Некоторые вещи лучше не знать

      Хината — ходячий магнит для связующих. Потому что Кагеяма не мог объяснить тот факт, что они так и липнут к этому рыжему недоразумению. Вообще-то, сначала Тобио не замечал повышенного интереса к Хинате. Точнее, замечал, но не придавал никакого значения, ведь этот придурок — приманка, как-никак и должен перетягивать всё внимание на себя. Однако в один момент Тобио понял, что другие связующие проявляют гораздо большую заинтересованность в игре, когда на площадке Хината. Не все, конечно, но большинство. Когда брюнет рассказал об этом Сугаваре, тот сначала удивлённо посмотрел на него, а потом с мягкой улыбкой сказал, что Тобио ещё такой ребёнок. Конечно же Кагеяма не понял, о чём говорит Коуши, а стоящий позади Тсукишима подавился водой, после чего весь день странно посматривал на Хинату, за что в итоге получил от Суги-сана выговор. Никто так и не понял, за что, но вице-капитан не спешил делится подробностями. Иногда Хината был странный: в перерывах брал бутылку с водой и утыкался в телефон, быстро что-то печатая. Для Кагеямы это было странно хотя бы потому, что раньше этот придурок так не делал. Тобио в такие моменты наблюдал и за третьегодками, которые словно знали, что творится с их приманкой. Суга-сан улыбался немного грустно, причитая о том, как быстро растут дети, Дайчи-сан ходил более хмурый, чем обычно, а Асахи только вздыхал и подбадривающе улыбался Хинате. А потом к третьегодкам присоединился Тсукишима, который начинал что-то говорить Шоё, когда тот всё же отвлекался от экрана, в последствии чего тот ходил весь красный. Это настораживало Тобио лишь сильнее. Хината — ходячая катастрофа, Кагеяма знает это слишком хорошо. И когда Карасуно играли против Аоба Джосай, связующий убедился в этом снова. Ведь после победы Хината побежал в туалет, а за ним — Ойкава. В тот момент Тобио не заметил ничего странного, потому что Шоё всегда невезет, когда он идёт туда. Но в этот раз вернулся он слишком… довольный, что ли? И из-за этого над ним тут же начали подшучивать Суга-сан и Тсукишима. Но Кагеяма не вслушивался, так как пытался понять, почему на шее этого рыжего недоразумения небольшое красное пятно. Неужели аллергия на что-то? А, ладно, без разницы. Повышенный интерес Ушиваки к Хинате Тобио замечает мгновенно. И с раздражением понимает, что это придурок вызывает интерес не только связующих. Победа над Шираторизавой была для Кагеямы словно бальзам на душу: сначала он победил Ойкаву-сана, а потом того, кого сам Ойкава не мог победить. Ну чем не триумф? А потом его пригласили на Молодёжные сборные, и в тот момент он понял, что ушёл вперёд Хинаты. Кагеяма думал, что очередная победа в его кармане, но он ошибся. Хината прогрессировал не по дням, а по часам. Его действительно можно назвать монстром. Национальные это отлично показали. Точнее, стычка с Инаризаки. Когда Хината сказал, что встретил старого друга и будет ночевать у него, Кагеяма не мог понять, почему его отпустили. Недолго думая, Кагеяма решил, что слежка за этим мандарином — лучший вариант разузнать о нём всё. Но… Уж лучше бы он был всё так же в неведении. Потому что увиденное им хотелось списать на самый страшный сон. Ведь ну серьёзно, не могут Ойкава-сан и придурок Хината вот так просто целоваться, верно? Не могут мило ворковать, держась за руки, да? Не могут же? Тобио думает, что его сердце вот-вот выскочит, так быстро он убегал. Понимание накрывает с головой: завышенный интерес к Хинате был только у Ойкавы Тоору. И Шоё, поддавшись чарам этого искусителя, начал с ним встречаться. И, как Кагеяма понял, счастлив с ним. А ещё Тобио понимает, что по уши влюблён в этого рыжего придурка, что сейчас наверняка нежится в тёплых объятиях его сенпая. Кагеяма тяжело дышит, с трудом сдерживая крик отчаяния. Так больно ему ещё никогда не было. Тобио трясёт головой, кусает губы почти до крови и падает на асфальт, сильно ударив его рукой. Рука тут же начинает болеть, а полученная рана — кровоточить. Но Тобио не замечает. Завтра всё будет как прежде. Кагеяма всё так же будет кричать на Хинату, будет с ним драться и спорить, давать пасы. И только Сугавара заметит тот взгляд, полный боли и отчаяния, который Тобио устремляет на Шоё, когда никто, по его мнению, не видит.