за долгие годы так и не смогли выйти, поэтому что-то мне подсказывает, что он был действительно в состоянии нарыть все эти интересности. Речь Неда была неторопливой. Он специально старался рассказывать всё в мельчайших деталях, чтобы не упустить ни одного важного факта, который мог бы нас удивить или заинтересовать. И я была рада отсутствию сильной спешки. В конце концов, в мастерской нам предстоит просидеть ещё довольно длительный промежуток времени, а это означало, что времени на разговоры у нас было хоть отбавляй. – Исходя из записей того вора, ещё много лет назад, когда Кувалда впервые окунулся в преступный мир, он начал свою «карьеру» будучи обычным киллером Маджии, – принялся рассказывать Лидс. – Он был больным ублюдком уже тогда, ведь самолично убил своего отца, до смерти избив его. Причём есть версия, что это было какое-то задание. Что-то вроде обряда инициации. И уж не знаю, насколько стоит доверять этому слуху, но я почему-то уверен, что он спокойно мог сделать нечто подобное. – Господи, – пробормотала я, чувствуя, как округлились мои глаза. Неадекватных личностей в этом мире хватало. И очень часто происходили ситуации, в которых у людей просто не было выбора. Они были вынуждены совершать, казалось бы, абсолютно ужасные поступки, чтобы выжить или спасти своих родных. Но это – совершенно другое. Мне было сложно представить, что творится в голове у человека, который добровольно расправится с собственным отцом, чтобы выслужиться перед такими же убийцами. И с Недом я была солидарна в этом вопросе. После всего, что Кувалда совершил за последний месяц, у меня не было никаких сомнений, что он действительно мог убить своего родного человека. – Но в какой-то момент удача отвернулась от него. Судя по всему, Кувалда нарвался на тех, кто оказался ему не по зубам, из-за чего остался с проломленным черепом и лишь каким-то чудом выжил, – буквально выплюнул последние несколько слов Нед. – Неизвестно, кто именно провёл ему операцию и заменил часть черепа металлом, но это явно был один из самых переломных моментов этого конфликта. Ну а если это сделала сама Маджия, то они уже наверняка сто раз успели пожалеть об этом решении. Когда-то давно я много читала про эффект бабочки. «Даже малейший взмах крыльев сегодня способен вызвать разрушительный ураган через несколько недель», – эти строчки из одной книги прочно засели в моей памяти. У любого действия, любого выбора всегда есть последствия. И даже то, что кажется совсем незначительным: неуместный комментарий, невзначай брошенное слово, небрежное отношение к человеку – всё это способно привести к непредсказуемым, а иногда даже катастрофическим событиям, полностью меняющим жизнь. И пример Кувалды был очень показательным. Если всё это было правдой, если за его спасение действительно ответственна Маджия, то они буквально своими же руками создали того, кому было предначертано уничтожить их. – Ну а потом Кувалда начал стремительно подниматься по карьерной лестнице и со временем возглавил одну из семей. И именно он был первым, кто решил отсоединиться от Маджии во время одного из кризисных моментов после Щелчка, – со вздохом добавил Нед, разводя руками. – И, с большего, это всё, что Харди удалось разузнать, прежде чем Кувалда узнал об этих махинациях и убил его, решив не… Только вот закончить эту фразу парню так и не удалось, ведь от услышанного я просто с невероятной скоростью повернулась в его сторону, шокировано уставившись на друга. И в это же мгновение до Неда дошло, что именно он сказал, судя по тому, как округлились его глаза. – Мне ведь не послышалось, да? – осторожно спросила я, продолжая пристально смотреть на парня, по лицу которого было отчётливо видно, что он растерялся, не зная, что ответить. – Нед? Мне было прекрасно известно, как много в этом мире однофамильцев и как просто их встретить в повседневной жизни. Достаточно было взять в пример нас с Эм-Джей. Наша с ней фамилия по материнской линии является далеко не самой редкой. Ещё в Бостоне я встречала нескольких Джонс, привыкнув к вопросу, не является ли тот или иной человек моим родственником только из-за этого. Поэтому и сейчас можно было бы всё списать на обычное совпадение, если бы не реакция Неда, говорившая об обратном. – О чём вообще речь? – непонимающе спросила Мишель, переводя взгляд с меня на Лидса. – Что именно вас так всколыхнуло? Только вот эти вопросы подруги так и остались неотвеченными. Чего не сказать о моём. – Нет, – замотал головой Нед, тяжело вздохнув. – Не послышалось.

***

– К тебе тут гость, приятель, – весело сказал Хилл, стоило ему шагнуть внутрь комнаты для допроса, а затем обернулся, чтобы убедиться, что Питер проследовал за ним. – Наши парни уже наверняка успели тебе наскучить, поэтому пришло время немного разнообразить твоё время препровождение здесь. Супергерой неспешно прошёл вглубь помещения, устремив свой пристальный взгляд на преступника, сидевшего за столом. Лицо мужчины было усеяно множеством ссадин и небольших гематом, которые наверняка являлись результатом задержания, которому его шайка активно сопротивлялась. Но, при этом, он не выглядел напуганным. Напротив, головорез Кувалды излучал полное безразличие, а его губы дрогнули в едва заметной улыбке, стоило ему увидеть Паркера. И в этот момент стало понятно, почему ФБР не смогли ничего выведать у него. Он их попросту не боялся. – Питер, познакомься с Раулем, – продолжил директор, сложив руки на груди. – Возможно, с тобой он будет чуть более сговорчивым, чем с нами. Преступник тут же окинул оценивающим взглядом супергероя, показательно усмехнувшись в ответ, словно перед ним стоял обычный школьник, не представляющий ему никакой угрозы. – Вы думаете напугать меня этим пацанёнком в трико? – со слышимым акцентом сказал Рауль, откидываясь на спинку стула, а наручники на его руках громко звякнули, стоило мужчине изменить свою позу. – Боюсь, вам следовало найти кого-то посерьёзнее и пострашнее, если вы так хотите меня разговорить. Эти слова должны были задеть Питера, заставив его растеряться или потерять то ледяное спокойствие, в котором парень пребывал сейчас. Но они заставили его лишь усмехнуться, подходя почти вплотную к столу, за которым сидел преступник. Ещё несколько лет назад супергерой бы действительно оскорбился подобными попытками уколоть его. Тогда он ещё был неопытным, неуверенным в себе подростком, которому безумно хотелось, чтобы к нему относились как ко взрослому. Сейчас же эти слова воспринимались Питером как попытка Рауля создать видимость уверенности и бесстрашия, словно он не знал, что Человеку-пауку не составит никакого труда сломать его пополам. – Я ведь до неприличия дружелюбный человек. Зачем мне тебя пугать? – вскинул брови парень, а в следующую секунду одним лёгким движением руки отодвинул этот увесистый стол в сторону, будто тот не весил абсолютно ничего, тут же обернувшись на Хилла и двух агентов, стоящих позади. – Надеюсь, никто не против? Я просто очень люблю нарушать личные границы людей. С этими словами Питер взял свободный стул, поставив его прямо перед Раулем, и сел практически вплотную к этому уроду, из-за чего тот был вынужден слегка отклониться назад, поморщившись. Супергерой знал, что одним этим действием уже нарушил несколько внутренних правил – как касающихся проведения допросов, так и общих. Но ни у Хилла, ни тем более у его подчинённых претензий на этот счёт не возникло. Более того, стоило Питеру бросить на них быстрый взгляд, как директор мгновенно уловил его намерение и кивнул, быстро отдав приказ своим людям покинуть помещение, оставив супергероя один на один с арестованным. Об этом они с Хиллом договорились ещё в коридоре. Причём долго уговаривать директора не пришлось, ведь он и сам прекрасно понимал, что это идеальная возможность добиться ответов, чего они сами сделать не смогли. – Тебе крупно повезло, к слову, – неожиданно сказал Питер, стоило сотрудникам ФБР закрыть за собой дверь, и вновь повернулся к Раулю. – Далеко не всем прихвостням Кувалды удаётся дожить до допроса. Твой босс не любит оставлять следы. – Да что ты говоришь, – с издёвкой произнёс преступник. – А знаешь, что он не любит ещё больше? Всяких ряженых клоунов, которые пытаются влезать в его дела. Не думай, что тебе всё это так просто сойдёт с рук. – Тогда мы с тобой находимся в одной лодке, чувак, – хмыкнул супергерой, а его кулак слегка дрогнул. – Как быстро от тебя решат избавиться, если тебе каким-то чудом удастся выбраться отсюда? Очень сомнительно, что твоё начальство встретит тебя с распростёртыми объятиями, похвалив за храбрость. Логично было предположить, что любой человек, оказавшийся в руках у силовиков, будет восприниматься как потенциальная крыса, которая либо слила информацию, либо получила какое-то задание, которое может помочь скосить срок, а то и вовсе избежать его. И обманывать себя, что всё будет иначе, как минимум глупо. – Если ты думаешь, что эти слова внезапно произведут на меня какой-то неожиданный эффект, из-за чего я внезапно решу поделиться всем, что знаю, то можешь засунуть эту надежду себе глубоко в задницу, – выплюнул Рауль, а от Питера не скрылось то, насколько агрессивнее стал его голос. – Не строй из себя хорошего копа. – Я на это и не рассчитывал, – замотал головой супергерой, проигнорировав последнюю фразу. – Ты, приятель, слишком тупой для того, чтобы так быстро и просто пойти на сотрудничество, здраво взвесив все «за» и «против». На секунду, Питер сам удивился тому, что говорил. Это не были какие-то заранее заготовленные слова, а подобная прямолинейность, граничащая с грубостью, не была ему свойственна. Но сейчас парню меньше всего хотелось церемониться с этим ублюдком, на руках которого потенциально находится кровь невинных людей. А уж тем более думать о том, что может задеть его. – Поверь, я уже привык к тому, что моя работа вечно чем-то усложняется, – продолжил Питер, на этот раз уже чуть более расслабленно. – И ты даже не представляешь, как сильно я был бы рад, если бы ты по-хорошему согласился ответить на некоторые вопросы. – По-хорошему? – слегка присвистнул мужчина. – И что же ты сделаешь, если я откажусь? Нарушишь правила этих ребят и начнёшь выбивать из меня ответы? Что-то я сильно в этом сомневаюсь, если даже у них кишка тонка для этого. С этими словами Рауль повернулся в сторону большого прямоугольного зеркала, прекрасно зная, что сейчас за ним стоит Хилл, слушая всё то, что обсуждается в этой комнате. Преступник будто совсем не осознавал, в каком положении находился. Если ещё несколько месяцев назад здешние агенты и детективы действительно стали бы возиться с ним, стараясь получить ответы мирным путём или через определённые договорённости, то сейчас с ним никто долго церемониться не будет. На кону стояли жизни слишком многих людей, а за один только прошедший месяц были понесены колоссальные потери, из-за которых внутри многих буквально закипала ненависть. И именно в таких условиях нужно было особенно опасаться вероятности нарваться на допрос с пристрастием. И уж если Хилл отдаст подобный приказ, то здешние парни явно не будут нежными по отношению к подобным ублюдкам. – Знаешь, что я понял за время своей супергеройской жизни? – Питер неожиданно отодвинулся назад, приподнимаясь со стула и осматриваясь по сторонам. – Большинство таких, как ты, крутые лишь на словах. А, на деле, каждый второй будет готов продать собственную мать, лишь бы уберечь свою шкуру. Достаточно лишь создать реальную угрозу смерти. Рауль нахмурился от услышанного, но не успел и слова сказать, как вдруг супергерой внезапно выстрелил паутиной в дверь, тем самым заблокировав её, и в эту же секунду вытащил автоинъектор из небольшого кармашка своего костюма, молниеносно воткнув его в шею мужчины, из-за чего тот болезненно взвыл. В коридоре начался переполох из-за этих непредвиденных действий Питера, судя по тому, как задрожало зеркало наблюдения на стене, словно в него кто-то начал стучать, а ещё через несколько секунд тоже самое начало происходить и с дверью, которую попытались открыть агенты. – Какого чёрта! – заорал Рауль, наклонив голову на бок и прижав ухо к плечу, словно супергерой собирался повторно всадить шприц в это же место, а подобное действие могло предотвратить это. – Ты что мне вколол, идиот?! – Уже не такой самоуверенный, да? – насмешливо спросил Питер, замечая животный страх, проскочивший в глазах мужчины. – Поверишь, если скажу, что сыворотку правды? – Что ты несёшь? – снова прокричал головорез. Он в панике посмотрел на дверь, словно надеясь, что у сотрудников ФБР получится зайти и положить этому конец. Что было довольно наивно. – Знаешь, у меня был союзник, – спокойным голосом продолжил Питер, ухватившись за один из концов стола, который до этого отодвинул в сторону, и толкнул его в сторону двери, тем самым создавая дополнительную подпорку. – Невероятно добрый и преданный человек, который отдал свою жизнь, чтобы остановить ваше мафиозное сборище. – К чему ты это… – Его убили по приказу того, с кем сотрудничает или сотрудничал твой босс, – супергерой перебил мужчину, не давая ему закончить предложение, и наклонился ближе к нему. – Подло вкололи ему яд, когда тот этого не подозревал. Глаза Рауля тут же стали размером с блюдца, а на его лице появился нескрываемый ужас от осознания того, что сейчас происходило. – Ах ты! – воскликнул Рауль, вскочив со стула, однако и шага сделать не успел, ведь тут же был усажен обратно одним резким толчком, из-за которого чуть не упал на пол урод. – Какой к чёрту яд, тварь?! – Я видел, что с ним происходило в последние минуты жизни. И я никому не пожелаю подобной смерти, – как ни в чём не бывало продолжил сквозь стиснутые зубы Пит, положив одну из рук на плечо мужчины и сжав его до боли, из-за чего тот слегка вскрикнул. – Ему не дали выбора в той ситуации, оставив без какого-либо шанса на спасение. Тебе же такая возможность предоставляется: ответь всего на несколько вопросов, и я сразу же вколю тебе антидот. Всего-то. – Иди к чёрту, – прошипел Рауль, а его голос слегка дрогнул. На секунду Питер поморщился, еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза, а затем выпрямился и сделал шаг назад. – Что ж, смерть от асфиксии наступает обычно после седьмой минуты, – протянул супергерой, бросая взгляд на настенные часы. – Парни в форме вломятся сюда где-то через две-три, может быть четыре. И этого уже будет достаточно, чтобы у тебя начались первые судороги, которые будут становиться всё хуже и хуже, буквально выкручивая твоё тело, поэтому времени у тебя не так много, чтобы получить антидот. Питер прекрасно видел, что его слова возымели должный эффект. Видел, как с каждой секундой выражение лица мужчины становится всё более и более испуганным, даже паническим. И дело было не только в том, что Пит сказал, но и в том, что головорез начал ощущать первые последствия от укола. И не заметить эти изменения было трудно. На лбу Рауля начала появляться испарина, а щёки стали чуть более красными, словно ему было жарко. И этого уже было достаточно, чтобы запустить волну паники, которая делала только хуже, разгоняя и без того учащённый пульс мужчины до предела. Ну а столь сильная тревога и страх перед тем, что будет происходить дальше, сделали своё дело. – Я не знаю. Я ничего не знаю! – неожиданно воскликнул Рауль, активно замотав головой. – Я просто руковожу небольшим отрядом из двадцати человек, меня не просвещают ни в какие секреты! – И где тогда базируется ваш отряд? Мужчина тут же замешкался, а в его взгляде проскочила неуверенность. Было очевидно, что их всех запугали, чётко дав понять, чего им будет стоит сотрудничество с силовиками. Да и у многих из них, как не странно, были свои извращённые принципы, на которые они не могли так просто наплевать. Только вот в стрессовой ситуации, когда тебе чётко дают понять, какими будут последствия молчания, а также насколько жуткой и болезненной будет смерть, мозг начинает работать совершенно иначе, а моральные устои у большинства людей сразу же уходят на второй план. – Отвечай, времени становится всё меньше, – поторопил его Паркер, бросая быстрый взгляд на дверь. Рауль опустил взгляд на свои руки, поморщившись от дребезжания наручников из-за начавшегося тремора, который только усиливался с каждой секундой. Это на секунду перехватило его дыхание, а карие глаза тут же панически забегали по помещению. – В Хантс-Пойнт, на Уиттер стрит, – всё же сдался мужчина, со всей возможной силой сжимая кулаки, словно это могло как-то помочь унять дрожь. – Там… там находится промзона. И в… в одном из заброшенных зданий на окраине н-находится склад. – А на самом главном складе, вашей основной базе, ты когда-нибудь бывал? – продолжил настойчиво задавать вопросы супергерой. – Д-да, но я не знаю, где она находится, нас туда привозили… в грузовиках. Для безопасности. – А есть ли там какой-то способ аутентификации? Проверяют ли как-то прибывших? – чуть повысил голос Питер, стараясь задать как можно больше вопросов, пока наёмник Кувалды всё ещё был способен на них отвечать. – Какие там протоколы безопасности? Этот вопрос выбил мужчину из колеи, из-за чего он лишь растерянно заморгал, словно пытался собрать мысли в кучку, что давалось не так просто. – Есть ли какие-то сканеры? – задал наводящий вопрос Питер в надежде, что это как-то поможет. И не прогадал. – Да, есть, – кивнул головорез. – Внутри есть… есть чекпоинт, на который попадают все… все новоприбывшие с-сотрудники. Они сканируют отпечатки и п-проходят через турникеты. – А металлодетекторы есть? – Не… не знаю я, не видел, – отрезал мужчина. – Там у каждого оружие на руках. «Ну ещё бы», – мысленно выругался Питер, заранее представляя, что может начаться внутри базы, попадись он. На него в ту же секунду будут направлены сотни автоматов и прочих пушек. – А отделов сколько на этой базе? Можно ли по ним передвигаться? – задал очередной вопрос супергерой, обращая внимание на то, как вздулись вены на шее мужчины. – Н-нет, у каждого есть доступ только… только в определённые, в которых они работают, – Рауль резко задрал голову вверх, издав какой-то невнятный звук. – Чёрт, я… мне тяжело дышать. А-анти… антидот, ты обещал. Питер в очередной раз поморщился, наблюдая за мужчиной, а затем бросил взгляд на дверь, которая перестала дёргаться из-за агентов, пытающихся открыть её. Изначальная задача Питера заключался именно в том, чтобы узнать подробности насчёт главной базы Кувалды и того, как там всё устроено. Без знаний о уровне защиты и использовании биометрической аутентификации лезть туда было самоубийством. Его бы раскрыли ещё прямо на том самом чекпоинте, о котором говорил Рауль, когда он бы не смог отсканировать отпечаток пальца. Но было ещё кое-что, что он просто обязан был спросить. – У Кувалды есть какой-то влиятельный сообщник, который снабжает его технологиями и оружием, – быстро протараторил Питер, потрепав наёмника за плечо. – Кто этот человек? Что ты про него знаешь кроме того, что он какой-то бизнесмен? Вместо ответа Рауль зажмурился из-за появляющейся гиперчувствительности к свету, поэтому супергерою пришлось ещё раз дёрнуть его за оливковую футболку. – Я же… я же сказал, что не знаю! – жадно хватая воздух, ответил Рауль. – Н-нам не называли имени. Он… он какой-то учёный. – И он один из тех, кто работал над сывороткой? После каждого вопроса Питеру приходилось встряхивать мужчину, помогая сфокусировать рассеянное внимание на том, что спрашивал парень. – Какой… какой ещё с-сывороткой? – растерянно спросил Рауль. В ответ на это Питер тут же выругался, понимая, что ничего дельного больше узнать из этого придурка уже не сможет. Он был самой обыкновенной пешкой Кувалды, которую использовали для обычной грязной работы, не просвещая ни в какие секреты и интересные подробности. – Чёрт с тобой, – коротко буркнул парень, ещё несколько секунд посмотрев на мужчину, прежде чем развернулся, направляясь в сторону двери. – Эй! Эй, п-подожди, – тут же воскликнул Рауль, в очередной раз попытавшись встать со стула, однако сильное головокружение не дало ему это сделать. – Не смей уходить! Питер никак не отреагировал на эти слова, таким же резким движением отодвигая стол от двери, а затем достал из того же кармашка, в котором до этого лежал шприц, небольшой складной ножик, и принялся срезать паутину, которую так просто сорвать не получится. И времени это заняло совсем немного, ведь уже через минуту парень открыл дверь, замечая стоявших перед ней Хилла с парочкой охранников. Мужчина выглядел абсолютно спокойным, однако выражение его лица всё же выдавало некое недовольство. И Пит прекрасно понимал, почему. – Мы же составили список вопросов, Паркер, – с упрёком сказал директор, проходя внутрь комнаты. – Из них всех ты задал только два. И даже не попытался приложить усилия, чтобы получить на них ответ. – Вы его видели? – вскинул брови супергерой, посмотрев на преступника, покачивающегося на стуле. – Он обычный уличный бандюган, на которого просто повесили ответственность за небольшой склад. И вы действительно думаете, что он будет знать столь важные для Кувалды детали? Достаточно было услышать то, что наёмников и прочую рабочую силу доставляют на главную базу тайным образом, не раскрывая её местоположение даже для тех, кто работает там, чтобы понять, что ничего особенно удивительного узнать у подобных товарищей не получится. И это было абсолютно логично, ведь иначе бы на это место уже давно бы вышли. И раз уж даже с этим Кувалда так сильно осторожничал, то у супергероя даже не было сомнений, что и насчёт другого ситуация была бы абсолютно идентичной. – Тебе зачем нужна вся эта информация про то, что внутри базы, если мы ещё понятия не имеем, где именно она находится? – раздражённо взмахнул руками Хилл. – Твой план сработал как надо, но ничего дельного из этого разговора мы так и не узнали, Паркер. «Вот в этом вы ошибаетесь, директор», – подумал Питер, шумно выдохнув. – П-план? – подал голос Рауль. – Какой… какой нахрен план? Ч-что со мной? – Никакой это не яд, а просто большая доза адреналина, которая вызвала симптомы, похожие на действие отравляющего вещества, – пояснил Хилл, подходя чуть ближе к преступнику. – Я же говорил, что с этим малым ты станешь говорить гораздо охотнее. Идея провернуть этот план принадлежала именно Питу. Однажды он уже прочувствовал на себе последствия яда и нейротоксина, поэтому знал, что именно напоминают первые минуты, после их введения. Учащённое сердцебиение, тремор, сильнейшее головокружение, расширение зрачков, до ужаса сильная паника – все эти симптомы он испытал в тот момент, когда Скорпион ранил его. И именно такие же побочные эффекты вызывает адреналин. Особенно, если знать, куда колоть и сколько. Только вот сильной радости от достижения поставленной цели супергерой не испытал. Напротив, он почувствовал сильнейшее отвращение к себе, прекрасно понимая, что всё это – неправильно. Питер никогда никого не мучил, а уж тем более не пытал. И пусть даже то, что произошло сейчас, пыткой назвать очень сложно, нельзя было отрицать тот факт, что парень всё же издевался над другим человеком. Пусть даже и плохим. Но что пугало его ещё больше, так это понимание того, что сейчас он был не лучше силовиков, ломающих людям психику на допросах. Психологическое давление всегда активно использовалось в этих стенах. Физическое насилие тоже, но гораздо реже, ведь подобное нарушало некоторые международные конвенции. А парень умудрился совместить и то, и другое. И как же он надеялся на то, что в будущем это не выйдет ему боком. А уж тем более его близким людям, с которыми, в теории, могут провернуть нечто подобное. И единственное, что успокаивало Питера – новые сведения, которые он получил в процессе. Поэтому сейчас оставалось надеяться, что они действительно смогут принести максимальную пользу. – Сэр, – неожиданно подал голос Паркер, выбираясь из собственных размышлений, а Хилл тут же обернулся и посмотрел на него, – мне нужно будет попросить вас ещё кое о чём.

***

– Эй, – донёсся до меня приглушённый голос. – Лиз! Я резко распахнула глаза, вырвавшись из объятий сна и испуганно вскрикнув. Паника захлестнула меня, заставляя жадно хватать воздух ртом, а я резко дёрнулась вперёд и лишь чьи-то тёплые, крепкие руки осторожно удержали меня на месте, не давая вскочить с дивана и помогая вновь обрести опору в реальности. – Тише-тише, – мягко пробормотал Питер, аккуратно убирая растрепавшиеся волосы с моего лица, покрытого испариной. – Это всего лишь кошмар. Сердце билось просто в бешеном ритме, норовя выпрыгнуть из грудной клетки, а образы из ужасного сна всё ещё стояли перед глазами, начиная постепенно тускнеть, однако страх всё так же продолжил сжимать грудь, словно невидимая рука. Не было ещё ни одной ночи, чтобы мне не приснилась Сара. И было неважно, насколько истощённой я была и принимала ли вечером лекарства, которые Пеппер старательно подобрала вместе с моим врачом. Результат всегда был один – очередной кошмар. Из раза в раз он почти не менялся: всё тот же переулок, громкий выстрел, много крови и стеклянные глаза подруги, застывшие в ужасе и страхе перед смертью. И каждый раз я ничего не могла с этим поделать, не могла изменить ход событий, из-за чего каждый раз просыпалась с ужасным чувством беспомощности и поражения. – Господи, – пробормотала я, прикрывая глаза и пытаясь восстановить сбитое дыхание, а также остановить дрожь в теле, с чем помогала рука Пита, продолжавшая скользить по моим волосам, словно обещая, что всё это – уже позади. – Когда же это прекратится… Казалось, что я уже никогда не смогу обрести спокойствие: ни в повседневной жизни, ни во сне. Ощущение тревоги, как тень, следовало за мной повсюду, отравляя даже самые простые моменты и превращая каждый новый день в незримую битву за ускользающее чувство покоя. И мне страшно было представить, в какой кошмар превратится моя психика ещё через пару недель, когда окончательно решится вопрос с Кувалдой. Я не любила врачей и ненавидела всё, что связано с больницами. И отсюда следовал логичный вывод насчёт моего отношения к мозгоправам, которые не просто изучали твоё тело, они лезли к тебе в голову. Мне было прекрасно известно, что для многих они были настоящим спасением, возвращая к нормальной жизни даже тех, кто, казалось бы, совсем потерялся во мраке. А я и вовсе собрала просто шикарное комбо, чтобы озолотить парочку психологов и психотерапевтов: тревожность, бесконечные кошмары, панические атаки. Настоящий джекпот. И как бы сильно мне этого не хотелось, но что-то подсказывало, что в ближайшем будущем мне всё же придётся оказаться в кабинете у данных специалистов. – Как же ты меня напугала, – облегчённо выдохнул Паркер, понимая, что, с большего, я была в порядке, а это состояние было просто вызвано сном. – Я принесу воды, секунду. С этими словами Питер мгновенно вскочил на ноги, не дожидаясь моего согласия. Он подхватил мою кружку со столика у дивана и начал быстро осматривать помещение в поисках пятилитровой бутылки воды, которую ребята предусмотрительно притащили в мастерскую, чтобы можно было утолить жажду в любой момент, не отрываясь от работы. И найдена она была быстро, поэтому уже через минуту я держала эту живительную жидкость в руках, пытаясь заставить себя сделать хотя бы один глоток. – Спасибо, – коротко буркнула я, на секунду зажмурившись в попытке окончательно отогнать остатки тревожного сна, всё ещё мелькающие перед глазами. – Это какой-то ужас… Я быстро провела руками по лицу, стараясь не представлять, как выглядела сейчас со стороны –растрёпанная, с усталыми глазами, в которых всё ещё мерцали следы ночного ужаса. Ну а Питер просто сел рядом, на край дивана, продолжая внимательно смотреть на меня, а в его глазах читалось понимание и нежность, как будто он хотел сказать, что всё будет в порядке, даже если я сама в это не верила. – Мы ведь уже проходили через подобное, – мягко сказал Пит и еле заметно улыбнулся. – Помнишь, как сильно нас обоих мучили кошмары первые несколько месяцев, когда я вернулся после Щелчка? То время забыть было просто невозможно. Казалось бы, долгожданная победа и воссоединение с любимыми людьми должны были принести счастье и умиротворение. Но человеческая психика работала немного иначе. В то время, как меня выводили из равновесия страх за Тони и его нестабильное состояние, а также паранойя насчёт того, что кто-то может повторить подвиг Таноса или он вновь умудрится вернуться, Питера очень сильно пошатнуло осознание того, что, формально, он умер, выпав из мира на два года, а вернувшись сразу был вынужден вступить в бой, исход которого определял судьбу не только планеты, но и всей Вселенной. Для подростка подобное оказалось очень серьёзным грузом. Поэтому положение, в котором мы тогда оказались, было совсем незавидным. Тяжело помочь другому человеку, когда ты сам нуждаешься в помощи. И абсолютно тоже самое происходило сейчас. – Тогда нам ведь тоже казалось, что это никогда не кончится, – продолжил парень. – Но мы нашли то, что нам помогало, и со временем справились. Поэтому я даже не сомневаюсь в том, что и сейчас будет так же. Надо просто продолжать бороться. – Боюсь, что в этот раз разговоров по душам, просмотра комедий и массажа будет недостаточно, Пит, – нервно усмехнулась я, шумно выдохнув и почувствовав, что страх начинает постепенно отступать. И только сейчас ко мне пришло осознание, заставившее меня снова слегка подскочить. – Боже, а который вообще час? Этот день выдался просто ужасно изнурительным, причём во всех планах. И поэтому я ни капельки не удивилась, когда почувствовала сильнейшую сонливость уже в девять вечера, из-за чего решила ненадолго прилечь и перевести дух, пока ребята продолжали работу. У меня уже буквально не оставалось сил, а несколько дней отвратительного сна сделали своё дело, из-за чего я не успела понять, когда отключилась. Причём так, что не слышала абсолютно ничего, что происходило вокруг меня. И из-за этого я упустила тот момент, когда домой вернулся Питер, которому пришлось задержаться в ФБР. – Три утра, – ответил парень, аккуратно забрав кружку из моих рук, содержимое которой я чуть не вывернула. – Я вернулся ближе к десяти, но ты уже спала, поэтому я просто продолжил работу, не став тебя будить. Я не могла поверить в то, что успело пройти столько времени с того момента, как я прилегла отдохнуть. Казалось, что я отключилась всего на полчаса максимум, но никак не на шесть часов. Быстро окинув взглядом мастерскую, я заметила, насколько тускло здесь стало в сравнении с тем, как было вечером. Из всех ламп горела всего одна – над столом, за которым работал Питер. Эту картину идеально дополняла гробовая тишина, лишь изредка прерываемая тихим гулом электроники, коей здесь было очень много. – Ребята решили взять перерыв и немного поспать, чтобы набраться сил для завтрашнего аврала, – поспешил добавить Питер, предчувствуя, что я задам этот вопрос следующим. – Поэтому готовься выслушивать с утра то, что у Неда отваливается спина после сна в гостиной, но зато он – настоящий джентльмен, уступивший гостевую комнату для Эм-Джей. В ответ на это я негромко рассмеялась, прекрасно понимая, что так оно действительно и будет, тут же встретившись взглядом с Питом, который всё это время продолжал сосредоточенно смотреть на меня. И только сейчас я уловила какое-то странное напряжение в его глазах. Оно не было похоже на то, что я видела несколькими часами ранее, перед тем, как парень полетел в ФБР. Сейчас его словно что-то терзало, а во взгляде читалось некое смятение, непонятное для меня. – Всё нормально? – с небольшой опаской спросила я, улавливая эту резкую смену настроения. – В ФБР всё прошло как надо? И стоило мне задать эти вопросы, как я сразу же убедилась в том, что что-то действительно было не так, ведь улыбка окончательно сползла с лица Питера, а сам он слегка растерялся, словно не знал, что ответить. «Только не это», – подумала я, продолжая непрерывно смотреть на парня в ожидании каких-либо подробностей. Мне очень не хотелось услышать очередные плохие новости, которыми я уже была сыта по горло. А особенно, если это как-то связано с силовиками, что автоматически не будет сулить ничего хорошего. Но Питер поспешил развеять мои переживания. – Нет-нет, всё… всё прошло как надо, – ответил супергерой, однако стальной уверенности в его голосе я не услышала. – Я договорился с Хиллом, что они будут следовать протоколу, поэтому неприятных сюрпризов с его стороны быть не должно. Да и важные сведения тоже удалось раздобыть, что не может не радовать. Казалось бы, всё складывалось просто прекрасно, а поставленные цели были достигнуты. Но радости и в помине не было. – В чём тогда дело? – уже чуть более настойчиво спросила я, окончательно принимая сидячее положение, чтобы наши с Питом глаза были на одном уровне. Не нужно быть сильно проницательным человеком, чтобы понять, что парня что-то гложет. Он колебался, словно под грузом некой вины, размышляя, стоит ли раскрывать то, что сейчас тревожило его. И я очень надеялась, что он не станет переводить тему, в попытке избежать этого разговора. Уж какой урок мы должны были извлечь из прошедшего месяца, так это то, что порой только открытое обсуждение может развеять тьму, окутывающую ум, и сделать легче. – Скажем так, я совершил один поступок, за который не могу себя похвалить, – тихо произнёс Питер, слегка скривив губы. – И головой я понимаю, что это было необходимо, чтобы быстро получить ответы, без которых нам было бы не избежать проблем на пути к цели, но сердце кричит, что я должен был попытаться добиться этого иначе. Мои брови поползли к переносице после этих слов, а я начала судорожно анализировать сказанное парнем в попытке понять, что именно он успел натворить за такой короткий срок. И в один момент я начала догадываться, в чём именно было дело, из-за чего мои глаза тут же округлились. – Ты пытал кого-то? – практически шёпотом спросила я, продолжая шокировано смотреть на парня, который тут же поморщился от моих слов. – Нет. Нет, не пытал, но… – супергерой слегка замялся, пытаясь придумать, как грамотно объяснить эту ситуацию. – Я заставил человека поверить в то, что он умирает, а единственный шанс спастись – ответить на все вопросы, которые я задаю. Я не совсем понимала, что именно Питер подразумевал под тем, что внушил кому-то страх смерти, заставив тем самым говорить. Это звучало довольно жутко, но всё же не помешало меня испытать мимолётное облегчение от понимания того, что он не истязался физически над кем-то, пытаясь выбить ответы. В такое я бы попросту не поверила. – Я вколол ему адреналин, внушив, что это яд, а антидот есть только у меня, – продолжил пояснять Пит, заметно скривившись от собственных слов. – И как только этот наёмник ощутил эффект, он сразу же начал говорить. Манипуляция страхами, а особенно страхом смерти, была одной из наиболее эффективных тактик, которую люди применяли веками для достижения своих целей. Она обнажала уязвимость человека, заставляя его говорить, даже когда логика подсказывала иное. И подобное влияние через страх было настолько же результативным, насколько и жестоким. Хотела бы я испытать нечто подобное на себе? Однозначно нет. Но и осуждать Питера за этот поступок я тоже не могла. Это тяжелый с моральной точки зрения выбор. И в любой другой ситуации парень бы ни за что так не поступил, ведь принципы занимали в его жизни одно из самых важных мест, а большинство решений принимались, опираясь именно на них. И именно поэтому сложившаяся ситуация наверняка заставляла Питера задуматься, насколько далеко он может пойти, нарушая собственные границы, чтобы положить конец этой войне. – Сомневаюсь, что эти уроды так же переживают из-за своих действий, когда отнимают жизнь у очередного невинного человека, – с уверенностью в голосе сказала я, замотав головой. – Они сами не оставили тебе выбора, Пит. И лимит милосердия эти придурки уже давным-давно исчерпали. В ответ на это парень грустно хмыкнул и просто пожал плечами, будто был не совсем уверен, насколько это оправдывало его действия. – Ты сделал то, что должен был, – добавила я, заглядывая в глаза Питера, чтобы передать всю искренность своих слов. – Иногда, чтобы спасти бесчисленное количество жизней, приходится принимать решения, которые идут вразрез с тем, что диктует сердце. – Я уже сбился со счёта, сколько раз мне приходилось поступать вопреки своим чувствам, – устало сжал переносицу Питер и грустно хмыкнул. – И я всё жду момента, когда у меня будет возможность выбирать, а не действовать под давлением обстоятельств. Раньше мне казалось, что у любого человека всегда есть выбор. И я не могла понять тех, кто утверждал обратное, считая это обычной отмазкой или попыткой оправдаться. Но теперь, глядя на Питера, я осознавала, насколько тонка грань между возможностью и необходимостью, прекрасно понимая, как легко можно попасть в ловушку обстоятельств, когда единственный выход – сделать то, что кажется неправильным. – Но чем дольше я варюсь во всём этом, тем больше я понимаю, что иного исхода и быть не могло. Мы бы всё равно оказались в том положении, в котором сейчас находимся, – добавил парень. – Но я бы точно не отказался вернуться в прошлое и переиграть парочку моментов. – Я бы однозначно не ограничилась парочкой, будь у меня такая возможность, – поспешила ответить я, натянуто улыбнувшись. – Возможно, тогда бы я чувствовала себя меньшей идиоткой. Эти слова заставили Питера нахмуриться. И я видела, что он хотел возразить, как делал это всегда, стоило мне обмолвиться чем-то подобным. Но я опередила его. – В отличие от тебя, я, наоборот, слишком сильно внимала своим внутренним порывам и эмоциям, когда стоило взглянуть на ситуацию с холодной головой, и в итоге наломала немало дров из-за этого, – пояснила я, прикусывая внутреннюю сторону щеки. – Поэтому мы стоим друг друга. Улыбка вновь появилась на лице Питера, но она всё ещё была довольно напряжённой, а сам он кивнул, соглашаясь с моими словами. В этих обстоятельствах никто из нас не выделялся как более виновный или менее. Все, так или иначе, внесли свою лепту в это недопонимание и сейчас нужно было сконцентрироваться на том, как окончательно выбраться из этого кризиса. Питер приоткрыл рот, готовясь что-то сказать, но в следующее же мгновение будто передумал, снова замерев и сжав губы. И я его не торопила, просто наблюдая за тем, как парень нервно теребил свою футболку, в ожидании, что он соберётся с мыслями и скажет то, что хотел. Только вот этого так и не произошло. – Попробуй ещё немного поспать, Лиз, – неожиданно сказал он, мягко проводя рукой по моему плечу и тут же поднимаясь с дивана. – Тебе очень нужен отдых, а этот день и без того выдался невероятно тяжелым. А ещё через секунду он добавил: – Я буду рядом, хорошо? Мне было не совсем понятно, чем вызвано столь резкое изменение в поведении Питера. Казалось, будто его внезапно что-то встряхнуло, заставив замолчать. И это при том, что мы с ним договорились продолжить диалог, который оборвался вечером, когда Пит был вынужден отправиться по делам. Возможно, его снова накрыла волна переживаний за моё состояние, из-за чего он и решил в очередной раз отложить все разговоры на потом и, тем самым, дать мне возможность ещё немного отдохнуть. Но это было глупо, ведь Паркер должен был прекрасно понимать, что уснуть я смогу ещё не скоро, опасаясь повторения кошмара. А, возможно, он просто боялся испортить этот чувственный момент дальнейшими разговорами, что сделать было очень просто, ведь приятных тем для обсуждения было совсем немного. Но я уже слишком много раз наступила на грабли, соглашаясь отложить диалог на потом, из-за чего вопросов и недопониманий становилось только больше. Ну а после услышанного от Неда меня всю буквально распирало, чтобы наконец всё обсудить лично с Питером, окончательно поставив точку в этом дурдоме. – Нед рассказал мне про Фелицию, – неожиданно выпалила я, решив сорвать этот пластырь, из-за чего Пит резко затормозил, вновь поворачивая голову в мою сторону с такой скоростью, что, казалось, едва не свернул шею. – Это к вопросу о том, почему я чувствую себя как последняя идиотка. Было видно, как сильно эти слова выбили землю из-под ног Питера, который ещё несколько секунд продолжал молча и даже не моргая смотреть на меня. Это была одна из тем, которую мы оба старательно обходили стороной во время любого разговора, хотя прекрасно понимали, что обсудить это нужно обязательно. И если бы это произошло раньше, когда нам впервые удалось поговорить на крыше, то можно было бы спасти целую кучу нервных клеток, избавившись от этой неопределённости и недосказанности. – Ч-что? – замялся Пит, растерянно моргнув несколько раз. – Что именно он тебе рассказал? Разговорить Неда оказалось сложнее, чем я думала. И это при том, что парень был до невозможности болтливым. Но в этой ситуации он продолжал настаивать на том, что рассказать обо всём должен именно Питер, а не он, о чём Лидс твердил другу уже довольно длительное время. И у меня всё же получилось узнать ответы на некоторые вопросы, убедив Неда в том, что так он избавит меня от нескольких часов накручивания себя. – Про её отца. Что его убил Кувалда прямо на глазах Фелиции, – чуть тише ответила я. – Что у неё на руках были полезные сведения, которые собирались годами, из-за чего и началось всё это сотрудничество с тобой. Было тяжело описать весь тот спектр эмоций, который я испытала, стоило мне услышать об этом сегодня. Вместо былой ревности и сомнений, которые противно копошились внутри меня, я ощутила нечто иное. Сочувствие и сожаление. Фелиция, как и мы все, была жертвой ужасных обстоятельств, в которые я не пожелаю попасть даже самому заклятому врагу. Объясняло ли это определённые черты её характера? Да, вполне себе. Оправдывало ли ужасное отношение к другим людям? Однозначно нет. Сейчас меня, напротив, ещё больше удивлял тот факт, что Фелиция, знакомая с болью утраты и тем, как тяжело приходится в столь тяжелых жизненных ситуациях, не проявляла ни капли сочувствия к тем, кто оказывался в похожем положении. Напротив, она словно делала всё, чтобы усугубить это состояние, надавливая на самые больные места. А уж это понять было просто невозможно. – У меня с ней ничего не было, ты же знаешь? – с еле улавливаемыми нотками страха в голосе сказал Питер, словно боялся, что я до сих пор могу подозревать подобное. – Да, знаю, – поспешила заверить я его, до боли стиснув зубы. – И мне даже немного стыдно, что у меня были сомнения насчёт этого. Но она специально делала всё, чтобы вызвать у меня подозрения и заставить поверить в это. Питер что-то пробормотал, сделав это настолько тихо, что я не смогла различить ни слова, а затем полностью развернулся в мою сторону, возвращаясь на своё прежнее место рядом со мной. – Я уже в курсе. Твои соседки поделились этим, когда я прилетел в общежитие, – слегка раздражённо пробормотал он, покачав головой. – Прости, что заставил тебя пройти через это. Даже после множества разочарований у меня всё ещё остаётся вера в людей, которые этого не особо заслуживают. Поэтому я наивно надеялся, что она немного прояснит ситуацию для тебя, а не будет подогревать сомнения. Одной из отличительных черт Питера, которая делала его особенным, но при этом достаточно наивным, было то, что он до последнего будет искать добро даже в самых, казалось бы, подлых людях. Из-за этого он уже не единожды встревал в неприятности и натыкался на предательства. И сложно было сказать, изменит ли это черту всё то, с чем ему пришлось столкнуться сейчас. – Когда ты оборвал с нами все связи, я провела довольно много времени за размышлениями, почему из всех людей в мире ты решил якшаться именно с Харди, - всё же решила излить душу я, поделившись всем, что меня терзало. – И насколько было бы проще, узнай я о её истории раньше. Отпустить обиды было совсем непросто. Они отпечатывались внутри тебя, оставляя довольно глубокий след, которому требовалось время, чтобы исчезнуть. По этой причине, я продолжала ощущать этот неприятный осадок, который не перекрывало даже то облегчение, которое я испытала, узнав всю правду. Но это были мои личные тараканы, которые со временем исчезнут, поэтому делиться с Питером этим я не хотела, прекрасно понимая, к чему это приведёт. Парня и без того грызло сильное чувство вины, о чём он уже не единожды говорил. И мне не хотелось усугублять это, усиливая его угрызения совести. – Или наплюй я на свою гордость, решив всё же подойти к вам около того клуба, – поспешила добавить я, замечая, как передёрнулся Питер, удивлённо уставившись на меня. – Но я так… так разозлилась тогда. У меня будто мозг отключился, из-за чего я поспешила с выводами, решив, что ты, таким образом, решил поставить точ… – Стой-стой-стой, – затараторил Паркер, не давая мне закончить фразу. – Так ты знала, что я был там? Во взгляде парня читалось не столько удивление, сколько сильное смятение. И меня слегка удивила именно такая реакция. – Я заметила тебя, когда вышла на улицу и уже собиралась уезжать, – протянула я, чувствуя, что мой голос стал чуть напряженнее. – Но, насколько я поняла, ты не видел меня или не знал, что… – Я прилетел туда, чтобы поговорить с тобой, – в очередной раз перебил меня парень и сейчас уже была моя очередь слегка растеряться. – Я тогда просто сходил с ума после нашей ссоры, не мог найти себе места. А в тот вечер Нед тоже пошёл на то мероприятие, позвонив мне оттуда и сказав, что я должен немедленно прилететь и поговорить с тобой, иначе потом будет слишком поздно. Пит сделал небольшую паузу, шумно выдыхая, а я еле заметно нахмурилась, начиная подозревать, к чему он клонил. И как же мне хотелось верить, что я ошибалась. – Но когда я оказался внутри и увидел тебя… – на секунду парень запнулся, пытаясь сформулировать свою мысль, что давалось не так просто. – Я поступил как слабак, пулей вылетев из клуба, вместо того чтобы остановить вас и увести тебя, когда увидел, что Гарри… От услышанного мои глаза тут же округлились, а я рефлекторно прикрыла рот рукой от ужасного осознания, что именно произошло в ту ночь. И это заставило меня громко выругаться, чувствуя волну паники, прокатившейся внутри меня. – О боже, Пит, нет! – выпалила я, подрываясь со своего места. – Ты наверняка подумал, что… – на этот раз запнулась уже я, не зная, как лучше сказать это. – Ничего ведь не было тогда! – Лиз, ты не должна оправды… – хотел было сказать супергерой, только сделать этого я ему не дала. – Должна, Питер, потому что эти недосказанности меня скоро доведут! – отрезала я, чувствуя, насколько громче стал мой голос. – Отец Гарри и моя крёстная, которую я долгие годы воспринимала как вторую мать, вот-вот поженятся. И пусть это не сделает нас родственниками, но на каком-то уровне я буду ощущать, что это именно так. От меня не скрылось то, что Питера не сильно удивили мои слова насчёт крёстной, о существовании которой он не должен был знать. По крайней мере, я ему об этом не говорила. А это означало, что он, скорее всего, узнал об этом от кого-то другого. – Мне не следовало соглашаться танцевать с ним в тот вечер, зная, что я перебрала с алкоголем, а в моей голове творился настоящий бардак после нашей с тобой ссоры, из-за чего я была сама не своя, – продолжила я. – Так ещё и та чёртова песня, с которой у меня ассоциируешься именно ты… и я… я на секунду потеряла связь с реальностью, но успела прийти в себя прежде, чем случилось то, о чём бы я пожалела. Я и забыла, что обладала способностью говорить настолько быстро. Словно слова сами вырывались из моего рта, не оставляя мне времени обдумать каждое из них. Зачастую, мне было плевать на то, что могут подумать другие люди обо мне. Но это не касалось моих родных, а уж тем более подобных ситуаций, которые я ненавидела каждой клеточкой своего тела. – А потом мне стало нехорошо и Гарри вызвался подбросить меня до общежития, – добавила я, уже пожалев о том, что позволила сейчас эмоциям взять верх, из-за чего мои глаза неприятно защипало и я почувствовала, как в них начинают появляться слёзы. – Поэтому, клянусь, это не то, что могло показаться со сторо… Договорить мне не дали руки Питера, которыми он обхватил моё лицо, заставляя посмотреть на него. Всё время, что я тараторила эти оправдания, я не замечала то, как былое напряжение во взгляде парня испарилось, а его место заняло облегчение и будто даже небольшая радость. Именно его глаза лучше любых слов говорили о том, что он мне верил. Всё это оказалось обычным кошмарным недопониманием. Как насчёт Харди, так и насчёт Гарри, из-за чего мы долгое время жили с бесконечными сомнениями, не имея возможности нормально поговорить. В более нелепую ситуацию было сложно попасть. – Какие же мы всё-таки идиоты, – широко улыбнулся Питер, быстро проводя большими пальцами по моим щекам. – Мне кажется, только с нами может случиться нечто подобное. В ответ на это я облегчённо выдохнула и издала вымученный смешок, чувствуя, как с моих плеч словно свалилась тяжесть. Не вся, лишь небольшая часть, но даже этого было достаточно, чтобы почувствовать небольшое облегчение, которого я так долго ждала. – Это точно, – согласилась я, продолжая смотреть в шоколадные глаза парня. – И как же я надеюсь, что больше… Только вот эту фразу мне было не суждено закончить, ведь Питер внезапно наклонился ко мне,и, прежде чем я успела осознать, что происходит, его губы коснулись моих. Это было так неожиданно, что на мгновение я замерла. Поцелуй стал словно ударом молнии, вызывая вихрь эмоций, которые я не испытывала уже давно, а все слова, что я собиралась произнести, мгновенно улетучились. Мир вокруг нас словно замер, а шок наконец отступил, уступая место нежности и теплу, заставивших меня расслабиться и поддаться этому импульсу, отвечая на поцелуй после недолгого замешательства. Но стоило мне это сделать, как вдруг Питер слегка отстранился назад, взглянув на меня с искренним удивлением, словно не ожидал, что это произойдёт, что я не оттолкну его, посчитав поцелуй неуместным. – Прости, – прошептал Паркер, а его пальцы аккуратно скользнули по моим щекам, словно проверяя, реальная ли я. – Прости, не смог сдержаться. Его мягкий тон и нежные прикосновения вызывали у меня мурашки по коже, по которым я так сильно успела соскучиться за эти долгие недели. И я не смогла сдержать улыбку, ловя его взгляд. – Ты отбираешь мой хлеб, – тихонько рассмеялась я, замечая, как слегка растерянно вскинул брови Питер. – Это ведь моя фишка – затыкать тебя таким образом. И в следующую секунду уже я подалась вперёд, а мои губы вновь нашли его,словно это было естественным продолжением всего, что произошло до этого. Руки Питера тут же нашли мою талию, нежно сжимая её, в то время как я запустила пальцы в его вечно взъерошенные волосы, которые стали ощутимо длиннее за прошедший месяц. Нежные пряди скользили между моими пальцами, и я чувствовала, как его дыхание становится более глубоким и ритмичным, будто мы оба погружались в этот момент. Удивительно, как, казалось бы, самые обыденные вещи, к которым мы успели привыкнуть за годы отношений, теперь ощущаются иначе. Будто мы снова вернулись на пять лет назад и только начинали узнавать друг друга, испытывая невероятный трепет от любых, даже маленьких продвижений. И подобное лучше любых лекарств помогало забыть о переживаниях, на время избавляя от сильнейшей тревожности. Я прижалась ближе к Питеру, чувствуя, как его тело становится ещё горячее. Пальцы парня пробежались по моей спине, а ещё через секунду я почувствовала, как наш вес сместился и мы мягко опустились на диван, будто сами собой, не замечая этого перехода, увлеченные друг другом. Его рука оказалась под моими плечами, поддерживая меня, и я почувствовала тепло его ладони на своей коже, сквозь тонкую ткань. Питер замедлился на долю секунды, словно собираясь с мыслями, а затем, неохотно, произнёс сквозь поцелуй: – Я всё ещё считаю, что лучшей идеей будет немного поспать… Его голос был хриплым, едва слышным, словно с трудом прорывался сквозь поток чувств, которые он пытался сдерживать. В этом тембре слышалась глубокая нежность, смешанная с напряжённым ожиданием и легкой неуверенностью, будто каждое слово он выбирал тщательно, стараясь не разрушить хрупкий момент. А затем, ещё тише, добавил: – Иначе я уже не смогу остановиться. Эти слова заставили меня слегка отстраниться, тяжело дыша. Я встретилась с его тёплыми шоколадными глазами, в которых читалась смесь нежности и желания, заставивших меня вздрогнуть. Питер был прав. Как бы приятно не было полностью отдаться этим чувствам и радости от долгожданного воссоединения, нам не следовало так торопиться, поддаваясь этому порыву. Неразрешённых проблем ещё хватало, а мы только-только встали на этот ещё неокрепший лёд, на котором каждый шаг должен быть аккуратным и выверенным. Ну а времени у нас ещё будет достаточно, чтобы всё успеть. – Отложи работу до утра, – мягко произнесла я, а мои пальцы невесомо скользнули по его груди, пробегая по изгибам его мышц, которые заметно напрягались под моими прикосновениями. – Места на диване хватит для нас обоих, а сон тебе нужен ровно так же, как и мне. Если даже не больше. Питер ещё несколько секунд продолжал пристально смотреть на меня, прежде чем неуверенным взглядом окинул мастерскую, задерживая его на своём рабочем месте, на котором его ждала целая куча каких-то деталей. – Пожалуйста, – еле слышно добавила я, и мои слова, наполненные искренней заботой, повисли в воздухе. Питер ещё ненадолго задержал взгляд, словно что-то взвешивая внутри себя, а его лицо отразило смятение, как будто мысль о незавершённой работе всё ещё держала его, притягивая к столу с инструментами. Но мои слова всё же помогли ему принять решение, а я почувствовала, как дыхание Пита стало чуть глубже, будто он наконец позволил себе расслабиться. – Хорошо, – еле слышно произнёс он, поворачиваясь ко мне. – Несколько часов сна действительно не навредят. Комментарий автора: Прошлая глава оказалась каким-то минутным помутнением, получившись всего на 23 страницы, поэтому в этот раз я исправилась, написав 75 *_* Поэтому извиняюсь перед всеми, кому тяжело даются подобные объёмы, но в эту главу мне хотелось уместить всё то, что я напланировала, чтобы плавно подвести к следующим двум, которых я жду просто до невозможности В этот раз я решила немного поэкспериментировать, попробовав вместить сразу много всего: и душевные разговоры, и более интимные моменты (которые большинство из вас так сильно ждали, да-да), и немного крови с довольно детальным описанием, и психологические аспекты. Получилось ли у меня гармонично всё это совместить? Решать вам, поэтому я буду рада почитать ваши отзывы и реакции)) Ну а персонажи наконец получили неплохой толчок. И это касается не только долгожданного разговора и обсуждения самых острых недосказанностей, которые мучили их всё это время. В этой главе Питер вышел за рамки собственных границ, которые прочертил своими моральными устоями и принципами, понимая необходимость в этих не самых, казалось бы, правильных действиях. Понадобится ли ему и в дальнейшем переступать этакие "красные линии"? Узнаем в будущем) Ну и, конечно же, Кувалда, коего мы с вами не видели уже достаточно давно. Его появление я планировала ещё несколько глав назад, однако решила отложить это немного на потом, уделив всё внимание именно персонажам и их чувствам после трагедии, случившейся в 39.2. И мне было бы интересно узнать ваши мысли насчёт этого больного ублюдка) Мы плавно приближаемся к очередной развязке, поэтому пристёгивайте ваши ремни и наслаждайтесь долгожданными мимимишными моментами между главными персонажами, которые я, если честно, уже немного разучилась писать за столь долгий срок. По факту, прошло уже несколько лет с тех пор, когда я писала подобное взаимодействие между ними (тазовая косточка в прошлой главе не учитывается), поэтому пришлось потратить довольно много времени, формулируя мысли и стараясь сделать всё как можно красивее. И, надеюсь, вас я не разочаровала) Не теряю возможности зазвать вас всех в соцсети фанфика, а также чат, в котором мы с ребятами обсуждаем главы, строим теории, присылаем реакции на те или иные моменты, ну а также просто смеёмся с мемов, которые делают мои любимые админы. Также, именно в соцсетях я публикую спойлеры к новым главам и арты, связанные с ними, а также саундтрек, поэтому не стесняйтесь и присоединяйтесь в нашу семью, все ссылочки будут чуть ниже! Спасибо вам большое, родные, за ваше терпение и бесконечную поддержку, которую вы мне дарите. Ваши тёплые слова и любовь дают мне силы и вдохновение, за что вам огромное спасибо! Люблю вас всех безумно и до встречи в новой главе, зайки :*