В самом тёмном сердце

– Что ты имеешь в виду? – вопрос настолько смутил Тану, что она отложила столовые приборы, прекратив свою трапезу. Назревал определенно тот разговор, который девушка бы хотела отсрочить надолго, а лучше навсегда. – Ты пережила инфекцию, не являешься вампиром. Тебе незачем оставаться в Холодном городе, – Габриэль спокойно развалился на стуле, закинув ногу на ногу, смотря прямо в глаза Тане. – Если бы все люди по своей воле могли покинуть город, то они бы давно уже это сделали, – усмехнулась Тана, вернувшись к поглощению стейка. Нужно доесть его, пока он не стал холодным. Девушка понимала, что без метки за пределы стен никак не попасть, поэтому готовилась к тому, чтобы прожить свою оставшуюся жизнь тут. Быть может, она теперь сможет прожить дольше, чем обычный человек? К тому же, здесь Габриэль. Тана была бы не прочь провести с ним вечность. Подняв на миг глаза в сторону вампира, девушка увидела, как плоский маленький предмет, возник в пустых руках Габриэля, как в когда-то увиденном Таной в детстве фокусе с «исчезающей монетой». Вампир наклонился и положил предмет на стол. К своему ужасу Тана поняла, что предметом является метка. Девушка не сразу поняла, что не дышит уже долгое время, смотря на предмет вожделения всех людей в Холодном городе. Тана начала судорожно дышать, контролируя каждый свой вдох. – Где ты её взял? – Твоё учащенное сердцебиение подсказывает мне, что ты подозреваешь меня в наглом воровстве или ещё чего похуже. Спешу тебя обрадовать, метку я взял одиннадцать дней назад у трупа девушки, которую разорвали ночью вампиры. Вряд ли бы ей она уже понадобилась. – Может эта метка была не для неё. Для друзей, родственников? – Ты думаешь, у меня было время для поиска её семьи? – Габриэль перестал выглядеть таким же спокойным, каким был до этого. – Так нельзя. Я не могу взять метку, она принадлежит не мне, – сказала Тана спустя время, обтерев потные ладони об джинсы. – Будешь искать родственников и друзей этой мертвой? Может хочешь стать альтруистом, выйти на главную площадь и крикнуть «Кому нужна метка?», чтобы тебя раздавила толпа народа за несколько секунд? – Резким движением Габриэль откинулся вперед, становясь ближе к Тане. – Ты лучше остальных знаешь, что тут либо ты, либо тебя. В твоих планах оставаться в Холодном городе? Здесь слишком много твоих недоброжелателей, как и моих. Чтобы достать до меня, они могут нанести вред тебе. Ты не стала вампиром, укусить тебя могут в любой момент. Хочешь снова и снова переживать моменты борьбы с холодом? В этот момент Габриэль выглядел страшно. Эти мысли крутились в его голове с тех пор, как в руки попала метка. Наконец он мог всё это высказать девушке, лицо которой в этот момент не выражало никаких эмоций. Тана уже слишком много пережила за такое небольшое количество времени, что резкому выпаду вампира никак не удивилась. «Излишняя агрессивность Габриэля является только показушничеством, чтобы я быстрее удрала ноги из Холодного города», - пронеслось в голове у девушки. – Я сейчас уже не совсем человек. Я стала лучше слышать, может стала даже сильнее. Конечно в темноте вижу также плохо, но считаю это не слишком большой проблемой, – сказала Тана и вернулась к своему стейку, который всё никак не могла доесть. – Твои глаза не изменили цвет, поэтому зрение осталось человеческим. – Габриэль снова принял своё расслабленное положение. – Если кости и мышцы сменили свою структуру, то может и сила твоя увеличилась. Надо будет это проверить. – Мы же не будем устраивать спарринг? – неловко улыбнулась Тана, надеясь, что проверка силы будет в стиле «сломай дерево одним мизинцем» или на крайний случай борьба с Эйданом. – А это идея, спасибо за подсказку, – подмигнул Габриэль, посылая улыбку в ответ Тане. Да, настроение вампира скачет выше скорости света. – Тогда, когда займемся этим? – Тана всячески игнорировала метку взглядом, делая вид, что если она не видит метку, то та не видит её в ответ. У девушки это успешно получалось, пока Габриэль не подвинул метку поближе к Тане. – Я подумаю насчет времени и скажу тебе. Ты скажешь мне свой ответ? – Габриэль махнул головой в сторону этой чертовой метки, которая стала уже мозолить глаза Тане. – Мой ответ прозвучал раньше, и он был отрицательным. – Ты не скучаешь по своему отцу? А по своей сестре? Друзьям? – данные вопросы перенесли девушку в тот день, когда отец позвонил на телефон и попросил не возвращаться. – Отцу я не нужна. Перл вырастет хорошим человеком и без моей помощи, она уже почти взрослая, – на лице Таны появилась улыбка при воспоминаниях о сестре, – у моей подруги Полины есть и другие друзья, так что она не пропадет. К тому же, тут у меня есть новые друзья. А ещё есть ты. – А популярность? Ты выложишь видео на Youtube, где преодолеваешь инфекцию, и станешь ещё популярнее, чем есть сейчас. Тебя будут знать не только как убийцу вампира, но и как человека, способного пережить холод. Тебя будут приглашать на TV, писать про тебя книги, звать сниматься в фильмах. Твоя жизнь наполнится богатством, и ты сможешь жить так, как не жила до этого. Успех – вот, что тебя ждет, если ты примешь метку. – Не хотелось бы говорить, но ты сейчас безумно популярен. – Безумно прозвучало в устах Таны двусмысленно, вспоминая то старое видео, где безумный Габриэль сидит в клетке. – И как, жизнь наполнена богатством? – А ты умеешь всё перевернуть, – сказал вампир и начал смеяться. – К этому разговору мы ещё вернёмся. Когда поешь, ложись спать. Этим утром навестишь Валентину и Джеймсона, всё-таки эта парочка устраивает небольшой праздник в честь месяца отношений и твоего возвращения. – Что?! – воскликнула Тана, что кусочек стейка выпал изо рта. Весь остальной разговор мигом выветрился из головы девушки, оставляя только кричащую мысль о отношениях Валентины и Джеймсона. – Они встречаются? И ты мне только сейчас об этом говоришь? – С'est une surprise, – произнёс Габриэль, медленно встав со стула. – Мне надо отойти по делам. Скоро вернется Марисоль, поэтому в доме ты будешь не одна. Bonne nuit, ma chère*. Вампир покинул кухню, и Тана осталась одна. Девушка слышала, как подошва ботинок Габриэля ударяется об каменный пол, а затем звук резко прекратился. «Надеюсь, он не стал ползти по стене словно ящерица, как это делал Дракула», – вспомнила Тана момент, когда Габриэль читал ей данный знаменитый роман. * – Это сюрприз. Спокойной ночи, моя дорогая. (фр.)