Вечная жизнь - не подарок

      Столп Змеи с недоверием и невероятным удивлениям в глазах смотрел на свою подругу, не веря собственным ушам и своему хорошему слуху. По прошествии нескольких секунд он вновь плюхнулся на стул, однако взгляд с лица девушки так и не свёл.        — П-повтори… — заикаясь от шока, попросил парень. — Ты — что сделала?!        — Поцеловала… Кёджу… — тише проговорила Кибуцуджи, опустив в смущении свои ушки; её лицо тут же покрылось румянцем. — Ну, блин! Он сам виноват! — почти сразу же воскликнула, причём достаточно громко, девушка, посмотрев при этом в глаза другу. — Я ему оказывала первую помощь, а Кёджу всё не затыкался и одаривал меня ненужными на тот момент комплиментами! Зачем смущать в такой ситуации, чёрт возьми, когда я и так себя плохо в руках держу?!        — И единственное решение, которое пришло в твою голову, чтобы его заткнуть, это поцелуй?!        — Да!        — Да ты сумасшедшая!        — Не называй меня так! Мне самой стыдно! — она закрыла лицо ладонями и простонала. — Теперь точно не отвертеться… Как я ему посмотрю в глаза? Что скажу?.. А-а! Что же я наделала…        — Дала волю своим чувствам? — тут же предположил Игуро. — Это, конечно, невероятно шокирует, но, по сути… ничего плохого в этом нет, ведь так?        — Я ему до этого наговорила столько неприятных вещей, а тут взяла и поцеловала! Совсем сдурел?! — Столп Смерти с обидой в глазах посмотрела на друга.        — А вот это уже решать ему, — хмыкнул парень. — И вообще… Кое-кому нужно хорошенько отдохнуть.        — Закрываешь тему, мерзавец!        — Всего лишь напоминаю про сон! — невозмутимо протянул Столп Змеи.        — Вот я смогла преодолеть себя, даже если это было максимально глупо! — заметила, к слову, девушка. — А ты — трус!        — Ничего я не трус! — воспылал, как и подруга, Игуро.        — Трус! Трус! Трус!!!        — Как у вас тут весело, — прозвучал приятный и до боли приятный голос главы организации истребителей, стоявшего уже некоторое время в проходе.        — Ояката-сама! — в унисон проговорили Столпы, тут же спускаясь на пол и присаживаясь на одно колено, склоняя голову.        — Не стоит, — с отцовской добротой проговорил молодой человек. — Поднимете головы и займите свои места. Ашли, вернись на койку.        — Д-да, Ояката-сама… — девушка тут же выполнила просьбу. — Как… как много Вы слышали?..        — Наверное, — протянул в наигранной задумчивости Убуяшики, присаживаясь на стул с другой стороны койки, — с того момента, как Обанай узнал твой маленький секрет и начал пребывать в шоковом состоянии.        — Значит, весь разговор… — со вздохом подытожил Столп Змеи.        — Простите, ребятки. Я не хотел вас подслушивать.        — Я бы всё равно потом Вам рассказала, — заметила Кибуцуджи, — поэтому всё нормально, Ояката-сама. Просто… это… хмв… немного… ну, понимаете. Неудобно и неожиданно…        — Смущающе… — добавил Игуро.        — Точно, точно!        — Я, правда, не хотел, — кивнув, проговорил глава организации, после чего сменил тему: — Ашли, как твоё самочувствие?        — Да что со мной будет, честное слово?.. — тяжело вздохнув, ответила девушка. — Всё со мной хорошо.        — Я спрашивал не про физическое самочувствие.        — А-а… ну да… логично… — она кивнула. — Тяжело… сумбурно… запутано… — демон пожал плечами. — Но всё исправимо.        — Правда?        — Да, — Кибуцуджи посмотрела в невидящие глаза своего спасителя. — И в ситуации с Кёджу, и в ситуации, касающейся моей силы и моей памяти. Моя цель остаётся прежней. И, несмотря на сегодняшнюю оплошность, я приложу всё, что у меня есть, чтобы её достичь. Вот только…        — Что такое, Ашли?        — После совместного задания с Санеми я думала, что наши отношения нормализуются… не до друзей, конечно, но хотя бы до нормальных знакомых… — девушка грустно улыбнулась. — Но, кажется, этому никогда не бывать…        — Время покажет, — уверенно сказал Игуро. — Если он начал к тебе приглядываться, значит, заметит в тебе те качества, что смогли разглядеть все мы.        — Обанай прав, — кивнув, согласился Убуяшики. — Первый шаг сделан.        — Я прервала этот путь своим сегодняшним выбором… Санеми тоже можно понять, так что я не сержусь на него, — чуть тише проговорила Столп Смерти. — Просто… сержусь на саму себя. Вот и всё.        — Ашли, — глава организации истребителей демонов протянул руку и, дождавшись, когда его ученица возьмётся за неё обеими ладошками, продолжил: — Я ведь уже много раз говорил: всё в твоих силах. Будь увереннее в себе. Ты всего достигнешь.        — Да… знаю, Ояката-сама. Спасибо Вам огромное. И тебе, Обанай, — она посмотрела в глаза другу и тепло улыбнулась, — спасибо большое.        — Для близких друзей я готов на всё, — парень кивнул. — Я не против с тобой поболтать ещё, Ашли, однако тебе нужен отдых.        — И снова: Обанай прав, — Убуяшики слегка наклонил голову набок. — Ашли, укладывайся. Мы посидим рядом, пока ты не уснёшь.        — Я ведь не маленькая уже, в конце концов…        — Мы побережём твой сон, — возразил Столп Змеи, по-доброму усмехнувшись.       Девушка не стала спорить, лишь покачала головой и положила руку своего спасителя ему на колено, после чего улеглась головой на подушку, хорошенько закрутилась в одеяло и, прикрыв глаза и почувствовав себя в безопасности, почти сразу же провалилась в сон.       Спала Ашли полтора дня, почти что не ворочаясь. Лишь изредка она меняла своё положение, чувствуя, как некоторые участки тела начинают затекать. Сон её был глубок и спокоен — на удивление самого же демона. Ей не снилось ничего и никто, в особенности старший брат. И по пробуждению, осознав сей факт, Кибуцуджи была неимоверно рада. Благодаря этому она смогла выспаться и набраться сил, в том числе и моральных.       «Словно Ояката-сама и Обанай действительно охраняли мой сон…», — со смехом подумала девушка, опуская ноги на пол.       Столп Смерти краем глаза заметила на тумбе бумажку, прижатую стаканом. Взяв её в руки и прочитав написанное, она тепло улыбнулась, покачав головой. Поднявшись и переодевшись в чистую форму, Ашли направилась в кабинет главного врача Поместья Бабочки. В здании, как и на улице, стояла тишина. Тишина, не давящая на уши, приятная и успокаивающая. Несмотря на наличие ночи в это время суток.

«Как проснёшься, несмотря на час, приходи ко мне в кабинет и возьми стаканчик с кровью. Ты знаешь, где они лежат.

Кочо Шинобу»

      Вот, что значилось в записке. В любой другой день Кибуцуджи бы просто поблагодарила свою подругу — да-да, именно подругу, не просто товарища, — однако кровь пить не стала. Однако… после встречи с Третьей Высшей Луной, Аказей, Ашли намеревалась вернуть себе не только память, но и ту силу, о которой так уверенно твердил демон. А для этого… хочет Столп Смерти или нет, придётся пить кровь. Желательно много крови. Чем больше, тем лучше. И желательно бы… редкую. Такую, какой владел Шинадзугава Санеми.       «Что ж… обычная кровь тоже сойдёт», — со вздохом подумала девушка, заходя в кабинет главного врача.       Девушка прошла вглубь помещения, открыла специальную дверцу и достала оттуда стаканчик с кровью. Не успев испробовать её, демон ощутил знакомый запах. И нет, её удивляло не наличие в этом сосуде редкой крови. Её удивляло, что эта самая редкая кровь принадлежала тому самому Столпу, о котором недавно сама Кибуцуджи и вспоминала.        — Но… почему?..       Однако сильно вникать в этот вопрос она не стала. Не было смысла. Понять человека, с которым у тебя было много розней и с которым у тебя никак не выстраивались дружеские отношения, сложно. Да и, собственно, само по себе понять другого человека полностью и основательно — невозможно. Можно было бы спросить лично. Но вот другой вопрос: когда именно они смогут встретиться наедине, чтобы поинтересоваться и вновь его поблагодарить? Даже если девушка выследит его, не факт, что Шинадзугава захочет вести с ней диалог.        — Поблагодарить всё-таки нужно будет… — заключила Столп Смерти, допивая кровь до последней капли и выкидывая стаканчик в мусорку.       «Так… на дворе — ночь, — подумала она, выходя на улицу. — Сидеть и дожидаться утра я не хочу. Взять задание тоже не особо получится — не хочу беспокоить сон Оякаты-самы», — девушка прошла к пруду и села перед ним в позу лотоса, устремив взгляд вперёд.        — Остаётся только одно… — слетел с её уст шёпот, а веки, дрогнув, сомкнулись. — Медитация…       Ашли не заметила, как наступило утро. Она старалась заглянуть в себя как можно глубже, чтобы отыскать в своей душе этот ящик Пандоры и открыть его, вылив наружу всю правду, все воспоминания, всю силу, которой только владела в прошлом. И плевать на последствия, что могут коснуться её самой… Главное — добиться своей цели. Главное — убить собственного старшего брата, вернуться к истокам и исчезнуть с этого мира вместе со всеми демонами. Даже если в конце, там, в аду, ей предстоит быть изгоем и целую вечность испытывать как душевную, так и физическую боль со стороны своих сородичей.       Из медитации её вывела Кочо, тихо подойдя, сев на корточки сбоку и осторожно потрепав по плечу.       Кибуцуджи медленно раскрыла свои алые глазки и посмотрела на подругу.        — Шинобу…        — Доброе утро, Ашли, — девушка кивнула, не снимая со своих уст улыбки. — Смотрю, ты выпила стаканчик. Как твоё самочувствие?        — Лучше. Спасибо. Но…        — Это ты узнаешь у Шинадзугавы сама, ладно? Я сама была удивлена, когда он пришёл ко мне и попросил слить для тебя крови. Право же, что между вами случилось? — Столп Насекомых слегка наклонила голову набок. — Аой рассказала, как вы поцапались в тот день, когда вернулись с Ренгоку и молодыми истребителями. А тут… — она выдохнула, тихо посмеявшись. — С другой стороны, это не моё дело. Но если ты поделишься со мной, когда всё разузнаешь, буду очень благодарна.        — Поделюсь, — демон кивнула. — А ты много говоришь сегодня, Шинобу. Не в обиду. Скорее, это к собственному удивлению.        — Ну, поговорить с подругой, которая может выслушать и понять, очень даже необходимо. Несмотря на тот факт, что мы болтаем не на столь важные темы.        — Значит, в наших отношениях нас подругами считаю не только я, — заметила девушка.        — Да, ты права.        — Спасибо… — Кибуцуджи улыбнулась чуть шире.        — Благодарить нужно только тебя, Ашли, — поднимаясь на ноги, с теплотой в голосе проговорила Столп Насекомых. — Если бы не ты и твои действия, ничего бы не было.        — Ты знаешь, что я тогда?..        — Не убила Третью Высшую Луну? Да, знаю. Зла ли я? Скорее всего. Могу ли тебя винить? Нет, совсем, — она пожала плечами. — Несмотря на такую, казалось бы, оплошность, я всё равно чувствую, что доверяю тебе и верю в тебя. Твоё дело — оправдать это доверие к тебе. Или же нет.        — Я оправдаю, — уверенно проговорила Столп Смерти, поднявшись вслед за подругой. — Клянусь.        — Верю, — девушка вновь кивнула. — К слову, я побеспокоила тебя не просто не так.        — Что-то случилось?        — Возможно, — протянула Кочо, хитро улыбнувшись. — Ренгоку очнулся.       Ашли широко раскрыла глаза, услышав эту новость. Она поклонилась, поблагодарив Шинобу, и помчалась в сторону палаты, в которой лежал Столп Пламени. Только остановившись перед дверью, девушка задумалась: а что, собственно, она ему скажет? Да и как вообще вести себя рядом с ним после того… поцелуя.       Однако остановилась Кибуцуджи перед дверью не только по этой причине. Из палаты доносились запахи двух людей, незнакомых ей, вот только эти запахи были похожи на запах самого Столпа Пламени.       «Его отец и младший брат, скорее всего», — подумала девушка, осторожно приоткрыв дверь и заглянув внутрь.       И правда, рядом с койкой Ренгоку находились двое: мужчина, стоящий рядом, со скрещенными на груди руками и строгим взглядом, и молодой юноша, прильнувший к груди старшего брата и роняющий горькие слёзы на его медицинскую ночнушку. И все, как один, с горящими огнём глазами и пламенными волосами.       На щеках демона появился румянец, как только её взгляд наконец наткнулся на лицо Столпа Пламени — голова всё ещё была перевязана, однако выглядел парень вполне себе здорово, а улыбка на его устах была точно такой же, как и всегда: яркой, привлекательной и… завораживающей.        — Кажется, к тебе гости, Кёджуро, — проговорил мужчина, посмотрев при этом на дверь палаты. — Это ведь…        — Ашли, — сказал Столп Пламени, обратив внимание на осторожно и тихо входящую в палату девушку и тепло улыбнувшись. — Привет.        — П-привет… и… здравствуйте…        — Так значит, ты — та самая Ашли? — поинтересовался бывший Столп.        — Та самая?..        — Братишка много о тебе рассказывал! — тут же отозвался младший Ренгоку, подбежав к девушке и схватив ту за руку. — Ашли, спасибо огромное! Это ведь ты его спасла, да? Ты?!        — А?.. Ну, да… получается, я…       Кибуцуджи по-глупому улыбнулась, румянец на лице стал ярче, а ушки в смущение опустили вниз.        — Если бы не ты… — слёзы на лице юноши полились с новой силой. — Если бы не ты, брат был бы уже мёртв… — он крепко её обнял, не осознавая, что делает.        — Ох, Сенджуро… — девушка осторожно приобняла его, похлопав по спине. — Это моя прямая обязанность, так что…        — И всё-таки удивительно, — заметил Ренгоку-старший. — Демон на стороне людей.        — Отец! — Столп Пламени с лёгкой обидой в глазах посмотрел на мужчину. — Не нужно. Пожалуйста. Я же просил.        — Ладно уж… — тот тяжело вздохнул, посмотрев в алые глаза истребительницы. — Спасибо тебе, Ашли, за то, что спасла моего глупого сына.        — Да… конечно…        — Сенджуро, — грубый и строгий голос разнёсся по палате, — оставь Ашли в покое.        — А?.. А-а-а! — юноша тут же отскочил, залившись краской и замахав руками. — П-простите! — он поклонился. — Я не хотел Вас смутить или ещё что… просто…        — Ну, чего ты сразу на «Вы» перешёл?.. — с глупым смехом поинтересовалась демон, подойдя к нему и погладив по макушке. — Всё хорошо, не переживай. Ты просто очень рад, что твой брат выжил, — она дождалась, когда самый младший Ренгоку поднимется и посмотрит ей в глаза, после чего продолжила: — Не бойся показывать свои истинные эмоции и чувства. Они прекрасны.       Сенджуро неуверенно кивнул.       — С-спасибо…       Эту идиллию прервал мужчина, откашлявшись.        — Мы пойдём, — проговорил он, посмотрев на старшего сына. — Заскочим ещё после обеда перед тем, как возвращаться домой.        — Хорошо, — Столп Пламени кивнул. — Спасибо, что навестили.       Ренгоку Шинджуро хмыкнул, после чего подтолкнул младшего сына и вместе с ним направился прочь из палаты, оставляя трёх ещё не очнувшихся молодых истребителей в одиночестве, а Столпов — наедине друг с другом.       Кибуцуджи, осознав, что те ушли, вздрогнула. Её взгляд тут же забегал по помещению, в то время как пламенные глаза были прикованы только к ней.        — Это-о… — протянула неуверенно девушка.        — Присаживайся, — пригласил её Ренгоку, указав на стул, стоящий рядом с его койкой.       Столп Смерти кивнула и приняла приглашение, однако взгляда не подняла. Её опущенные ушки слегка подрагивали, а румянец на лице достиг такой яркости и сочности, что в данный момент девушка выглядела как самая настоящая помидорка.        — Ашли, — с любовью, при этом достаточно тихо, позвал её парень. — Ашли, посмотри на меня.       Кибуцуджи, не хотя, медленно подняла голову и обратила своё зрительное внимание на пламенные глаза товарища.        — Спасибо тебе, Ашли, — и его губы расплылись в лучезарной, пылающей огромной любовью к этому демону улыбкой.