Море

       Так Чимин остался наверху, глядя в самый горизонт. С «вороньего гнезда», а именно так называлась эта часть корабля, было видно замок.        Но не могло ведь счастье длится долго… На горизонте показались корабли с флагами его родной страны. «Чёрт» думал Чимин, пока определял расстояние. Немедленно стоит доложить. — Корабли? — переспросил Мин, а Пак кивнул. — Значит так. Разворачиваемся к берегу и высаживаем тебя. Твоя задача рассказать ужасную историю, пустить слезу, а ещё лучше, если ты укажешь на что-нибудь. — Я могу доплыть. — Юнги шокировано открыл рот, а Чимин продолжил. — Так я скажу, что сбежал с корабля и он уплыл на юг. — Они молчали с минуту, после чего Пак подошёл к Юнги и тот встал рядом. — Жаль, что мы расстанемся вот так… — сказал это Мин, обняв Чимина и закрыв глаза. — Очень жаль. — Я понимаю, всё хорошо. И мы оба знаем, что вряд ли встретимся ещё… — у Чимина покатилась слеза. — Поскольку у нас есть ещё пару минут… Запомни, что я любил тебя. И буду. — Чимин хотел что-то ещё сказать, после чего резко вспомнил, что нужно придать истории реалистичность. — Ударь меня. — Чего бля? — спросил Юнги, всё ещё не приняв реальность. Почему он не может быть с тем, кого принял? — А, точно, я же тут тебя держал в ужасных условиях… Прости. — сказал это Юнги и, перед тем, заехал в челюсть, а для пущей реальности отпинал принца, после чего потрепал парня по его шелковистым волосам. Чимин встал и вышел на борт. — Что ж, я вас буду помнить. — сказал это Пак и прыгнул в воду. Все молчали, после чего вышел Юнги. Только сейчас Чимин понял, что не знает натуральный цвет волос Юнги… Да что там, он даже возраст не узнал. — Чё встали и молчим? Не сдох и похую, а ну шевелитесь, пидоры ебаные! — сказал это Юнги и все по взмаху волшебной палочки разошлись за секунду. Рядом с Юнги стоял Намджун, пока корабль менял курс на северо-восток. — Даже если нас и видели — это не так важно, мы похожи на торговое судно. — сказал это Намджун, оглядывая друга. — Тебе явно не до этого. — Ага. Блять, я ему даже не разу не сказал, что я о нём думаю, а он сказал, что любит. — сказал это Юн, почесав затылок. — Хочется сдохнуть, но надо плыть вперёд. — И правильно. Ты ведь главный. — сказал Джун и похлопал друга по плечу. Ему точно нужна поддержка.

***

       Прошла всего парочка дней, а Юнги выкурил все пачки, что рассчитывались у Намджуна на месяц. Юнги визуально был в норме, но в душе… Никто не знал, что у него творится в голове, а подойти и спросить никто не мог.        А тем временем Чимин за эти пару дней оказался на флоте и ему устроили допрос. Благо, в кармане он всегда носил чёрную широкую ленту, которая была на глазах в первый день. Так, он повязал её на шею и сделал вид. Что она ослабла и спала. После, по его словам, он нашёл способ выйти из каюты, но не смог это сделать первое время из-за знатного избиения в первый день. А покалеченный товар им был неинтересен. Всё сходилось, но на вопрос о капитане Пак молчал. Он не знал, что ответить, ведь он не видел и не слышал его. Да и вообще на самом деле ему было тяжело говорить о таком.        Вот, сейчас он вернулся в столицу. Радости от этого, конечно же, никакой. И вот, он видит свою «мать», со счастливой улыбкой и слезой. Даже слезу пустила, надо же. Чимин, соответственно, тоже пустил слезу и была речь о том, как он скучал и как она волновалась. Показуха, короче говоря. Напущенная вежливость для общей огласки.        Как только дверь была закрыта, а капитан судна вознаграждён, улыбка взаимно спала. Они стояли в коридоре и молча смотрели друг на друга. Слуги разошлись, а дама уже замахнулась рукой, после чего решила просто развернутся. — Какого ты вообще выжил? Не мог сдохнуть? — спросила она у самой себя, после чего ушла. — И только попробуй попасть мне на глаза. — под конец, женщина лишь шепнула: «Лучше бы я тебя прокляла в самый первый день». А Чимин услышал и улыбнулся сам себе, сдерживая смех.        Он знал, что так будет, а потому просто зашёл к себе в комнату и вежливо попросил слуг не заходить, ибо надо ему отдохнуть и проспаться. Но увы, его нельзя оставить одного даже на секунду, а потому рядом с ним осталась та самая женщина, которая следила за ним с детства. — Меня бы завтра повесили, если бы ты не вернулся. — сказала она и слабо улыбнулась. — Спасибо, что выжили, Ваше Величество. — Не надо формальностей, пожалуйста… — сказал это Пак и упал на кровать. Странно, но теперь она ему кажется конкретно неудобной. Слишком широкая и мягкая. В каюте была скрипучая, небольшая и без одеяла даже. Но за месяц она стала удобнее, чем царские хоромы. Женщина лишь сидела в сторонке и читала какую-то книгу. — Извините, что прерываю ваш отдых, но… Вам наметили брак. — Что? — спросил Чимин, вскакивая с кровати. Всё тело ломило от синяков, но это было не важно. Какой к чёрту брак? Только брака ему не хватало. Мало того, что от любимого человека уйти пришлось, так ещё и свадьбу наметили. — К-как только узнали, что вас подобрал флот… Я только вспомнила, но вроде визит нанесёт принцесса соседнего государства. Империя, если точнее. — Так. Которая союз трёх государств? — спросил Пак, ужасаясь успешности жизни. От неё даже не откупишься в таком случае. Женщина лишь кивнула. Чимину стало не легче, но понятнее. Теперь ясно, отчего его даже на секунду не хотят оставить. Чтобы не сбежал.        Так он узнал, что его встреча с невестой настанет уже завтра. Его это ни капли не радовало. Успокаивал только факт того, что после женитьбы его признают королём и он в праве решать судьбы всех, кто нарушает закон. И пиратов с работорговлей тоже. Но на такой вариант нельзя надеется, ведь тогда народ будет недоволен и его, вероятно, повесят. Ну или обезглавят, как Марию Стюарт к примеру.        Весь остаток дня Чимин просто проспал. Он и правда устал от допросов, да ещё и его Юнги добросовестно избил. Старался парень. Что только для правдивой истории не сделаешь… Но благодаря этим побоям Пак помнил о том, что он защищает своим присутствием в этом месте. Даже когда тело заживёт… У него ведь осталась тонкая полоска на шее. И она уже не заживёт наверняка. Странно, что её до сих пор не заметили, но ведь если он её покажет барышне приезжей, то та может отказаться на почве личных причин.        Этот вариант Чимин рассматривал до самого обеда, но за ним зашли в комнату. Пак вежливо распустил слуг, выбрав одежду самостоятельно. Всё же визит важный, не пойдёт он в рубашке с запахом песка и морской соли. И вот, он стоит у указанной гостевой комнаты, в которой, как ему сказали, присутствует лишь чай.        Войдя, он увидел довольно милую девушку. Её тёмно-синие платье идеально подходило к серебристым волосам, аккуратно собранным в, так называемый, французский водопад. Чёлка доходила до век, отчего при наклоне девушки слегка прикрывала ей лаза. У неё была бледная, практически белая кожа, несмотря на то, что страна южная.        Девушка спокойно держала чашку в руках, как и подобает истинной дворянке, но увидев парня, девушка неловко поставила чашку на стол и встала со стула, пытаясь что-то сказать. — Не волнуйтесь так, Вы же наверняка устали. — сказал это Пак и слегка улыбнулся. Возможно, эта девушка понимающая. А ещё её тёмные глаза-полумесяцы напоминали об одном человеке… — А… Есть немного, если говорить так прямо. — девушка сильно засмущалась, после чего села на место. Чимин сел напротив, оглядывая стол. И правда, просто чашка чая. — Пак Чимин, приятно познакомится. — сказал это Пак, а девушка не могла и слова сказать. Наверное, ей тоже непросто. — Извините, что позволяю себе такую бестактность, но… Под каким условием Вы решились на брак со мной? Обо мне ведь ничего неизвестно. — Я… Ли Хван Су, приятно. По правде говоря, если у меня не получится вступить в брак с Вами, то меня обезглавят. — сказала девушка и у неё покатилась слеза. Чимин уже что-то хотел сказать, но вместо этого лишь протянул платок. Девушка благодарно приняла его, и, спустя пару минут, продолжила. — Меня обвинили в связи с пиратами и кровном родстве с очень серьёзным преступником. Мать всё отрицает, но отец заявил, что дабы прекратить сей неурядицу… Ему будет проще меня прилюдно обезглавить, нежели развеять клевету. — Позвольте спросить, как Вы до такого дошли? — Чимин не верил своим ушам. Девушка казалась ему совершенно беззащитной. Казалось, она находится в большем тупике, чем Пак. — Я… Просто случайность, однако сейчас в моей стране решается дело по одному человеку, который удивительно на меня похож. — Чимин дальше не сильно слушал, потому что пытался развеять свои сомнение и страх, но девушка лишь закрепила его опасения. — Вы вряд ли знаете морских волков, но… Слышала, что вы у него были в плену. Шуга. — Парень резко соскочил, а принцесса взволнованно подняла голову, глядя принцу в глаза. — Что-то не так? — Извини, я опущу формальность. Какая у вас мерка наказания для таких случаев? — Э-это… — девушка замешкала, после начала что-то подсчитывать. — Полагаю, его ждёт месяц пыток, после тюрьма под палящим солнцем на неделю, а под конец или расстрел, или рабство, коим он промышлял. Но что странно… Он был один, его команду так и не нашли. — Хван Су, мне нужно выпросить этого человека под нашу страну. — Я полагаю, что Вам это разрешат, но… — девушка резко сложила руки перед собой. — Почему? — Мне нужно спасти этого человека, я обязан ему жизнью. — девушка молчала какое-то время, после чего улыбнулась. — Я волновалась, что не понравлюсь Вам, но… Вам ведь уже нравится кто-то, верно? И в том, что Вы хотите спасти его, ценой своей свободы нет ничего плохого. — сказала это девушка и взяла руку Чимина в свои ладони. — Переведём его под Вашу ответственность из-за того, что вы — главная жертва. У нас получится! — Спасибо… И прости, что использую тебя при первой же встрече. — сказал это Пак и поклонился девушке. Та отнекивалась, но они ещё говорили о всякой ерунде за чашечкой чая. Дело шло к вечеру, а их темы не заканчивались. Оказалось, что они любят одну литературу и девушка любила конный спорт. — Что ж, наша встреча произойдёт через неделю, при моём визите тебе передадут Шугу. Надеюсь, что ты сможешь всё исправить. — Да, спасибо Су-я~ — и девушка ушла. А вот Чимин был счастлив. И хорошего друга завёл, и Юнги спасёт.        После визита, когда дело шло к ужину. Принцесса отказалась от еды, и удалилась. Повисла тишина. Его «мать» под конец трапезы лишь сказала: «Хоть на что-то ты пригоден» и ушла. А вот у Чимина рука порывалась что-то разбить и кого-то избить.        Всё же жизнь с Юнги его многому научила. Пиздежу, к примеру. Ну или тому, как нагрубить человеку меньше, чем за минуту. Однако, самообладание никто не отменял. И сейчас он просто вежливо промолчал.

to be continued