Море

— Ты чё бля творишь?! — шыкнул Юнги, когда Чимин оторвался. — Как что? Исполняю роль шлюхи. Не хочешь меня пометить в моей пригодности? — сказав это, Чимин расстегнул рубашку. Мин удивлялся всё больше и больше, но не меньше чем сам Пак. «Что я только что сделал? Чёрт, я ещё и продолжил! Совсем с ума схожу…» под такие раздумия Чимин и не сразу заметил, как Юнги навис сверху, оставив засос на шее. — Мог и не расстёгивать. — сказал Мин, поднимаясь на ноги. — Что ж, пока я не наиграюсь, ты будешь жить спокойной жизнью. — Очень рад. — сказал Чимин, после чего получил удар ногой по пятой точке. — Чтобы больше походило на то, что я отодрал тебя как следует. — пояснил причину такого смачного пинка Юнги, выходя на свежий воздух. А вот Чимин просто лёг на кровать. Теперь его зад действительно ныл от боли.        В следующий день, как и предполагалось Чимином, официально он считался мёртвым и его страна отказалась от него. А ещё вся команда, как только он вышел из каюты, отвлеклась от своих забот и начала его разглядывать. Мин, тем временем, ставил корабль на якорь.        Сегодня они пришвартовались недалеко от границ с соседним государством. Нужно было избавится от половины «товара». Люди им на борту в даль были ни к чему. Ещё припасы тратить на них, ага, разбежались. Большая часть были дети. Девушки лет десяти-двенадцати. Чимин бы ужаснулся или его бы стошнило, как и полагалось в таких ситуациях, но вместо этого он просто прыгнул в море. Все на борту, мягко говоря, прихуели, а парень просто широко улыбнулся. Наконец-то он свободен и может просто прыгнуть в воду, если он того хочет. — Шуга, а это нормально? — спросил резко высокий парень, который первый отошёл от состояния ахуя. — Он ведь уплыть может. — именно он и вырубил в замке принца и хотел того передать главе. — Не парься об этом, Джун, он просто впервые прыгнул в море. И он не сможет от нас уплыть с такими болями. — Стоп. Ты чё, в натуре его ебал? — прошептал парень, а Мин просто достал пачку сигарет. — Нет блять, пошутил! — сказал Юнги, после чего под ошарашенный взгляд товарища расхохотался. — Да нет, я просто пнул его для правдивости истории. — Ну ты даёшь конечно… Лучше бы выебал. — Джун, а сам-то чем занимаешься в свои двадцать три? Мог бы уже просто найти себе девушку на берегу. — Мне двадцать четыре уже! Меня берег не интересует, ты знаешь. — Да, тебя интересует кок на корабле. — улыбнулся Мин, после чего дал пачку сигарет в руки Намджуна и под непонимающий взгляд прыгнул за борт. — Вот же идиот влюблённый! — тихо пробурчал Намджун, оставляя сигареты на столе в кабинете. — О, Ю… Оу, Шуга, какими судьбами? — спросил Чимин, осматривая судно без капитана. С моря оно казалось больше. — А такими, что кое-кто прыгнул без ведома. А если бы у тебя судорога резко случилась? — Ко дну бы пошёл. — ответил Чимин очевидное, а Юнги шлёпнул себя по лбу. Точно, этот парень и так не особо жизнь любил и знал, что каждый день умереть может. — Ну да, а я бы нырнул за тобой, чтобы лично избить до полусмерти. Чимин, не поступай так безрассудно. — сказал это Юнги, убирая волосы с лица парня. — Кстати, ты мог поранится, прыгая сюда. Было бы прискорбно. — Да ладно блять! Америку открыл, Колумб хренов!        Чимин резко засмеялся, а Юнги тяжело выдохнул. Он что, начал беспокоится об этом парне? Серьёзно? — А, кстати, это был мой первый. — Ты о чём вообще? — спросил Юнги, на что Чимин резко покраснел. — Ну… Т-тот поцелуй… Честно говоря я и сам не ожидал, что такое случится. В смысле… Я не ожидал, что поддамся желаниям и… — Так, стой. — Юнги резко взял Чимина за руку. — То есть ты ни разу до этого не целовался, но при этом завалил меня на пол и в наглую это сделал? — Ну… — Чимин внезапно нырнул, после чего вынырнул и с отдышкой продолжил. — В тот момент мне показалось, что ты очень красивый и было бы здорово попробовать. — Ясно. Это всё? — Ага. Хотя было бы здорово тебе чем-нибудь помочь. — Ты поможешь, если не будешь искать неприятности. — Да я же ещё.! — Чимин только сейчас вспомнил, что он прыгнул в воду, врезался в дверь, отвлёк команду от работы. Дважды отвлёк команду от работы. — Прости. — Ничего страшного. Я так же сделал, впервые попав на корабль. — А сколько тебе тогда было? — Лет пятнадцать, наверное. — после этого они добрались до берега. Всё равно на корабле сейчас никого и весь этот день вся его команда, за исключением Джуна, будет в городе. — Сколько у нас времени? — Мы можем до рассвета развлекаться на суше. Потом уже будем месяц в море безвылазно, так что советую хорошенько отдохнуть. — Они сидели на тёплом песке и сохли. — Не хочешь повеселится? — спросил Пак, после чего понял, как это звучит. — Я в смысле прогуляться по городу. — Не особо. В городе шумно, да и гильдия у меня известная слишком. Неприятно слышать слухи о себе, особенно если тебя даже никто не видел, не так ли? — о да, Чимин знал, каково это. Когда ты слышишь слухи о себе, порой даже шокирующих масштабов и оборотов. Но ты не можешь ничего сделать, ведь тебя даже никто в лицо не знает. — Ой, Шуга, у меня вопросик. — Валяй. — Что случится, если тебя найдут? — Фактически ничего такого. Перед законом мы чисты. Корабли не грабим, работаем из подполья. Не считая людей, мы официально занимаемся продажей и перевозкой товаров. Конечно, меня будут пытать примерно пол года, ибо не может быть, чтобы я был чист. А потом, если повезёт, отпустят, ну или же я взойду на эшафот. — Какой прискорбный процесс. Да и конец. — Ага. Но такое вряд ли произойдёт. Теперь точно вряд ли. Если сейчас такое произойдёт, то ты меня оправдываешь полностью. — Тем, что я влюбился в какого-то парня, а он оказался капитаном самого известного флота. Потом я и решил официально умереть ради того, чтобы быть с ним? — Именно. А ещё наплетёшь о том, что на борту абсолютно всегда только морской и заграничный товар. Но такое вряд ли случится. — Ясно. А как ты пришёл к такой жизни? — Я просто любил море. Не было ни семьи, ни денег. Просто встретил какого-то мужчину в возрасте, а он мне: «поплыли». — Так просто? — Ага. Швартовать я уже умел, а потому он мной гордился и воспитал во мне все качества морского волка. — Волки одинокие… — Чувствовать себя одиноким в стае и радоваться повседневной жизни, особенно когда добыча хорошая… Думаю, это мне подходит, ведь кто знает, что будет завтра. — А ещё волки избирают пару на всю жизнь. — Ну да. — Мин резко посмотрел в сторону леса. Послышались чьи-то голоса в примерно пятиста метрах отсюда. — Пошли, нам здесь будут не рады. — А-ага… — Чимин на секунду задумался о том, что Юнги так просто взял его за руку. Они ушли вдоль берега примерно на километр, после чего внезапно остановились. — Кстати, для всей команды ты ведь со мной до собственной смерти. — Ой, я уже забыть успел… А ведь ещё вчера утром на меня орала старпёрша, официально являвшаяся матерью. — Но, судя по тому, что ты говорил, она не знает о том, что знаешь ты. — Естественно не знает. Это строго секретная информация, о которой я узнал при очередном побеге. — Как думаешь, сколько у тебя времени на корабле? — Думаю, что если всё пойдёт гладко и меня не выбросят за борт — месяц. — Ха-ха, быстро просёк фишку, верно? Либо тебя выбросят за борт, либо я тебя выброшу на берег. И почему бы тогда не умереть прямо сейчас? — Юнги повалил Чимина на землю, приставляя к горлу того нож. — Что ты об этом думаешь? — Полагаю, что ты сейчас считаешь, что если я принц, то буду бесполезен палубе. Как капитан ты не можешь такого допустить, а потому лучше меня убить, чем ждать от меня нытья. — констатировал факты Чимин, хотя сердце его сжималось от страха. Лезвие холодило кожу и казалось, что вот-вот пойдёт кровь. — Какой догадливый. А что думаешь о смерти в таком месте? — Думаю, что лучше провести с тобой месяц и умереть счастливым. Ты ведь мне сразу понравился. Я ещё тогда на берегу думал о том, что не хочу тебя встретить ещё раз при других обстоятельствах. Потому что я принц и мы бы не смогли нормально встретится ещё раз. — Как не могли? А в каюте же нормально встретились. — Я был связан и спизжен с заднего двора своего же дома. — Ой, ну, мелочи. — цокнул Юнги, оставляя порез на шее Чимина, тот лишь прошипел, но двигаться не стал. — Есть теория о том, что если ты меня трахнешь и тебе понравится, то я смогу жить с тобой дольше. Хочу проверить эту теорию. — Много хочешь. Итак проверил. Будешь на борту, пока не заноешь. Работу, естественно, я тебе найду. — Юнги убрал нож обратно в карман, после чего прислонился к шее. — И да, к слову, тогда на берегу я уже думал о том, что мог бы тебя оприходовать или продать. — Ну блин!!! Ещё мне что-то говорит о приличии тут. — после этой фразы Чимин замолчал, а Юнги провёл языком по только что засаженной царапине от ножа. — Останется у тебя шрам и что нам делать? — Будешь любить меня со шрамом на шее. Считай, отметил до конца жизни. — Кто это сказал, что я вообще не хуй забил на тебя? — Никто, но я уверен, что ты и не скажешь такого. Просто интуиция. — Ага, ясно. Я придумал тебе работу. Драить палубу, как во всех дешёвых фильмах! — Злюка. — пробурчал Чимин, после чего засмеялся. — Что-то ещё? — Да. Наш кок вечно жалуется на то, какой я бездушный и заставляю его готовить в одиночку. Будешь ему помогать. — Ещё? — Ещё будешь наблюдать за тем, что делают остальные и как-нибудь, может, научишься вязать парочку узлов. Пока что хватит тебе такого счастья. — Ага. Нагрузил меня и рад пади. — Естественно! Рабочая сила всегда нужна. Вообще у тебя будут и перерывы в работе, до тебя же выполняли с лёгкостью. — И ты клонишь к тому, что перерывами я буду сидеть с тобой, потому что я твой? — резко Чимин покраснел. Почему он сначала говорит, а потом думает? — О да, мой самый дорогой товар, который достался с огромным трудом. Цена тебе, думаю, больше средней на процентов сто двадцать минимум! За одного тебя можно обновить весь корабль, блять. — Так звучит, как будто жалеешь, что не отправил меня на рынок. — Не то, чтобы жалею… Тебя ведь можно продать в любое время. — Вот чисто на рынке торгуюсь… Все торгующие капитаны пиратских суден так торгуются? — Ой, нашёлся тут оптимистишка. Просто пошли на палубу, она сама себя в выходной команды не надраит! — А ты будешь просто сидеть рядом и злорадствовать? — Нет, я буду направлять тебя на путь истинный. Указывать, где ты пропустил место! — после этой фразы оба они засмеялись.

…to be continued