Человек или демон

      Яко просидела весь оставшийся день на диване, не в состоянии уснуть. День заканчивался, а она ни разу не заходила к Нейро. Просто боялась. Годая она через силу отправила домой, тот не хотел уходить. Девушка поблагодарила его за помощь и захлопнула дверь перед самым носом.       Даже поговорить было не с кем.       Демон находился в соседней комнате, интересно, сколько времени ему нужно на размышление? Кацураги начала волноваться. Возможно, стоило оставить его, но раны, пусть и несерьезные, нужно обрабатывать раз в несколько дней для более быстрого заживления.       Она не боялась, что ее приколотят к стене или еще что-то, но видеть демона в таком состоянии было невыносимо больно. В тот самый момент, когда он услышал их с Годаем разговор, казалось, что его взгляд выражал не что иное, как человеческие эмоции. Лед в изумрудных очах обратился бурлящим потоком чувств. Возможно, это так и напугало Кацураги.       Что теперь будет с ним, с ними со всеми? Редлинк скрылся и неизвестно, знает ли о том, что Ногами жив. А если узнает, что будет? Яко уже устала думать о будущем.       «Пора поразмыслить и о настоящем!» — она отправилась на кухню за аптечкой и всем необходимым для перевязки. До этого они подлатывали демона вдвоем с Годаем, теперь справится и один человек. Наверное…       Уже готовая постучать, она остановилась возле двери: невидимая преграда из неуверенности и страха не пропускала ее. Больше всего она боялась этих зеленых глаз, а точнее того, что могло в них отразиться — страдание, растерянность, ненависть… С каких пор это стало так сильно волновать ее?       Глубоко вздохнув, она постучала:       — Нейро, я вхожу.       Дверь за ней закрылась, и Яко подошла к постели, где все так же тихо лежал демон. Он спал, даже не услышал, как она вошла. Это помогло Кацураги расслабиться, она села на стул рядом, положив коробку с медикаментами на тумбочку.       Отсюда было хорошо видно, как солнце ползет по линии горизонта. Город медленно погружался во тьму. Яко сразу стало легче, страх прошел: солнце всегда действовало на нее успокаивающе, особенно на закате.       Она уже всерьез собралась будить демона, но вдруг решила, что не станет его тревожить, а полюбуется на спящего Нейро: «Во сне он очень даже милый!.. Ага, пока не проснется!» — подумала она, не отрывая глаз от его лица. Вечность бы смотреть, не отрываясь! Только во сне, когда лицо не искажает маньяческая гримаса или фирменная улыбка, можно понять, насколько же прекрасен ее напарник.       Лакомка осторожно провела рукой по перчатке — все-таки надел обратно. Пальцы коснулись бинтов.       — Нужно перевязать.       — Так чего сидим? — вызывающим тоном спросил демон, приоткрыв глаз.       — Ты не спал?       — Проснулся, когда ты начала меня лапать, — усмехнулся он.       — Ничего я не… Я тебя бинтовать пришла вообще-то, — проворчала она, но в глубине души была счастлива, что Нейро вернул себе настроение.       — Так чего ты ждешь? — он приподнялся, чтобы Яко смогла наложить повязку.       — Как самочувствие? — поинтересовалась она, разрезая узел.       — Отвратительно, разве не видно? — она столкнулась с суровым, полным угрозы взглядом. И отчего стало так не по себе?       Да, он не изменился. Только в глазах не было того мистического пламени. Сейчас перед ней обычный мужчина с садистскими наклонностями и кровожадной улыбкой. Отсутствие клыков не мешало ему оставаться тем же хищником, который любого порвет на части, будь на то его воля. Яко также подумала, что прозвища не отвяжутся от нее. И оказалась права.       — Букашка, а что произошло за эти три недели?       Девушка болезненно сжала пальцы с бинтами, вспоминая, каким Адом стала для нее жизнь, пока Нейро боролся с новой сущностью внутри себя.       — Мне обязательно говорить об этом? — прошептала она.       — Как хочешь, но разве Редлинк не знает ничего?       — Мы с Годаем ни разу его не видели. И это к лучшему, потому что, если бы он узнал о том, что ты настолько слаб, он убил бы тебя без боя.       Она сняла старые бинты, под которыми, возможно, навсегда останутся неприятные воспоминания: длинная багровая полоса между ребер заживала дольше всех — именно сюда вошел кинжал — самый первый и опасный удар, именно из-за него Нейро не сумел победить в схватке.       Вся грудь демона была страшно исполосована, но сейчас это не было похоже на кровавую кашу, что осталась на нем после битвы. Тогда никто и не думал, что в Нейро будут силы бороться за жизнь.       — А кстати, как же ты остался жив? И свет, что я видела, это тот же, что видели на мосту?       — Да, у демонов нет души, а есть огромная энергия существования, что подпитывает наши тела, поэтому мы бессмертны. Душа — внутренний мир человека, что постепенно изнашивается вместе с телом, поэтому ваш век короток. Я жив только потому, что часть моей энергии поменяла свои свойства и оболочку. Это часть человеческой души. Теперь тебе понятно?       — Значит, тот свет на мосту — души, а на кладбище — твоя энергия демона. И ты остался жив, благодаря этой маленькой частичке внутри тебя.       — Правильно мыслишь.       Кацураги не была удивлена, ее больше беспокоил тот, кто отнял эту энергию у Нейро. О нем она знала лишь то, что он носит странную одежду, работает в паре с маленькой девочкой, которая, оказывается, была пропавшей без вести, и что он перевоплощается в кровожадного монстра. Но пока она не будет расспрашивать о нем Нейро, пусть он для начала оправится от ран, все равно когда-нибудь ей станет известно все. Однако теперь стало легче от мысли, что демон не скрывает от нее ничего. По крайней мере, ощущение, что ее обманывают, пытаясь что-то утаить, исчезло.       Она потянулась к коробке и вытащила коричневую бутылочку и вату. Ногами взглянул на остатки ран, а особенно его интересовал глубокий порез почти под сердцем.       — Шрам останется?       — Ну да, рана скоро заживет, но вряд ли исчезнет полностью, — Яко взяла вату и обильно полила какой-то черной жидкостью. — А теперь будет больно, но тебе не привыкать, — в голосе явно звучал сарказм. Нейро не успел подготовиться, поэтому, когда она прижала ватку к рубцу, тихо зашипел, сжав пальцами край одеяла. Раньше он даже не почувствовал бы такой мелочи, но сейчас демон больше не имел способности быстрой регенерации, поэтому и чувствительность была высока и он сейчас напоминал себе мальчишку, которому обрабатывают ссадину.       — Поторапливайся, иначе заставлю это выпить! — угрожающе проговорил больной, сжав зубы.       — Все пучком. — Девушка призналась себе, что мучить демона — приятное занятие. Когда еще ей представится шанс вот так вот поиздеваться над ним? Да и полюбоваться красивым накаченным торсом — дело принципа!       Она достала из аптечки бинт и принялась обвязывать его. И делала она это с предельной осторожностью и аккуратностью, чтобы не причинить мужчине лишнюю боль. Однако рука случайно зажала рану, отчего демон нервно дернулся, прорычав какое-то проклятие.       — Ой, прости, пожалуйста!       Когда она закончила, демон все же осуществил, что обещал, силой влив содержимое темной баночки в рот напарницы.       — И так будет каждый раз, если раб номер один решила, что больной хозяин — повод для веселья!       Яко выдула стакан с водой, что стоял рядом. Протерев рот, она еще раз посмотрела на демона, теперь уже со счастливой улыбкой и почти материнской заботой в глазах.       — Чего лыбишься, диплококк? Мало?       — Нет, просто я рада, что с тобой все хорошо.       Нейро бросил на нее благодарный взгляд, или Яко так показалось. Может, дело в его теперь человеческой сущности? Яко, конечно, понимала, что он, во что бы то ни стало, вернет себе энергию демона, но может, это испытание приблизит его к миру людей хоть чуть-чуть. Ведь он сам только что признался, что в нем осталась часть человека, благодаря чему он и выжил.       — Эй, инфузория! — ее легонько щелкнули по носу.       — Что?       — Этот странный звук в моем желудке, что означает? — он указал пальцем на свой живот, — Он меня уже целый день докапывает.       — Это значит, что ты голоден.       — Хм, — он откинулся на подушки, задумчиво щурясь на девушку. — Значит, я могу, есть только человеческую пищу. Интересно… По крайней мере, теперь я смогу узнать, отчего же твой холодильник всегда пустует, а желудок является бездонным колодцем.       Яко этот факт немного взволновал, но в хорошем смысле: теперь и Нейро сможет попробовать все те вкусности, что ей нравятся!       — Сейчас, я что-нибудь сготовлю!       Через полчаса…       — Что, все настолько плохо? — поморщился демон, взяв в рот вилку с чем-то хрустящим, пресным и ужасно горьким. — Загадки были намного приятнее на вкус и на запах тоже.       — Нет, просто это я готовила, — она раздраженно выхватила тарелку и пошла выкидывать блюдо. Она, конечно, знала, что умеет готовить только сладости. Это была ее еще детская мечта — научиться готовить торты и пирожные. И как раз их готовила отменно, но вот даже с онигири проделывала столько ужасающих махинаций, что получалось не то, что невкусно — несъедобно! И живое доказательство сейчас недовольно отпихнуло тарелку в сторону.       — А если готовить будешь не ты, то это можно будет есть?       — Естественно! Ты даже не представляешь, сколько разнообразных вкусов можно встретить в еде! — Яко мечтательно вспоминала уютные кафе и рестораны. — А пошли в ресторан!       — Нет, спасибо, — ногромкое урчание в животе раздалось против его воли.       — Так, решено! Идем на охоту! Правда, есть одна проблема.       — Что еще? — раздраженно бросил Нейро.       — Твоя одежда, ты смог восстановится, но вот она — нет. Я не смогла спасти твой пиджак.       — Адские батарейки перестали работать, потому что я больше не демон… Подожди. Значит, Аканэ тоже?       Яко немного погрустнела, вспомнив седую мертвую косу, что сейчас неподвижно висела в офисе.       — Да, на следующий день, после того как твоя температура спала, она замерла.       Кацураги вышла из комнаты, а демон остался в раздумьях. Без их маленькой секретарши будет довольно тяжело.       — А вот твоя новая одежда, — она положила перед ним прозрачный пакет с джинсами и черной рубашкой. — Вроде твой размер, сверялись по остаткам твоего костюма.       — Почему джинсы, а не строгие брюки? — он с отвращением распаковал вещи.       — Тогда завтра сам сходишь и возьмешь, что нравится!       — Так и сделаю, — Яко в бешенстве вышла из спальни, и почему сегодня все ее старания превращаются в мусор?!       Нейро проводил ее самодовольной усмешкой. В пакете также нашлась черная футболка, кожаный ремень, серая безрукавка. Рубашка все же пришлась ему по душе, теперь он не сомневался, что одежду ему выбирала сама Яко.       Он свесил ноги с кровати и попробовал встать, это оказалось не так просто. Нейро не чувствовал, что его раны ныли, но пролежав три недели в кровати он, видимо, разучился ходить. Через некоторое время он смог удержать равновесие и сделал первый шаг. Первый шаг в теле человека.