Синие сны

      Подгоняя себя ужасными видениями, я забегаю в одно здание, которое неожиданно для меня раскладывается на несколько других. Всех их объединяет связь с прошлым. Похоже, мне довелось в них учиться. Раньше. Сейчас я их даже по порядку не вспомню, да что уж там, секцию от общеобразовательной школы не отличаю. Судя по неприятным ощущениям, которые вызывает у меня первое здание, очень хорошо, что я ничего о них не помню.       В недлинном коридоре, который в сознании почему-то казался куда больше и выше, я вижу много незнакомых лиц. А, нет, некоторых я знаю, но какие у них имена? Все они говорят о том, как хорошо вчера погуляли: съездили за город на некий участок, где было озеро, были огни гирлянды, был шикарный вечер. Устроили тир, в котором одним из лучших стрелков назвали меня. Да, я помню как там было великолепно. Танцы под тихую и неторопливую музыку, небо после заката, романтика объявшая нас со всех сторон. Внутри меня сильное негодование и желание забыть эту подростковую благосклонность к подобным вечоркам. Мне нечего делать там, где хорошо!       Поднимаюсь по лестнице на второй этаж, где с удивлением обнаруживаю ещё одну лестничную клетку, хотя отчётливо знаю, что такого быть не может. Ладно, поднимусь повыше, что мне это стоит...       А много чего мне это стоит! Окно в том доме, пребывание на чердаке, как меня на плече тащили наверх — всё это ударило в голову и в ту же секунду заглохло. Такое бывает только во сне, но ведь я ощущаю всё, до чего дотронусь. Несколько раз ударяю себя по щекам, царапаю руку и не пробуждаюсь в какой-нибудь грязной подворотне, как это бывает. А что если... Не было того дома? Не было бродяжничества? Тогда где я? Кто я? Где мои родители? И почему я чувствую себя жертвой преследования? Кто идёт за мной?       Кто?       Не успев на это ответить, судьба забрасывает меня во вторую локацию. Просторный тёмный, хотя он был наполовину освещённые благодаря свету, проникавший через стеклянные двери спереди и справа, холл, а навстречу кто-то идёт. Знакомая. Она спешит рассказать мне что-то. Пожалуй, я смогу поспрашивать её об этом месте, о себе, о том, как она тут оказалась.       Однако, я ни слушать, ни видеть, ни подпускать к себе её не хочу. На ней непомерная вина, которую та пытается загладить словами.       — Уходи! — кричу я и отступаю.       — Пожалуйста, в моих силах всё исправить.       Не знаю, на что она рассчитывает, но прощать я до конца жизни её не буду. Сдохну и в гробу не прощу.       Кстати, а за что мне надо её ненавидеть? Уже и не вспомнить, но надо. В голове твердилось одно: просто она заслужила.       Немедленно мне пришлось убегать от назойливой девчонки-вины. Раз за разом я перемещаюсь между локациями, пока не очухиваюсь в новом здании. Мне пришла в голову мысль, как можно оторваться от знакомой. Нужно сбить её с толку, куда я могу направиться, а сделать это легче всего на лестнице. Лишь только я нахожу её и касаюсь перил, я чувствую необычайную физическую лёгкость. Будто половина моего веса испарилась. И очень быстро взбираюсь на предпоследний снизу-вверх этаж (потому что его численность металась между тремя, четырьмя и пятью), там залетаю в некое помещение. Оно больше напоминало чью-то жилую квартиру, хотя это было точно учебное заведение и такого тоже не должно быть. Из её глубин в прихожую выглядывает антропоморфный заяц. Увидев меня он удивился, но потом улыбнулся, вприпрыжку направившись прочь.       Знакомая исчезла: её не было ни слышно, ни видно. Но напряжённая атмосфера оставалась, меня кто-то ещё искал. Уже чувствовалось недоброе намерение, потому выхожу, прихватив с собой зайца, который временами больше напоминал мышь. Вернувшись на вторую локацию с ужасом обнаруживаю причину плохого ощущения. Некий человек, чья тень отображала настоящего волка, едва заметив меня, ринулся за мной. Тут уже решалось не то, насколько я разозлюсь, если меня догонят, а то, вернусь ли я обратно к затворничеству, или всё-таки убегу от подобной участи. Конечно, он был куда медленнее и неповоротливее, потому мне с моей лёгкостью не составило труда сделать первый отвлекающий заход успешным, в результате чего из одной из многочисленных дверей вышла неизвестная учительница, видно младшей школы, ведь в классе сидела малышня, и остановила преследователя, утянув его в класс. Конечно, это была маленькая победа, но радоваться было нельзя. "Волчья тень" быстро вырвался из плена и продолжил беготню за мной. Тогда, сделав круг, я бегу на второй заход, но он оказывается неудачным. Из дверей повыходили как ни в чём ни бывало младшеклассники на перемену, потому никто не мог мне помочь. Взрослые не откликнулись на мои крики. Это был очень опасный момент, благо выручить смог тот самый заяц. Человек отвлёкся на него и побежал за ним, а потом уже в третий раз его-таки поймали взрослые, человек пять точно.       Не мешкая, бегу на самый верхний этаж, где в чердачном помещении оказались открытые клетки с хищными птицами, а чуть ниже напротив класс, где тамошняя преподавательница, которая показалась мне очень знакомой холодно встретила меня. Мелкие детишки уходили с её занятия, собирали вещи и одевались. За вешалками, на который сплошь висели их куртки была дверь. Без труда открываю её и чувствую себя ещё легче. Казалось, я вот-вот начну левитировать. Так и случилось.       Третья локация оказалась мне даже родной. Здесь мною проведено много лет. Двери, откуда я пришёл в этот просторный квадратный холл, не оказалось. Я просто появляюсь из ниоткуда и в тот же момент при попытке сделать шаг поднимаюсь немного в воздух. Ноги оказываются куда легче, и я ими касаюсь потолка и свободно хожу по нему. Теперь я могу зависнуть между потолком и полом, разве это не здорово? Можно буквально плавать по воздуху и не падать на землю, это то, о чём мне приходилось раньше только мечтать!       Навстречу мне вышла моя одноклассница... Поразительно, что я её ещё помню. Она была рада мне и пообещала, что поможет справиться с бедственным положением. Под ним она имела ввиду преследование, а мне оставалось только поразиться тому, откуда она знает об этом. Успокоив ураган эмоций, протягиваю ей руку и она ведёт меня по воздуху, будто воздушный шарик, к такой же площадке, в другое крыло здания, я говорю ей:       — Поможешь выпустить меня отсюда? Просто открой окно.       — Хорошо, только я за стремянкой сбегаю.       Прячусь в первом открытом классе, где оказываются дети с призрачным учителем, который как бы был, но при этом его не было. Я сажусь за одну парту с девочкой, тщетно пытавшаяся склеить сломавшуюся акварель.       — Нет-нет. Просто возьми их и крепко прижми друг к другу, подержи так хотя бы с полминуты, а потом пусть полежат в покое.       Девочка благодарно взглянула на меня и выполнила так, как ей было сказано. Сработало, акварель была починена и можно было продолжать ею работать.       Оглядываюсь по сторонам. В этом классе, все дети были спокойные, но странные. Мне в сознание пришла мысль, что здесь учатся дети с физическими дефектами, но они не были инвалидами в большинстве своём. Вот у девочки, за чьей партой я сижу, правая глазная "миндалина" была под углом, а левая была обычная, горизонтальная. У мальчишки вместо одного пальца на обеих руках росло два тонких, у другого мальчишки одна нога шире другой.       Странно, что я не могу самостоятельно это сделать. Ей ведь подниматься, а я и так летаю. Наверное, мне просто хотелось дать ей шанс проявить себя в моём освобождении отсюда. А хочу ли я уходить отсюда? В этом месте и так лампово и...       Нет, надо убираться. Его упустили и с минуты на минуту он найдёт меня.       Как я ни стараюсь вспомнить, я не могу рассказать, что дальше произошло. Знакомая приходит, я взмываю к потолку, она открывает форточку и... Ничего. Пустота. Кто, что где, когда, почему, как... Ни один ответ не приходит в голову. Всё забито манией преследования. Пожалуй, мне и сейчас не помешает отойти от воспоминаний и идти дальше. Впереди виднелись деревянные домики. Нужно сворачивать и идти в обход, я же не хочу снова сталкиваться с... людьми.