То, о чем мы мечтали

Он идет среди сугорбобов, заваленных снегом домов. Дорогу освещают фонари и огни гирлянд в окнах. Но его взгяд не цепляет окружающее великолепие. Он не замедляет шаг. Он спешит к своему дому. Девушка прислоняетя я щекой в холодному стеклу. За окном - танец снежинок, огоньков и салютов. В доме тишина. Наряжена ель, приготовлены и оливье, и мандарины, уже и вино разлито по бокалам, но божет ли быть уютно и хорошо одной? Темно. Дом без гирлянд и венков на крыльце. Но в окне его теплится свет одинокий свечи. Самый теплый свет. В окне - нежная хрупкая фигура склонилась над огоньком. Самый родной силуэт. Щелкают дверные замки, она подбегает и бросается в его объятия. - Эйлинель... - Горлим... Чтоб он еще раз ушел так надолго. Да нет, он больше свой дом не оставит. Не расстанется с ней. - Потанцуем? - предлагает Горлим и ставит пластинку с рождественским вальсом в антикварный патефон. Эйлинель в белом платье, словно ангел в его руках. - Знаешь, милая, я почему-то всегда боюсь, что приду однажды домой... А тебя там не будет. Каждый раз как-то не спокойно, - признается он, - Пообещай мне, пожалуйста, что ты никогда никуда не уйдешь. Он крепче сжимает руку, притягивает к себе за талию. Эйлинель, не останавливая медленного танца, прислоняется лбом к его лбу. - А я боюсь, что ты одажды не придешь. Просто не вернешься домой. Что в один день тебя не будет рядом. - Вернусь! Я всегда буду возвращаться к тебе, куда бы не уходил! Нет, Эйлинель, отныне я вообще тебя не оставлю и никуда не уйду! - Это так радует, - улыбнулась она, остановилась и пололжила руки ему на плечи, - Потому что скоро тебя буду ждать не только я... Горлим с немым вопросом посмотрел ей в глаза и прикоснулся рукой к ее животу. Эйлинель закивала, улыбаясь так широко и так радостно. - О Боже, - прошептал он, поднял ее на руки и закружил по комнате, целуя и смеясь от счастья.